Одинокий вампир и его труп

Многие думают, что легенды или ночные страшилки про страшных ночных существ - это вымысел умалишённых или простых пьяниц, но также есть и те, кто верит, что оборотни, вампиры и другая нежить существует ... Я и мои родители жили в небольшой деревушке, родители и старший брат занимались земледелием, а я всегда оставался дома. В нашей ветхой лачуге было холодно, но на улицу мне запрещали выходить с самого раннего детства. Я был слабым ребёнком, а ещё в нашей деревне лютовало поверье, что если дать ребёнку имя до исполнения десяти лет, то он умрёт. Это пошло с давних времён, когда, по рассказам местных жителей, в деревню пришла ведьма, и её прогнали, а напоследок она прокляла всех детей и они умерли, не дожив до своего десятого дня рождения. Выжили только те, кому уже было десять и старше, поэтому в свои восемь лет я так и не имел собственного имени. Имя … Что ты чувствуешь, когда тебя зовут по имени? Мне это было неизвестно, да и как-то я слышал разговор родителей с братом, из которого понял, что могу и не дожить до десяти лет, так как родился болезненным и с годами здоровье не улучшилось. Было обидно до слёз, я не боялся смерти, но было страшно умереть безымянным, и запомниться ненадолго просто тем мальчиком, который постоянно болел и в один прекрасный день умер. Моего брата звали Вернэн, мне нравилось его имя, нравилось, как оно звучало, я часто повторял его сотни раз, и мне безумно хотелось иметь своё собственное. Возможно, этот год станет последним … а возможно, следующий … Однажды родители с братом ушли в соседнюю деревню продать то, что вырастили, или обменять, я же, как всегда, остался дома. Было скучно, я всё время проводил в постели или просто расхаживал по дому, изредка подбрасывая небольшое полено в очаг, сидел перед ним и всматривался в танцующие языки пламени, представляя что-то даже самому себе непонятное. Неожиданно в нашу дверь тихо постучали, конечно, я знал, что нельзя открывать двери незнакомцам, когда дома нет никого из старших, но красть у нас было абсолютно нечего, жили мы очень бедно, терять было нечего. - Кто там? – я стоял перед ветхой дверью и спокойно ждал ответа. Во мне с самого детства не было страха. Чего бояться? Смерти? Все мы когда-то умрём … Боли? Её испытывают все … Мне порой казалось, что я думаю не как восьмилетний ребёнок, я просто не знал, как и о чём они думают. Я не видел ни одного соседского ребёнка, никогда не покидал дома, а так хотелось всё знать, гулять под солнцем, разговаривать с другими детьми и, наверное, играть в те игры, в которые иногда играет со мной брат. - Мальчик, твои родители сейчас дома? – грубоватый, но приятный голос мужчины задал ответный вопрос. - Они ушли … если вы скажете, кто вы, то, может, я пущу вас погреться у очага. Хотя при желании вы и сами можете без проблем войти, не такая уж и крепкая у нас дверь … - для меня было в новинку разговаривать с кем-то не из своей семьи, а чужие к нам не приходили, было весело. - А ты смелый … Я охотник на нежить. Так что, впустишь? – я задумался. Родители должны были вернуться только через пару дней, и я пообещал ему, что впущу, если он мне представится, а умереть я не боюсь. Если мне суждено сгинуть безымянным от рук этого человека, и именно в этот день, то пусть так и будет, наверное, это то, что называют судьбой, и я открыл дверь. Передо мной предстал высокий коренастый мужчина с грубоватыми чертами лица, щетиной, немного искривленным носом, тонкой полоской шрама на всё лицо, который будто перечёркивал его. Из-под меховой шапки выбивались ярко-белые кудри, а пронзительные голубые глаза внимательно смотрели на меня, и его обветренные губы растянулись в доброй улыбке. Я отошёл в сторону, приглашая охотника войти, и он молча перешагнул порог нашей ветхой лачуги. Одежда на нём была старой и заношенной, с тёмно-коричневыми пятнами, это была засохшая кровь, а на его плечах весела огромная шкура неизвестного мне животного. - А ты точно мальчик? – ехидно подмигнув мне одним глазом, охотник присел возле очага и протянул к нему свои большие руки. - Не смешно, дяденька … Может, мне снять штаны в доказательство? – я, как