Игры времени.

— Ну ты так и будешь сидеть в машине, вцепившись в руль? Или всё же пойдёшь встречать подругу вампиршу с её тысячелетним женихом? — Тебе смешно Бонни? Ты не понимаешь, что я боюсь услышать страшное! — То есть, ты предпочтёшь позицию страуса? Твой день рождения, уже через месяц, так давай узнаем, хотя бы теоретически, может в парке сидеть твой Деймон или… В общем, отрывай свой зад, Гилберт и будь сильной, такой какой я тебя и знаю. Вот и шумная Кэролайн идёт, нет скорее бежит к ним, но Елена смотрит во все глаза на молодого, статного мужчину. Конечно он в костюме, ну хоть галстука нет и ворот дорогой рубашки расстёгнут, через руку перекинут бежевый плащ, сплошное небрежное изящество и осознание своей неотразимости, каким был английским снобом, таким и остался, даже спустя века. Ник походкой гепарда, чуть усмехаясь, направляется к ним. Небрежный кивок дамам, его попытка Кэр обратить на себя внимание, но та, как и забыла о нём совсем, что-то щебечет Елене. — Кэролайн, я тоже тебя рада видеть и я совсем не злюсь на тебя, у меня всё хорошо. — Правда? Фуф, ты не представляешь, как мне было стыдно перед тобой. Бон говорила, что у тебя депрессия, вот я и подумала, что это из-за той нашей вылазки в пещеры. Ты простилась со мной холодно. — Кэр, всё потом. Может представишь наконец, нам своего спутника? — Ой, простите девочки, конечно. Это мой адвокат, представьте себе, пришлось прибегнуть и к таким услугам. В общем, Никлаус Майклсон. Никлаус, ещё раз поклонился девушкам, чуть дольше задержав взгляд на Елене. — Адвокат?! — это слово в унисон сказали, Елена и Бонни, тараща глаза на блонди. — Ну как оказалось, мне на голову свалилось огромное состояние. Вот меня и нашла уважаемая в Англии адвокатская контора. — Давайте всё же поедем устраиваться в отель, мисс Форбс. С подругами встретись позже. — Как? Ты что, не останешься у меня? — Елена, даже вспыхнула от досады. — Ну понимаешь, так смешно вышло или не смешно, хотя мне очень смешно. — Кэр! — Короче, я графиня, вот как! А графиням стоит жить в шикарных апартаментах. Прости Елена, так вот сказал сер Майклсон. — Понятно, ну на ужин придёт графиня? — Елена улыбнулась. — Закажем пиццу? — А графья кушают еду плебса? — Да ну тебя! — Кэр надула губы, — думаешь, вот нужно мне быть графиней? Я вообще думаю, что это какая-то ошибка, вот пусть и выясняют, а пока можно и в люксе пожить! — Кэр подмигнула подругам и смешно скривилась в сторону Никлауса, мол, как он её достал и вообще, она не в восторге от его общества. — Будет и пицца и кола и много всего вкусного! — заверила её Елена. Когда они шли к машине, Елена хотела затронуть Ника, но он, как нарочно шёл быстро и не оглядывался, в общем минута и они с Кэр уехали. — Что это сейчас было? — Бонн в недоумении смотрела вслед шикарному бентли. — Графиня с графом отдыхать поехали, утомились с дороги. — Елена, я серьёзно, что это было? — Что-что, очередной маскарад от Клауса. Он и за пять веков не изменился, наследство, титул, адвокатская контора, он сам в роли душеприказчика. Чёрт! Я же забыла его пригласить на нашу вечеринку! Как теперь спросить про Деймона? — Он там и не нужен, он адвокат, а не парень Кэр. Тем более, зачем вам говорить при Кэролайн, она ведь ничего не знает. — Ты как всегда права, Бон. Только с Клаусом наедине, ну как-то не айс совсем. — Ну не убьёт же он тебя, в самом деле? — Надеюсь, что не убьёт. Когда Кэр изрядно захмелела, после бутылки шампанского, которой они запивали пиццу и стала рыдать на плече Бонни, говоря, что графский титул променяет на простое женское счастье. Елена тихонько встала и поймав такси, поехала в отель, где надеялась узнать о Деймоне. — Вы к кому, мисс? — на её смотрел вышколенный клерк отеля и девушка, даже оробела немного. — Мистер Никлаус Майклсон, в каком номере остановился? — Он вас ожидает? — Скажите, что пришла Елена Гилберт. Парень позвонил в номер, послушал ответ и кивнул Елене: — Да, сэр Майклсон вас ждёт. Номер 312 ть. Сердце девушки так колотилось, что казалось и портье, который ехал с ней в кабинке лифта, тоже слышит его стук. Не успела она подойти к двери с золотым номером 312, дверь распахнулась и на пороге возник улыбающийся Кдаус, сейчас он был не в костюме, а в человеческой нормальной одежде, что совсем и не делало ближе графа к народу, он всё так же был элегантен, даже в этих синих джинсах и жемчужного цвета пуловере. — Я ждал тебя, миссис Сальваторе. — Я мисс Гилберт. — Разве? А я слышал, что вы венчались со старшим Сальваторе. Брат рассказывал, ему же посчастливилось там присутствовать. — Твои братья, ещё не горят в огне ада? — Хм, а ты так же остра на язык, как и в 16м веке. — А ты по моему, растерял всякую воспитанность и держишь девушку в коридоре. — Ах, прости. Проходи. Бокал вина? Может виски с содовой? Или чистый? — Спасибо, ничего не надо, я не надолго, подруги скоро хватятся. — А я думал после столь длительной разлуки, мы вспомним былое. — Не поясничай граф, тебе это не идёт. Он жестом пригласил девушку на кресло и налил себе виски пол стакана, облокотившись на столик, уставился на Елену. — Спрашивай, что хотела спросить? Хотя нет, дай сам