31 глава. Рассказ о зеленом колечке
6 декабря 2017 г., 19:17
Больше всех историй, которые случались в жизни Элис до того, как она стала Богом Смерти, я, наверное, люблю эту.
Наполненную нежной детской любовью, но немного грустную, да. А то, что у неё счастливый конец, вы, если умные, сами догадаетесь.
И одновременно я её ненавижу. Потому что только из-за этой истории Эля попала на алтарь.
***
Миша прижился в поместье Найт. И, даже не смотря на то, что официально его не усыновили, Саймон всё равно называл его «Михаил Найт», что звучало грозно и очень серьёзно. Элис теперь училась ещё больше и ещё серьезнеё, чем когда пыталась задобрить папу, чтобы тот оставил Михаила в доме. Все потому, что она теперь сама учительница для того же Михаила. Теперь, каждый вечер, сидя в освещенной свечами библиотеке, они вдвоем читали, решали задачи или размышляли, готовясь к урокам. Эклиптии это нравилось, и она даже совсем перестала хмыкать себе под нос, когда Михаил в своём новом фраке входил в комнату. А что хмыкать? Он всё делал идеально, лишь бы угодить семье Найт, поэтому девочка теперь всегда была готова по домашнему заданию, и лишь тихонько сидела по библиотекам, а не шлялась по коридорам, страдая невесть чем. Но иногда бывали дни, когда маленькая графиня устраивала переворот в особняке. «Адские состязания», — так называла это мама девочки. Они с Михаилом гонялись другом за другом по коридорам, то и дело сбивая с ног горничных, роняя вазы и картины. *** Это и был один из таких дней. Яркий и солнечный. Особняк был просто заполнен светом до самых краев, словно чашка чая на столе. Счастливо перепрыгивая через ступеньки, Элис мчалась по лестнице с третьего этажа на второй, улепетывая со всех ног от Михаила, грозившего догнать её и подвергнуть страшным пыткам в виде щекотки. Семь лет — самый быстрый возраст, и девочка с легкостью убегает. Но её подвел ковер: он просто выскользнул из-под резвых ножек девочки, и бедняжка поскользнулась, упав прямо у подножья лестницы в самой неестественной позе. Девочка замолкла. Михаил, решив, что она побежала в комнату, где был большой шкаф в котором удобно прятаться, остался на третьем этаже и продолжил искать свою подругу. Нашла Элю горничная, которая разыскивала Эклиптию, чтобы спросить, что подавать на обед. Подняв невообразимый шум, бедная горничная упала в обморок рядом с девочкой, около головы которой уже появилась небольшая лужица крови. Она очень сильно ударилась головой. Михаил прибежал на крик. Следом мама. Буквально, едва заметив маленькое тельце в сиреневом платье, беспомощно лежащее у подножья лестнице, Эклиптии поплохело. Михаил же, мгновенно обрисовавший ситуацию, быстро побежал в коридор вызывать мистера Листер. *** Элис может умереть. Мальчик сидел около окна библиотеки, в которое влетал приторный запах роз из сада, и рыдал. Рыдал в три ручья, потому что видел, какая Элис бледная, словно труп, и как её чёрные волосы, лежащие на белой подушке, оттеняют лицо и делают её еще более похожей на мёртвую. Прошло уже три дня, и все это время, даже ночью, он неизменно сидел около её кровати и смотрел на Элис, в надежде, что она откроет глаза и улыбнётся, как раньше, когда он приходил её будить. Но глаза оставались закрытыми, лишь размерное, но тихое и едва слышное дыхание говорило о том, что девочка ещё жива. Сегодня Михаила бесцеремонно выгнали. Но он сидел около комнаты и подслушивал, что говорят взрослые: доктор Листер, мама Элис и Саймон Найт, в срочном порядке приехавший из командировки. Вот и услышал, что Элис может умереть. И он не знал что делать. Дело даже не в том, что если Элис умрёт, то его выгонят из особняка взашей, нет, вовсе не в этом. Раньше жил, и так проживет. Гораздо важнее было то, что его обожаемая графиня, спасшая ему жизнь, умрёт — её больше не станет, и он никогда-никогда больше не услышит нежного весёлого смеха, напоминающий пылинку, танцующую в лучике света. И он никогда не прочтёт с ней книжку со сказками про злых магов и добрых фей. И он никогда не сможет догнать её в Розовом саду, повалив на траву, и слышать смех и стоны от его щекотки. И мольбы о пощаде тоже. И он никогда не сможет вместе с ней узнать о том, что вырастет из того росточка, который недавно привез им из Гренландии папа Элис. Никогда.***
