Отражение

      Легкая тошнота подкатила к горлу, стоило только служанке с подносом появиться на пороге комнаты. Принесла горячую овсянку, свежий хлеб, мед и поздние яблоки. Желудок Бриенны немедленно сжался, и она судорожно сглотнула вставший поперек горла скользкий ком. От волнения у нее совершенно пропал аппетит, но ей нужно поесть. Ей требуются силы. Впереди долгий день и не менее долгий и тяжелый вечер – в Ланниспорт прибывают родственники мужа, королева-регентша, лорд-десница, юный король и вся их свита. Бриенна молила Семерых, чтобы они не шибко затягивали с визитом. Оказаться в центре внимания, вновь наряжаться в шелка и бархат и, самое страшное, увидеться с королевой Серсеей… Тартская Дева предпочла бы поучаствовать в дюжине турниров, но не видеться с сестрой-близнецом Джейме. Рядом с Серсеей, прекрасной, изящной, утонченной, Бриенна чувствовала себя деревенщиной, неуклюжей и нескладной. Этакой грубой бесформенной глыбой. Каждый раз, когда королева смотрела на нее, внутри у нее все холодело. И, если раньше она могла сбежать с пира, сославшись на дурное самочувствие, то теперь такой номер не пройдет. Она – хозяйка замка, принимающая у себя самого короля. - Что-то ты бледна сегодня, жена, - насмешливо заметил Джейме. Бриенна только фыркнула в ответ и взяла с блюда яблоко. Цареубийца погладил свой подбородок, озорно прищурив изумрудно-зеленые глаза. - Неужели волнуешься? - Мне кусок в горло не лезет, - угрюмо буркнула девушка, положив на столик надкусанный плод. Обычно сладкие и терпкие, сейчас отчего-то отдавали кислятиной. Брови ее мужа изумленно приподнялись. - Нет аппетита? Крайне редкое для тебя явление, женушка. То-то я смотрю, ты прямо исхудала, - Джейме упал в кресло напротив нее, вытянув ноги. Культей откинув со лба непослушный золотистый локон, он ободряюще обернулся. - Не волнуйся. Их величества пробудут здесь от силы пару дней. Моего лорда-отца в Королевской гавани ждут неотложные и важные дела, а если уедет он – уедет и весь двор. - А как же королева? - Королева… - Джейме криво оскалился, помрачнев. После секундного молчания он поднялся на ноги. - Королева никогда не выпустит Томмена из своих когтей, - от былой веселости супруга не осталось и следа. Он напрягся, будто приготовившись к удару. В темно–алом дублете с вышитым на груди львом Ланнистеров Цареубийца красив. Он красив в чем угодно, будь то доспехи, бархатные одежды или когда он совсем… без них. Бриенна стыдливо покраснела, опустив ресницы, и отвернулась, надеясь, что муж не заметит ее румянца. Отодвинув поднос с практически не тронутым завтраком, она робко попросила: - Ты… вы не могли бы выйти? Мне нужно переодеться к приезду королевы…       Губы Джейме вновь лукаво изогнулись. Он огляделся по сторонам и удивленно развел руками. - Прости, ты это… мне?       Бриенна тут же вспыхнула. - А ты видишь здесь кого–нибудь еще? - Не знаю, не знаю… может, в шкафу или под кроватью прячется конюх? – Джейме чуть отдернул целой рукой гобелены, сурово хмурясь. - Или один из моих кузенов, а? - Цареубийца, хватит! – выпалила она, сжимая в кулаках мягкий бархат домашнего платья. Так она называла мужа лишь в ярости, во время их многочисленных ссор. Мелких и незначительных, забывающихся почти мгновенно, - я… я… выйди и позволь мне одеться! - Да ты и сейчас не особо раздета, - хохотнул Джейме, с кошачьей проворностью уворачиваясь от брошенного в него яблока. Фрукт ударился об стену с глухим стуком и упал на пол. Лорд Кастерли-Рок не спеша направился к двери. - За такие вольности по отношению к мужу, ты понесешь наказание, женушка, - хитро искрящиеся зеленые глаза обратились на притихших служанок. - Слышали, красавицы? Оденьте мою леди-жену так, чтобы рядом с ней сама королева дурнушкой казалась.       Девушки захихикали. Даже сама Бриенна не сдержала улыбки. Право же, смешно – что б Тартская Дева была краше самой королевы Вестероса? В иное время она бы посчитала такие слова оскорблением. Но Джейме – ее муж, и ему многое позволено. Верно?..

