Новый год по-магловски

Лицо обожгло, так как соприкосновение холодного и тепло-горячего не всегда бывает привычно. Грейнджер попала в него уже пятый раз, уворачиваясь от его снежков, в то время, как он её царапнул снежком по курточке от силы два раза. Все началось с того, как они шли с магазина, но он забыл золотую карточку, и они вернулись без ничего, налегке. Снега за ночь навалило по колено, а сколько снега было в сугробах… ого-го! Как раз в такой сугроб упала Грейнджер, споткнувшись о неувиденную бровку, которую засыпал снег. Драко ни с того ни с сего начал заливисто хохотать над девушкой, которая при падении потеряла шапку. Обиженная, она кинула в него шарик из снега, который она именовала «снежок». Драко, как аристократу, не позволено было играть в детские игры вроде «Снежков». Поначалу, у него не получалось, ведь ловкая Грейнджер залезла за сугроб и там лепила снежные шарики, периодически кидая в него, когда у неё собиралось минимум пять снежков. Но, со временем, его число попавших в неё шариков, превышало её. Но она опять стала неуловимая, и именно поэтому он выработал стратегию. Напялив свою шапку на снеговую бабу, что бы выглядело как-будто он спрятался, Малфой выглядел, когда девушка отвернется к снежкам, и перешел расстояние между их сугробами. Грейнджер замахнулась на его чуть-чуть выглядывающую шапку, но скрипучий снег сдал его присутствие. Гриффиндорка, от неожиданности, выпустила снежок и попятилась назад, хохоча во всю. Драко не отставал и вскоре нагнал её, падая на Грейнджер от усталости, но неугомонная Гермиона все-еще была полна сил и энергии. Посмеиваясь над её попытками высвободиться из-под него, Малфой схватил девушку, закинул на плечо и пошел домой. — А как же шапки? — спросила его Грейнджер, переставая делать попытки, чтобы он её отпустил. — Дома у тебя куча шапок! — проворчал Малфой. — А твоя? — снова спросила Гермиона. — Зачем? Пускай все смотрят на мою прекрасную шевелюру, — самодовольно ответил Драко, взъерошив свои белоснежные волосы. — Ты самодовольный индюк, Белоснежка! — расхохоталась она и оттолкнулась от него, из-за чего и упала, а сверху на неё и слизеринец. Она взглянула в его глаза… Что-то не так. Что-то изменилось. Не было льда в ледяных глазах. Сейчас там было лето, вместо льда — вода голубая прозрачная. Грейнджер потянула было руку к нему… — А ну пошли вон отсюда! — из дома, на лужайке которого они лежали, вышел большой и толстый мужик — Не, ну нормально? Скоро на чужих газонах молодь зачатываться будет! Что я вам сказал? Брысь отсюда, пока лопатой не навалял! — ученики Хогвартса поднялись и, громко хохоча, убежали «в закат», а точнее домой — греться! * * * — В смысле, Поттер? Что означает «снеговик»? — спросила Пэнси, смотря на то, как Гарри катает уже порядком выросший шар. — Ну… — гриффиндорец подтянул на нос сползающие очки и принялся рассказывать — Это три или больше снежков. Их вот так вот катают по снегу, как я, и они растут. Получается, что большой шар находится внизу, поменьше — посередине, а самый маленький — вверху. Вместо улыбки — камешки, как и вместо глаз, а вместо носа — морковка. На голове — ведро. А там, где должны быть руки — воткнуты палки. В руках метла. Снеговик готов! Пэнси склонила голову набок и сказала: — Лепи этого псевдо-человека сам! Это сложно! — она скрестила руки и театрально отвернулась, но… — Э-э-э, нет, дорогуша! Ты его тоже будешь лепить, — улыбнулся Гарри, взял Паркинсон, перевернул вниз головой и опустил в большой сугроб. Её ноги секунды две мельтешили из снега, а, когда она выбралась, её голова была похожа на верхушку снеговика. Поттер расхохотался. — Это война, шрамоголовый! — объявила слизеринка и кинула ему снега в открытый рот. Жестоко. Гарри взял накатавший низ снеговика, который был ему по колено. Пэнси, видимо, догадалась какая участь её ждет и попыталась убежать, но большой шарик достал её и повалил на лёд. — Паркинсон, всё ок? — спросил Гарри, подходя ближе. Хорошая артистка взяла ком снега и кинула парню в лицо. Тот встал в ступор, он не ожидал такого. Воспользовавшись его смятением, Пэнси сняла с него шапку и толкнула головой в сугроб. Пускай испробует на себе её мучения. Пока он не выбрался и очухался, девушка убежала в дом, греться. * * * — А-А-А, Забини, не