Похождения Сумеречного Генерала. Книга 4.Зиккурат: логово Хохи

Они появились почти одновременно в конце первого курса. Переводом. И сразу заинтересовали весь поток. Тонкий и несуразный, выглядящий в своих очках-биноклях до умопомрачения нелепо, Васич — бывший теперь уже семинарист с сомнительным прошлым. И коренастый широкоплечий Рома с пронырливым взглядом профессионального прохиндея. Такой же бывший кадет, ушедший со службы далеко не по своей собственной прихоти. Они были на столько же разными внешне, как и неумолимо похожими на каком-то мистическом уровне. Никто из сокурсников не смог бы сказать с уверенностью, но буквально к концу второго семестра за парнями закрепилось стойкое обращение: близнецы. Собственно, они и сами были не особо против, довольно быстро найдя общий язык. И практически сразу привлекли внимание Артура и Димы, решив… — Ну ты меня и достал, урод четырёхглазый, — услышал Дим из полутёмного закутка возглас Алинки, окончившийся звуком смачного пинка и тихим вздохом оппонента. — Ещё раз свои корявки распустишь, сучить будет нечем. После инцидента с квартирником поведение девушек резко изменилось. Арчи клялся, что всё почистил и откорректировал. Но и сам прекрасно видел неладное. Из-за поворота неспеша вышла подруга, откасывая рукава полувера, бросила брезгливый взгляд за спину и с улыбкой направилась в сторону Димыча. — Привет. Извини, немного задержа… ли. Парнишка фыркнул, приобнимая девушку. — Опять приставал? — Аля кивнула, тут же отмахиваясь, как от чего-то несущественного. — Ты его совсем не убивай. Мало ли. Вдруг, человек вырастет. — Этот? — студентка весело улыбнулась и побежала, увлекая за собой Димыча. — Что-то я в этом сильно сомневаюсь. Прозвучал звонок, оповещая об окончании большого перерыва. Коридоры опустели, началась вторая половина учебного дня. *** Тёплый майский ветер трепал непокорные кудри, устраивая на голове «театр одного актёра». Он снял и протёр очки, любуясь весенним пейзажем на вскрайке лесопарка. Вечер принес умиротворение после тяжёлого учебного дня. Отдохновение душе и телу. Парнишка открыл толстенный фолиант на случайно выбранной странице и принялся читать: … «по вере оправданные, мы теперь в мире с Богом через Господа нашего Иисуса Христа. Через Него верою своей приобщились мы к той благодати, пребывая в которой, ликуем в чаянии Божией славы. Более того, мы радуемся и в нынешних испытаниях наших, зная, что в них развивается стойкость, в стойкости — зрелый характер, что и вселяет в нас надежду, надежду, которая никогда никого не разочарует, потому что Свою любовь Бог излил в сердца наши Духом Святым, данным нам. И когда мы были бессильны помочь самим себе, Христос в назначенный час умер за людей, отвернувшихся от Бога. Едва ли пожертвует кто жизнью своей даже за праведника (впрочем, кто–то, быть может, решится умереть за хорошего человека). А Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками. Так Бог явил Свою любовь к нам. Теперь же, когда мы оправданы кровью Христа, тем более и спасены Им будем от гнева Божьего. Ведь если еще в те времена, когда мы были врагами Бога, нас примирила с Ним смерть Сына Его, то ныне, примиренные, мы, конечно, спасемся жизнью Христа. И не только это, мы и ликуем, доверившись Богу, с Которым нас теперь уже примирил Господь наш Иисус Христос. Смерть через Адама — жизнь через Христа»… Буквы начали расплываться и исчезать в нарождающемся золотом свечении. Не прошло и нескольких секунд, как древнюю книгу окутал ореол божественного проведения, высвобождая из мистических глубин писания великого духа. Свет померк. Ветер перестал играть с шевелюрой. А на мир вокруг спустилась ночь. Васич помотал головой, отгоняя наваждение. Захлопнув фолиант, он с трудом поднялся и пошёл назад в общежитие. Голова его была пустой. А походка — шаткой. «Ещё увидимся, Василий», — прошелестела первая весенняя листва в ветвях редких берёзок. И всё затихло. *** Он вытер руки и выкинул насквозь пропитанную машинным маслом тряпку в урну. Сегодня пришлось подзадержаться в гараже. Плёвое, казалось бы, дело на пять минут за чаем переросло в совершенно извращённый акт полового сношения длиной чуть больше семи часов. — Чёрт меня дёрнул проверить электрику, — буркнул себе под нос Рома, окидывая взглядом полностью раскатанный чоппер. — Ну его лесом. Завтра соберу. В дальнем углу гаража что-то брякнуло. Студент коротко выругался, поминая крепким словцом вездесущих грызунов, и пошёл переодеваться. Шум не прекратился. К позвякиванию чего-то металлического присовокупились звуки шевеления, перетаскивания чего-то тяжёлого и… смеха. Ромич остановился и прислушался. Нет, не показалось. Это был не писк крыс, а именно смех. Тонкий и отрывистый, будто лай с подвыванием. На множество писклявых детских голосков. Холодный пот потоками потёк по спине. На лбу выступила испарина. Правая рука сама по себе пустилась в путешествие по полкам стелажа, выискивая ключик поувесистее. Глаза же напряжённо следили за тёмным углом, пытаясь разглядеть хоть малейшие шевеления. Пальцы коснулись холодного металла. Увесистая рукоять разводного ключа удобно легла в ладонь. Но что-то было не так. Разуму потребовалось несколько долгих секунд, чтобы помирить сознание с подсознанием. Взгляд медленно переместился на стойку с инструментами, сопротивляясь первобытному инстинкту самосохранения, бьющему в набат опасности и кричащему, раздирая в кровь глотку: «БЕГИ»! На плечах и шее вздыбились микро волоски, будто загривок у напуганного волка, зажатого в угол. Студент упустил момент, перейдя точку невозврата. И в немом крике открыл рот. — Не нужно благодарностей, — маленький пластиковый пупс аккуратно отпустил ключ, передавая его человеку, переступил на месте тонкими паучьими лапками и улыбнулся. Парень успел заметить, как тщедушное тельце куклёныша рваной раной разорвало пополам, обнажая бесчисленное количество острых клыков. И всё померкло, уходя в тишину небытия. *** — Дим, подсоби. — Арчи ухватися за подмышки, предлагая другу взять ноги. — Нехило ему прилетело. Благо, успели в последний момент. Напарник кивнул, берясь за щиколотки чуть выше мажорских кожаных казаков. Вместе, они аккуратно вынесли бесчувственное тело на улицу и усадили к стене гаража. Димыч влез в комм, запрашивая синхронизацию с гаджетом Ромы, и включил программу оказания экстренной помощи. Артур же вернулся обратно. Заканчивать зачистку и корректировать Реестр. Ни он, ни засевший в его сознании Сумеречный Генерал, пока что даже не догадывалась, что ночное нападение стало отправной точкой начала конца.