Да черта с два я выйду за тебя!

Итачи нехотя поплелся в кабинет младшего, желая поскорее отобрать у него девятихвостого, все же у того две метки, значит, он должен принадлежать двоим так. Зайдя внутрь без стука, он присел на стул, внимательно слушая поручение. — Мне пришло известие о том, что император Севера прознал про девятихвостого. По слухам от надежного источника, он его собираеться выкрасть с помощью наемного убийцы на этих соревнованиях хвостатых. — Произнес младший, не отвлекаясь от чтения бумаг. — Хм… И зачем он ему вдруг понадобился? — спросил Итачи, задумываясь. — Вероятно, он хочет держать его, как раба или породить «золотое дитя», которое может сделать только девятихвостый. В зависимости от воспитания, дите может понести, как разруху, так и добро, но для этого нужна так называемая « любовь», если девятихвостый не будет любить, то его хозяин понесет проклятие, и будет оно передаваться из рода в род, как гласят легенды. — Ответил Саске, откладывая бумагу из кучи в сторону. В дверь постучали, Курама зашел внутрь, садясь между братьями. — Я слышал ваш разговор. От части это правда, но только, если над девятихвостым будут издеваться и надругаться, то это понесет большие проблемы для этого человека. Есть еще один нюанс, он проклянет его душу. Так, что, вам стоит быть осторожным, и запомните одну вещь: не стоит его «сжирать», а потом обманывать, и лучше вам ваших наложников распустить. — Встряв в разговор, Курама забыл о причине изначального прихода. — То есть, для любви девятихвостого, мы должны от чего-то отказаться? — спросил старший, смотря на Кураму с недоверием. — Верно. Так, зачем вы меня звали? — он повернулся к императору, ожидая ответа в полной тишине. Даже старшему было интересно, какова причина прихода этого телохранителя. — Я позвал тебя, чтобы узнать, как его самочувствие? — Можете не волноваться, Карин позаботилась о его ноге. Сейчас он отдыхает в своих покоях. — Ответил Курама. — Свободен. — Грубо сказал Учиха. Поклонившись, шатен вышел из кабинета, задумываясь. Поведение императора было не таким, как обычно. — Ты тоже. — Он посмотрел на своего брата, пронзительно. — Я его украду у тебя. — Перед уходом, он помахал ему рукой, выходя с уверенной ухмылкой. — Посмотрим. — Вслед захлопывающейся двери, прошептал Саске.

***

Открыв глаза, Наруто присел на кровати, смотря в окно. Солнце грело землю, но оно было не теплым утром, но дополняло эту картину, которая завораживала. Он не заметил, как к нему на кровать присел его жених, смотря на красивый профиль. — Ну и невеста… — Твоя рожа тоже ничем не лучше. — Ответил блондин, поворачивая лицо. Оставалось пара сантиметров между губами. Саске хотел приблизиться еще больше, эти пухлые, слегка розоватые губы манили, но блондин решил по-другому, он пнул его с кровати, смотря сверху вниз. — Чтобы получить место на моей кровати, ты должен доказать мне свои слова! — и он отвернулся, укрываясь одеялом с головой. —… — Учиха поднялся с пола и сел на стул, скрещивая ноги. В комнату вошел Итачи, садясь на то же место. Он ткнул Наруто в плечо, тот вылез из-под одеяла. Брюнет с сияющей улыбкой положил тому в руки маленькие саженцы для цветов. — Это, чтобы тебе было чем заняться, когда Саске занят. А сейчас, лечишь. — Он нежно коснулся губами его холодного лба, вставая с кровати и уходя. Саске лишь молча наблюдал, но когда лицо этого мелкого паршивца озарила счастливая улыбка, Саске разозлился, очень сильно. — Ты… Что хочешь? Говори, я куплю все, что пожелаешь. Стану твоей вывихнутой ногой, пока не вылечишься. — У Узумаки глаза аж воспылали. Он придумал такое испытание на прочность нервов. — Пошли на рынок! — крикнул Наруто, сверкая глазами. — Список того, что купить будет у Курамы. А теперь, оставьте, ваше высочество, меня одного. Я устал. — Последнее, он явно говорил с сарказмом. И это ему не нравилось. Промолчав, Учиха пошел обратно в кабинет разбирать оставшиеся бумаги. Спустя час к нему пришел Курама с огромным списком от Наруто. Сделав спокойный вид, Саске тут же отправился на рынок, ища вещи и продукты из списка. Для этого, ему пришлось пережить жару и обежать весь рынок, пока список не закончился. Вернувшись в замок поздно ночью, он велел отнести это все в покои Узумаки, еле передвигая ногами, поплелся в свои. Курама в это время проходил мимо, сочувствуя императору. Когда тот поднялся, Курама подошел к нему. — Зови наложников. Выберу из них подходящего по внешности и отплачу ему. Пусть общается с Итачи, все равно ко мне потом прибежит. — Учиха был зол, потому Курама игнорировал его просьбы, проклиная идиотский характер девятихвостого. Внезапно, он почувствовал холод. И он мог означать только одно. — Зовите Итачи и сами приходите в его покои. Кажется, сейчас у Наруто неприятности с духом. — Ничего не объяснив, Курама помчался в покои своего господина, моля, чтобы тот был в порядке и ни в коем случае не использовал свою истинную форму. — Девятихвостый… Ты будешь моим. — Произнес человек, стоящий на крыше, улыбаясь. — Я не отдам тебя этому проклятому Учихе!