ни странно, обиделся на его вопрос, а он рассмеялся так звонко. Да, моя внешность была немного не такой мужественной, как у брата, да и мать решила не остригать мне волосы, которые у меня уже были ниже колен, но это не значило, что я женского пола. - Как вас зовут? – мне было интересно, как звучит его имя на языке; присев на деревянный табурет, что стоял в метре от охотника, я пристально разглядывал его. - Милаш. А тебя? – я моментально мысленно произнёс его имя, оно показалось мне самым прекрасным из всех, но не совсем подходило этому охотнику, слишком нежно и ласково звучало для огромного, неотёсанного мужика. - Никак … у меня нет пока имени … говорят, наша деревня проклята ведьмой и, если дать ребёнку имя до исполнения десяти лет, то он умрёт. Мне всего восемь, и я много болею, возможно, у меня никогда не будет имени … - я в первый раз говорил об этом с кем-то, даже брату не говорил, чтоб не расстраивать. - Ведьма? Я убил много ведьм… Как думаешь, я убил ту, которая прокляла вашу деревню? Хочешь проверить, действует ли ещё проклятие? Я могу дать тебе имя. Не боишься умереть? – у меня сами собой потекли слёзы, в первый раз за всю свою недолгую жизнь я заплакал, и не от страха, а от счастья, что у меня будет собственное имя. Я ревел, а охотник был в растерянности, он явно не знал, что надо делать, когда доводишь ребёнка до слёз. Он взял меня на руки и плюхнулся на пол перед очагом, усаживая меня к себе на колени и грубо, неумело пытался погладить по голове. - Вы что делаете? – как ни странно, я моментально успокоился и сейчас был крайне удивлён. - Успокаиваю … - как-то неуверенно пробормотал охотник. - Ааа … так вот что это … И не переживайте, я не боюсь умереть, так что дайте мне красивое имя! Я так сильно хочу иметь своё имя, что больше ничего не важно, я, так или иначе, умру, так какая разница, сейчас или потом? Главное, что у меня будет имя, даже если буду проклят! Ну же! – я в первый раз что-то требовал, повернувшись к охотнику и зажав его лицо межу своими маленькими ладонями, я всматривался в его чистые голубые глаза. - Какой нахальный малец … - с усмешкой пробормотал Милаш, на минуту закрыл глаза и, наверное, задумался, а когда распахнул, прижался своим лбом к моему лбу и произнёс. – Некарес … Я перестал дышать, это имя нравилось мне, звучало как-то величественно и мужественно, я смотрел в его глаза и был просто счастлив, по щекам опять текли слёзы, но Милаш неожиданно поцеловал меня в губы, а потом крепко обнял. Я не знаю, сколько мы так просидели, в его объятьях было так тепло и уютно, что я просто уснул. Утром проснулся в своей кровати, спящим на груди жутко храпящего Милаша, но будить его не стал, хотя очень хотелось пнуть, чтоб не храпел так. Вздохнув, встал и пошёл к очагу, он почти догорел, и надо было не дать ему совсем погаснуть. Закинув мелкого хвороста, положил сверху на него поленья побольше и подвесил котёл с травяным чаем, что вчера перед уходом заварила мне мать. В другом казанке было немного каши, на двоих поесть должно было хватить. Больше мне нечем было отблагодарить этого охотника за такое прекрасное имя, что он дал мне, теперь можно было и умереть спокойно, хотя и умирать-то уже совсем и не планировалось. Теперь у меня есть имя! Эти два дня в компании Милаша перевернули всю мою жизнь, а имя, что он мне дал, будто излечило меня. Он говорил, что я умный, раз смог за двое суток выучится письму и чтению, конечно, не в совершенстве, но меня это так захватило, что просто невозможно было остановить. Он много рассказывал о нежити, что живёт в ночи и убивает невинных людей, о разных науках, и меня это завораживало, даже оставил мне пару потрёпанных книг, которые, видимо, где-то украл. Было так весело … И вот я проснулся, а его больше не было рядом, на губах будто горел последний прощальный поцелуй неуловимого охотника с прекрасным именем Милаш. Отец и мать вернулись чуть позже моего пробуждения, я старательно убрал следы чужого пребывания, даже в первый раз открыл ставни и проветрил нашу лачугу. Смотрел на лес за нашим домом, и было немного грустно, но теперь у меня было имя, то, что дал мне сам охотник на нежить.

