Два зеркала и несколько кварталов

Придя домой, Билли действительно попытался сделать уроки, но вскоре обнаружил, что уже десять минут сидит неподвижно и пялится в стену. Решив, что если сегодня, после свидания не успеет сделать уроки, то завтра спишет у кого-нибудь, он отложил тетрадь в сторону. Долго ломать голову над вопросом «что надеть?», он не стал и надел тёмные джинсы и белую рубашку. Так он выглядел и не слишком официально, и не слишком небрежно — золотая середина. До приезда его соулмейта оставалось ещё полчаса, а Билли уже был готов. Несколько минут бесполезного метания туда-сюда, не принесли должного успокоения, и он даже попробовал снова взяться за уроки. Это тоже не принесло никакого результата. Билли отправился на кухню и каким-то образом умудрился съесть все макароны, которые мама оставила ему на ужин, так как они с отцом уехали ещё утром и сказали, что вернутся поздно. Только он поставил вымытую посуду на место, как услышал подъезжающую машину. Выбежав в коридор, он мельком оглядел себя в зеркало — вроде бы ничего не заляпал. Билли дождался отрывистого стука в дверь и сразу же открыл её.  — Привет, — выпалил Билли. И сразу же покраснел, ведь они уже виделись. Скарсгард никак это не прокомментировал, только улыбнулся и спросил:  — Готов?  — Да, — ответил Билли. Скарсгард развернулся и пошел к своей машине, Билли, захлопнув дверь, последовал за ним. Он с любопытством осмотрел машину учителя — чёрная «De Lorean DMC-12», если он, конечно, не ошибается. Скарсгард, тем временем открыл пассажирскую дверцу.  — Я не девушка, — немного обиженно буркнул Билли.  — Я догадывался, — улыбнулся его истинный. Дверь плавно опустилась на место. До кафе с символичным названием «Кексик», они доехали слишком быстро, хотя может это Билли так показалось, ведь он никогда не ездил по городу на машине. Почему название «Кексик» было символичным? Наверное, потому что еда здесь была не то чтобы вкусной, зато десерты — просто божественны, другого слова подобрать было нельзя. Несмотря на то, что сегодня посетителей в кафе было крайне мало, Билли не сомневался — уже к вечеру об их свидании с мистером Скарсгардом будет знать весь Дерри. Они заняли двухместный столик возле окна. К ним сразу же подошла официантка и положила два меню. Билли принялся вяло его перелистывать, в поисках не слишком дорогих блюд. Не сложно догадаться, кто будет оплачивать счёт, особенно учитывая, что у Билли в карманах нет ни цента. Скарсгард, как будто прочитав его мысли, сказал:  — Ты можешь брать то, что захочешь.  — Я н-не голодный, — пробормотал он, наконец, добравшись до раздела с напитками.  — Билли, — преподаватель положил руку на ладонь Билли, — пожалуйста, я хочу, чтобы тебе понравилось это свидание. Не надо стесняться, ты можешь брать всё что захочешь. И Билли кивнул, ему было как-то неловко спорить после этих слов. Подошла официантка, Скарсгард заказал два фисташковых пирожных и чёрный кофе с тремя ложечками сахара, а Билли — пирожное «снежок» и коктейль «мечта». Хотя коктейль это сильно сказано — просто свежевыжатый апельсиновый сок, в который добавили кусочек ванильного мороженого. «Снежок» представлял собой смесь мороженого, ванильного крема, белого шоколада. Всё это было посыпано кокосовой стружкой и имело шарообразную форму.  — Расскажи мне о себе, что ты любишь? — спросил Скарсгард. Билли ненадолго задумался.  — Ну, я люблю всё сладкое, мне нравится красный цвет… По крайне мере нравился, — он снова задумался, — А ещё я пишу небольшие рассказы… Точнее писал до прошлого года. Билли замолчал. Да, он действительно писал рассказы, в основном страшные, лет с тринадцати, но после пропажи Джорджи писать про монстров похищающих и пожирающих людей, и в особенности детей, стало невыносимо. А уж после случая с Оно, он старался даже не думать о монстрах. Кажется, его мечте стать писателем не суждено свершиться, а ведь он даже не задумывался об этом до этого момента.  — Прочтешь мне какой-нибудь из своих рассказов? — вырвал его из задумчивости вопрос Скарсгарда.  — Нет, — выпалил он слишком поспешно, а потом попытался смягчить отказ, — вдруг ты испуг-гаешься и с-сбежишь от меня.  — Ты пишешь ужасы?  — Писал, — поправил его смутившийся Билли. — Да, я п-писал ужасы.  — Я не испугаюсь, — пообещал его соулмейт, — ну пожа-а-алуйста, — протянул он, сделав жалобные глаза. Странно, до этого момента Билли даже не замечал, какие огромные у Скарсгарда глаза. Такие большие и ярко-голубые… Он заворожено кивнул, только через несколько минут понимая, что наделал.  — А что любишь ты? — спросил Билли. Настала очередь Скарсгарда думать, как же ответить, потому что ответ « — Я люблю детское мяско», явно не понравится его соулмейту.  — Я люблю попкорн, — начал он, — особенно политый карамелью. Ещё я люблю — «летать, особенно в облике птицы» -… плавать. Я очень люблю плавать. Воцарилось недолгое молчание, потому что Скарсгард не знал, что ещё можно сказать о себе.  — Ещё я люблю страшные рассказы, — наконец нашёлся он.  — Ты сказал это специально? — попытался подловить его Билли.  — Нет, конечно, — Скарсгард притворился, что ужасно оскорблён таким предположением. — Мне действительно нравятся страшные рассказы. Я даже перечитал все книги Лавкрафта по нескольку раз.  — Да? — встрепенулся Билли. — А какая твоя любимая? Моя — «Зов Ктулху».  — Мне больше всего нравится «Морок над Инсмунтом», — ответил Скарсгард.  — Мне тоже нравится эта книга! — обрадовался Билли. Они обсуждали творчество Лавкрафта, а когда Скарсгард заметил, что Билли закончил со своим десертом, он спросил:  — Ну что, пойдём?  — Куда? — не понял Билли.  — Можно к тебе домой, можно в лес или ещё какое-нибудь жуткое место. Я просто не думаю, что эта кафешка — лучшее место для рассказа страшных историй. Билли тихо застонал, вспомнив о своём обещании. А потом, внезапно, кое-что понял.  — А почему мой дом попал в список жутких мест? — возмутился он.  — Ну, подвалы — это всегда жуткое место, а в каждом доме есть подвал, — пояснил Скарсгард. — А ещё я подумал, что если ты вдруг не помнишь свои рассказы наизусть, то тебе надо немного освежить память. Ты же ведь записывал свои рассказы куда-нибудь?  — Да, — ответил Билли. — Ладно, т-тогда заедем ко мне за тетрадью… Только в подвал мы всё же заходить не будем, — он передёрнулся от воспоминаний о Пеннивайзе. Скарсгард оплатил счет, и они вышли из кафе. Когда они уже подъезжали к его дому, Билли вспомнил, что он понятия не имеет, куда закинул свою тетрадь со страшными рассказами почти год назад. Она может быть и под кроватью, и в ящике стола, и где угодно, так что вполне возможно, Билли даже не сможет её найти. Чёрт, это будет крайне неудобно. К счастью, тетрадь нашлась на книжном шкафу, в его комнате. Он спустился на первый этаж к ожидающему его Скарсгарду. Они уселись на диван в гостиной, и Билли посмотрел на своего соулмейта в надежде, что тот передумает, но тот смотрел на него выжидающе и Билли начал зачитывать один из рассказов: «Однажды, группа подростков решила забраться на территорию заброшенного завода и