Танец на лезвии

- Нет, - растерянно прошептала рыжеволосая, не отводя взгляда от ослепительной блондинки, - но если вы мама Тсуруги-сана, то Тсуруга-сан – Корн? – она подняла взгляд на мужчину, который только сейчас вспомнил о своей «эльфийской природе». - Да, - обреченно прошептал Куон, - «это конец!», - Кеко, я могу все объяснить! - Могами-сан, президент послал меня за вами – у вас еще съемки, - рядом с девушкой возник секретарь. - Д-да, уже иду, - рыжеволосая с трудом отвела взгляд от Рена. На ее лице отчетливо читалась растерянность. Тем не менее, она низко поклонилась ничего не понимающей чете Хизури, - простите, у меня еще осталась работа сегодня, я должна ехать. - Хорошо, - немного неуверенно улыбнулся Куу, - поезжай. Но вечером все еще в силе, правда? – он косо взглянул на окаменевшего сына. - Конечно, - Кеко еще раз поклонилась и убежала следом за мулатом.       Джулия с тревогой коснулась плеча сына. Она не понимала, что произошло, но так просто все оставлять женщина точно не собиралась. Приобняв сына за талию и также мужа, она направилась к главному выходу из аэропорта. Вместе они добрались до машины. К счастью их никто не преследовал – сработала служба безопасности Такарады.       Немного подумав, Джулия не пустила сына за руль: вместе с Тсуругой, она села на заднем сидении, а Куу пристроился за рулем «Порша». Немного повозившись с навигатором, мужчина поехал в квартиру сына. По дороге они заехали в магазин, где к ним приклеилась солидная толпа. Пришлось сбегать через служебный вход и звонить президенту, чтобы тот послал кого-нибудь для них за покупками.       Спустя час, уже в квартиру прибыла группа в спецовках с пакетами. Джулия и Куу их встретили и все забрали, после чего, вооружившись холодным ячменным чаем и крекерами, Хизури был очень голодным, они приступили к допросу: - Куон, милый, что произошло? О чем ты говорил с Кеко? – начала Джулия. - Корн, - выдохнул молодой человек. Он жалел теперь как никогда, что вышел к Кеко на Гуаме, что поцеловал ее, что не открылся ей сразу, - помните, мы приезжали в Киото, когда мне было 10? - Да, - Куу с тоской заглянул в опустевшую за секунды пачку, - ты еще постоянно пропадал где-то… - Точно-точно, - Джулия мечтательно заулыбалась, - а еще каждый вечер тренировался прыгать. - Тогда я впервые встретил Кеко. Из-за моей внешности, она решила, что я, - Рен заметно покраснел, - принц эльфов. Мы вместе играли там же у реки. Я многое о ней узнал. Она ругала меня, когда я делал что-то неправильно – именно так я узнал многие японские традиции лучше. Она плакала перед Корном, и он помогал ей избавиться от тяжести на сердце. Я чувствовал себя очень нужным и был этим ослеплен. Даже уезжая, я не сказал ей правду – помню, что нес какую-то чушь про возвращение в сказочный мир и тому подобное. - Ничего себе, - присвистнул Куу, - даже я, ухаживая за твоей матерью, до такого не доходил. Однако, одной твоей вины в произошедшем я не вижу. У Кеко по-настоящему богатое воображение, так что во многом твоя ложь, появилась по ее инициативе. - Дорогой, - Джулия возмущенно шлепнула мужчину по плечу. - Проблема не в этом, - горько воскликнул Рен, прерывая назревающую ссору. Оба родителя тут же остановились и снова сосредоточились на сыне, - когда мы уже снова встретились, мы не узнали друг друга, но потом я нашел камушек, который подарил ей в детстве. Оказалось, что она совсем не изменилась и продолжала верить в Корна, а камушек стал ее талисманом. Она рассказывала ему все свои проблемы… - Вот как, - Джулия погладила замолчавшего сына по плечу, - что-то еще произошло? - Увы, - Рен снова залился краской и прикрыл лицо рукой, смущенно глядя поверх нее на мать, - я притворился Корном на Гуаме и дурил ей голову целый день. А под конец не выдержал и поцеловал… - В щеку? - зачем-то решил уточнить Куу. - Нет, - пуще прежнего раскраснелся парень, - в этот раз нет, - поправился он. - В этот раз? – ладонь модели остановилась и медленно сжалась в кулачок, - К. У. О. Н? - На д-день Святого Валентина. Я поцеловал ее в щеку, - обреченно признался парень.       