Новая жизнь

Я в одиночество вплетён, Как в странный и безумный сон, И памяти больше нет, Лишь только холодный бред. Опенинг 1 сезон. Аниме "Токийский Гуль". На русском.

— Иди к чёрту! — Таэко всем весом навалилась на входную дверь, — Умри! Не пущу! Мой дом — моё личное пространство! — Да ты так ещё больше подозрений вызываешь! — крикнул голос по ту сторону двери. — Даже больше, чем демон Достоевский и Гоголь! — Что странного в том, что девушка не хочет впускать к себе парня-сожителя, с которым говорит лишь второй раз?! — вспылила Коно, — Иди отсюда, Осаму! — Таэко… — Я сказала «Иди нахер!».       По ту сторону двери послышался глубокий вздох. — Тогда я буду спать под дверью! — Ну и спи, придурок! — теперь Коно закрыла дверь ключом. 01:57 Япония, Йокогама. Дом Коно, Таэко.       «Сто пудово он уже свалил. Придурок. Они там совсем помешанные? Разве так надо приглядывать за „подозреваемым“? Дурак Осаму. А пойду-ка я проверю.»       Девушка встала с футона. Мягкое татами согревало босые ноги. На улице — кромешная мгла и мёртвая тишина. Даже ветра нет.       Спустившись по лестнице, Коно вгляделась в темноту. Приблизившись к двери, она сразу же попала ключом в замочную скважину и открыла её.       Вроде бы никого. Таэко немного подалась вперёд, что бы осмотреться, но её ноги наткнулись на препятствие.       С грохотом упав на что-то мягкое, Коно поняла, что детектив был на полном серьёзе.       Взяв парня за нос, Таэко больно начала его оттягивать. Осаму моментально распахнул глаза. — А-а-а-а! — Заткнись придурок, люди спят! — А… — сонно бормоча сказал Дазай, — Люди? Какие люди? — Подымайся, дебила кусок, и дуй в дом. — прорычала Коно. — О? Так ты меня впускаешь! — сонное оцепенение уже прошло и шатен вновь обрёл свою дурацкую весёлость, — Как великодушно с Вашей стороны, Коно-сама! — с этими словами Дазай ввалился в пристанище Таэко. — А где мне спать? — На полу. — Зачем же так жестоко? — проныл Дазай. — Ну, на земле ты спокойненько спал, а на полу отказываешься? — Таэко хмыкнула. — У меня нет второго футона. — Так давай спать вместе! — Это звучало как-то двумысленно. — Коно едва сдержалась, что бы не ударить надоедливого парня. — Осаму, прекрати! — Что прекратить? — Бесишь! Даже поспать не даёшь! — А что я такого сделал? — Хватит шуршать! Что ты там вообще творишь?       Всё-таки, футон они поделили. — Чешется. — Что? — Шрамы. — Вот никогда не поверю, что у тебя их там так много! — Ну, знаете ли, я принимал множество попыток суицида! Да и работёнка опасная… — Суици… — потом девушка резко вспылила, — Ну ахринеть. Какой это уже день в Йокогаме? Третий, да? А я успела уже встретить одного сумасшедшего клоуна-убийцу, какого-то там «безобразного бога» и суицидника! — А ещё ты прострелила руку и отрубила ногу преступнику. — подсказал Дазай. — БРАВО, ОСАМУ! Как я могла забыть об этом?! — саркастично воскликнула черноволосая, а мысленно добавила: «И спереть у трёх убийц способности, одной из которой тебя научил пользоваться один из них.» — Ну вот, а говоришь, что люди спят! — вознегодовал Осаму, — Ой, бля… — Что опять? — мрачно и раздражённо спросила Коно, уже предсказывая, что её ответ явно не порадует. — Кровь… — Ты расчесал шрамы, дебила кусок? — Ну… — Баранку гну. — сказала Таэко на русском. — Что? — Да так, с Родины фразочка. — отмахнулась девушка.       