Не стоило.

      Понедельник. 9:00. Слышится звонок будильника. Обычное утро импровизатора.       Антон нехотя открыл глаза, чтобы выключить будильник, принял полусидячее положение и, потерев глаза, всё же встал. 9:30.       Антон вышел из ванной комнаты и направился на кухню, после чего, налив себе чаю и, достав кусочек торта из холодильника, зашёл в Instagram. Листая ленту, взгляд Антона упал на фото Арса. — И тут эта морда, — проговорил Шастун, невольно поморщив нос. В то же время.       Арс сидел за столом и изучал профиль Антона в Instagram. — Ну почему этот немного неуклюжий, но настолько милый парень так меня очаровал? — на телефон Попова приходит уведомление. — О! Он поставил мне лайк! Да он и раньше их ставил, просто сейчас они какие-то особенные... Может пригласить его выпить сегодня? 10:00.       Антон выходит из дома. Прокрутив вчерашний вечер съёмок, Шаст улыбнулся и спустился по лестнице. Идя до работы, Антон лазил в соцсетях повторяя лишь одну фразу: — Ну почему ты? Именно ты?       У Арсения в голове крутилась одна картинка из вчерашних съёмок: он не мог отгадать Антона в импровизации «Вечеринка». Арс помнил как засмущался Шаст, когда он «подкатил» к лежачему на полу! Как верещал зал! Как непозволительно близко были их губы! Арсений думал о том, что если бы не сигнал Паши, то поцеловал бы Антона. 11:00.       Начались съёмки шоу «Импровизация». Паша всё также улыбался и шутил вместе с парнями, Сергей и Дима спорили, а Арс как-то неохотно общался со всеми. «Странно…» — пронеслось в голове у Антона. Ну как? Антон и не подойдёт к Арсу?! — Попов ты чего такой грустный? — Да так, не важно, — тон Арсения был каким-то, ну, не таким как всегда... — Давай говори! Я же не отстану! — проговорил Шастун и сел рядом с другом. — Да не важно, говорю же. Что пристал?! — отрезал Попов. — Ну, знаешь ли, муда… — договорить Антону не дал сигнал об окончании перерыва.       На самом деле Арс не хотел обижать Шастуна. Ну, не мог же он сказать, что боится признаться ему, точнее получить отказ.       Съёмки проходили немного напряжённо. 20:00.       Гримёрка.       Ребята собирают вещи и потихоньку расходятся, делясь впечатлениями. Серёга и Димка давно ушли, списав всё на усталость. Ага, думают, что им так и поверят! Влюбленные голубки. Вечно спорят, шутят на счёт Арса и Антона, а сами краснеют, когда прикасаются друг к другу.       Тем временем в гримёрке, где были лишь Шастун и Попов, повисла тишина, которая давила на ребят. Антон был обижен на Арса. Ну, а сам Арсений был занят своими мыслями. 20:15.       Антон и Арс всё же собрались и вышли из студии. Шастун почти ушел, но Попов его остановил. — Чего тебе?! Поговорить захотелось? А я не в духе, — с нотками обиды и злости сказал Шаст. — Да! А ты что мне скандал закатишь? — с раздражением произнес Арсений. — Ну, Антон, и вправду, чего ты? Я хотел тебя выпить позвать. — Прости, сам не знаю, как так получилось, — с улыбкой проговорил Шаст. — Ну, так что насчёт выпить? Завтра съёмок всё равно нет, — с нежной улыбкой спросил Арс — Ну, я даже не знаю… Время позднее, как я потом до дома доберусь? — Останешься у меня! Тебя же там никто не ждёт? — произнёс импровизатор. — Ну ладно, поехали, — радостно согласился Антон, и они пошли в сторону бара. 00:25       Антон и Арс сидели за столом и радостно поедали десерты, разговаривая друг с другом. Почему-то они решили выпить лишь по бокалу вина. Они говорили на разные темы, несмотря на время. Антон смеялся над шутками Попова, а Попов не мог оторвать взгляда от такой милой и какой-то родной улыбки парня. Так они и сидели, пока их не перебил официант. — Молодые люди, бар закрывается. — Хорошо. Несите счёт, я заплачу, — на полном серьёзе, сказал Попов. — Не сто́ит, я же не баба! Сам за себя заплачу, — как-то странно покосившись на друга, сказал Шаст. — Во-первых, «бабы» не такие высокие. Во-вторых, я тебя позвал. В-третьих, мне не сложно, — с победным видом произнёс друг. 01:00.       Ребята вышли из бара. — Ладно давай, Арс, я пошёл. — Куда? Ты не забыл, что ночуешь у меня? — с каким-то приказом, сказал Арс. — Ну, я думал мы напьёмся, а трезвый я дойти смогу, — произнёс Шаст. — Не-не-не, я сказал, что у меня, значит у меня. — Ну, Арсе… — И это не обсуждается! 01:30.       Антон сидел на кухне Попова и пил чай, а в этот момент сам Попов только вышел из ванной. — Ну что? Как тебе у меня? — спросил Арсений, заходя в кухню в одном лишь полотенце на бёдрах. — А… м… нормально, — чуть не подавился Антон, увидев Арса таким. — Хах, ну ладно, ты в ванну пойдёшь? — облокотившись на столешницу, спросил импровизатор. Но Антон не сразу ответил, ведь был занят, смотря на то, как по Арсу стекают капли воды, и как поднимается его грудная клетка при разговоре. — А? Что? Пойду! — немного смущённо сказал тот, на что Попов лишь улыбнулся и стал наливать себе кофе. 02:00.       