Камасутра бутылки воды

«Да какого черта будильник так громко звонит!» — с негодованием пытался понять Максим. Максим — обычный парень девятнадцати лет. Высокий, темноволосый юноша, он был вполне серьезным парнем для своего возраста. Жил он один в небольшой съемной квартире, работал и вел самостоятельную жизнь. Макса можно было назвать вполне сложившейся личностью. У него были довольно обширные интересы, простирающиеся от моделирования до чтения. Читал Макс почти все, кроме поэзии и российского современного фэнтези. Поэзию он недолюбливал, так как считал это пустой романтикой и попросту ''розовыми соплями''. Про русское фэнтези лучше вообще не упоминать — оно и так примелькалось. (ЕЩЕ РАЗ ПОВТОРЯЕМ, МНЕНИЕ АВТОРОВ МОЖЕТ НЕ СОВПАДАТЬ С ОБЩЕСТВЕННЫМ МНЕНИЕМ!!!) Библиотека парня, помещавшаяся в большом шкафу уже стала выходить за его пределы. Книги лежали на столе, на полках, недочитанные — на прикроватной тумбочке. Верхнюю полку книжного шкафа занимали любимые издания — аккуратно поставленные книги располагались на самом почетном месте в квартире. (впендюрить наши любимые книги) Максим был редкостный книгоман. Парень не мог спокойно пройти мимо книжного магазина. Заходя в ''святая святых'', он благоговейно разглядывал длинные ряды изданий, искал новые, незнакомые для себя книги. Если Максим находил среди представленных на полках свои любимые вещи — он радовался как ребенок. Найти любимую книгу в ворохе современного книжного барахла разнообразия — то же, что и повстречать старого доброго друга в разношерстной толпе. Макс с восторгом брал в руки книгу, придирчиво разглядывал оформление, качество перевода, бумаги, и, в последнюю очередь — иллюстрации. У Максима были очень специфические вкусы насчет иллюстраций. Если они были выполнены неумело или отнюдь плохо — парень с раздражением ставил книгу обратно на полку, мысленно жалея автора столь замечательной книги, из-за того, что его произведение ''испоганили сомнительными рисунками. Видно, художник окончил лишь кружок рисования в детском садике''. Максим был избирательным человеком, у которого был хороший вкус. Но вернемся к нашему утру. Избирательный человек, у которого был хороший вкус, лежал в постели и ему совершенно не хотелось вставать. Как и многие, наверное, как и Вы, дорогой наш читатель, Макс любил с утреца понежиться в кровати. Но против режима дня не попрешь. Приходилось вставать. Максим пытался достать рукой будильник, лежащий на прикроватном столике, но ничего не выходило. Поборов свою лень и открыв глаза, парень поднялся с постели и наконец-то выключил так надоевший будильник. «Ничего не поделаешь, придется все-таки вставать», — смирился Максим и, предварительно заправив кровать, отправился за драгоценным напитком — напитком богов- Кофе. Для Максима кофе- смысл жизни. Он не представлял ни дня без него. Всегда, когда напиток заканчивался, имелось целых три пачки про запас на случай «непредвиденных обстоятельств». Многие недоумевали от такой зависимости. Одни говорили: «Не пей так много кофе! Оно убивает людей!» Другие твердили: «Кофе- зло! Кофе создан злобным братом макаронного монстра, чтобы убить творения своего ненавистного братца. Моя бабушка умерла, после того как выпила чашку кофе.» Но Максим никогда не обращал на это внимание. Но никто не смел сказать слово «кофе» в среднем роде. Это каралось истерикой и криками: «Кофе это он! ОН! Сам ты оно! Тебе будет приятно, когда тебе будут говорить «Оно»? Так что запомни! Кофе- ОН!» Кофеман всегда выпивал три чашки в день. С благоговейным восторгом он варил напиток в дорогой керамической турке, на которую ушла добрая часть