Альфа-натурал

flashback Рингтон мобильного долбит по черепной коробке и заставляет страдальчески скривиться. - Кёнсу, - хриплю спросонья. – Какого хера ты поставил мою старую мелодию на звонок? Сехун ненавидит её и вечно рыдает. Ожидая очередного возмущённого "концерта" младшего сына, веду рукой по соседней половине кровати, но натыкаюсь… на воздух. И когда это я успел перекатиться на край? Нехотя приоткрываю один глаз и хмурюсь от яркого солнечного света. - Кёнсу-я, - тяну окончание уже в полный голос. – Я сейчас сдохну, принеси воды, будь добр. Телефон, наконец-то, заткнулся, и тишина теперь стала давить на уши. Пришлось приоткрыть и второй глаз. Размытые очертания комнаты приобретают более чёткие линии, и медленно приходит осознание. Очередного полного пиздеца. - Какого хера опять происходит?!.. Вроде бы всё в порядке. Я – это я, и комната действительно моя. Вот только есть одно вездесущее "НО". Это комната в моём прошлом мире. Там, где я обычный парень с подозрением на импотенцию, успешной карьерой, отсутствием собственного семейства и твёрдой уверенностью в своей натуральной ориентации. Резко подскакиваю в кровати и провожу ладонью по лицу. Быстро хватаю мобильный с тумбочки и открываю телефонную книгу. Нервно вбиваю буквы в поиск, ожидая спустя мгновение соединения с контактом «малыш». - Не прошло и полвека… - доносится тонкий женский голос с того конца трубки. Громко выматерившись, тут же сбрасываю вызов. Мигающий огонёк уведомляет о пропущенных звонках и сообщениях. Уже без особой надежды просматриваю их, убеждаясь, что Кёнсу в этом мире не существует… Или же мы просто не знакомы. От этой мысли всё внутри обрывается, останавливая сердце. Накануне мы повздорили и я снова упомянул свою прежнюю жизнь… Вот эту самую, якобы счастливую. С массой тусовок и развлечений, где нет места ему и нашим мальчикам. - Вот же я мудааааак…. – пробасил, откидываясь спиной на подушку. Окутанный паникой мозг отказывается нормально функционировать. Надо бы начинать придумывать хоть какой-то план действий, но всё, что знаю на данный момент – мне надо вернуться к моей семье. Как можно скорее. Вновь доносится звук рингтона. Надо удалить его к чертям, как вернусь домой. - Ты совсем охренел, Пак???!! – голос Чумёна врывается в сознание, немного приводя меня в чувства. - Дружище… Сотню лет уже не созванивались, да? - Пак, ты там бухой что ли?! – уже открыто верещит друг. – У нас читка сценария через полчаса и если ты не принесёшь сейчас же сюда свою задницу, я точно закажу тебя какому-нибудь профессиональному киллеру! Даю тебе 20 минут! Друг, не выслушав моих пояснений и отговорок, сразу отключается. Значит, Чунмён не помнит о нашем приключении трёхгодичной давности. Непроизвольно цепляюсь взглядом за дату на экране гаджета. Да, три года назад я попал в мир омегаверса и стал самым счастливым мужчиной в мире. Стал, чтобы так феерично всё снова проебать. В моём стиле. Быстро собравшись, спешу в здание компании. Автоматически отвечаю на все приветствия, зачем-то всматриваясь в каждое уже позабытое лицо. - И как это называется, скажи мне на милость?! Целая группа актёров не последней величины ждёт одного наглого и вконец охреневшего сценариста! Друг возникает передо мной как из-под земли, и я ничего не могу поделать с собой. Улыбнувшись, крепко обнимаю его. - Совсем крышей поехал от своего недотраха?! – брыкается Чунмён, но не отталкивает, похлопывая меня по спине. – Эй, ты чего, Чанёль? Всё в порядке? - Я соскучился, дружище. Друг отстраняется, заглядывая в мои глаза. - Ты вчера что-то принимал