Не малыш

— Сухо, — продолжал управлять женской рукой Чонгук.       Молодая девушка совсем не сопротивлялась под чужим напором. Её разум моментально отключился при виде большого органа, который даже невозможно было полностью охватить женской ладонью. Застряв на грязных мыслях, она не заметила, как Чонгук поднес её руку к своим губам и облизал своим шероховатым влажным языком полностью ладонь. Это было отчасти мерзко, но в тоже время мозги вышибало конкретно. Няня лишь захлопала глазами, застыв, и даже не произнесла ни звука под пристальным пошлым взглядом студента, который довольно сексуально глядел на её и выгнул играючи бровь.       Ему не в первой было видеть подобную реакцию. Иногда девушки даже убегали при виде его монстра в штанах, а другие настолько поражались, что, даже попробовав его, не могли насытиться и продолжали изводить продолговатый твёрдый сочный предмет. Реакция няни была такой обыденной и скучной сейчас, но Чонгуку было не до этого. Ему нужна была разрядка, поэтому он вернул женскую ладонь на прежнее положение. Прямиком на собственный эрегированный орган, который так невероятно задирался к животу и слегка покачивался от прикосновения. — Нуна, ты же знаешь, что нужно делать?.       Девушка покачала головой, с трудом осознавая на самом деле происходящее. Её рука начала медленно опускаться к основанию члена, а затем более резко вверх дернулась к влажной головке, размазывая предэякулят. — Ах, — простонал сладко Чонгук, задирая голову и прикусывая нижнюю губу, когда пальцы с нажимом проскользнули по сочащемуся органу.       Парень начал ускорять процесс и стонать, шепча «нуна» всё громче. Девушка была одурманена высоким сладким голосом, срывающимся с влажных губ от каждого толчка мощных бедер, смотря, то на лицо грязного студента, то на его пенис. А в голове только пошлые мысли: Какой же огромный член, и какой же Чонгук, черт возьми, горячий.       Из-под задранной футболки отчетливо были видны кубики пресса, покрытые капельками пота. Его длинные пальцы продолжали крепко и нежно охватывать руку девушки, катая её поверх ствола. А эти блестящие черные глаза…       Няня утонула в чёрном пошлом омуте по имени Чон Чонгук глубоко и полностью. Движения вверх и вниз ускорились, как и дыхание Чона. Юноша также утопал в собственном омуте. Встретившись взглядами, девушка выдохнула его имя и переняла всю инициативу дрочки на себя. Немного ускорившись, специально сильнее сжимая головку и проводя пальцем прямо у отверстия, в ответ она получала такие громкие прерывистые стоны, что на секунду вспомнила, что в доме они были не одни. Младший брат Чонгука, за которым на самом деле присматривала эта девушка по имени Лиён, мог их слышать. Няня замедлила движение в панике, но свободная рука Чонгука схватила крепко за плечо. — Не замедляйся. Я почти, — выдохнул он, прикусывая губу.       От такого низкого голоса всё тело покрылось мурашками, а внизу живота резко потянуло вниз, закручивая в водоворот всё возбуждение. Как же девушка текла от члена в руках, что пот лился ручьем по спине и ногам.       Чонгук продолжал несдержанно стонать «нуна», подбрасывая бедрами вверх, когда рука резко скатывалась вниз. Можно сказать, студент сам трахал ладонь со звучным хлюпаньем, а няня сходила от этой пошлой картины с ума.       В какой то момент орган запульсировал, максимально натянулся. Чонгук, задержав дыхание, начал быстрее двигать бедрами в такт руке няни и, зарычав с громким выдохом, задрожал. Белая струя жидкости в огромном количестве излилась из него, пачкая футболку и не останавливающуюся скользящую руку. Лиён сделала еще пару движений, размазывая сперму по стволу. Чонгук ввалился на подушки, его грудь продолжала резко подниматься и опускаться. Девушка убрала руку с огромного члена, всё еще не соображая. Перед глазами стояла пелена, а внизу сильно намокло. — Спасибо, нуна, — громко дыша, прошептал студент, смотря исподлобья. — Твоя футболка в твоей… — заметила няня, и вдруг неловкость накрыла её с головой.       Что я наделала? — её щеки загорелись, а голова резко разболелась от осознания всей ситуации и возбуждения, что продолжалось в ней распаляться. Ей хотелось ударить себя за то, что мастурбировала парню, что был младше её на пять лет. Это было неправильно. Возможно, в жизни Чонгука это казалось нормальным приключение, так как он был полностью удовлетворен произошедшим, но не для неё. Это было мерзко и дико. Но она не могла себя контролировать.       Почему? Потому что сама хотела потрогать этот орган? Потому что хотела удовлетворить Чонгука? Мерзкая извращенка, — ругалась девушка про себя — Ничего, я постираю, — начал парень снимать футболку, выставляя напоказ своё идеальное, черт возьми, тело и вытирать член. — Нуна, тебе тоже нужно умыться, — Чонгук взял девушку за руку, продолжая своей одеждой вытирать от спермы. — Да. К-конечно. Спокойной ночи, — резко дернулась она вверх из-за обжигающих прикосновений, словно её руку облили кипятком, и направилась скорее к выходу. — Сладких снов, нуна, — бросил удовлетворенный студент в спину.       Нуна подорвалась к раковине скорее отмывать еще оставшуюся сперму с руки, кривя лицом, будто это несмываемые грязные позорные метки, доказывающие её грешное деяние. Она не была верующей, но и не могла отрицать свой проступок.       Господи, что я натворила. Зачем поддалась на махинации этого парня. Конечно же из-за члена огромных размеров, — всплыл образ дергающегося органа в оргазме сам по себе в голове.       Чёрт! В какой момент всё полетело к чертям?       Когда Лиён увидела случайно член Чонгука в туалете или раньше, когда они при первой встречи пересеклись взглядами на кухне, ощутив нечто притягивающее их обоих. Словно это была та самая точка невозврата, связывающая их судьбы, от которой уже не сбежать, предрекающая начало сексуального апокалипсиса, к которому няня шагнула, не осознавая еще, что одной мастурбацией это не закончится. Ведь впереди целая неделя, когда Лиён нужно будет присматривать за младшим сыном семьи Чон — Чоншином, и жить в одном доме с юношей, которому не впервой было соблазнять нянечек своего братца.