Дикость

      Я не помню, что случилось, но всё перевернулось вокруг дном. Мир изменился. Привычный уклад вещей перестал существовать. Но одно я знаю точно, я совершил что-то ужасное. Что-то, за что меня ищет вся полиция страны. Но самое ужасное в том, что я не знаю, что именно я сделал. Но я знаю то, что скоро начнётся война, жестокая и кровавая, если, правда, она уже не началась.

***

      Вокруг тишина, над мирно спящим городом возвышается утреннее солнце. Горожане мирно посапывают в своих уютных квартирах, но их беззаботный сон будет прерван. В ближайшем квартале слышен гул полицейских сирен, который с каждой секундой становился громче, чем и пробуждал сонь. В это же время по дороге с бешеной скоростью мчалась небольшая легковушка. За ней и велась погоня стражами порядка.       — Красный сайган, остановитесь! Или мы будем вынуждены вас арестовать! — кричала в рупор полицейский, уже злясь на горе-водителя.       А машина и не думала останавливаться, продолжая стремительную погоню. При этом чуть не сбила мирно переходящего дорожный переход прохожего, вызвав у того неимоверный шок.       Полицейские, увидев это, разозлились ещё больше, и увеличив скорость, продолжили гонку. Но вот незадача — горе водитель свернул вправо, где из-за стройки был перекрыт проезд. На этом и закончилась так стремительно начавшаяся гонка.       Полицейская машина остановилась около неудачливого гонщика. В считанные секунды к его машине уже подходили двое полицейских. Водителю ничего не оставалось делать, как сдаться в лапы правоохранительных органов. Немного поёрзав, гонщик спустил стекло водительской двери.       — Ребят, извините, я… я ничего не сделал, правда. Поверьте! — заикаясь, тараторил молодой лис. Двое полицейских в это время переглянулись.       — Опять не он. Чёрт! — раздосадовано промолвила офицер. — Слушай, Кьяра, разберись с ним сама, хорошо? А я пойду в машину, — обратилась она ко второму полицейскому.       — Ладно, иди! Так, а что насчет тебя? Что ты там не сделал? А ну рассказывай!

***

      — Снова мы потратили время впустую, а могли бы давно быть на обеде, — тараторила только что севшая в машину зайчиха.       — Впустую. Ну да, ты права, как всегда, — ответила ей крольчиха.       — Слушай, я, конечно, могу всё понять, но что он такое сделал, что ты гонишься чуть ли не за каждым лисом? — спросила копша.       — Я думала, что он мой лучший друг. Но он предал меня, предал нашу дружбу. И самое ужасное — его предательство останется на всю жизнь, на моей морде, — произнесла в она ответ и показала правой лапой на свою мордочку, где красовался огромной шрам от когтей. Этот шрам простирался почти на всю морду, в виде четырёх полосок от левого уха, через правый глаз, кончаясь у нижней челюсти.       — Прости, я не думала, что это так серьёзно для тебя, — опустив виновато уши, зайчиха извинилась перед своей коллегой.       — Не нужно извиняться, лучше скажи мне, что там с водилой! — улыбнувшись, произнесла копша.       — С ним всё нормально, просто у него сломался браслет, вот он и давай удирать, ибо думал, что мы его посадим в тюрьму, — развеселившись, отчеканила ушастая. — Ну, я выписала ему штраф и направление в Primeval, на замену побрякушки.       — Вот уж эти браслеты, одни только беды! — возмутилась вторая.       — Да ладно тебе, Джуди, зато нас никто не съест! — парировала первая.