***

Узумаки лежал в своей кровати, ощущая чужое присутствие. В комнату ворвался ошарашенный Курама, высматривая что-то взглядом. За ним прибежали Саске и Итачи. Курама сосредоточился и поймав духа, обнажив свой нож, наложил печать, позволяя стать ему материальным. — Принц, вы в порядке? — спросил Курама, смотря на Наруто. — Курама, отпусти его. Этот дух мой. — Произнес Узумаки. — Чем докажете? — спросил Курама. — Посмотри на его лоб. У него там моя печать. — Курама сделал, как попросил блондин, снимая печать, и швыряя в руки Наруто. — Пью-пью-пью-пью!!! — Рыкнул зверек. — Таои, успокойся. Он не причинит тебе больше вреда. Кстати, спасибо тебе. Ты уйдешь или будешь со мной? — лучезарная улыбка заставила смутиться трех парней, словно они наблюдали, как мама говорит со своим дитём, что являлось больной темой для Курамы и Наруто. Может даже к лучшему, что он этого не помнит? — Пью-пью. — Ответила зверушка и исчезла. — Дух, которого ты хотел уничтожить, я посадил в ту банку. — Наруто указал на стол. — Вы же не использовали дьявольскую форму? — приподняв бровь спросил Курама. — Пришлось. — Ответил Узумаки, скрывая свою руку под одеялом. Курама подошел и вытянул ее, осматривая. — Он вас все же коснулся. Для этого понадобиться «язык любимого», иначе он захватит вас. Император, сегодня ночью вы останьтесь с ним, и когда он заснет, вы должны поцеловать это черное пятно. Если метка загорелась, значит сработало, если нет, значит второй ночью это сделает генерал. — Братья переглянулись, между ними началась война, молчаливая, но кровопролитная. — Я не позволю тебе и пальцем его коснуться. — Произнес Саске, покидая покои. Итачи усмехнулся, следуя за ним. — Отдыхайте. — Произнес строго Курама, выходя следом.

***

Ночь наступила быстро. Саске вошел в покои своей невесты, ложась рядом. Наруто уже крепко спал. Его освещенное лунным светом лицо было таким красивым, а губы притягивали, словно магнит, но он остановился, вспоминая слова этого придурка. Взяв его руку и поднеся к своим губам, он нежно коснулся ее, тут же смущаясь и отворачиваясь. В ту же секунду метка на руке загорелась огненным светом, а темные пятна начали сходить. Наблюдая за этим, Саске отметил, что это похоже на очищение ангела в поднебесье, после того, как дьявол коснулся его. Улыбнувшись, он отвернулся, пытаясь заснуть. Тонкие, нежные руки обняли его со спины, шепча: — Нет… Нельзя… Ты погибнешь… — Учиха повернулся к Наруто, целуя того нежно в лоб, убирая капли слез своими пальцами. — Все хорошо, я здесь. — Шепнул он в ответ, после чего его еще крепче прижали к себе, носом утыкаясь в грудь. Учиха тоже обнял его, погружаясь в дрему. В этих сумерках, в этот самый момент тот человек стоял на крыше и наблюдал. Его это раздражало. Учиха и ЕГО девятихвостый? Муж и жена?! Жених и невеста?! Любовь?! Ему хотелось смеяться, ведь он был убежден, что Наруто принадлежит ему, что все его тело и разум дышат только им, что сниться ему именно он. Да, именно. Этот проклятый император просто глупое дитё, так, бельмо, которое скоро исчезнет, умрет, и тогда Узумаки будет его. Но он не учел одного: за ним наблюдают. Курама рассказал о нем генералу, и тот постоянно следит за ним, выжидая нужного момента. Хоть ему и не приятно это. Он продолжает следить за его мерзким поведением, от которого хочется блевать. Эта мразь исчезнет, а Учиха сильнее сжимает свой клинок в ножнах.