Рафаэль сидел на подоконнике в комнате Элис и сосредоточенно вслушивался в тихий разговор взрослых. Но ему не удалось дослушать до конца. — ПОПАЛСЯ! — ДА ТВОЮ МАТЬ! — Рафаэль, свалившийся с подоконника, резво вскочил и притянул к себе Себастьяна за галстук. — Да когда ты уже успокоишься?! У нас подопечная может умереть, а ты так себя ведешь! — Ааа, ты только что лишил меня слуха. Ну умрет она, и что? Подумаешь, не единственная девчонка в мире, не последняя. Будет тебе ещё, нашел проблему. Ангел-хранитель хотел ему врезать со всей силы, прямо по его носу, чтобы уж наверняка сломать, но сдержался. У него и так перья темнеют от того, что он ругается. — Да что с тобой разговаривать. Себастьян оглянул комнату. — Ого, только не говори мне, что это она на кровати лежит, а? — Она-она. Демон сел на подоконник, заняв прежнее место Рафа. — Вот этот труп и есть моя подопечная? Ты же не серьёзно? — Да как ты можешь! Себастьян остановил удар блоком, да ещё и сумел удержать равновесие на узком подоконнике. — Я тебя ненавижу. — Я знаю, — кивнул демон и исчез в белых ромбиках. — Ненавижу. Молчание.***
В окно влетел ворон. Михаил, зареванный, с красным лицом, посмотрел на него. В лапах птица держала маленькое зелёное колечко. — Карр. Он положил украшение на стол и отлетел. — Карр. Михаил недоуменно смотрел то на птицу, то на кольцо. — Ты хочешь, чтобы я отдал его Элис, да? — Каррр. Ворон взлетел на шкафы и принялся шарить в книгах и свитках. — Эй, стой, тебе нельзя туда! — Кааааррр, — донеслось презрительно сверху. И тут же ворон слетел к Михаилу, держа в лапах бумажку. — Рисунок Евы? Это была старая, неумелая зарисовка Евы, которая мечтала о том, что Михаил и Элис, когда вырастут, поженятся. Поэтому она намалевала милое свадебное платье для маленькой графини. Элис на это только смеялась. — Ты хочешь, чтобы я подарил колечко Элис, сказав, что хочу её в жены, да? — Кар. Ворон вылетел в окно.***
— Хей, да хватит тебе, выживет она, — Себастьян вновь появился на подоконнике, скинув Рафаэля. — Нет. Даже врач сказал, что шансов нет. — А если есть? — Если есть, то я беру отпуск и ты целый месяц следишь за ней. Причём именно следишь, а не как обычно. — Да ну тебя, так нечестно. Давай лучше так: если она выживет, то ты исполнишь одно моё любое желание. — А если нет? — На нет и суда нет, бывает. — Как можно, — Рафаэль сжал руками голову. — Ну, и подежурю я у неё. Согласен? — Мне нужно чтобы она выжила. Единственное, что мне сейчас нужно. Себастьян облокотился на оконную раму. — Иногда люди могут выжить просто если дать им цель в жизни. — Что?***
Взрослые вышли. Михаил тихо, чтобы его никто не заметил, пробрался в спальню. Все то же мертвенное лицо. — Элис, очнись пожалуйста. Пожалуйста, — Михаил обнял девочку за плечи. — Очнись, ты мне правда очень-очень нужна. Я не верю, что ты можешь умереть.***
Рафаэль тоже не верил.***
— Пожалуйста! Тишина. Даже два хранителя молчали. — Смотри что у меня есть, — мальчик достал из кармана зелёное колечко. — Видишь? Если ты выживешь, то ты станешь моей невестой. Я тебя очень люблю, правда. Я подслушивал тогда, когда Ева приезжала в последний раз, и слышал как ты ей говорила, что ты меня тоже любишь. Если ты выживешь, то мы будем вместе, я обещаю. Он надел на пальчик колечко и сел рядом с кроватью на холодный пол, прижав колени к груди, в надежде, что всё сделал правильно. Так и уснул. *** С каждым днём румянец возвращался к девочке, и при следующем приходе доктора Листер, в семью пришла прекрасная новость: Элис скоро очнётся и всё будет хорошо.***
Сидевший на подоконнике ангел-хранитель девочки спорил с Константином, когда им будет удобнее поехать играть в бильярд. В последнее время они сдружились. Себастьян не объявлялся. Маленькое зелёное колечко лежало в шкатулке, спрятанной глубоко внутрь шкафов, чтобы мама не нашла. Она точно будет не в восторге, узнав, что Элис и Михаил уже составили план своей свадьбы. Так мило смотреть на них. Но точно не моему демону. Он сидел, невидимый для всех, мрачнее тучи, на диване около камина и прислушивался к разговору Миши и Элис. И ненавидел он их всех: и Рафа, и Костю, и Михаила. Только к девочке он чувствовал нечто противоречивое. И решился. — Ну что, ангелок, моя очередь заступать на службу? — Смотри у меня, я буду приходить к тебе проверять! — Рафаэль был в счастливом настроении и поэтому лишь шутливо пригрозил Себастьяну кулаком. — Угу, мне страшно. Уссыкаюсь прям. Ты когда улетишь? — Хм, скоро. А что? Константин любовался маленькой парочкой. — Мне нужно кое-что сделать, я прилечу через полчаса, окей? — Да хоть вообще исчезни. — Заметано. Себастьян выпрыгнул в окно и в полете превратился… в чёрного ворона.
Примечания:
Орфография проверена.