***

      — Браслеты, сначала были ошейники, теперь — браслеты, — проговорилась, мотаясь по всей комнате, обозлённая на всё лиса.       — Может, ты успокоишься и займёшься делом! — вставила находившаяся в той же комнате генетта.       — Никки! — не успела лисица в чём-либо упрекнуть свою подругу, как в дверь вошёл грозный на вид гиен.       — Так девушки, мне плевать, чем вы там маетесь, но вас вызывает начальство, — произнес строгим, не терпевшим возражений голосом старший сержант.       — Ну, к начальству так к начальству. Пойдем, Фури! — задорно воскликнула генетта.       И они обе с сержантом направились к выходу из комнаты. Но на самом деле это комната была одной из многих небольших построек, где хищники могли вести относительно спокойную жизнь. Таких построек вообще было много по всей территории. Помимо них ещё кое-где просматривались социальные учреждения типа больниц и школ. Но все они были относительно небольшими. Самое большое учреждение был двухэтажный дом, принадлежавший как раз таки местному начальству. Туда-то и направилась троица. Путь был, однако, не быстрый, так как недавно прошедший дождь развел буквально болото из грязи, которое затрудняло передвижение, ибо лапы увязали в этой жиже.       — Шлеп, шлеп. Я прям вспомнила детство. Вот так же когда-то бегала по лужам, — с широченной улыбкой вспоминала вивера.       — Никки, у тебя в голове только одно веселье. Будь серьёзней, на нас как бы война движется, — ответила всё ещё злая лисица.       — Ох, милая Фуриоса, войны ещё нет, так что можно и повеселиться, — парировала в ответ Никки.       — Ага, веселись, пока можешь! — ответила та.       — Мы пришли, — произнёс гиен.       В следующую секунду он постучал в дверь, из-за которой послышалось такое заезженное «Войдите!». Все трое, переглянувшись, вошли в отворившиеся дверь. Перед ними открылся замечательный вид на довольно просторный кабинет, но тем не менее довольно уютный. Каждая стоящая вещь в котором была довольно гармонична и никак не портила интерьер комнаты.       — Кхм, кхм… я вам не мешаю? — произнес зверь в белой шубке. Это как раз таки и был начальник всех находившихся на этой территории зверей. Сам он был довольно уникальным зверем, так как являлся гибридом койота и полярного волка. Обладающим белым мехом и яркими голубыми глазами.       — Ой, извините, — произнесла генетта, оторвавшись от разглядывания стен.       — Сержант Скар прибыл по вашему указанию с мисс Никки Диа и Фуриосой Басса, — пройдя к столу и отдав честь, произнес гиен.       — Молодец, Оскар! Можешь идти, — произнес койволк. Сержант в свою очередь удалился восвояси.       — Что случилось, босс? — произнесла лиса.       — Случилось то, что город объявил военное положение, и все хищники снова будут жить в Хэппитауне, не имея право его покинуть, а всё из-за какой-то сволочи, которая взорвала этот долбаный реактор, — поднявшись со своего рабочего места, произнёс тот. — Но самое ужасное, что в Даунтауне находятся очень важные документы. Увы, за ними я поехать не смогу.       — А мы тут при чём? — спросила вивера.       — При том, что меня знает каждая собака в городе, а вот вас нет. Так что сегодня же вы выезжаете в Зверополис. И ради бога, сделайте это без лишнего шума и максимально незаметно, — договорил койволк.       — Есть, шеф! — отчеканила генетта.       — Мистер Квилл, а нам дадут оружие? На всякий случай, — уточнила плутовка.       — Да, — коротко кинул в ответ тот. — Идите уже.       Две девушки вышли из кабинета. Петляя всеми возможными коридорами, а их было немало, они всё-таки вышли из здания.       — Так зачем нам оружие? — спросила Никки       — А чем ты обороняться собираешься? — ответила Фури.       — А зачем обороняться? Ведь в столице не пользуются огнестрелом, — в ответ заявила генетта.       — Да, против травожуев и грызунов. А вот хищники как-то в эту категорию не попадают.       — То есть? — остановилась на полушаге вивера.       — Они применяют огнестрел против хищников! Двадцать лет назад применяли и вот сейчас опять возобновили, — опустив уши, произнесла лисица. — Откуда вот у меня порванное ухо, как ты думаешь?       Генетта молча смотрела на обезображенное ухо подруги, а ведь и вправду она никогда не задавалась вопросом, откуда у нее такая травма. А лисица тем временем продолжила:       — Травоядные во время митинга отстрелили. А я ведь ничего не сделала, шла себе мимо, никого не трогала, но тут бойцы «Primeval» решили в меня пострелять, ибо перепутали с другой лисой. Та украла у кого-то из родственников этих самых амбалов кошелёк, а коллеги решили помочь ему её наказать, — двигаясь вперёд, к оружейной, говорила плутовка.       — Извини, я не знала. Но я не могу понять, как они могли тебя спутать, твой окрас — он ведь редкий? — пытаясь не отставать от лисицы, спросила Никки.       — А им плевать, та воровка была окраса красная беломордая. Они увидели белые лапы и морду, ну и давай палить, — ответила та.       — А что тогда случилось с лапой? — генетта задала вопрос лисе, при этом нагнав её.       — Они же это и сделали. Когда СКХашники, так они раньше назывались, поняли, что ошиблись. Они не нашли другого выхода, как избавиться от меня на путях, кинув под поезд. Там как раз шли пути рейсовых поездов, но мне, можно сказать, повезло. Когда они меня толкнули, я долетела не до конца, под колеса попала лишь только лапа. Они тем временем уже пошли к своим машинам, оставив меня умирать. Там на меня и нашёл Крис, выходил и сделал меня своим лучшим бойцом. Бойцом мистера Кристиана Квилла, — закончила свой рассказ Фуриоса.       — Кошмар, а говорят — хищники жестокие, — с искренним шоком говорила вивера.       Тем временем они дошли до оружейной. Получив необходимое снаряжение у очень злого, притом довольно комично выглядевшего тануки, они отправились к гаражу за транспортом. А путь к гаражам был не близкий, так как оружейная находилась с левой стороны населённого пункта, как и служебный транспорт, а вот личные средства передвижения находились с правой. Поэтому генетта и лисица отправились максимально короткой дорогой к пункту назначения, параллельно зайдя в ближайший магазин.

***

      Вокруг лишь чистое голубое небо да бескрайние поля с пшеницей, посреди которых простиралась дорога. Вокруг ни одной машины, кроме маленькой незаметной «Койоты», которая двигалась так легко, что могло бы показаться, что машина парит, а не едет. За рулем машины ехала весьма серьезно настроенная лиса, окраса калико. Она пристально следила за дорогой, не смея оторваться от неё ни на секунду. Справа от неё сидел весьма необычного вида зверек, похожий чем-то на кошку, но не являлся ею. Серую шкуру этого зверька обрамляли черные пятна, а хвост — полоски. Мордочка была вытянутой, а ушки округлены, что и отличало её от кошки. Она, в свою очередь, подперев морду ладонью, смотрела в окно, любуясь местными видами.       — О, лес начался, — произнесла пассажирка.       — Отлично, значит, скоро будет Зверополис, — ответила водитель.       И снова в салоне наступила тишина, которая продолжалась аж до самого города.       — Ну вот мы приехали, — произнесла сиводушка. Пассажирка тем временем с открытым ртом смотрела из окна машины, удивляясь тому, как изменилась столица.       «Койота» тем временем проезжала квартал за кварталом, улицу за улицей. Как вдруг послышался вой сирены.       — Фури, к нам копы на хвост сели! — обеспокоенно произнесла Никки.       — Как сели, так и встанут. Держись, — проговорила лиса, и нажала на газ.       Лишь одно движение лапы — и машина рванула с огромным визгом от ускорения.