Таэко встала и направилась на первый этаж под вопрос Осаму «Ты куда?». Там девушка открыла кухонный шкафчик. Она взяла перекись, бинты и ватные тампоны. Не медик, конечно, но царапины и неглубокие раны она себе обрабатывала и до сих пор жива.       Снова войдя в комнату, Таэко включила свет. Дазай недовольно поморщился и поднялся с футона, приняв сидячее положение. — Ты где была? — спросил шатен. — Молчать. Старой доброй Русской водки здесь не нашлось, поэтому — перекись. — Коно подошла к Дазаю и села на колени напротив него.       Взглянув на руки шатена, девушка болезненно поморщилась и даже прониклась сочувствием. Все они были в царапинах самого разного рода: большие и маленькие, зажившие и незажившие, глубокие и неглубокие…       Обработав царапины на руках Осаму, брюнетка туго замотала их бинтами. Повезло, что кровоточили только неглубокие раны. — Только попробуй теперь их снова расчесать. — Понял-понял.       Вернув все вещи на место и выключив свет, Таэко вновь опустила голову на мягкую подушку. Как же хорошо… Хоть луны и не было видно, но в комнате было довольно уютно и тепло. Весна. Из приоткрытого окна доносился слабый запах весенних цветов, даже цветочки сакуры, что росла вплотную к дому Коно, тихо и бесшумно ложились на подоконник или спадали на пол, веяло приятным ночным теплом.       Неожиданно Таэко почувствовала чужие руки на своей талии, а потом её и вовсе нагло притянули к себе. — Осаму Дазай, наглость — второе счастье? — Можно и так сказать. — промурлыкал шатен, всё сильнее сковывая девушку в объятиях.       Запоздало Таэко поняла, что-то, что сейчас делает Дазай, называется объятиями. Самыми настоящими объятиями. Это были первые за 20 лет объятия Таэко. От чего-то стало слишком тепло и приятно. Сердце будто остановилось и замерло. Дыханием и сердцебиением Коно боялась спугнуть момент, такой хрупкий и непонятный. Впервые чьи-то руки потянулись к ней не для того, что бы ударить или унизить.       Не понятно от чего, девушке захотелось тихо заплакать, но она не намерена показывать свою слабость другим людям. Особенно Осаму. — Серьёзно? Ты даже не ударишь меня? — иронично спросил парень. — Нет. — тихо прохрипела Таэко и сама сильнее прижалась к шатену. Эта девочка всё ещё была маленьким одиноким ребёнком, который и не знал, что существует нечто такое как «тепло» или «объятия», ребёнком который не верил, что его может кто-то любить, будь-то родители или окружающие, ребёнком, который всегда знал, что если чья-то рука и потянется к нему, то только для удара.       Осаму же тоже мало понимал, что сейчас движет этой убийцей. У него только одна цель — поймать эту девицу на выстреле и сплавить в камеру. Он никак не планировал с ней нянчиться, но сейчас, рядом с ним — не убийца. Это что-то более живое и чувствительное. И это «живое» сейчас прижалось к нему, как он предполагал, ища какой-то поддержки. Было в этом что-то отчаянное, боязливое.