***

      На пиру в честь короля дурнота накатила на нее с новой силой. Бриенна неуклюже прошествовала к главному столу рядом с лордом Тайвином, ощущая себя разряженным медведем. Королева Серсея облачилась в ланнистерский багрянец и золото, как и ее брат. Одежда лишь усиливала их сходство. Бриенна же путалась в подоле своего платья из сапфирово-синего атласа. Джейме сказал, что этот цвет ей идет, мол, ее глаза кажутся синими словно ночное небо. От комплимента лорда-мужа девушка ощутила прилив уверенности, который тут же схлынул, стоило ей ступить в главный зал под руку с тестем, над которым она возвышалась на пол головы. - Замужество вам к лицу, - заметил лорд Тайвин. Бриенна в ответ лишь кивнула. Голова кружилась, щеки пылали под взглядами лордов и леди, горло перехватило. Прозрачно-зеленые глаза десницы сузились. - Вам нехорошо, дочь моя? - Нет, нет, - она слабо улыбнулась. Дочь… надменный лорд Тайвин Ланнистер сгорел бы со стыда, родись у него такая дочь, и без жалости отдал бы ее в молчаливые сестры. Он и Джейме-то на ней женил неохотно, но ему требовалась поддержка Сапфирового острова, что бы окончательно подавить Железных людей, - я просто немного… переутомилась.       Тайвин кивнул, подводя ее к столу, уставленному яствами. На мгновения Тартская Дева встретилась глазами с изумрудным взглядом Серсеи. Королева презрительно усмехалась, глядя на девушку с нескрываемой ненавистью и злобой. Как-то Джейме показывал жене львов, горделивых могучих животных с благородной золотистой шкурой. Бриенну восхитила тогда их величавая поступь и громоподобный рык. Один самец с роскошной светлой гривой ткнулся ей носом в ладонь сквозь прутья клетки, приводя девушку едва ли не в детский восторг, а вот его львица… ощетинилась, зарычала, принялась метаться по клетке и грызть крепкие железные прутья. Глаза зверя цвета темного янтаря смотрели на Бриенну так же гневно, как и прекрасные очи королевы. Тартская Дева заняла свое место, неотрывно глядя в тарелку. Помогите, Семеро, пережить ей этот пир! - А лимонные пирожные будут? – король поднял на тетю чистые зеленые глаза, когда она заняла свое место. Бриенна растроганно кивнула. - Сколько пожелаете, ваше величество, - Томмен в ответ радостно захлопал в ладоши и принялся рассказывать ей о своих котятах. Девушка успела заметить кривую ухмылку Джейме и чопорно поджатые губы королевы.       Когда начались танцы, ее пригласил сир Лансель. Из вежливости, разумеется. Приятный, робкий юноша. Девушка вжалась в спинку стула, вежливо улыбаясь и качая головой, с завистью наблюдая, как муж кружится под музыку скрипок и флейт с королевой. С присущим им изяществом, они были удивительной парой, Джейме озорно усмехнулся, протягивая сестре свою золотую руку. Серсея с укором покачала головой, заставляя рубины в ее тиаре вспыхивать кроваво-красным. Она плясала с такой страстью, что Бриенна несомненно приревновала бы, не будь она сестрой ее мужа. Рыцари, леди и лорды кружились в едином ритме, и настроение девушки немного приподнялось, она