Возмедие во имя яоя!

- Довольно! - громкий, словно лай собаки, приказ раздался эхом по всему опустевшему замку, ударяясь о ветхие стены, выдавливая из них глухие стоны. Вслед за словами последовали действия, и, буквально через секунду, стеклянные глаза Георгия были прикрыты мягкими ладонями Камиллы, что мгновенно прекратило ментальную магию демона. В этот же момент Михаэль довольно жестко вывернул ледяную руку Габриеля, заставляя согнуться от появившейся боли в пережатых мускулах плеча. Илья, до этого не имевший возможности пошевелиться, наконец, с громким выдохом, в прямом смысле, упал на стоящий позади стул, пытаясь утихомирить частое дыхание. - Прекратите этот "цирк", - противоположно своей избраннице, спокойным тихим голосом произнес Миша, выталкивая своего никудышного братца из-за стола, все еще не отпуская вывернутую руку. - Я думаю, вам надо всем поговорить. Я заберу этого дебошира с собой, на всякий случай. Тяжелая дверь с гулким скрипом захлопнулась, и все помещение покрылось бездушной тишиной. - Можешь отпустить меня, - наконец, нарушая эту гробовое молчание, спокойным тоном произнес демон, все еще чувствуя теплые ладони на своем лице. - Всю меня в кровяке испачкал, - нарочно пожаловалась Сатана, вытирая запачканные руки о салфетку, превращая белоснежный шелк в кровавое месиво. - Какого черта здесь произошло? - явно не полностью владея информацией, спросил Анкордов, более менее придя в себя. - Ты вообще лучше молчи, пока я лично не закончила за Габриелем работу, - еле сдерживаясь, чтобы не натворить глупостей, пригрозила Демонесса, направляясь в сторону своего законного места. - Ты в порядке? - переключился он на Гошу, пока тот, следуя примеру Камиллы, присел на стул, вытирая растекшеюся по лицу кровь. Его взгляд, который в полной мере выражал всю его злость на Илью после всего произошедшего, можно было засчитать как ответ. - Слушай, прости, что я стал грубить этому пед...парню. Просто, когда ты сказал, чтобы он не обращал внимание на меня...словно я здесь никто... - Ты здесь никто! - чересчур грубо и громко перебил Георгий, пожалев, что все вышло именно так. Руки его вжались в ткань салфетки. - Вот значит как, - пытаясь совладать с эмоциями, хрипло произнес блондин, безразлично уставившись на столовые приборы перед собой. - Так, пора кончать с этой дребеденью, - не выдержала Дьяволица, - Роккель! Девушка же, все это время сидевшая в тишине и откровенном шоке, стараясь не высовываться и делать вид, будто ее вообще здесь нет, в итоге, услышав свое имя, резко соскочила со стула. - Забирай всех этих случайных свидетелей здешней драмы и выводи их к воротам, - устало произнесла Командор, мечтая поскорее все закончить. Бывшая графиня без лишних слов направилась к выходу, а вслед за ней и шесть эктоплазменных душонок. Но, конечно же, Илья остался сидеть на своем месте, даже не шелохнувшись. - Нужно особое приглашение? - Я не уйду, пока мы с ним, - твердо решил Илья, кивнув на Гошу, - все не решим. - Тебя магией что ли выдворить? - раздраженно спросил демон, явно намекая, что легко сможет это устроить. - Нет, он прав, - вдруг согласилась Камилла, тоном не принимающем отказов. - Независимо от твоего решения вы все обсудите. - Ты, наверно, шутишь, - глупо усмехнулся друг, надеясь, что то была дурацкая шутка его напарницы, всматриваясь, однако, в абсолютно серьезное лицо, - Я не шучу. - Я не буду этого делать. - Это приказ. - Я тебе не какая-нибудь шестерка! - воскликнул Георгий, со злостью ударив по столу кулаком, не веря своим ушам. - Ты - нет, - утвердительно кивнула Сатана, однако добавила: - Но все же, ты все еще мой подчиненный. И если я того прошу, ты обязан это выполнить. - Это...не...что... - не мог подобрать слова он, потрясенный происходящим, почувствовав едкий укол предательства внутри. - Роккель, скажи что-нибудь! - Я тоже согласна с ней, - уверенно произнесла Рокки, обрушив последнюю надежду Георга на выход, выгодный для него, из сложившейся ситуации. Она кивнула Илье и, не произнося больше ни слова, направилась вон из царского помещения. - Гоша, - очень вдумчиво и глубоко произнесла Дьяволица, пытаясь убедить словами своего непослушного атташе, - я знаю, ты не хочешь этого. Но сейчас даже не как твой босс или коллега, а как близкая подруга, я прошу тебя. Ты должен поговорить с Ильей. Высказать все, что нужно, и терпеливо выслушать его. Если это никуда не приведет, я лично отправлю Илью в Рай, а тебя оставлю в покое со всей этой историей. Обещаю, - произнесла она, щелкнув пальцами, отчего все помещение резко погрузилось в беспросветный мрак, настолько темный и густой, словно его можно было пощупать и почувствовать. Лишь массивный стол и одна пара стульев, на которых сидела пара, остались видны и слабо мерцали во тьме бледно-красным огнем. Вновь молчание. Илья, получивший заветный шанс поговорить со своим возлюбленным, неожиданно не нашел слов...