Два зеркала и несколько кварталов

Билли устало лежал на кровати и задумчиво смотрел в потолок. Внезапно дверь открылась, и в комнату зашел Скарсгард.  — Привет, Билли, я соскучился, — он подошёл и присел на край кровати. Билли хотел было ответить, но не успел — его отвлекли поцелуями. Сначала, Скарсгард целовал только его лицо, но постепенно он начал спускаться вниз. Поцелуи перетекли с лица на шею, а потом почему-то на правую руку. Билли закрыл глаза, наслаждаясь нежными прикосновеньями губ любимого, и даже, когда тот игриво лизнул его пальцы, не открыл глаз. Напрягся он только тогда, когда Билл по запястье засунул его руку себе в рот. Денбро распахнул глаза — это был не Билл! Пеннивайз практически до середины запястья заглотил его руку, его зубы увеличивались в размерах и заострялись, а челюсть растягивалась. Монстр сомкнул клыки на руке подростка… С истошным криком Билли свалился с кровати. Он загнано дышал, пытаясь отойти от кошмара. «Всё хорошо, всё нормально. Пеннивайз — это часть Билла, а он никогда не причинит мне вреда» — проговаривал про себя подросток, пытаясь выровнять дыхание.  — Билл. Билл! — сорванным голосом, практически прохрипел Денбро. Секунд пятнадцать практически ничего не происходило, а потом в окно тихонько постучались. Билли встал с пола, чтобы открыть, но его помощь не понадобилось, окно бесшумно открылось, как будто само по себе. Не успел Скарсгард перекинуть вторую ногу через подоконник, как Билли повис на его шее.  — Ну, тише-тише, малыш, что случилось? — Билл успокаивающе погладил подростка по волосам. Нет, Билли не плакал, в конце концов, он же мужик! Но ему было очень стыдно, он чувствовал себя так, как будто этим кошмаром он предал Билла. Как будто он ему не доверяет. Но Билли доверял своему соулмейту, хотя конечно, никаких доказательств этого, кроме отражений в зеркалах, он пока что не получил. Но, несмотря на это он чувствовал себя в безопасности в объятиях Скарсгарда. Билли не мог точно сказать, когда он принял то, что Билл — это Оно, и даже смирился с этим. Возможно, его любовь к Биллу пересилила неприязнь к Пеннивайзу… Хотя почему возможно? Стопроцентно пересилила! Билли понял, что он не может и не хочет ждать доказательств. Он верил: Скарсгард не врёт — они действительно соулмейты. И вдруг этот кошмар… К сожалению далеко не первый. Это действительно как предательство.  — Я-я-я… М-м-мне, — начал Билли, но из-за заикания он не смог больше ничего из себя выдавить.  — Кошмар? — спросил догадавшийся Скарсгард. Билли кивнул. Скарсгарду все-таки удалось перелезть через подоконник и закрыть окно.  — Что именно тебе приснилось? — спросил он, закончив манипуляции с окном. Билли молчал. А что ему было говорить?  — Малыш, если ты не можешь это рассказать или не помнишь… Хочешь, я могу прочитать…  — Нет-нет, — перебил его Билли. Лучше уж он услышит об этом, чем увидит.  — Я-я-я… Мне п-п-приснилось, как, — он вдохнул воздух, а потом быстро протараторил, — Пеннивайзоткусилмоюруку. Воцарилась тишина. Билли уже решил, что сию секунду провалиться глубоко под землю — это лучший подарок на Рождество, как вдруг Билл взял его за руки и принялся за что-то просить прощение:  — Прости меня малыш — это моя вина. Да, моя, ты же просил подождать доказательств… Прости…  — Так, стоп! О чём, ты говоришь? — перебил его Денбро.  — Ты чувствуешь себя некомфортно из-за меня. Да, я должен был подождать, когда ты начнешь меняться… Я понимаю… — Скарсгард отпустил руки Билли и даже отошёл от него подальше, и теперь он высказывал свои предположения, чуть ли не на другом конце комнаты.  — Ничего ты не понимаешь! — снова перебил его подросток. Он подошел вплотную к Биллу и обвил руками его шею, прошептав, — я тебя не боюсь! Скарсгард стоял и не мог вникнуть в ситуацию. Конечно, было бы намного проще, прочитай он мысли Билли, но он обещал, что будет это делать только в самых критических ситуациях. «А сейчас критическая ситуация?» — спросил он сам себя. А потом аккуратненько, тихонечко, чтобы не забраться слишком глубоко, он посмотрел на мысли Билли.  — Ты опасаешься только Пеннивайза? — спросил он, через несколько секунд. Билли неловко кивнул.  — Ты же ведь понимаешь…  — Да, я понимаю — вы одно целое! — выпалил Билли, а потом глубоко вздохнул, беря себя в руки. Да, он понимал, что они одно целое, и мозгом, даже осознавал, что и Билл и Пеннивайз — два облика, одного и того же существа. Осознавал, но почему-то воспринимал Билла, как обычного человека, в которого подселилось Оно. И Пеннивайза, он воспринимал, не как Билла, а как его вторую личность — альтер эго. Понимал, что это неправда, но всё равно, какая-то часть его психики видимо решила, что так ему будет легче. Скарсгард наконец-то понял, в чём дело. Он аккуратно снял руки Билли со своей шеи, приобнял его за плечи и повёл к кровати со словами:  — Малыш, Пеннивайз тоже твой соулмейт, он никогда не причинит тебе боли, — они вместе уселись на кровать.  — Я знаю, — устало вздохнул подросток, укладывая свою голову Скарсгарду на плечо. Он это знал, понимал, осознавал и ещё куча синонимов, но кошмары всё равно не прекращались.  — Билли, у меня есть идея, — немного неуверенно сказал Скарсгард. — Я не думаю, что тебе она понравится, но это самый эффективный способ… не считая, конечно, стирания памяти, — добавил он, немного подумав.  — Что за идея? — заинтересовался Денбро. Билл немного подумал над тем, как сказать это, чтобы подросток не сбежал от него с криками ужаса, а затем, осторожно подбирая слова, начал:  — Я мог бы принять облик Пеннивайза и так провести с тобой ночь.  — Ты хочешь, чтобы я провёл ночь с Ним? — Билли действительно предпринял попытку к бегству, но Скарсгард удержал его.  — Я просто буду лежать рядом, и охранять твой сон, — заверил он подростка.  — Ну, да, я, конечно, буду спать как младенец. Мёртвым сном! — выпалил Билли.  — Не смешно, — спокойно и немного расстроено сказал Скарсгард. Билли виновато отвёл взгляд.  — Я просто не хочу, чтобы в тебе копился страх по отношению ко мне или одной из моих форм, — снова попытался объяснить Билл, и на этот раз, Денбро кивнул. Скарсгард начал менять облик, и Билли не стал закрывать глаза. Сначала у него увеличился череп, особенно в районе лба, лицо стало более округлым, увеличились скулы и щёки. Затем слой белой краски покрыл лицо, на щеках появились красные линии, волосы удлинились и стали рыжими, глаза приобрели желтый цвет. Одежда тоже изменилась, но Билли понял это, только после того как почувствовал гладкий шёлк перчатки. Они по-прежнему держались за руки. Билли отвёл взгляд от его лица и уставился в окно. Они провели в этом ужасно неловком молчании минут пять, но подростку показалась, что несколько часов, так как у него затекло практически всё.  — Это была чертовски плохая идея, — констатировал очевидный факт Денбро. — Пожалуйста, возвращайся обратно в свой облик, — почти взмолился подросток, имея в виду, конечно же, облик Билла. Денбро даже попытался встать с кровати.  — Малыш, тише-тише, всё нормально, — Пеннивайз обнял Билли за талию, одной рукой, другой, продолжая удерживать его руку. — Я всегда буду тебя защищать, я никогда не причиню тебе боли, — шептал он обещания ему на ухо. Билли прекратил вырываться и, немного подумав, наконец задал давно мучавший его вопрос:  — Ты узнал, что мы соулмейты ещё в июле. Почему ты не… не знаю, не поговорил со мной? Зачем ты заманил нас в канализацию?  — В канализацию я заманивал только тебя, — признался клоун.  — Зачем? — неуверенно спросил Билли. Он не был уверен, что хочет знать ответ на этот вопрос.  — Ну… — Пеннивайз немного замялся, — я просто хотел остаться с тобой наедине, поговорить, но не был уверен, что ты не сбежишь. Я не ожидал, что твои друзья пойдут с тобой в канализацию.  — Так, ты пытался выполнить свой план, насчёт остаться наедине, — начал рассуждать вслух Билли. — Но ты отступил. Почему ты передумал?  — Если бы я убил кого-то из твоих друзей — ты бы расстроился. Я не хотел, чтобы тебе было плохо или больно из-за меня, — пояснил Пеннивайз. — Я… Ты у меня первый, — внезапно начал рассказывать Пеннивайз, — Я никогда ни с кем не разговаривал, в полном понимании этого слова, и тем более, никогда не любил. Никого. Я вообще, последние пару миллиардов лет только ел и спал, — признался клоун, немного стесняясь этого признания. — Весь июль и половину августа, я пытался тебя игнорировать, но потом решил, что хочу быть с тобой, и за несколько недель до сентября я прочитал все книги на Земле. Билли пораженно переваривал информацию.  — Ты прочитал ВСЕ книги? ВСЕ? — переспросил он.  — Да. Я хотел лучше понять людей. То есть, я, конечно, умею читать мысли и всё такое, но я хотел узнать, как люди реагируют в ситуациях… не связанных с опасностью для жизни. Билли задумчиво теребил кружевной рукав клоунского костюма. Возможно, идея провести ночь в обществе Пеннивайза не так уж и плоха. Узнав эти маленькие, и даже милые, факты из жизни клоуна, Билли просто не мог относиться к нему по-прежнему. Сам он не слишком любил читать, — писать ему нравилось намного больше, — и поэтому то, что ради него прочитали все книги мира, казалось Билли практически подвигом. Он сжал руку в перчатке, показывая, что его тронули признания Пеннивайза. Они снова погрузились в молчание, но на этот раз оно не было нервозным. Внезапно, в голову Билли пришёл ещё один вопрос:  — Почему мои родители всё ещё не проснулись? — он посмотрел на стену, туда, где находилась комната родителей, как будто он мог смотреть сквозь предметы. Из их комнаты не доносилось ни звука, хотя они с Пеннивайзом даже не пытались говорить тихо. Билли перевёл подозрительный взгляд на клоуна.  — Я тут не причём, — сразу же заявил тот. Пеннивайз перевел взгляд на стену, несколько секунд он просто молча смотрел на неё, а потом вынес вердикт, — они приняли на ночь по две таблетки снотворного. Они, кстати, пьют его каждую ночь. Билли глубоко вздохнул. В принципе, он не удивился, услышав об этом. После смерти Джорджи их как будто подменили, и он уже очень давно перестал удивляться их поведению. Пеннивайз прижал Билли к себе и прошептал:  — Прости меня, — он извинялся, но не из-за того, что родители не обращали на мальчика внимание, — здесь он действительно был не причём, — а за то, что он убил Джорджи. — Я не хотел убивать твоего брата. Если бы я мог поворачивать время вспять…  — А ты не можешь? — спросил Билли немного удивлённо. Если честно, он искренне верил в безграничную силу Оно.  — Нет, — прошептал клоун. Билли молчал. Молчал уже довольно долго, но Пеннивайз не стал читать его мысли. Он хотел, чтобы если Билли… Если он вдруг… Если он никогда не сможет его простить, чтобы он сказал об этом вслух. Но Билли молчал. Пеннивайз подхватил Билли на руки, а потом положил его на кровать, и сам навис сверху. Билли вцепился руками в бока клоуна.  — Скажи мне! Пожалуйста, скажи мне… Не надо скрывать или притворяться, я всё равно буду любить тебя вечно и никогда не причиню тебе вреда, но скажи мне прямо — ты никогда меня не простишь? — спросил клоун, глядя прямо в глаза Билли. Билли отрицательно помотал головой, потом кивнул, затем попытался объясниться на словах, боясь, что его «головомотание» поймут неверно.  — Я-я-я… п-п-п-пр-р-рос-ст-то, — он беспомощно прервал это безнадёжное дело.  — Ты меня ненавидишь? — с каким-то странным выражением лица, спросил Пеннивайз. Билли удивлённо посмотрел на него. Конечно же, он его не ненавидел. Он все-таки понимал, что Пеннивайз является частью Билла, а Билла он любил. Денбро сделал глубокий вдох, и медленно, не спеша, тщательно проговаривая слова, сказал.  — Нет. Я не ненавижу тебя. И я уже простил тебя.  — Ммм, — глубокомысленно протянул Скарсгард. — Боишься? Подросток ненадолго задумался, а потом ответил:  — Нет.  — Эм, волнуешься? Если Билли и понимал, к чему были заданы первые два вопроса, то последний показался ему странным.  — Эм, нет, — ответил он, немного нахмурившись. Пеннивайз, последние несколько минут, вёл себя как-то странно, и дело было даже не в его вопросах.  — Что с тобой? — спросил Билли. Пеннивайз вздохнул, но как-то странно — он сделал очень мелкий вдох.  — Ты только не волнуйся, — начал клоун, — ты мне лёгкое проткнул. Билли сначала даже не понял, о чем он говорит, а потом он почувствовал, как что-то липкое стекает по его правой руке. Конечно же, он резко дёрнул руку на себя. Пеннивайз свистяще втянул в себя воздух и завалился на спину, чтобы не капать кровью на Билли. Впрочем, это было не самое лучшее его решение, ведь теперь Билли мог наблюдать картину «регенерирующее лёгкое в разрезе». Это было не самое аппетитное зрелище, особенно для неподготовленного подростка. Билли с ужасом переводил взгляд с окровавленной груди Пеннивайза, на свою не менее окровавленную руку. На среднем, безымянном и указательном пальце, красовались длинные, десяти сантиметровые, серебристые когти, покрытые слоем влажной красной крови. Опомнившись, Билли бросился к Пеннивайзу.  — О, Боже, нет! — он склонился над ним, с ужасом смотря на рану, на несколько секунд даже забыв, что Пеннивайз бессмертный. В чувства его привёл голос Пеннивайза.  — Не куксись, малыш, я в порядке, — клоун попытался встать, чтобы Билли не видел столь неаппетитной картины, но подросток надавил ему на плечи, заставляя лечь обратно. Билли внимательно смотрел на рану и отпустил Пеннивайза только после того, как она полностью исцелилась. Теперь они могли уделить внимание когтям на руке Билли. Подросток, секунд тридцать пристально рассматривал когти, а потом, раздражённо фыркнув, сказал: — Они не убираются!  — А как ты пытаешься их убрать? — с улыбкой спросил Пеннивайз.  — Я представляю, как они исчезают. Ну, или втягиваются обратно, — ответил Денбро. Клоун не смог сдержать смеха.  — Что смешного? — возмутился Билли.  — Эти когти — часть твоего тела. А значит, есть какая-то мышца, которая за них отвечает. Расслабь свою фантазию и напряги пальцы, — посоветовал ему Пеннивайз, еле сдерживая смех. Билли пробовал напрягать пальцы, растопыривать их, шевелить ими по очереди — ничего не получалось. Билли немного раздражённо прикрыл глаза и, забывшись, попытался сжать руку в кулак. Пеннивайз кинулся к нему, в попытке остановить, но его помощь не потребовалась: когти начали укорачиваться, по мере сгибания пальцев. Билли окончательно сжал руку в кулак, а когда разжал его — на месте когтей были его обычные, человеческие ногти. Пеннивайз тем временем принял облик Билла. На вопросительный взгляд Денбро, он пояснил:  — Я думаю, теперь можно. Билли счастливо улыбнулся — они соулмейты! Нет, он конечно и раньше в этом не сомневался…  — Выходи за меня замуж! — прервал его мысли голос Скарсгарда. Определённо, провести ночь в компании Пеннивайза — это чертовски хорошая идея.