Код

      Пожалуй, Тони чаще принимал правильные решения, чем ошибался. Но если он допускал ошибку, то она имела вселенский масштаб разлива.       Поттс. Милая и вездесущая, всезнающая Поттс. Она-то всегда чует, когда пахнет жареным, задолго до трагедии. Ходит хмурая, почти не улыбается и тревожно сводит бровки. Пеппер всегда на страже покоя босса. Пусть уже и бывшего босса.       — Не нравится мне это, — говорит она и закусывает внутреннюю сторону нижней губы. — В конце концов, не пойдут же они на войну!       Чует рыжая нехорошие события. Остерегает всех, но никто не может ей помочь, усмирить тревогу. Только смотрят взволновано на морщинку, образовавшуюся меж бровей, и вздыхают.       Если Старку взбрело что-то в голову, отговорить его почти нереально, а если дело касается безопасности команды, то противоречить и не пробовал никто. Дохлый номер. Такой же дохлый, как шесть бойцов охраны на столах в морге. Все красавцы как на подбор, и все мертвы.       — Им стоит знать, если на них открыли охоту, — тихо говорит Барнс и тут же ловит на себе взгляд Тони.       Что в нем? Благодарность? Обвинение? Может все сразу? Баки отводит взгляд в сторону трупов, медлит пару секунд и достает мобильный.       — Вот, видишь, даже этот терминатор со мной согласен, — картинно хлопает в ладоши Старк, показывая уверенность в своих словах, — К тому же, Пеппер, если эти парни не смогли выстоять, — кивает на мертвецов он, — И это при том, что были вооружены! То что сделают две первокурсницы, если в квартиру заявятся… — Тони запнулся и едва поймал себя на полуобороте, чтобы не посмотреть на Барнса, — Кто бы они ни были. А так у малышек будет хотя бы шанс! — Поттс шумно выдохнула и опустила плечи, что обозначало её немую капитуляцию в споре, и Старк удовлетворенно кивнул, приобнимая женщину за плечи.