в том клубе? Молча отрицательно качаю головой, и следую за ним в просторный зал, где уже собралось порядка двадцати человек. С моим появлением актёрский состав и стафф-команда значительно оживляются в предвкушении. Кто-то улыбается мне, кто-то просто укоризненно прожигает взглядом. Мне плевать. Всё время, пока идёт прогон текста, безучастно пролистываю фотографии в телефоне, всё ещё надеясь отыскать там заветные папки с подписями «мой соблазнитель» или «Хунни и Нини», с бесчисленным количеством драгоценных моментов. Ничего. Хочется швырнуть этот грёбанный телефон о что-нибудь твёрдое, а ещё лучше, удариться своей головой. Из-за собственной узколобости каким-то образом я умудрился оставить свою семью. Ради чего? Внезапно меня прошибает очередной мутной мыслью, от которой на лбу выступают капельки холодного пота. А что если его никогда и не было? Что если это был просто сон с пьяного угара? Что если омегаверс существует только в фантазиях фанатов, которые придумывают свои истории в интернете?.. В горле моментально пересыхает и я, извиняясь невпопад, ретируюсь в коридор к кулеру. -…И мне стаканчик, пожалуйста, если не трудно. – доносится из-за спины и моё тело застывает в одном положении. Бархатный низкий голос, который мне не спутать ни с один другим. Медленно оборачиваюсь и шумно выдыхаю, увидев долгожданное лицо. Приходится изо всех сил сдерживать себя, чтобы не сгрести его в свои медвежьи объятия, и не зацеловать любимые губы. Это не наш мир. Скорее всего, этот Кёнсу не знаком здесь со мной лично и сочтёт меня психом, если накинусь на него вот так вот с ходу. Его восхитительные глаза горят знакомым озорным огоньком, и я пытаюсь угадать настроение и отношение ко мне. Протягиваю одноразовый стаканчик с водой, всё так же, не отрывая от него взгляда, но когда наши пальцы соприкасаются, с грустью замечаю отсутствие обручальных колец на них. - Представляю, как ты счастлив, Пак, - оказывается, Кёнсу тоже смотрит туда же, и его губы растягиваются в грустной ухмылке. – Никаких детей и рутинных обязательств перед своим омегой. - Кёнсу, - облегчённо выдыхаю. Он помнит. И он настоящий! Стоп… Если мы всё помним, то… - Что за херня? Где твой живот, Кёнсу? И какого чёрта мы оказались в этом мире? - Какой живот, милый? – дьяволёнок демонстративно проводит ладонью по плоскому торсу и широко улыбается мне. – Ты же в курсе, что мужчины не могут забеременеть и тем более вынашивать детей. Это удел…Как их там… - Женщин. – раздражённо заканчиваю предложение и хватаю мужа за запястье, заталкивая его в первую попавшуюся подсобку. - Где. Твой. Грёбаный. Живот, Кёнсу? Тот, в котором растёт наш семимесячный третий ребёнок?! - Полегче, Пак, – парень скидывает с себя руки и упирается ладошкой мне в грудь, – Не ты ли прошлым вечером втирал мне о том, что этот твой мир куда прекраснее того, куда тебя затянуло из-за проклятия какой-то полоумной ведьмы. Что имел ты в виду меня и моих... Как в банальной сцене какой-нибудь сопливой дорамы я не даю Кёнсу договорить, накрывая его губы своими. Жадно сминаю, проводя по ним языком, будто не целовал их целую вечность, опускаюсь руками ему на поясницу и вжимаю в себя, желая, чтоб мы стали единым целым. Парень пытается вырываться, но всё же инстинкты берут своё, и он отвечает на поцелуй. Мы не отрываемся друг от друга несколько долгих мгновений, пока дыхание не сбивается полностью, а с уст моего ненаглядного не срывается приглушённый стон. - Иди в жопу, мудак! – меня отталкивают со всей силы к стене, но я лишь усмехаюсь, облизываясь, как довольный кот. - Ты