переночевать там. Они вошли в здание и при свете вечернего солнца помещение не показалось им страшным. Окна отсутствовали, и весь пол был завален старыми веточками и листьями. Поднявшись на третий этаж, они обнаружили засохшие тёмно красные, почти коричневые, следы голых человеческих ног. И это не было бы так странно, но следы были на потолке. Следы шли от проёма двери к окну. Подростки выглянули в окно и обнаружили, что следы ведут на крышу. Они решили осмотреть крышу, но люк туда не открывался, как бы они не старались. Один из подростков, Джек, предложил забыть об идее переночевать здесь, но остальным эта идея нравилась. Они решили, что следы это просто розыгрыш. Они съели еду, которую взяли с собой и легли спать. Только вот Джек никак не мог заснуть. Он весь извертелся и неожиданно, даже для себя, оказалось, что он заполз под один из станков. Несмотря на то, что там сильно пахло ржавчиной, он почувствовал себя намного уютнее и вскоре уснул. Он проснулся оттого, что что-то тихо хрустнуло. Сначала он подумал, что один из его друзей, наступил на одну из веток, но потом он услышал влажный чавкающий звук… Как будто что-то ело. После послышался шлёпающий звук удаляющихся шагов, доносившийся… Сверху. Что-то передвигалось по потолку. Вскоре звуки затихли. Несколько минут Джек не мог пошевелиться, а когда обрёл способность двигаться, начал выползать из-под станка. Он так и не смог полностью выбраться: на полпути он замер, увидев своих друзей. Своих мёртвых друзей. Четверых. А ведь их было шесть! Джек понял, что эта тварь утащила на крышу одного из его друзей. Внезапно послышался звук шагов, и Джек снова заполз в своё укрытие. Что-то возвращалось. Джек не шевелился. Он не шевелился ни когда Что-то утаскивало троих его друзей на крышу, ни когда Что-то принялось чавкать четвёртым, прямо тут в каких-то трёх метрах от него. Он позволил себе пошевелиться только когда солнечные лучи попали в поле его видимости, хотя Что-то ушло за полчаса до этого. Джек выполз из-под станка, подхватил свой рюкзак, стараясь не обращать внимания на залитый кровью пол, вышел сначала из здания, а потом и с территории завода. Никто и ничто не попытался его остановить. С той самой ночи, Джек предпочитает спать под кроватью, а его волосы стали полностью седыми». Билли закончил говорить. Удивительно, но он, ни разу не запнулся во время прочтения рассказа.  — Прекрасно! — воскликнул Скарсгард.  — Правда? — смущённо переспросил Билли.  — Конечно, — подтвердил его истинный. — Мне понравилось!  — А ты испугался? — полюбопытствовал Билли.  — Да, разумеется. Знаешь, я с ужасом ожидал, что Джека всё-таки найдут и сожрут, — здесь Скарсгард немного слукавил, он действительно этого ждал, но конечно не с ужасом, а с неким предвкушением.  — Иногда выжить намного страшнее, — с некой грустью сказал Билли и Скарсгард поспешил перевести тему.  — А где мистер и миссис Денбро?  — А? — переспросил задумавшийся Билли. — Оу, они уехали, я не знаю зачем. Они сказали, что вернутся поздно, — он немного задумался. — Хочешь, я могу приготовить… Бутерброды? — спросил он. Ну, да, больше-то он ничего не умеет готовить. Скарсгард улыбнулся.  — Нет, я думаю, мы хорошо провели время, но мне пора. Если ты хочешь, мы можем увидеться завтра?  — Хочу! — выпалил Денбро, которому было очень интересно вместе со своим соулмейтом. — Может, завтра мы сходим в парк? — предложил он.  — С удовольствием, — согласился Билл. Подросток проводил своего учителя до двери, а на прощание Скарсгард нежно поцеловал Билли в губы.