Антон никак не мог снять напряжение от того вида Арсения. Да, дрочить он мог, но этого было мало. Тогда Антон принял не самое лучшее решение в этой ситуации. Трахать себя своими же пальцами у друга в ванной — не лучшая идея, что может быть. Но трахать себя у друга, которого ты любишь — тем более...       Арсений вспомнил, что в ванной нет полотенца, и решил принести его другу. Арс подошёл к двери, чтобы проверить, не закрыта ли она. Открыто. Легко и бесшумно её толкнув, перед импровизатором предстала такая картина: Антон стоит в коленно-локтевой весь мокрый и красный, суёт в себя три пальца, постанывая тихое «Арсений», и кончает тут же. Арс, не долго думая, закрывает дверь и мигом идёт в спальню, садясь в кресло. Он не может выкинуть эту картину любимого из своей головы. — За что же ты так, Антон, за что? Как я терпеть буду ходить в ванную, зная, что ты там делал? Что мне теперь делать с членом, который уже в который раз встаёт на тебя?       Тут послышались шаги из ванной, и Арс мигом замолчал. Секунда, и вот Шастун стоит перед ним в одном полотенце, такой простой, будто ничего и не делал, нахал. — Эй, Попов, ты чего такой красный? С тобой всё нормально? — с тревогой спрашивает этот бесстыдник.       В ответ лишь молчание. — Ну раз молчишь, значит да, — успокоившись, сказал Антон, садясь на кровать, непозволительно раздвинув ноги и закинув голову назад. — Какая же ты скотина, Антон, — произнёс Арс, поднимаясь с кресла. — Ась? В смысле? Почему? Чё я такого сделал? — с недоумением протараторил Шаст. — Ну как же? Не я же только что трахал себя пальцами в ванной! — сказал Попов, потихоньку подходя: одно слово, один шаг. Антон густо покраснел, произнося про себя: «Хоть бы не слышал. Хоть бы не слышал». — И выстанывал моё имя! — а Арсений всё ближе. — Чёрт! — вырывается у Антона. — Ну, чего ты? Мне даже понравилось, как это звучало. Я бы повторил, но лучше, чтобы это было громче... — и вот Арс уже прижал Антона к кровати. — В смысле? Арсений, к чему ты клонишь? — испуганно, и краснея ещё сильней, произнёс Шастун. — А разве не ясно?! — потеревшись своим вставшим достоинством о Шаста, сказал старший. — Арсений, пусти! Не смешно! — пытаясь вырваться, воскликнул Антон. — А кто сказал, что я шучу? — он схватил в одну руку запястья Шастуна, а другой, тем временем, залез под полотенце. — Ай-яй-яй, Антон, нельзя врать старшим! — проговорил Попов, обхватывая вставший член Антона. — Ммм, — простонал импровизатор. — Ты сам это начал, — прошептал Шаст и поцеловал Арсения. Попов ответил на поцелуй, но тут же отстранился. — Я начал? По-твоему это я трахал себя?! — возмутился Арс. — Ну, не я же вышел из ванной весь такой сексуальный! — ответил Антон. — Ой, да не важно! Главное — я люблю тебя, — проговорил Арс. — И я тебя, мой любимый импровизатор, — улыбнулся Шаст, вовлекая Арсюшу в поцелуй.       И вот уже полотенце и боксеры с футболкой летят в сторону кресла.       Арсений выцеловывает грудь Антона, оставляя багровые засосы на шее, возвращается к губам и страстно целует, немного прикусывая губу. Секунда, и Антон уже упирается лицом в простыни, раздвинув ноги так широко, насколько мог. — Ну что, мой любимый «друг», ты готов? — спрашивает Попов. — Сеня, сейчас я тебя прихлопну! — отзывается Антон. — Ну, можно сказать «да!» — ухмыляется Арсений и вводит один палец, затем второй и третий. Мало... — Антон Шастун, я у тебя не первый? — удивляется Попов. — Первый! Я же не впервые себя трахал, — смущённо произносит Шаст. Арсений вытаскивает пальцы и проводит членом по колечку. — Проси меня. — Арс, не начинай. — Меняй! — Арс! — Меняй! — Да трахни ты меня уже! — Меняй! — Возьми меня всего, да так, чтобы я не успевал дышать! Так сойдё-от? — стонет Антон, чувствуя член Арсения. — Да, дорогой, — поцелуй, толчок. С медленного темпа — переход на быстрый, шлепки кожи об кожу, стоны… — Быстр-е-е-й, прошу, не-е останавливайся! — постанывая, тянет Антон. — И не собирался! Может лучше вот так? — он меняет угол и попадает по простате.       Стон со стороны Шастуна, и вот оба уже на пике, оба забывают как дышать, забывают, кто они и где. Толчок, ещё и ещё. И вот Антон прогнулся так, что чуть не сломал позвоночник. Оба кончают одновременно. Антон с громким «Арс-е-ений». Ну, а Арс с улыбкой на губах.       Приходят в себя только через минут пятнадцать, меняют простыни и ложатся. — Арс? Может мы зря это сделали? — в глазах Антона читалась паника. — Нет, Антош, не зря, — целует. 05:30.       Мирно спящие в обнимку Антон и Арсений с улыбками на губах не подозревают, что разбудили весь дом.