гони так! — кричала Джинни, пока Блейз мчал на всех парах куда-то, держа в руке верёвочки от санок и смеясь над девушкой. Джинни еле держалась за спинку санок, но, вот дела, спинки в следующее мгновение оторвалась, а Уизли, лишившись опоры, свалилась с транспорта, — Ну зачем было так гнать? — Ну… — замялся он — Эх, ну я… как бы… заприметил одну высокую, снежную горку. Хотел тебя поскорее туда отвезти! — А где она? — поинтересовалась Уизли. Блейз, обрадованный, указал вперёд. — Прямо, поворот налево, сразу за площадкой, — сообщил он. Джинни легла животом на санки и крикнула: — Погнали! — Забини помчал пуще прежнего, пока не завернул налево. Там и правда была горка, хотя легче это было назвать обрывом. Как только они прилетели, Забини кинул верёвку от санок, и Джинни покатилась вниз. С бешеной скоростью и бешеным криком. Судя по радостным крикам, приследовавшим её, она поняла, что парень просто прыгнул на задницу и поскользил за ней. Уизли крепче схватилась за санки. И откуда в таком маленьком городке такая большая горка? Ехала она очень-очень долго, минут пять. Даже встретила нескольких лыжников! Но потом показался конец горки и тут Джинни и впрямь запаниковала. Ведь в самом начале стояло широкое дерево, в которое она как раз норовила врезаться. До конца еще много, поэтому можно попробовать свернуть. Но пока что физика побеждала. С правого бока, на заднице, проехал Забини, махая локтями как курица. Клоун несчастный. Уизли не могла ничего сказать из-за сильного ветра и просто указала на дерево. Блейз всё понял и знаком сказал ей подниматься на ноги и прыгать. Девушка отрицательно покачала головой. Слизеринец указал ей на дерево и на себя, и пожал плечами, мол «твой выбор». Додумалась прыгнуть гриффиндорка, лишь тогда, когда до дерева оставалось два метра. В следующую секунду дешевые санки, с громким треском, разбились о столб, пока они катились уже в одиночку и плюхнулись в сугроб. — Забини… — прорычала Джинни — Я убью тебя, скотина ты этакая! Еще не придумала как, но твое убийство будет очень скоро. А если ты еще и не вытащишь нас отсюда, то прибью прямо здесь! * * * Рон никак, даже держась за перила, не мог скользить как Луна, грациозно катающаяся по всему катку. В то время как Уизли был как олень на льду, к Лавгуд постоянно кто-то цеплялся: то один случайно так заденет, другой пригласит покататься вместе, третий поможет встать и т. д. Рона все они бесили очень сильно, поэтому он старался следить за девушкой, ведь то, что её хотел продать их сосед, сильно на неё повлияло. Конечно того Роберта посадили, но Уизли еще почему-то беспокоился за девушку. Уже начинало смеркаться и на льду ставало все меньше и меньше народу. Пока не остались только они. — Ну же, Уизли, ты целый день сидел в снегу, грустно смотря на тех, кто катался. Пришла пора научиться! — воскликнула Луна. — Да ну тебя, Лавгу-у-у… — Полумна потянула гриффиндорца на себя и вывела его на середину площади — Черт, у тебя что: в голове совсем мозгошмыги мозг проели?! — выругался он, становясь на коленки. — Нет, нет и нет! — отрезала когтевранка и снова потянула на себя рыжего. — Да перестань ты! — вскрикнул Рон, но девушка уже повела его скользить по льду. Дело шло медленно, но верно. И через минут десять — пятнадцать, он уже мог кое-как ездить. А Луна все разгонялась и разгонялась, пока не отпустила его руки, отойдя в сторону. На полной скорости, тот достиг перекладины и перевернулся, падая лицом в снеговика. Долго он пытался вылезти из-под одеяла снега, пока не прозвучал хлопок и перед ними не предстал маленький человечек, профессор Флитвик. — Мистер Уизли, мисс Лавгуд! — пискнув, поздоровался он — Я пришел вас забрать обратно в школу. В связи с последними событиями, профессор Макгонагалл решила забрать вас обратно. Однако, вы будете отрабатывать у профессора Хагрида до конца года, так как не выполнили своё наказание. Так приказал директор. — вздохнул он, качая головой, но потом снова превратился в одновременно строгого и довольного жизнью — Ну что ж, вот ваши палочки. — он протянул им волшебные куски дерева, от которых они уже успели отвыкнуть — Ну что же мы ждем? Пойдемте собирать вещи! — профессор взял их ладони в руки, и они, сопровождаемые громким хлопком, исчезли.