***

      — Я забыла доклад, твою мать! — вскрикивает Кристен, когда до машины остается меньше двух шагов. — Долбанные профессора. Я мигом! — кидает она, не обернувшись уносясь к зданию колледжа.       Алиса лишь усмехается ей в след и «пикает» сигнализацией грузного старенького «Шевроле». Эта машина ассоциируется у девчонки с маленьким домиком, где слева от въезда в небольшом загоне пасутся парнокопытные, а за самим домом простирается огромное вспаханное поле, и пожилой мужчина в ковбойской шляпе пьет бутылочный «Бад», оперевшись локтем на одну из стоек веранды.       Девчонкам чуть больше девятнадцати, и их увлечения — это учеба, парни и новые туфли. Все нормально уже год. Даже солдафоны Старка, следящие за каждым их шагом, не омрачали долгожданной свободы. Никто не встречал их с камерами у кафе после ланча, не окликал на улицах и не пытался напроситься в друзья. Это была долгожданная «командировка» с возможностью не возвращаться на выходные домой.       Ни отчима, грозящего каждый день избить её до полусмерти с последующей остервенелой долбежкой по матке, так что от боли едва не терялись остатки рассудка, ни Мстителей с вечно глубоко-сочувственным взглядом Роджерса, подколами Энтони и чувством, что за тобой всегда следят. С последним Мерфи свыклась быстрее всего.       Сразу после отъезда из отчего дома, Кристен, смеясь, сказала, что рамки ширятся, но от пары-тройки бравых ребят папочки им не отделаться. Алиса тогда недоверчиво скривилась. Только потому что учиться вместе с дочерью Тони означало отсутствие необходимости каждые выходные, каникулы или праздники нестись за сотни миль, чтобы Пеппер не переживала: как они там поодиночке? Но Кристен иронию оценила и крепко ухватилась за шанс наладить отношения с единственным человеком, который знал о сексуальных отношениях между ней и Соколом в недалеком прошлом. Мерфи быстро поддалась и не прогадала. Малышка Старк не забыла ни одного урока Поттс о том, как должна себя преподносить леди, и, уже через пару недель обросла сплетнями и женихами, чем невероятно забавлялась.       Алиса пару раз пробовала наладить личную жизнь, но ровесники казались ей невероятно наивными, а ребятам на пару курсов старше было впору заказывать ящик резиновых кукол или проституток. Ладу они толком не дали бы ни с теми, ни с другими, но хотя бы избегали позора. Девчонки колледжа каждый день обсуждали нового недомачо, который на словах оказался куда виртуознее. Мерфи в итоге даже смирилась и расслабилась, отдавая себя на поток учебы, а посреди года пришел он.       Немного растерянный, высокий, широкоплечий, скромно «упакованный» в темную водолазку, обтянувшую ладно скроенную фигуру. То и дело поправляющий пятерней светлые волосы, спадающие на глаза. Мечущийся между материалом на доске и провокационными вопросами девочек на передних рядах. Он ни был создан для педагогики не капли, начиная с острых черт лица, заканчивая длинными тонкими пальцами, в которых куда органичнее смотрелся бы пистолет, а не мелок. Кристен, рискуя сорвать лекцию, понеслась в конец аудитории, чтобы убедиться, что не ошиблась, заметив на лице подруги то самое выражение.       — Не понимаю о чем ты! — она тихо перебила Старк и подняла глаза на преподавателя.       — У-угу-у… — многозначительно протянула Крис.       Алиса бегло оглядела соседку и усмехнулась, возвращая внимание к преподавателю истории, который, в свою очередь, заметив оживление девушек в группе, краснея, уткнулся в свои конспекты, бубня лекцию под нос.       — Ставлю состояние Тони, — шепчет неугомонная Крис, — Что вы сделаете это раньше, чем начнутся итоговые экзамены.       Скоро будет год как они уехали от Старка в маленькую уютную квартирку, что в паре сотен миль от большого города. До конца первого года пара месяцев, некоторые преподаватели уже выдали темы экзаменационных конспектов. Только Крис оказалась права. Уже через месяц историк уверенно вел свои лекции, а после занятий заезжал в гости к девчонкам. Сначала они пили кофе и обменивались короткими шутками, потом Кристен убегала на очередное свидание, и тут начиналась любимая часть Мерфи. Мистер Уайльд оказался внимательным и чувственным мужчиной, способным в то же время проявить твердость и жесткость убеждений, ловко переходя от совместных работ по написанию конспектов к его же предмету, к тому, что называют недопустимым в отношениях учитель-ученица.       С первого раза как Алиса опоздала в клуб к одногруппницам, она поняла, насколько ощутимо промахнулась. Вместо быстро и грубо, профессор Дюк имел её так плавно и методично, что Мерфи едва не перепутала это с любовью. За все разы, что Алиса проходила знакомство с сексом, это было слишком сильно, слишком глубоко, слишком, блять, интимно. Девчонка выгибалась, тяжело дышала и хотела целовать каждый сантиметр лица и шеи мужчины.       Алиса вздрогнула, услышав мелодию своего смартфона, и потянулась к рюкзаку на заднее сидение. Беглого взгляда на экран больше чем достаточно, чтобы растерять игривость настроения и почувствовать подступившие слезы. Кажется с последнего звонка прошла тысяча лет, а с последнего разговора две. Мерфи всматривалась в экран устройства, где высветилось «Заноза», а чуть выше, в кружочке, редкое, скорее единственное фото, на котором «Заноза» искренне смеется. Этот снимок был сделан украдкой, еще на заре их знакомства, и любовно кочевал с одного устройства на другое.       Звонок прерывается за миг до того как Кристен, запыханная, плюхается на пассажирское сидение, откидывая сумку назад:       — Тяжело быть воспитанной. — вздыхает она, бегло осматривая подругу, — Что-то случилось? — Старк наблюдает, как Алиса выдавливает улыбку, заводя машину.       С телефона Мерфи, лежащего на панели, доносится сигнал уведомления, и Крис, не спрашивая, хватает мобильный. — Он звонил тебе?       — Да, — коротко отвечает Алиса, — Смс тоже с его номера?       — Начиналось все-то как… — сокрушалась Старк, глядя на экран своего мобильного, где высветился номер Сокола. — Я думала, что нас оставят в покое.