Куу сидел и, с трудом сдерживая смех, смотрел на своего сына. Все же появление в их жизни Кеко было прекрасным событием. Всего за две встречи, он смог увидеть на лице Куона больше эмоций, чем за всю совместную жизнь, когда тот был еще ребенком. Благодаря странноватой рыжеволосой девушке, Хизури мог поговорить с сыном о том, что того смущает, страшит. Он мог выслушать Куона и дать совет. Мог и хотел, чтобы это не заканчивалось. Поэтому надо было любыми правдами и неправдами удержать потенциальную невесту. - Куон, - Хизури решительно поднялся, нависая над сыном. Пока что он не видел медленно закипавшую жену, полностью сосредоточившись на парне, - все хорошо! Кеко славная девушка, ты попросишь прощения и все будет отличн… - Тихо, - стеклянно-спокойным голосом прервала речь мужа Джулия. Ее глаза опасно сверкнули, - Куон, между вами было что-то еще, верно? Я люблю тебя, однако, как женщина, сейчас для меня чувства Кеко важнее, понимаешь? - Да, мама, - Рен весь подобрался и пересел на пол, встав на колени. - Ну так что? – Джулия посмотрела на сына сверху вниз, гадая, как много придется платить юристам за домогательства Куона к Кеко во избежание скандала. В конце концов она несовершеннолетняя. - Больше ничего настолько вопиющего не было, - уверенно произнес Тсуруга. Однако в следующий момент в его голове, игриво подмигивая, появилась Сецука, - я имею в виду, что ничего не было в обычной жизни. - То есть? – Куу напрягся от поправочки парня. - Была одна роль, неофициальная, когда произошел плохой инцидент, - старательно подбирая слова, произнес Рен, молясь, чтобы родители не стали уточнять подробностей. К счастью, каким-то богам Тсуруга все же нравился… или нет? - Ладно, спрошу у Кеко, - выдохнула Джулия. Потом игнорируя потрясенный взгляд сына, пригласительно похлопала по сидению рядом, - поговорим о другом. Кеко ведь сказала, что приедет на ужин, так что мы можем сейчас только ждать… ***       В половину девятого вечера в дверь квартиры Тсуруга Рена позвонили трижды. Не скрывая волнения, Куон, полностью перевоплотившийся в настоящего себя, ту же сорвался к двери. В последний момент, Куу бросился ему наперерез и повалил на ковер. Джулия только этого и ждала: цокнув небольшим каблуком перед самым носом сына, она походкой от бедра пошла встречать их позднего гостя. Хотя точнее сказать будет - гостью. С голливудской улыбкой модель открыла дверь перед рыжеволосой и пропустила ту в квартиру, посторонившись. Неловко улыбаясь, Кеко вошла. После долгих, но теплых приветствий и передачи Хизури коробки с домашними сладостями, приготовленными накануне, представительницы прекрасной половины человечества прошли в гостиную. Куон уже снова сидел на диване, а отец ободряюще сжимал его руку. Хотя с самого уже седьмой пот сходил.       Мужчины поднялись, приветствуя гостью. Кеко поклонилась им, а потом, премило смущаясь, проговорила: - Госпожа Хизури, Господин Хизури, простите, пожалуйста, мой эгоизм, но я могу поговорить с Тсуруга-саном наедине? – она виновато посмотрела на замершую Джулию. Та тут же бросила взгляд на мужа. Куу кивнул. - Хорошо, милая, Куон нам кое-что рассказал. Думаю, вам действительно нужно поговорить об этом вдвоем. Мы пока доделаем салаты. И еще, - ее голос стал строже, - Кеко-чан, прошу, называй меня Джулией, пока что, - она ослепительно улыбнулась, - «а потом, но точно сегодня, мамой. Я добьюсь этого», - а Куу, как тебе удобнее.       