даже начала притопывать в такт музыки. Но когда Джейме отвел королеву к столу и направился к своей жене, сердце пропустило удар и рухнуло куда-то вниз. - Я… я не… - Тартская Дева не успела возразить – Цареубийца схватил ее за руку и буквально силой поднял на ноги, потащил в центр зала. Бриенна семенила вслед за ним, путаясь в подоле платья, пылая гневом и смущением. Все тело будто налилось свинцом с первых аккордов. Вложив холодные дрожащие пальцы в обжигающе–горячую ладонь Джейме, награждая его гневным взглядом. Ланнистер ухмыльнулся, но зеленые глаза оставались злыми и холодными. Что… что могло его так разозлить? Он, наконец, получил возможность сравнить свою уродину-жену с придворными красавицами? Леди Таэна Мерривезер, томная, смуглая мирийка, сидящая подле королевы и что-то нашептывающая ей с ядовитой улыбкой, леди Маргери, вдова короля Ренли… Ренли… при мысли о Баратеоне, предательски убитом в собственном шатре, Бриенна сжала кулаки. Джейме сдавленно охнул. - Потише, женщина, - проворчал он, - мы на пиру в честь короля, а не на ристалище! - Простите, лорд-муж, - не менее сварливо отозвалась девушка, - позволите ли вы мне удалиться к себе после танца? Я неважно себя чувствую. - Ну, конечно, - лицо лорда Кастерли-Рок скривилось в недовольной гримасе, - хочешь бросить меня одного на съедение дражайшим родственникам? Не выйдет, женушка! К тому же лорд-десница недвусмысленно дал мне понять, что желает провести вечер в обществе всей своей семьи. В том числе и прекрасной невестки, - они поменялись руками. - Кстати, его очень интересует, когда ты подаришь мне наследника.       Бриенна покраснела. В тысячный раз за этот вечер. - Не меньше дюжины Ланистеров, - самозабвенно продолжал Джейме с лукавыми искорками во взгляде, - сильные сыновья и, конечно, прекрасные златовласые дочери. - Да. Прекрасные дочери… - на смену пылающему румянцу пришла практически смертельная бледность. Она… Бриенна хотела бы детей. Когда пухлый, розовощекий король Томмен уедет в Королевскую Гавань, с ним уедет и Джой Хилл – ее незаконнорожденная племянница, и Тартская Дева останется в Ланниспорте совсем одна. А может ли… сможет ли ее тело выносить ребенка? И если ему передастся безобразие матери? Если мальчик, то не так страшно, а если девочка?.. Бриенна не хотела… не хочет, что бы ее дитя страдало так же, как она. Задумавшись, девушка оступилась и едва не упала, но толкнула плечом танцующую рядом Меггу Тирелл. Девушка испуганно взвизгнула, рванувшись в сторону, и наступила на подол своей кузины Элинор. Девушка упала на колени, и сразу несколько рыцарей бросились помогать ей подняться. Тартская Дева совершенно неуместно рассмеялась. - Прекрати, - Джейме хмурился, но и сам кусал губы, - сейчас же перестань!       Он потянул жену к себе… и зал неожиданно закружился вокруг Бриенны. Голоса гостей слились в один протяжный гул, корсет платья будто туже затянулся, душа ее. Пол ринулся ей навстречу, и последнее, что девушка видела перед падением в темноту, было испуганное лицо Джейме.

