Большой переполох в фандомах

      Спустя месяц.       Мика выписали из больницы с неработающей правой рукой и дергающимся правым глазом, бонусом к этому всему шли головные боли. Но Мик не унывал.       Во-первых, снял немного наличности, часть оставил на карте Вестерн Юнион.       Во-вторых, Дайсуке научил Сашу и Бена водить яхту.       А в-третьих, они, наконец, отчалили из Лондона и отправились в путешествие.

***

      Путь их лежал вдоль берегов Франции, Испании и Португалии. Мик намеревался посетить еще Грецию, Италию, Корфу, Египет и вернуться обратно тем же путем.

***

      Море было спокойным, ветер дул в корму, солнце светило, а для яхты Мика это было самое то, потому что она у него на солнечных батареях была.

***

      Пока Бен вел яхту уверенной рукой бывалого моряка, Саша сидела на носу и таращилась вдаль, Мик боролся со своей неработающей рукой.       Ванночки ей делал, массаж… У него был пример — Жак-Ив Кусто.        — Он смог, и я смогу, — повторял про себя Мик и нагружал руку.       Ему хотелось выть от боли, но он не делал этого.       Разрабатывал правую руку и работал левой.       Рисовать левой рукой не мог, но остальное… за милую душу.

***

      Первая остановка у них была в Таррагоне.        — Вот смотрите! — Мик потащил Бена и Сашу на развалины древнеримских сооружений, — чудесная местность. Потрясающая кухня, древность, пахнущая тайнами. Я тут пока пошастаю, поснимаю виды, а вы давайте устраивайтесь и начинайте рисовать.       — А мы разве не отдыхать приехали? — поинтересовался Бен, начиная покусывать палец.       — Нет, — усмехнулся Мик, — мы приехали рисовать. И я, как только руку разработаю, тоже рисовать буду. А поскольку, и ты, Бен, так чертовски хорош в этой белой рубашке с раскрытым воротом, подчеркивающую легкую золотистость кожи, и Саша в этом легком муслиновом платье и шляпке, обалденно великолепна, что я, не травя себе душу, потому что, — тут Мик посмотрел на беспомощную руку, висящую на бандаже, — ну ладно. Я пошел. А вы тут рисуйте. — И отвял, поганец такой.       — Ушел, — констатировал Бен, усевшись на прогретый камень римского амфитеатра и раскрывая альбом (уже второй, поскольку первый он уже заполнил набросками моря, яхты, Саши и Мика, когда тот не видел, что его рисуют), — начнем.       Выбрал масляную пастель.       Мик закупил альбомы разных качеств, и путем проб и ошибок Бен нашел оптимальные варианты.       Саша просто с головой уходила в работу — так ей хотелось запечатлеть на бумаге окружающую её красоту! Тяга к художеству и забота о Мике, казалось, совершили небольшой переворот в её душе и жизни — исчезла хамоватая готесса по прозвищу Хищник, миру явилась истинная, милая и заботливая леди-лисичка Саша Сильверштейн.       Они уже нарисовали много чего, поскольку небо было ясное, воздух прогретый, трава зеленая, а туристы толпами носились по развалинам, и тут вернулся Мик.       — О! потрясающе, — Мик сунул нос в рисунки Бена, потом Саши, — скоро лучше меня рисовать будете, а теперь сворачиваем работу и идем в ресторан Filosofía Restaurante постигать философию.       Они передвигались по городу на арендованном пикапе зеленого цвета, круглоглазом и смешно поскрипывающим рессорами.       Ресторан оказался где-то в центре города, очень милый, с привлекательными ценами и вкусной едой.       — Вот, — Мик воодушевлял своих друзей, — вы можете нарисовать это помещение, тут интересный композиционный фон и потрясающее оформление. А тут еще, — Мик поднял указательный палец, — произошла ужасная история.       — И какая? — поинтересовался Бен.       И химера тоже с интересом навострила ушки.       — В 1978 году около Таррагоны произошел ужасный взрыв, унесший жизни около 400 человек. Мы около этого кампуса проплывали…       — Да ладно, — не поверил Бен, — террористы?       — Никто точно не знает, — ответил Мик, — исследования проводились, но толком так никто и не понял. Поели? — переменил тему Мик, — тогда пошли гулять дальше…       — С радостью, — улыбнулась Саша.       День прошел исключительно насыщенно, но спать они вернулись на яхту. Яхта качалась на темных водах залива, подсвеченных огнями города. Саша и Бен мирно дрыхли в каютах, а Мик сидел на носу и смотрел в черную воду…       — Мик?       Меллоун обернулся.       — Бен? Что ты тут делаешь?       — А ты почему не спишь? Рука?       — Ага.       Бен присел рядом, робко приобнял друга за плечи.       — Ты не огорчайся, Мик. Всё наладится.       — Да, — Мик вздохнул и прислонился к другу, — ты теплый, — сообщил он спустя некоторое время.       — Перегрелся верно на солнце, — усмехнулся Бен.       — Хорошо порисовал? — осведомился Мик, чувствуя, что его глаза слипаются.       — Неплохо, — Бен воодушевился и принялся излагать свои мысли хорошо поставленным голосом, — а ты прав. Тут так хорошо рисуется и думается, да ещё мы тут втроём… и никого тут нет, кроме нас. А как хорошо быть свободным и богатым… Тебе надо сказать спасибо, Мик. Мик? — Бен обнаружил, что Мик, привалившись к нему, мирно посапывает, — вот и славно, — Бен поднял его на руки и отнес в каюту.

***

      Следующая остановка была в Барселоне.       Мик, недолго думая, арендовал юркую машинку и поволок всех смотреть на старый город.В готический район Барселоны. Трепался, описывая историю Старого города. В результате они позавтракали в кафе «Четыре кота».       А после завтрака Мик открыл им архитектуру Гауди.       Да, было на что посмотреть, от чего восхищенно выдохнуть и от чего затаить дыхание. Они побывали в доме Каса-Бальо и доме Мило, погуляли по парку Гуэля, посетили Собор Святого Семейства.       Мик только всё это фотографировал, а Саша и Бен пытались перетащить плавные линии архитектурных построек на бумагу.       — Как ты думаешь, можно ли это нарисовать? — спросил Бен у Саши, сосредоточено срисовывая фасад Дома Костей.       — Надеюсь, — задумчиво ответила Саша, — Не без стараний, конечно же. Мона Лиза тоже ведь не с первого раза была нарисована.       — Мик, можно ли это нарисовать?       — Попробуйте, — ответил тот, — мечта моей жизни запечатлеть Sagrada Familia утром, днем и вечером акварелью… но… не судьба…       — Будем стараться, — сказала Саша.       Вечер встретил их в ресторанчике в районе порта, а на ночь все перебрались на яхту.       — И что дальше?       — Дальше — Франция, — ухмыльнулся Мик, — Монте -Карло, Италия, Сицилия, Корфу, Греция, Крит и Кипр, Турция, Кемер, Александрия, Каир, Хургада, Петра, Луксор и… обратно той же дорогой. Надеюсь, рука у меня вернётся в рабочее состояние, и я буду работать, не покладая рук.       — Конечно, вернется, — зевнул Бен, — извини.       — Если что — мы же рядом, — подвела итог Саша.       — А давайте я обниму вас, — вдруг сказал Мик дрогнувшим голосом, — прижмемся друг к другу и постоим так, а потом спать пойдете, ладненько?       И снова его обвил за талию пушистый и тёплый лисий хвостик.