Женщина нырнула за спину мужа и стала выталкивать из гостиной под его возмущенное бурчание: - Я ведь просил называть меня папой, Кеко-чан, я «Папа»!       Наконец за ними закрылась дверь. Однако Куон был готов поклясться, что эти двое тут же приникли ушами к дереву, стремясь не пропустить ни звука. Тем не менее, образ подслушивающих родителей вылетели из головы сразу же. Ведь Кеко стояла прямо перед ними. Она была ужасно красной: скулы, нос, кончики ушей, шея и открытая часть ключиц – все покрывал равномерный румянец. В руках девушка мяла подол новенькой кофточки – наверняка купила ради приезда его родителей. И кофту, и платье под ней. Легкое и простое. - Кеко, - на выдохе позвал Куон. - Д-да! – девушка решительно подняла голову. В ее глазах были слезы. - «Я пропал» - мелькнуло в его голове и тут же исчезло.       Кеко шагнула вперед и крепко обняла его. Ее тонкие руки, дрожа, сомкнулись за его спиной, ладошки скрепились в замок. Красное лицо она спрятала в складках светлой рубашки мужчины: - Спасибо, что был моим Корном. Спасибо от всего сердца, - отчетливо произнесла девушка. - Кеко, - Куон понял, что еще немного и произойдет преступление: его руки тянулись к узким плечам, чтобы как можно скорее обнять это прелестное создание. Однако он подозревал, что тогда просто задушит ее и останется без своей Кеко. Потому, прикладывая нечеловеческие усилия, мужчина восстановил контроль над собой и лишь немного приобнял девушку, - я люблю тебя! - Поэтому поцеловал тогда? – с подозрением спросила рыжеволосая, немного отклонившись назад, чтобы посмотреть в зеленые глаза. В ее собственных были озорные искорки. - Да, - не стал юлить парень, - Кеко, я сейчас очень счастлив, поэтому могу ли я поцеловать тебя?       Кеко вздрогнула и медленно разжала руки. На ее лице отчетливо читалась внутренняя борьба правильной, воспитанной Могами и влюбленной Кеко. Куон отчетливо видел, когда победила именно Кеко. Девушка смущенно кивнула. Продолжая издеваться над собой, не позволяя чувствам выйти из-под контроля, молодой человек стал медленно наклоняться к замершей Кеко.       Увы, Джулии, пропустившей вопрос сына, надоело ждать, тем более, что тишина затягивалась, поэтому она распахнула дверь и громогласно возвестила: - Все готово! Давайте кушать и болтать.       Куон, еще секунду назад любовавшийся смущенной, но решительной девушкой, теперь только удивленно моргал. Кеко в секунду телепортировалась от него к Хизури и забрала у той объемную салатницу. Куу виновато пожал плечами. Парень, немного расстроенный такому прерыванию момента, все же улыбнулся. У него будет еще время… ***       Уже в районе полуночи, все четверо отправились на прогулку перед тем, как они поймают такси и посадят в него Могами. Девушка наотрез отказалась оставаться с ночевкой. Она не хотела мешать трогательному воссоединению семьи. Куон предлагал отвезти ее, но Кеко упрямо отказалась. Тогда Джулия и предложила не ждать такси в квартире, а пойти на улицу и поймать. Тем более, что она незаметно скинула сообщение президенту с просьбой прислать машину с проверенным шофером. Все же не дело отпускать будущую невестку с незнакомцем поздно ночью. - Кстати, Кеко-чан, скажи, - женщина задумчиво обратилась к рыжеволосой, - почему, как только ты меня увидела, ты сказала, что Куон – это Корн? - Так ведь королева фей может быть матерью только принца, - не успев даже подумать, что говорит, честно ответила Кеко. - Что? - Вы так прекрасны, - глаза девушки подернула мечтательная дымка, а вокруг ее головы замерцали звездочки. Кеко прижала к груди одну руку, а другую вытянула в облака свой фантазии, - ваши волосы, струящиеся по плечам, словно расплавленное золото. Сияющие зеленые глаза, прекраснее самых чистых в мире