сбережений. Медленно помешивая напиток, Максим вдыхал любимый аромат, наслаждаясь процессом приготовления. Парень не просто варил кофе — он священнодействовал, считая, что выполняет важнейший обряд в своей жизни. Когда кипящий напиток вспенивался, Максим быстро снимал турку с огня и осторожно, плавно переливал бурлящий напиток в большую стеклянную чашку. После каждого глотка, каждый волосок, каждая клетка чувствовали прилив энергии и сил. После Пресвятого Кофейного обряда Максим был готов ко всем невзгодам и приключениям последующего дня. И настроение делало резкий скачок вверх. Но сегодня случилось то, что никогда и в мыслях у Максима не было. Машинально открыв дверцу шкафчика, где всегда стоял кофе, Максим потянулся за заветной банкой. Он привычным жестом пошарил на полке и… не нашел банку. Максим в отчаянии раскинул все остальное барахло — специи, различные коробочки, полиэтиленовые пакеты, но так и не смог найти своего сокровища. Началась паника. Была обыскана почти вся квартира вдоль и поперек. Обшарен буквально каждый угол. Даже холодильник не избежал обыска, но кофе нигде не было. «Где же ты?! Как ты можешь меня бросить! Я же тебя покупал! Стоп! А я разве покупал? Так, Макс, вспоминай! Вспоминай!» — Максим остановился посреди коридора, вспоминая все, что он делал вчера. «Нет! Этого не может быть! Я?! Забыл купить кофе?! И вместо Его, я пошел к Нему? О нет! Нет, нет, нет! Что мне делать?!», — пытался понять Максим. В добавок ко всему, парня начала одолевать жажда. Под «Ним» Максим подразумевал своего друга Славу, который хоть недолюбливал напиток, но все же не упрекал товарища в его чрезмерном употреблении. Сам человек был неплох, но весь свой ум и кругозор в области биологии и химии Слава направил в создание новых наркотических средств. Об этом в мельчайших подробностях знал только Максим. Слава был из тех людей, что имеют огромный круг увлечений. Парень увлекался совершенно разными вещами, от дзюдо до модульного оригами. Слава занимался всем понемногу, и его друзья и приятели удивлялись, как у него хватает на это времени. Но больше всего парень увлекался биологией и химией. Здесь он был в своей стихии. Весь школьный курс химии Слава прошел за полгода. Тот минимум, что изучают школьники, казался парню простейшими знаниями, и по большей части, Слава скучал на уроках. Но приходя домой и убирая скучный учебник, парень брался за собственные исследования. На его столе высилась стопка толстых книг по органической и квантовой химии, радиоактивности, и многому-многому другому, чего простым смертным не понять. толстые тетради с описаниями собственно поставленных экспериментов лежали на полке, рядом с обширной библиотекой научной литературы. Стол Славы был завален записями, конспектами, учебными пособиями. В центре стола царственно стоял дорогой электронный микроскоп. На специальном застекленном стеллаже позади стола помещались колбы, мензурки, различные реактивы. Растворы солей загадочно поблескивали сквозь стекло, мелкодисперсные порошки находились в герметически закрытых сосудах. В общем, комната Славы имела вид настоящей химической лаборатории. Приятели парня думали, что он ставит интересные опыты, проводит редкие химические реакции и не более того. Но они сильно ошибались. Слава занимался не только безобидным наблюдением и постановкой опытов. Он разрабатывал наркотики. Да-да, самые настоящие наркотические вещества нового поколения. В ящике стола, который запирался на ключ, имелась толстая тетрадь, в которую Слава переписывал свои разработки. Уже добрая половина тетради была испещрена формулами и рассчетами, загадочные иероглифы которых