***

Шло время, я рос, не умер, но попросил родителей не давать мне имя, у меня уже было собственное, которое я никогда никому не говорил. Когда мне исполнилось шестнадцать, родители и брат умерли - в нашу деревню пришла какая-то зараза, и почти все вымерли от неизвестной болезни. Меня больше ничего там не держало, я хотел знаний, хотел учиться наукам, про которые так давно слышал от охотника. Собрав немного еды и пару вещей в сумку, я поперся, куда глаза глядят. Целый год я колесил по разным деревням, слушал разные слухи, находил какие-то книги, встречал иноземцев, что говорили на странных языках, которые я влёт впитывал в себя. Вот только за этот год так и не встретил ни одного из представителей, живущих в ночи, ни оборотня, ни вампира, никого. Это бесило, можно сказать, что я ходил в виде бесплатной закуски, только никто не покусился на неё, чувство было - отстой, будто я для еды непригодный, но я верил, что всё, что рассказывал мне Милаш, правда, и поэтому не отчаивался. Возможно, всё случается тогда, когда ты ещё веришь, но уже перестаёшь ждать … Скитаясь в сумерках, я наткнулся на отдельно стоящий замок, обычно у подножья замков были небольшие города, но этот стоял обособленно. Ворота приветливо были открыты, как будто меня здесь ждут - не дождутся, но это я, конечно, льстил себе. Кому нужен был мальчишка-бродяга, без денег, еды, даже животные меня не трогали, привередливые скотины. Я вырос, но больше умственно, чем физически, был не больше полутора метров росту, худой с длинной косой густых чёрных волос до колен наперевес, тусклыми серыми глазами, немного курносым носом, слегка пухлыми, а сейчас обветренными напрочь губами, и потрёпанная временем одёжка. Делать было нечего, хотелось есть, и дождь начинал моросить, а там можно было попросить у кого-нибудь кров и еду. Вот только когда я переступил порог замка, мне в нос ударил запах смерти, тут царила просто гробовая тишина, жуть. - Здесь есть кто-нибудь живой? – но ответа мне никто не дал. Тяжело вздохнув, я попёрся в этот богом забытый замок, встречая на пути только редкие трупы женщин и мужчин с характерными следами на шее от укусов вампира. Я много слышал об этом, но ни разу не видел их жертв своими глазами, а тут подфартило. Пройдясь по замку, я никого живого не нашёл, зато нашёл свежие фрукты и сразу же их употребил без зазрения совести, трупам они уже не нужны. Теперь меня интересовало только одно место в этом замке - библиотека. Я жаждал дорваться до никому не нужных знаний, мне так редко выпадала возможность прочесть что-то новое, свои я уже знал наизусть. - Кто ты, дитя … и чего ты здесь ищешь? – я застыл на пороге огромной библиотеки в одной из башен. На приличном расстоянии от меня на окне сидел красивый Принц, не иначе. Величественный, бледный, утончённые черты лица, ярко-красные волосы до плеч, собранные в не тугой хвост, и розовые пустые глаза. Разодетый в дорогие одежды, он курил курительную трубку (я как-то видел такую у одного иноземца), тяжело вздыхая, он смотрел куда-то вдаль. Раньше я не видел людей с таким цветом волос, а глаз и подавно, хотя смотрелось прекрасно, я многого ещё не видел и не знал об этом мире и тех, кто его населяет. - Я Некарес, странник …Книги, прошу простить меня, Ваше Высочество, что нагло вторгся в ваш замок без разрешения. На вас напали вампиры, и вы один уцелели в схватке с ними? – принц поперхнулся дымом и повернул на меня полные офигения глаза, а потом начал давиться истерическим смехом. Я не догонял, от чего он так ржёт, то ли нервы сдали от воспоминаний, то ли уже с ума сошёл, хрен этих знатных особ разберёшь. - Высочество … уморил … Я - Принц? Да не дай Дьявол, я Виктор, древний вампир, который и напал на этот замок! – гордо произнёс этот чудик. - Ага, ну тогда ладно … - я тяжело вздохнул и подошёл к полке с всевозможными книгами, с психами не было желания общаться. - В смысле "ага"? Ты что, совсем