же знаешь, только в твою, мой милый. Кёнсу хмурит свои умилительно густые брови и вытирает припухшие губы. - Предупреждаю тебя, Пак Чанёль, ещё раз так сделаешь, и я тебе твои причиндалы оторву к чёртовой матери. Теперь мы твоём замечательном мире. Тут я не твой навязанный Судьбой омега, а ты не вынужденный страдать от этого всего дерьма альфа. Нет никаких детей. Нет никакой беременности… Голос Кёнсу надламывается на последних словах, и я делаю шаг навстречу. - Не. Приближайся. Ко мне, Пак. Ты получил свою замечательную "натуральность" назад. Вот и живи с ней. А наши пути расходятся на этом. Обойдя меня, как прокажённого, Кёнсу покидает помещение, громко хлопнув дверью. - Ты куда пропал? – вечно улыбающийся Чунмён настигает меня у самого кабинета. – Я, конечно, отмазал тебя на сегодня, но в следующий раз ты просто обязан присутствовать, иначе поползут ненужные слухи среди команды. И да, – друг игриво вздёргивает бровями. – Что это ты там делал с нашим До Кёнсу? - Нашим? – резко ощетиниваюсь я. - Хей, ты чего? – Чунмён непонимающе хмурится и шумно опускается на диванчик в моём кабинете. – Конечно, он наш. Мы заключили контракт с этим парнем около четырёх лет назад. Совсем головой поехал? Не помнишь что ли? Почти все популярнейшие ОСТы к нашим работам в его исполнении. Мы же постоянно выпиваем с ним на общих вечеринках и мероприятиях… И тут у меня в голове соединяются частички разобранного пазла. До Кёнсу… Талантливейший исполнитель, за которого компания почти полгода выгрызала глотки нашим конкурентам. Милый паренёк с большими глазами, при виде которого у меня всегда всё замирало внутри. Всегда. Мы были знакомы всё время. Ещё до всех событий с проклятием ведьмы и до омегаверса. И я...уже был влюблён в него… Поэтому и не мог спать ни с кем женского пола. Я гей. В любом измерении. Я родился таким… - Вот же чёёёрт! – резко подхватываюсь на ноги. – Чунмён, мне надо… Не могу связно объяснить другу, куда мне надо, потому что и сам плохо соображаю. Надо бы найти ту девчонку, с которой всё началось. Вот только где? А вообще, для начала надо найти моего Кёнсу и объясниться с ним раз и навсегда. Он должен знать. Я должен рассказать. - Слушай, брат, случайно не знаешь, где могу найти этого До Кёнсу? Мы не договорили, а номера его телефона у меня нет. - Номер не проблема, - улыбается Чунмён, тоже поднимаясь на ноги. – Как впрочем, и найти его самого. Скорее всего, он, как и большинство наших на закрытом мероприятии одной сотрудницы компании. Нам, кстати, уже пора выдвигаться туда. - Я за рулём. – не теряя времени, схватил мобильный вместе с ключами от машины и выскочил в сторону лифта, не обращая внимания на возгласы друга с просьбой подождать его. Удивительные открытия не заканчиваются даже, когда мы добираемся до места. Моя челюсть громко встречается с полом, стоит мне увидеть ту самую девушку из стаффа. Ту самую. На негнущихся ногах подхожу к ней и её жениху, с которым как раз состоялась помолвка. Молодой человек сдержано кивает мне и, извинившись, покидает нас, оставив наедине. - Поздравляю… - неуверенно произношу, не зная куда деть глаза. - Ты даже имени моего не запомнил, так? Всемогущий, самоуверенный Пак Чанёль, усиленно не признающий свою истинную природу… - Нет, нет. Всё это в прошлом! – затараторил я как можно тише. – Послушай, мне очень жаль, что обидел тебя тогда, но… Девушка жестом попросила меня замолчать. - Сейчас ты должен объясняться не со мной, Пак Чанёль. Ты осознал всё. Я этого и добивалась. А твоё желание, как понимаю, вернуться в омегаверсный мир? Молча