мог понять только Слава. Это были такие страшные каракули, что не требовалось и секретного языка, чтобы их зашифровать. И вообще, Славин почерк в обычных, не секретных записях, редко кто разбирал. А в этой ''секретной документации'', как называл ее сам автор, невозможно было разобрать ни единого слова. Трудно было поверить, что всеми секретными разработками и экспериментами парень занимался у себя дома, в собственной комнате! Так как Слава жил один, никто, почти никто не знал об его тайном увлечении. Кроме его лучшего друга Макса, который частенько заходил к нему в гости. Когда Макс приходил, он заставал Славу, согнувшегося над столом, колдующего над своими драгоценными колбами. Максим знал, что Славу лучше не отвлекать, когда он работает, и топал на кухню ставить чайник. Вся техника, кроме микроскопа, носила в Славиной квартире доисторический характер. Чайник, доставшийся от пра-прабабки, старая ржавая мясорубка, которая редко используется и валяется на кухне в качестве экспоната в лавке старьевшика. Пока Слава заканчивал со своим экспериментом, Максим садился на старый диван и наблюдал за Славой. Взгляд Макса бродил по запыленным стенам, всеобщему беспорядку квартиры ''великого химика''. ''Беспорядок''- мягко сказано. В комнате царил ВСЕЛЕНСКИЙ С-Р-А-Ч. Зрелище было страшное. Кучи хлама вещей лежали в шкафу, на шкафу, под шкафом, на стеллаже, под стеллажом, на тумбочке, в тумбочке и во многих других местах. Если сделать попытку подойти к одной из куч и начать ее разбирать, (или хотя бы рассматривать) это перетекало в чистейшее самоубийство. Разъяренный хозяин хлама подлетал к тебе и начиналось что-то страшное… Это описывать даже боязно. Слава, как говорится, выходил из себя и долго не входил обратно. Он бушевал. Кричал. Размахивал руками. В общем, гнев, который сопровождался бурными химическими реакциями. Максим это знал и не предпринимал попыток притронуться к кучам. Они лежали, лежат, и останутся лежать на своем месте еще много-много лет. В один прекрасный (нет) день Максим зашел к Славе. Тот, как обычно, проводил утренние (как и все остальное время суток за исключением еды и редким залипанием в ВК) часы чуть ли не в обнимку с микроскопом. Макс не стал беспокоить хозяина и сняв ботинки, направился на кухню. Славину кухню парень знал хорошо. Часто он сам хозяйничал на ней. Только приходилось мириться с некоторыми неприятностями — в холодильнике частенько оказывались колбы и стаканы с различными растворами, кислотами, часто ядовитыми. Максим смело подошел к холодильнику. ''Что же в нем окажется на этот раз?» Сегодня там обнаружилась стеклянная банка, наполненная какой-то непонятной слизью. В холодильнике зажглась лампочка, и слизь, мелко подрагивая, замерцала. Максим пожал плечами и продолжил обшаривать холодильник, стараясь держать руку как можно дальше от подозрительной слизи. Парень наткнулся на позавчерашний салат, хмыкнул, поискал еще и нашел качан капусты еще из позапрошлой геологической эпохи. Из сморщенного кочана поднимались нежно-зеленые ростки молодой капусты. Кочан вонял страшно. Макс пожал плечами и опустил овощ в мусорное ведро. Поиски продолжились. Успех пришел тогда, когда парень наткнулся на почти нечерствый хлеб (почти) ''Это огромный успех!» — победно подумал Макс и продолжил поиски. В морозилке нашлась полупустая (или полуполная) пачка котлет. Благо, они хранятся долго. Слава не любил ходить по магазинам или вообще куда-нибудь ходить. Выйти за продуктами для парня был настоящий подвиг. Раз в месяц, как полагается, Слава шёл на тяжелую, но увы, обязательную миссию — тащился в ближайший магаз за едой. Таким