***

      Солнечные лучи озарили комнату девушки. Таэко встала и обнаружила, что Дазая рядом нет. — Таэко-сан! Вставай! — позвал голос Осаму этажом ниже. — Сегодня пойдёшь со мной в Агентство! — Заче-ем? — зевнув, спросила девушка. — Круглосуточное наблюдение. — напомнил шатен. — А, ну да… — Коно встала.       Девушка умылась и приняла душ. Тёплые струйки воды нежно ласкали кожу. — Осаму, ты, наверное, хочешь моего инфаркта, да? — удивлённо заявил Куникида. — А что? — обиделся Дазай, — Неужели нельзя вовремя прийти на работу? — А… Ты её зачем привёл? — спросил идеалист. — Круглосуточное наблюдение за убийцей! — Дазай гордо приосанился и вздёрнул подбородок. — Сначала отпускаешь, а потом следишь? — иронично заметил Доппо. — Он, между прочим, переселился ко мне. — осторожно вставила брюнетка.       Куникида удивлённо вздёрнул брови. — Осаму… — было начал блондин, но его перебили: — Круглосуточное наблюдение! — Дазай направил указательный палец вверх. — Уби…йцей? — робко произнёс кто-то. Таэко повернула голову в сторону звука и увидела того самого беловолосого паренька с кривой стрижкой. Рядом с ним сидел рыжий парень в обычной майке, а рядом с ним темноволосая девушка. Кажется, это слово произнесли все трое и в один голос. — Боитесь? — Коно оскалилась. — Она не эспер. — предупредил Осаму.       «Это ты так думаешь.» — в свою очередь про себя подумала Таэко. — Она… очень опасна? — спросил беловолосый. — Ой, да ладно тебе, Ацуши! Если потребуется — убей! — весело сказал шатен. — Олё, я вообще-то здесь. — Надеюсь, ты безоружна? — Дазай хитро прищурился. — Со мной всегда мои конечности. — Ну, Ацуши тебе их мигом отгрызёт! Он ведь у нас тигр! — всё так же весело продолжил Дазай. — Дазай-сан, я… — Молчи, тигр! — Осаму лукаво улыбнулся. — От моих рук полегло 160 человек. Если что, и ты поляжешь. — пожала плечами Таэко. — Сколько? — опомнился рыжий. — Сто-шест-де-сят ров-но. — по слогам повторила Коно.       Все несколько удивлённо посмотрели на неё. — Забейте. — вздохнула девушка. — Дайте мне работу. — Ты — убийца, тем более, по твоим словам ты убила свыше 150 человек, а это уже говорит о серии таких случаев. Ты здесь только потому, что считаешься опасной для граждан. — Куникида хмыкнул. — И что мне тогда прикажете делать? — скептически ответила на это Таэко. — А что ты умеешь вообще? — Доппо приподнял одну бровь. — Убивать. — девушка тепло улыбнулась, но глаза остались такими же холодными и проницательными. — А кроме этого? — рявкнул блондин. — У меня есть отличные способности к искусству, музыке, литературе и математике. — Тогда подсчитай количество расходов Агентства за последние три месяца. — недоверчиво хмыкнул заместитель директора, — Мафия нам много крови попортила. — блондин указал за стол рядом с Танидзаки и Наоми. — Не вопрос. — и девушка отправилась на указанное место под скептическим взглядом Доппо.       Бумаг было не так уж и мало, но не смотря на это девушка управилась со всем этим меньше, чем за 10 минут. — Готово. — оповестила Таэко и передвинула стопку на край стола к Куникиде. — Так быстро? Прошло ровно восемь минут и двадцать одна секунда. А листов там — на пол часа. — блондин кинул недоверчивый взгляд на девушку, поправил очки, что съехали на нос, и начал перебирать листы.       На проверку у Доппо ушло двадцать минут. С каждым убеждением, что все подсчёты верны, глаза Куникиды расширялись от удивления. Когда блондин закончил, он обратился к Таэко: — Ты точно не эспер? Может, у тебя способности к сложным вычислительным действиям? — Нет. — ответила Коно. — Ну? Я справилась? — Да, всё верно… — Вы ведь раньше были учителем математики, алгебры, да? — Да… с чего ты взяла? — Начнём с того, что у Вас на лбу эта профессия написана. Вы ведь любите точность, да и с вычислениями справились не за тридцать минут, как Вы говорили ранее, а за двадцать. Тем более, даже не