угадаю. Жив ли, твой ненаглядный Сальваторе? Этот же вопрос, заставляет твоё сердечко так бешено стучать и сжиматься от страха? — Так жив, Деймон? — Елена выдохнула одними губами эти три слова и замерла в ожидании приговора своему счастью. — Ты так его любишь? — А это не очевидно? — Когда я его последний раз видел, был жив. И помнится мне он был не один, а в объятьях жгучей брюнетки, чем-то даже похожей на тебя. Ревность неожиданно клещами сковала сердце Елены, вся кровь бросилась ей в лицо. Она волнуется жив ли он, а он наверняка и забыл её за эти пять сотен лет. Какая же она идиотка! На что она надеялась, что красавец вампир, будет верен ей пол тысячелетия? Дура и всё! Девушка вскочила и бросилась к дверям, не хватало ещё разрыдаться прямо тут, перед этим насмешником Клаусом, а слёзы уже стремительно подступали. Она выскочила в коридор отеля и услышала окрик Ника: — Эй, чокнутая! Видел я его в двадцатые годы, двадцатого века. Что было с ним потом, я не знаю. — Мне всё равно, что с ним стало! И она не оглядываясь пустилась дальше. Выбежав на улицу, не глядя куда идёт, шла ночными улицами. Какие-то парни её затронули, но посмотрев на неё, махнули рукой и пошли дальше. Пару раз сигналы машин, заставляли вздрагивать, но не останавливали Елену. Вдруг она остановилась, подняв голову она увидела, что это вход в парк, где через месяц её никто не будет ждать. Вот тут рыдания сотрясли её тело и она медленно сползла по по фонарю, стоящему рядом. — Девушка, вам плохо? — участливый мужской голос спросил сверху. Елена только махнула рукой в ответ и продолжила плакать, но мужчина не спешил уходить и присев рядом на корточки стал говорить: — Не стоит убиваться так из-за неразделённой любви, вы молоды и красивы, еще будет тысячи, таких как он или нет, будут ещё лучше, те, которые будут вас любить и ценить вашу любовь к ним. — Да что вы знаете? Он самый лучший и единственный! Елена вскочила и мужчина поднялся тоже. Девушка подняла голову и встретила карий взгляд и тут же отшатнулась в испуге, только повторяя: — Нет, этого быть не может! Слишком много древних в один день! Ты следишь за мной?! — Здравствуй, Елена. Ты мне не рада? Может ты предпочитала увидеть Кола например, помнится он не плохо пошалил с тобой. На девушку смотрел старший брат Никлауса, безупречный Элайджа Майколсон, тот самый, что странным образом очутился на их свадьбе и всё разрушил. — Тебе мало того горя, что ты принёс мне и Деймону? Ты решил и в этом веке достать меня? Как я не догадалась, там где Ник, там всегда рядом его тень, это ты Элайджа. — Горя ли, Елена? Деймон совсем не подходит тебе, он не умеет быть верным. Возможно он и любил тебя по своему, но не такого мужчину ты достойна, Елена. — Ты что ли знаешь, какого мужчину я достойна? — Может и знаю. — А-а-а, да прекращай все эти свои игры. Вам что люди, что вампиры, всего лишь пешки на шахматной доске и вы их расставляете по своему усмотрению! — Я никогда не играю, я всегда говорю, что думаю и чувствую. Вдруг Елене стало всё равно, встреча с Элом её добила в эмоциональном плане. — Отвези меня домой, древний. — Сказала устало девушка. Когда Елена выходила из машины, Элайджа внезапно схватил её за руку. — Ты кое-что тогда потеряла, думаю эта вещичка тебе дорога, не то что мои бриллианты, которые я готов был положить к твоим ногам. — Он как-то не весело усмехнулся, — на вот возьми, я хранил его все эти века. На ладонь Елены легло массивное кольцо и рубин сверкнул, в свете фан проезжающей машины. — Кольцо Сальваторе? — девушка ошарашенно смотрела себе в руку, а когда подняла глаза, то рядом не было ни машины, ни древнего. Странного древнего, который когда-то там, признался ей в своих чувствах и очень её испугал этим. Елена тихо зашла в дом, на диване мирно посапывала графиня, её голова лежала на коленях спящей Бонни. Девушка на цыпочках пошла в свою комнату, сжимая фамильное кольцо, которое в итальянской церкви, надел на её тонкий пальчик Деймон. И тогда кольцо просто соскочило и куда-то укатилось, девушка вскрикнула, все кинулись его искать и вдруг пришли солдаты короля, прямо в церковь, что само по себе было страшным кощунством. Елена поняла кто их туда привёл, она видела его там, за спинами солдат, он стоял и смотрел на неё. А потом была жуткая тюрьма и слёзы, страх за жизнь Деймона и свою, мольбы и стенания, боль наконец. И всем этим она обязана Элайдже Майколсону, которому когда-то отказала в ответных чувствах. И вот снова он ворвался в её жизнь и снова смотрит на неё тем же взглядом, как буд то и не было тех лет разлуки. А её Деймон утешался в объятьях не одной красавицы. Почему так, Господи? Она шла по проходу церкви, нет, скорее она плыла на волнах люби и счастья к нему, своему любимому. Он был невообразимо хорош в чёрном камзоле и он, с восторгом смотрел на девушку в белоснежном платье. Их глаза говорили, когда уста молчали, они были совсем одни в той забитой людьми церкви. Она была бесконечно счастлива, но как быстро это счастье у неё забрали, но она успела сказать ему Да, но священник не успел объявить их мужем и женой, поэтому она так и не поняла, вышла ли она замуж за Сальваторе или нет?