макаром, после тщательного обыска холодильника, Макс нашел итого: 1) позавчерашний салат, который еще находился в удовлетритеьном состоянии 2) полуистлевший проросший качан капусты (безжалостно выброшен) 3) полупустая (полуполная) пачка котлет 4) почти нечерствый хлеб (почти) 5) замерзший намертво кусок сливочного масла (в списке приводится только съестное, исключая всю химическую гадость) Сварганив на скорую руку горячие бутерброды, Максим положил их на тарелку и направился в комнату. Слава к тому времени уже закончил с экспериментом. Парень протирал стол влажной салфеткой. Великий химик не терпел, когда на его столе творится бардак. Но это относилось только к его рабочему месту, не более того, потому что, как вы же заметили, дорогой наш читатель, в остальной квартире творится сказочный срачельник. Слава и Макс сели на кухне и принялись пить чай с бутербродами. Разговор шел на обычные повседневные темы. Слава, который любил подтрунивать над кофеманией Макса, всегда спрашивал у него: — Ну что, сколько чашек сегодня выпил? — Как всегда, пока две… — в некотором смущении говорил Макс. И после небольшой паузы спросил: — А как твои эксперименты? Чего еще намешал? Слава хмыкнул. Он многозначительно помолчал, сделал глоток из чашки и произнес: — Изобретение века! — Да неужели? — Макс ухмыльнулся. «Изобретением века'' Слава называл почти каждый новый удавшийся эксперимент. — Ну, и что на тот раз? — скучающим тоном спросил Максим, предчувствуя, что его друг сейчас начнет пространные рассуждения о сжатии материи и химических реакциях. -Вот ты сейчас смеешься, а это изобретение вообще-то для таких как ты, кофеманов! — укоризненно сказал Слава. — Да ну? — Да, да! Я создал запасной вариант, так сказать, палочку-выручалочку для забывчивых кофеманов! Если, скажем, ты забудешь купить кофе… При этих словах Макс пожал плечами. — Да я понял, понял, Макс! Ты-то никогда не забудешь купить кофе! Ну, а вдруг… — Не говори ерунды. Я никогда не забуду про мой… — Я понял. Вернемся к моему изобретению. Это вещество нового поколения! Совершенно новое, такого никогда не было! — Слава поднялся и принялся размахивать руками. Максим понял, что это надолго. Восторги его приятеля обычно затягивались минут на двадцать минимум. Они сопровождались беганьем по комнате, размахиванием руками и радостными воплями ''ученого-первооткрывателя''. Наконец победная дикая пляска Славы вокруг стола с микроскопом закончилась, и парень извлек из потайного ящика обычную пластиковую бутылку с водой. Слава гордо поставил ее на стол перед Максимом. — Что это? — недоверчиво поглядывая на бутылку, спросил Макс. Слава загадочно молчал, выдерживая театральную паузу. — Вода? Ты изобрел воду? — Макс включил режим троллинга. — ЭТО. СПЕЦИАЛЬНАЯ. ВОДА. ДЛЯ. КОФЕМАНОВ. Она обладает абсолютно всеми свойствами кофе. У нее такой же вкус, запах, она так же бодрит, как и твой любимый напиток. Я специально разработал воду со вкусом твоего любимого вида кофе. Поэтому, я дарю первый экземпляр нового. изобретения тебе!!! — Слава закончил свою тираду громким возгласом. Максим недоверчиво смотрел на бутылку… Но вернемся в то злополучное утро, когда Максим забыл купить кофе. Парень стоял, глубоко пораженный посреди кухни, совсем БЕСКОФЕЙНОЙ кухни… Ни одной ложечки, ни одного зернышка ароматного кофейка НЕ БЫЛО В ДОМЕ!!! Это катастрофа. Полная катастрофа… Взгляд Макса упал на стол, на котором стояла, загадочно поблескивая, бутылка воды. Парень медленно подошел и открутил крышку. Грустно вздохнув, Макс залпом выпил всю бутылку. Вдруг в глазах потемнело. Голова закружилась и потяжелели ноги. Максим тяжело упал на пол.