пользовались калькулятором. — Верно подмечено. — только что вошёл тот самый темноволосый парень в пончо, что был в метро и чуть не застал нашу троицу путешественников. Сейчас он открыл малахитовые глаза и взирал на Таэко с любопытством. — Киллер, да? Скорее всего снайпер? — А Вы не знаете? — Сейчас только догадался, ведь никогда прежде Вас не видел. Как Вас зовут? — Таэко Коно. — ответила девушка. — Эдогава Ранпо. — представился парень и прошёл за стол справа от Коно. — Ну и что вы собираетесь с ней делать? — обратился он уже к Куникиде. — Ранпо, я слежу за ней. Ещё один выстрел — и она сядет. — ответил вместо него Дазай. — А если не выстрелит? До конца жизни будешь ходить за ней, как тень? — Ранпо насмешливо фыркнул. — И что ты предлагаешь? — спросил у него Куникида. — Принять её в Агентство! — бодро усмехнулся Эдогава. — Ты в своём уме? — рыкнул Куникида после недолгого, но гробового молчания. — А разве это безрассудно? Можете все за ней следить в течении всего дня. На работу не пришла — опрос. Всё. — объяснил Ранпо. — А как отреагирует шеф? У неё даже способностей нет! — возразил Куникида. — Хочешь сказать, что обычный человек, без способности, — бесполезен? — мрачно сказал Эдогава. — У неё есть хорошая физическая подготовка, способности к разным сферам деятельности, меткость, хладнокровие и беспристрастие, умение приспосабливаться к различным условиям жизни. — Мы ей не доверяем. — решительно заявил Осаму.       Всё это время Таэко нервно покусывала губы. Может, рассказать? Или показать? Это всё равно когда-нибудь случиться, но… тогда, возможно, будет ещё хуже. Лучше пока что прикрыться способностью этого Гоголя. Вчера девушка всё-таки забыла перчатку, поэтому обе руки были в бинтах. Правая — из-за метки, левая — для виду.       До крови закусив губу, девушка всё же решилась. Она встала из-за стола, вышла на середину комнаты и расстегнула плащ. Все смотрели на неё с недоумением. — Стриптиз решила показать? — усмехнулся шатен.       Проигнорировав колкость в свой адрес, Коно подняла край плаща левой рукой, а правую отправила под него. Приметив в доступном расположении вазу с цветами, Таэко именно их и взяла. Вытянула она из-под плаща уже не пустую руку. — Цветочки? — фыркнул Осаму, — Как миленько!       Вспылив, Таэко быстро замоталась в свой плащ и — исчезла.       Появилась она уже за спиной Дазая, в высоте от пола примерно в метр сорок. На лету замахнувшись ногой назад, она уже быстро выбросила её вперёд, сильно ударив Осаму в спину и заставляя распластаться на полу офиса. Стоя у него на спине, Коно спросила: — Миленько, не правда ли? — в её голосе прозвенела едва уловимая сталь, — Не правда ли, Дазай?       Всё это действие заняло две секунды в буквальном смысле. — Так похоже на… — начал было Ацуши, но его фразу дополнила Таэко. — На Гоголя, да? — Коно хмыкнула. — Откуда ты… — Хочешь анекдот, Ацуши? — перебила его брюнетка, — Жила-была девочка, которая тихо хотела прошвырнуться по магазинам около метро и наткнулась она на известного в народе как «демон» и на его спутника клоуна-садиста. Клоун-садист представился и постебался над девочкой, но потом демон в пальто утащил клоуна-садиста, а клоун-садист прихватил и эту девочку. Не смотря на всевозможные русские маты, клоун-садист дотащил девочку до метро, и вся троица кубарем ввалилась вагон. А теперь, самое смешное: знаешь, сколько времени они там пробыли, Ацуши? Пол дня в прямом смысле! В пол второго они уже отъехали, а в пол шестого — приехали! Вопрос: что здесь самое смешное? На самом деле ничего смешного нет, дамы и господа!       В офисе повисла гробовая тишина, давящая, которую можно было почувствовать даже физически.       Тихо хлопнула входная дверь помещения. В проёме появился мужчина в кимоно. Вдруг Куникида резко встал и поклонился седовласому мужчине со словами: — Приветствую, Фукудзава-сан!

Продолжение следует…