Всё хорошо, что кончается...тюрьмой?

      Тюрьма эта была более свободного плана: днём мы могли спокойно перемещаться по коридорам. Столовая открывалась в определённое время и также закрывалась. Здесь редко кормили хорошо, потому все спешили туда и коридоры пустели.       Именно поэтому я благополучно добрался до неё, не встретив на пути ни одной души. За дверьми было шумно, и я просто встал как вкопанный, пялясь на них. В конце концов, разозлившись на свою мягкотелость и на ситуацию в целом, я пнул железную дверь и она, неожиданно для меня, легко открылась, громко ударившись о стену.       Все присутствующие разом стихли и уставились на меня, а я был просто в шоке. А когда я в шоке, держите меня семеро: —Хай, бро. – я улыбнулся как идиот. Ну всё понеслась. - Как вы тут п-поживаете, уголовнички? А я ваш новый кореш, ага. Чего вы такие тухленькие, а? Весело тут у вас! Охранники такие понимающие. – тут я вспомнил свой сегодняшний разговор со смотрителем, так заботливо подсказавшим мне мед. пункт, да и наверно просто словил нервный срыв, потому согнулся пополам от истеричного хохота. Отсмеявшись минутку, мне стало легче и я продолжил дальше рыть себе могилу. – Да уж, забавно. Тихо тут, времени много, можно подумать о делах насущных, о смысле жизни, о влияние колониализма на промышленную революцию. Столько всего! Вам стоит больше общаться, а то вы какие-то застенчивые. Ладно. – продолжал я, уже тактично скрываясь за дверью. – Пойду ч-черточки повыцарапываю на стене! – сказав это, я быстро закрыл за собой двери. Ноги подкосились, я съехал по ним на пол. В голове каша, в горле ком. Есть резко расхотелось. За дверью повисло молчание, а как только раздались первые признаки жизни, я испуганно вскочил и в мгновение был уже в своей камере, найдя её аж со второго раза! Рекорд. Боже, ну вот как так можно? От усталости я повалился на кровать, так и уснул, не забыв подпереть тумбочкой дверь.