киваю в знак согласия. - Теперь всё зависит от твоей пары. От того, кого ты упорно отказывался признавать столько времени. От того, кого умудрился обижать своими словами даже, когда обрёл такое долгожданное счастье, которое некоторые ищут годами… - Но я не понимаю… - У меня тут помолвка, уважаемый альфа Пак… Поэтому, давай, отныне каждый будет заниматься своим возлюбленным. Не буду желать тебе удачи, но искренне порадуюсь, если ты сможешь навести порядок в том бардаке, который сам же и натворил. Девчонка ухмыляется и отходит, игриво подмигивая подошедшему к нам Чунмёну. - Чего это она? – чешет затылок друг, провожая нашу старую знакомую взглядом. - Ты не видел Кёнсу? - Он… - Мён крутит головой и кивает в сторону небольшой компании людей. – Вон там. Смотрю в указанном направлении и не сдерживаю низкого рыка. Какая-то особа женского пола водит своими тощими пальцами по руке моего Кёнсу, томно опустив нарощенные ресницы. В два своих шага подлетаю к ним и выдёргиваю собственного мужа из лап горе-соблазнительницы. - Он женат! – выплёвываю словами ей в лицо и утягиваю парня подальше от посторонних глаз. - Я тебе сейчас руку сломаю, если не отпустишь… - шипит Кёнсу, всё же вырываясь из моего захвата. - Не отпущу! – не сдаюсь я, крепко устраивая руки на его бёдрах. – Никогда не отпущу, слышишь! Ты мой муж, Кёнсу! Отец моих детей. Человек, без которого уже давно не представляю своей жизни. Да и не хочу… И я до одури влюблён в тебя. И всегда был. Нам суждено быть вместе. Во всех мирах и измерениях. Я был полным кретином, когда не понимал этого… Или просто не хотел признавать… Но это… не важно. Как и не важно, в каком мире мы с тобой живём. В любом из них я всегда буду любить тебя одинаково сильно и преданно… - Ого... Будто прочёл отрывок одного из своих сценариев, Пак… - Кёнсу улыбается уголками губ, и я чувствую, как меня ведёт от его близости. - Я соскучился, малыш… - жалобно канючу, словно ребёнок, прислоняясь лбом к его лбу. - Не помню себя в этом мире, - Су прикасается к моему лицу, нежно водя по нему подушечками пальцев. – Совсем ничего не помню. Будто и не я тут жил. Вся моя жизнь там. Хочу вернуться туда. В наш дом, к нашим детям. Хочу назад свой огромный живот и твоё вечное ворчание, какой я несносный беременный омега… В этот раз целую его сразу глубоко и влажно. Стараюсь передать через поцелуй все невысказанные эмоции и чувства. Слышу сбитое дыхание у самого уха, ощущая, как он по привычке зарывается пальчиками в мою шевелюру. - Кёнсу-я~… - выдыхаю в приоткрытые губы и… Мы оба вздрагиваем от громкого детского плача. - Папа! Папа! Пааапа! Успеваем отстраниться друг от друга как раз в тот момент, когда рядом с нами тормозит Чонин, а следом тут же приносится ревущий во всё горло подросший Сехун. - Сехуни... он снова… Ребёнок мгновенно испуганно замолкает, глядя на меня. Присаживаюсь на корточки, не сдерживая улыбки. - Чонин, сколько раз я говорил тебе не ссориться с братом? – стараюсь нахмуриться, но наткнувшись на умилительную картину того, как Кёнсу закатывает глаза, наблюдая за нами, а потом, пыхтя, подхватывает на руки младшего сына, тихо посмеиваюсь вслух. - Вы должны быть дружны, чтобы помогать папочке, когда родится малыш, поэтому будь терпеливее к нашему младшему омежке. Ты же альфа, в конце концов… - Альфа-натурал! – звонко выкрикивает Чонин, утягивая за собой в комнату брата. Теперь я действительно хмурюсь, но лишь до тех пор, пока не слышу низкий глубокий смех любимого мужа. - Вот мы и дома, Кёнсу… - притягиваю парня к себе, нежно и неторопливо целуя его в губы.