не боишься меня, ребёнок? – из-за моей спины послышался удивлённый голос свихнувшегося Принца. Сейчас меня он больше не волновал, передо мной было столько знаний, бери любое и читай, впитывай. Я, конечно, понимал, что это нагло с моей стороны, но мне при виде всех этих книг было так пофиг, что я решил не заморачиваться. Почему, он не назовёт меня по имени ... - …во-первых: я не ребёнок, мне уже семнадцать, а во-вторых: вы скорей выглядите больным, чем страшным … - я уже листал книгу по алхимии и просто жаждал провести хоть один опыт из неё своими руками. - Хамло какое … бля … тебя даже на перекус не хватит, кожа да кости, наверное, просто сверну тебе шею, чтоб знал, как с высшими вампирами разговаривать … - пока я дочитывал книгу, этот чокнутый там разговаривал сам с собой, попутно оскорбляя моё утончённое тело. На оскорбление я ответил машинально, запустив в чокнутого Принца книгой, и попал ему прямо в лоб, секунда - и он выпал из окна, а я взял ещё одну книгу с полки, присел возле стеллажа и облокотился на него спиной. Мысленно начал рассуждать, что это и не убийство вовсе, а акт милосердия, так как Принц был сумасшедший, а я его только нечаянно избавил от страданий. Если кто спросит, скажу, что он сам выпал, хотя кто спросит-то, вокруг одни трупы, и на один прибавилось, невелика потеря. Мысленно признав себя не виновным, а скорее благодетелем, я дальше продолжил читать такую увлекательную книгу, что уже ничего вокруг не замечал. - Ты совсем страх потерял, человечишка! - подняв голову, я немного удивился. В оконном проёме стоял слегка взъерошенный и помятый Принц, злобно шипя в мою сторону, блестя розовыми глазищами и скаля на меня удлинённые клыки. Упасть с такой высоты и не разбиться было просто невозможно, если он, конечно, летать не умеет, что казалось мне абсурдом, но, тем не менее, он был живее живых, ещё и имел наглость угрожать маленькому и хрупкому мне. - О! И правда вампир … - с некой долей удивления я пришёл к выводу, что он-таки тот, за кого себя выдаёт. "Назови меня по имени ..." - это так назойливо выплывало в голове. - Ты что, сумасшедший или бессмертный? Хотя ты человек, а значит, смертен, тогда вывод один! Ты сумасшедший! Ведь я прав? Прав! - он опять разговаривал сам с собой, совсем забыв обо мне. - Это кто из нас двоих ещё сумасшедший … Я сам с собой не разговариваю и сам себе не отвечаю на свои же вопросы. Так что, прости, но это у тебя с головой не в порядке, а после падения и того хуже … - вампир опешил от услышанного и даже не знал, что на это ответить. Он опять присел на подоконник, забил трубочку чем-то сушёным и, щёлкнув пальцами, поджёг курительную трубку. Я же вернулся к чтению; пока луна ярко светила, надо было ловить момент, у меня не было ничего, чем можно было бы зажёчь свечи, а его я просить не собирался. - Некарес, хочешь стать вампиром? Я отдам тебе этот замок и все книги в нём, даже буду приносить новые, древние, что скажешь? – я уставился на опять смотрящего куда-то вдаль вампира Виктора. Его голосом моё имя звучало по-особенному, ведь сейчас его произнёс бессмертный вампир ... - Зачем тебе это? – в голове всплыл резонный вопрос, хотя уже знал свой ответ, я принял его после того, как высший назвал меня по имени. - Мне скучно … - после тяжёлого вздоха, он вдохнул дым и продолжил. – Для тебя это весьма выгодное предложение, ты станешь бессмертным и сможешь вечно изучать всякие науки, читать так любимые тобой книги, изучать разные виды людей, животных и нежити, учиться магии, – вампир впервые за весь вечер говорил дело. Те перспективы, что он мне описал, были только моей мечтой, а зачем отказываться, когда твою мечту собираются воплотить в реальность, даже если это делают от скуки? И я согласился; в эту ночь я стал одним из её детей, её бессмертных обитателей и был рад, ведь знания всего мира теперь могут быть мои. Это было фееричное начало моей бессмертной жизни …