изумрудов. Идеальная фигура, как будто сотканная из света и…       Джулия звонко рассмеялась и крепко обняла замершую девушку. Кеко тут же вспыхнула. Так смущающе, но она не могла с собой ничего поделать. Когда ее спросили, чувства, что она испытала, лишь взглянув на модель, тут же снова накрыли ее с головой. - Простите, - пробормотала она, пряча глаза. - Господи, это были самые смущающие комплименты в моей жизни и самые приятные. Кеко, милая, называй меня мамой, прошу, - отсмеявшись, Джулия немного отодвинула девушку, чтобы заглянуть ей в глаза, - я люблю тебя. Однако, я теперь понимаю, почему Куону захотелось сыграть Корна - принца эльфов. Ты такая чудесная. Я тебя никому не отдам теперь. - Вы не злитесь? – Кеко пораженно посмотрела на женщину. Та ничего не ответила. Вместо слов, Джулия наклонилась и нежно поцеловала рыжеволосую в лоб. Куу, не выдержав накала страстей, подошел и обнял обеих девушек, прижимая к своей груди. Куону, хоть он и немного смущался, как и Кеко, не оставалось ничего другого, как подойти и заключить своих самых дорогих людей в крепкие объятья.       Это был конец многолетней вражды Куона с собой, с завистью к отцу и злостью на него. Конец обиды на мать за постоянные взрывы удушающей любви. В этих объятьях Куон Хизури и Тсуруга Рен стали единым целым. А темная сторона блондина и вовсе растворилась, канула в небытие под натиском большой и светлой любви.       Это был конец почти двухлетней ненависти к себе за глупость и доверчивость. Конец злобы на Фуву за предательство. В этих объятиях наконец окончательно родилась новая Могами Кеко. Девушка, которая любит быть полезной, но ни перед кем не лебезит. Девушка, которая любит себя и свою маму… даже двух мам. Кеко продолжит мечтать, делать глупости, совершенствоваться. Она не изменится, но внутри станет немного другой. Теперь ее цели и стремления переменились.       Кеко смущенно, со слезами на глазах посмотрела на Куона. Тот, почувствовав это, ответил ей полным нежности и любви взглядом. Теперь все будет по-другому. Теперь они будут счастливы и идти вперед с новыми силами бок о бок с теми, кого действительно любят… ***       Новый выпуск еженедельника о звездах произвел настоящий фурор во всем шоу бизнесе. Короткая статья над большой, на весь разворот, фотографией, заставило всех женщин лезть на стенку, а мужчин завистливо поджимать губы:       «Кацуки выбрал Мио! Всеми любимый актер, сыгравший Кацуки в ремейке «Темной Луны» Тсуруга Рен, на специально организованной агентством LME пресс-конференции сделал два умопомрачительных объявления! Первое, что поразило всех присутствующих - это настоящее имя нашего обожаемого актера. Тсуруга Рен оказался родным сыном оригинального Кацуки – Куу Хизури, и всеми любимой модели с мировым именем – Джулии Хизури. Настоящее же имя лучшего актера Японии – Куон Хизури. Второе же объявление разбило сердце всем японским женщинам: Тсуруга Рен объявил своей девушкой и невестой – МИО из ремейка «Темной Луны» - Могами Кеко. Актеры отказались давать подробности, однако заявили, что они уже помолвлены».       С фотографии же на читателей смотрела счастливая Кеко, которую обнимал Куон. За их спинами стоял Куу, приобнимающий смущенную Саэну одной рукой и Джулию другой. Могами-младшая была в белом платье до колена с небольшим букетиком в руках. И цветы ничуть не скрывали тонкое серебряное кольцо на левой руке на безымянном пальце. Такое же, но покрупнее, отблескивало на мужской руке, лежащей на кисти брюнетки. И Кеко, и Куон восстановили естественные цвета волос, а парень еще и окончательно отказался от линз в повседневной жизни.       Семья, любовь, взаимопонимание – три сокровища, что они нашли друг в друге. Три драгоценности, которые они будут беречь, несмотря ни на что…