***

-…как ты мог?! Как ты мог, Джейме?! Я… я поверить не могу! – визгливый женский голос, казалось, звучал над самым ухом. Бриенна поморщилась и открыла глаза, но яркий солнечный свет, бьющий ей прямо в глаза, заставил ее зажмуриться. - И не противно тебе было влезать на эту корову, братец? Ты, выходит, ничем не лучше Тириона? Тоже готов трахать все, у чего есть щелка? - Замолчи, Серсея, - Тартская Дева не сразу узнала голос мужа. Жесткий, сухой и безжизненный. Девушка села на постели, протирая глаза. В памяти вереницей разноцветных вспышек пронесся вчерашний пир. Джейме танцует с королевой, потом с Бриенной… а дальше – темнота. Зловещая, как и голос королевы. - Замолчать?! Ну уж нет, братец! Как… Джейме, - тон изменился. Стал нежным, умоляющим, - неужели ты… ты готов признать своим ребенка этой… уродины?       Ребенок? О каком еще ребенке идет речь? Бриенна машинально прижала руки к животу, губы Тартской Девы тронула слабая дрожащая улыбка. Поэтому ей нездоровится? Поэтому подташнивает по утрам? Ее лунные крови никогда не были регулярными, и с приездом короля ей было просто некогда сходить к мейстеру или… Бриенна пообещала себе сегодня же поставить сотню восковых свечей Матери и Старице, помолиться, что бы ее дитя оказалось сыном, но гневный выкрик Серсеи разбил, растоптал в пыль крохотный росточек ее счастья. - И не надейся, что этот ублюдок, которого носит твоя страхолюда, унаследует Кастерли-Рок! Не позволю! Отец не позволит! Пусть рожает очередного урода, он наверняка привяжет Сапфировый остров к Ланниспорту, но Утеса ему не видать! Может, она помрет родами вместе со своим щенком, тогда ты можешь жениться на той, кто действительно достоин носить имя Ланнистеров.       Джейме ничего не ответил. Он промолчал. И это было больнее всего.       Когда муж пришел в ее покои, Бриенна лежала на постели, утопая в перине, спиной к двери.

***

      Беременность протекала легко, на удивление мейстера Леофрика, который сразу предупредил лорда и леди, что, скорее всего, придется взять кормилицу. - Не поймите меня превратно, миледи, - тонкие узловатые пальцы беспокойно теребили звенья мейстерской цепи, - уверен, вы сможете выносить дитя, и даже не одно, вы просто пышете здоровьем, но… - Конечно, - Бриенна кивнула, поглаживая свой живот. Ребенок в ответ робко толкнулся, словно почувствовав прикосновение матери, но уже через секунду во всю ворочался, заставив девушку охнуть и поморщиться. Тупая боль начала вязкой волной растекаться по пояснице, и Тартская Дева с вымученной улыбкой откинулась на подушки. - Позаботьтесь об этом, мейстер.       Чем больше становился ее живот, чем ближе был тот день, когда ей суждено будет родить, тем сильнее Бриенна желала оказаться дома, рядом с отцом. Вороны из Вечернего Замка прилетали едва ли не каждую неделю, лорд Селвин обещал приехать к рождению внука, но Бриенна подозревала, что это так и останется обещанием. Серсея лицемерно объявила, что рада за нее, обещала вновь посетить Кастерли-Рок к рождению племянника. Уж чего-чего, но присутствия государыни леди Утеса точно не хотела. Но не смела отказать королеве. Лорд Тайвин расцеловал ее в обе щеки и бросил быстрый взгляд на сына. Все ядовитые слова Серсеи наши отражение в хрустально-зеленых глазах тестя Бриенны.       Джейме обращался с женой учтиво и вежливо. Если бы она не слышала его разговора с сестрой, то подумала, что муж действительно с нетерпением ждет рождения их ребенка. Ее ребенка. Она не позволит львам играть его жизнью. - Может, после родов навестишь своего отца? – голос лорда-супруга вывел ее из лабиринта невеселых мыслей. - Уверен, он будет рад увидеть, что его дочь стала леди. - Не уверена, что безопасно путешествовать с ребенком. - Я тебя и не гоню на Тарт сразу же с родильной койки, - рассмеялся Цареубийца, - или пусть лорд Селвин приедет в Ланниспорт первый внук все-таки. - Конечно, - девушка угрюмо кивнула. Джейме нахмурился. - Женщина, ты кислая, словно дорнийский лимон, а должна радоваться… - Радоваться чему? – мгновенно ощетинилась Бриенна. - Тому, что ваша сестра-королева не желает со мной знаться? Или тому, что моего сына или дочь сошлют прочь, если он будет хоть немного похож на меня?! – слезы обожгли глаза, ребенок в ее животе притих, почувствовав настроение матери. - Или что меня попытаются убить, чтобы я не портила вашу львиную кровь? - Ты что несешь, женщина? – мужчина вскочил на ноги. - Совсем из ума выжила?! - Может, я и не красавица, как леди Маргери или… леди Кейтилин, но я уж точно не глухая. А у нашей королевы очень громкий голос. - А… вот ты о чем, - Джейме потер лоб культей. В пределах замка он практически не надевал золотой протез. - Серсея… она склонна драматизировать. Забудь. - Забыть?! – конечно, не ему ведь вынашивать дитя, рожать… и знать, что он никому не нужен, кроме нее. - Знаешь, Цареубийца… - О, я снова Цареубийца! – мужчина невесело рассмеялся. - А Ренли бы ты называла Узурпатором, выпади тебе сомнительное счастье стать его женой? - Король Ренли… - О да, вежливый, остроумный, прекрасный Ренли, и обе руки у него на месте! К тому же, он был слишком мал, что бы поднять меч против Безумного Короля. Но только представь, женщина, что тебе пришлось бы соперничать за его внимание с сиром Лорасом.       Бриенна непонимающе заморгала, глядя на супруга в ожидании объяснений, но Джейме передернул плечами, отворачиваясь. - Я же не заставляю тебя любить мою семью. Это… трудно, мне ли не знать. Но не нужно делать меня хуже, чем я есть.

