Иллюзорность восприятия

- Что с тобой, Эд? - Да что-то странное творится... Из подсознания прут странные чувства и ощущения... Те, которые я испытал тогда, когда ты, Сью, своей лёгкой рукой приобщила меня к готике. Что тебя саму заставило стать готкой? - Ну ты спросил... Сейчас и не скажу. Чёрное любила и тишину кладбищ... А ещё... Ещё я чувствовала себя лишней в этом мире... И была очень, очень романтичной, и романтику эту некуда было девать. - Вот, по ходу, то же самое... Снова чувство, как будто я снова перечитываю "Итальянца" или сижу с томиком Бодлера ночью на заброшенном старом погосте, и падают огромные хлопья снега, серебрясь под единственным светящим фонарём... Жалким подобием нарнийского, но всё же источником света... Вспоминаются ещё пошлые вампирские романчики Поппи Брайт... Со звучным названием "Потерянные души". Помнится, только из-за названия и начал их читать... - Ах-ха, это как "Обломов" - не читала, но название мне нравится... - Вот именно... Как-то так. - Вы с Юстэсом были бы неплохими готами... - Да я и так гот... В дУше. Отмываюсь там от гуталина и чёрной краски. - Нет, Эд, из тебя бы вышел неплохой эмарь, - хохотнул Питер. - Да, кстати, - заметила Сьюзен. - У меня фоток куча на компе твоих, когда ты в эмаря рядился... Весело. И другие твои фоты, говнарские. - Эмарь, говнарь... Звучит, по-моему, одинаково... - Если ты, Эд, вдруг встанешь эмарём, ты больше не будешь другом Нарнии, - сказал Питер на полном серьёзе. - Да уж, только эмарём мне и осталось быть... - Ну и разговорчики... - усмехнулась Люси. - Может быть, мне тебе и Юстэсу ещё и свою чёрную губную помаду одолжить? - Ах-ха! - Эдмунд повеселел. - А ты что, тоже не прочь пошастать по кладбищам? - Ну как тебе сказать... Очень даже не против. Недавно с друзьями там ночевала. - Мне кажется это весьма романтичным... Просыпаешься, а ты заметена снегом... И первые рассветные лучи розовеют, и далёкий город урчит в своей вечной суете... - Сьюзен мечтательно вздохнула. - Да, до поры до времени всё это романтично... Устаёшь депрессовать. - Ну, может быть... - Сьюзен вздохнула. - Нет, вы никогда не поймёте моей тёмной души... - Нет, не поймём... Слишком это всё далеко от нас. Как-то ты описала меня готкой в одном из твоих рассказов... Смачно так описала... - Да, помню, Люси, - отозвалась Сьюзен. - Тебе ещё не понравилось... - Мне нравится в готике её социологический аспект... Изучаю её как редкий артефакт: так Фрейда изучают в американских университетах. - Ну... Почему-то многие, кто по натуре готы, усердно стараются это скрыть... А ведь это так прекрасно и так замечательно!.. Так романтично! - Как сказала подруга Бриджит Джонс, "мои кукольные игры уже давно позади". - Да, вот с кого надо брать пример... С неунывающей Бриджит... - Питер протянул Эдмунду печатку с анхом. - Откуда он у тебя? - удивился Эдмунд. - Я думал, что никогда его больше не найду... Думал, потерял. - Ах-ха, - рассмеялся Питер. - Я от тебя его спрятал, чтобы у тебя не возникало ненужных искушений... - По ходу, это ты мою порнушку с компа стёр, - пробурчал Эдмунд. - С чего ты взял? - удивился Питер. - Да ладно тебе... Как будто я не догадался... Кому я ещё комп доверял, Юстэс же не знает пароля... Просчитался ты, дружок, это не я её закачал, и уж, тем более, я её не смотрел... - Ну и скользкие темы, - поморщилась Люси. - Могли бы и не при нас... - Всё это напоминает мне сценку из "Приключений молодого Индианы Джонса", когда дамы не выдержали разглагольствований Фрейда, с которым матери Инди пришлось сидеть в одной гостиной, и вышли... - улыбнулась Великодушная. - Вот и мы сейчас уйдём, да, Сью? - обратилась младшая к сестре. - Кстати, что тебе ещё нравится? Что бы ты хотела делать вечно?.. - Ну... - задумалась Сьюзен. - "Гарри Поттера" бы смотрела вечно... "Голодные игры" и прочие антиутопии... "Игру престолов" уже по второму разу пересматриваю... Нравится всё это. Хоть где-то есть истинные чувства и настоящая любовь... И всё то, что нами никогда не будет пережито... И Шекспир... Вот ради Барда я бы прожила ещё одну жизнь, пусть и пустую, никчёмную, полную борьбы и страданий... Искусство - это моя страсть... Может быть, из любви ко всему прекрасному я и стала готкой... И Эдмунд тоже стал. Он самый ранимый среди вас, самый духовно утончённый, хотя это ему всегда давалось дорого... Может быть, он не создан для этого мира, потому-то сильнее вас тоскует по утраченной Нарнии... - Мы все тоскуем по Нарнии, - отозвался Питер. - Я заплатил за свою память о ней своим психическим здоровьем... И вообще. Здесь, в Лондоне, эта потеря ощущается гораздо сильнее... Это не дом профессора Керка, где всё начиналось, и где, как мне кажется, всё пропитано волшебством... И там можно было ночью бродить по полям... Жить свободой... А здесь нельзя. Лондон суров. Здесь так мало того, что я люблю... Даже Юстэсу здесь скучно, а уж он лучше любого из нас справлялся с каждодневной рутиной... - Может быть, Нарния ещё будет нам открыта, - задумчиво произнесла Люси. - Этот утраченный рай Аслан вряд ли закрыл для нас навсегда... - Эдмунд, прошу тебя, не становись эмарём... Как мы потом будем объяснять народам Нарнии, почему третий трон пустует? Тем, что у Справедливого теперь розовая чёлка и порезы на запястьях, если не чем похуже?.. - Иди ты, - бросил Эдмунд. Люси и Сьюзен одновременно рассмеялись.