***

      Боль первых родовых схваток, неожиданно слабая, пронзила Тартскую Деву хмурым пасмурным утром, когда ее муж отсутствовал в замке. Бриенна даже не сразу поняла, что ее дитя, наконец, запросилось на свет. Служанки суетились вокруг нее, мейстер Леофрик нервно заламывал руки, и девушка тихо хихикнула, но тут же согнулась в приступе боли, острой, по-настоящему сильной.       Она мучилась до самого вечера, мечась по кровати и проклиная все на свете. Семерых, за то, что сотворили ее женщиной, мужа, королеву, пока, наконец, ее сын не глотнул воздуха и не ознаменовал свое рождение громким плачем. Бриенна сначала даже боялась взглянуть на ребенка, моля богов, которых совсем недавно проклинала, чтобы он уродился в отца. Когда воркующий мейстер Леофрик протянул ее мальчика, завернутое в алое одеяльце с вышитым на нем золотым львом, девушка зажмурилась. Глубоко вздохнув, она медленно приоткрыла один глаз. - Не трусь, женщина, - раздался совсем рядом насмешливый и преисполненный гордости голос Джейме, - ты его носила в себе девять месяцев. Взгляни хотя бы ради кого столько мучилась.       Тартская Дева хотела ответить мужу какой-нибудь колкостью, но любопытство и распустившаяся в груди нежность взяли верх. Ее сын действительно родился львенком. Золотистый пушок покрывал головку ребенка, а глаза, темно-синие, со временем обещали посветлеть. Бриенна не смогла сдержать слез радости и облегчения.       Муж коснулся губами ее виска и аккуратно погладил крохотные пальчики их сына. - Сумеречный лев, - улыбнулся он, - или Сапфировый? - Львиная звезда? – девушка подняла на мужчину счастливые лазурные глаза. - Нет, звучит слишком… слишком. Ты… ты не против, если мы назовем его Герионом? В честь моего дяди? Я рассказывал тебе о нем. - Я помню, - а она бы хотела назвать его Ренли. В честь ее короля, в честь ее первой настоящей любви, которую она не смогла уберечь. Но это было бы крайне… не разумно. - Это хорошее имя. - Только нужно будет держать его подальше от моря, а то повторит судьбу моего дядюшки, - лорд рассмеялся, но уже без прежней веселости. В его взгляде Бриенна заметила боль. - Мне прямо не терпится написать любимой сестрице в Королевскую Гавань! - А мне не терпится, что бы она увидела своего племянника, - буркнула девушка, целуя своего сына в лобик. Ее дитя… Герион получит все, что пожелает. Все, что причитается ему по рождению. Его мать, Тартская Дева, об этом позаботится.