не знал, как начать и что говорить. - Доволен? - как обычно, первым начал разговор Гоша, насмешливо задав вопрос. - Настроил моих друзей против меня. А я думал, после истории с наркотиками ты мне больнее не сделаешь. Внутри он понимал, что никто никого не настраивал, что друзья по-своему правы, и сам жалел, что произносит эти непонятно кому нужные слова, от которых блондин явственно напрягся, но обида внутри не давала ему замолчать. - Я не хочу драмы, слез и пустых обещаний, - продолжал он. - Так что давай я ускорю процесс. Я знаю, ты неожиданно осознал, что был козлом и эксплуатировал всех и вся. Понял все свои ошибки, проколы и грехи. Прозрел со своими эмоциями и так далее. Но самое поразительное это то, что еще и познал какие-то там чувства ко мне, которые мнимо называешь "любовью". Но позволь мне прояснить для тебя кое-что. - Лицо побагровело. - Как человек, который, к сожалению, но любил. Все более и более колко говорил Георг, вглядываясь в лицо своего мучителя, который боялся посмотреть ему в глаза. - Это не любовь, - резко отчеканил он, все более распыляясь от того, что парень молчит и потуплено смотрит на свою фарфоровую тарелку. Вставая из-за стола, прихватив свой бокал, он продолжил: - Она вспыхивает не в таких ситуациях и не в таких местах. Тебе следует учитывать, что из всех здешних обитателей, твой выбор пал на меня только потому, - сделав паузу и показывая пальцем на своего возлюбленного, произнес он, - что когда-то я испытывал их к тебе. Ты торчишь здесь, черт побери, уже слишком долго, - вскинув руками, крикнул Георг, - ты никого, кроме меня, Камиллы и прочих демонов не видел. Осознав свою подлую и гнилую сущность, ты понял, что никогда никого не любил, хотя львиная доля всех людей, на которых ты "тратил свое время", любили ТЕБЯ, - драматично вздохнув и отпив вина, демон перевел дыхание, пытаясь сдержать заметно подступивший комок в горле. - И, конечно же, тебе вдруг, резко захотелось тоже испытать это чувство...столь красивое и окрыляющее, как рисует его твое воображение. И из всех, кто был поблизости, на кого можно было нацелить острие, так сказать, своей любви, оказался я. Ведь это же проще, я любил тебя, ты накосячил, но знаешь, что стоит тебе чуть-чуть напрячься, и я тут же прощу тебя. И будет у нас взаимная любовь, сказка, романтика и прочая "хуета", извиняюсь за выражение. Но, - остановился он, подойдя к столу и, повернув лицо Ильи на себя, твердо продолжил: - Этого не будет. Потому что сильнее, чем я любил тебя - я люблю себя, - слабо оттолкнув лицо, он снова зашагал прочь. - И больше не позволю себе страдать, - словно для самого себя, менее артистично добавил он. - Да, возможно, я лишусь чего-то... того искусственного счастья, которое, кто знает, ты сможешь мне дать до поры, до времени. Но я готов лишиться этого. Осушив остатки алкоголя залпом, он вернул бокал обратно на стол и, пытаясь не повернуться и посмотреть на столь желанное лицо, добавил: - И тебе советую того же. Сделал один коротенький шаг в темноту, и она словно бы поглотила его. Демон исчез, словно его здесь и не было. Илья стремительно соскочил со своего места, намереваясь догнать своего любимого, но тьма рассеялась, и он вновь оказался окруженный стенами царского зала, все в той же обстановке и с тем же королевским пафосом. И лишь поблескивающий при свечах бокал доказывал, что ему, Илье, сейчас все это не померещилось. Возле него стояла уже Роккель, молчаливо смотря на него печальными глазами. Она бы хотела помочь им обоим...но прекрасно знала, что это не в ее силах. В такие минуты она задумывалась, что будучи демоном ей даны невероятные возможности: играть со временем, управлять стихиями и людьми, сделать все то, что пожелает, но в таких "житейских" случаях...она бессильна и ей оставалось только молчать и исполнять поручения старших. Грешник намеревался что-то сказать...но сник. Потупив взгляд он, еле волоча ноги, направился за ней сквозь царские хоромы. Дорога пролетела быстро, да и Анкордову было не до рассматривания Адских угодий. Его мысли словно в миксере вертелись, крутились и сдавливались внутри головы...и все они были об одном человеке. "Этого не будет...Но я готов лишиться этого", - крутилось в его голове вновь и вновь, словно заезженная пластинка. С каждым разом становилось все тяжелее и тяжелее, словно после каждого произнесенного раза, на него навешивались железные цепи, ложась непосильным грузом, вдавливая в мерзлую землю Ада. И вот ворота в Рай. Чертов лифт показался ему хуже долгого черного тоннеля, который обычно описывают люди, когда говорят о смерти. Но ведь он уже умер...и света в конце ему не видать. - Заходи, - мерный голос Михаеля доносился до Ильи, но бархатное звучание ангела тонуло в бешеном потоке мыслей. Если войти туда сейчас, обратной дороги не будет - это парень прекрасно понимал. У него есть только один шанс. Сам не контролируя свои движения, Анкордов резко рванул вправо и со всех ног побежал черт знает куда. Все дальше и дальше, не слыша криков позади. Плевать, что он не знает куда летит, неважно, что ноги начинают кровить от острых камней Преисподней, важно лишь оторваться и бежать-бежать-БЕЖАТЬ! Лишь бы его не поймали, лишь бы не настигли! Горячий ветер обжигал уставшую спину позади, ноги начинали неметь и движения происходили уже чисто автоматически. Мерное дыхание бывшего спортсмена давало о себе знать, а натренированные мышцы, несмотря на дикую усталость, продолжали нести героя все дальше в темные гущи Преисподней. Ветки кустов, что обратились хлыстами, ядовито кусали тело парня, разрывая мятую рубашку в клочья, доходя и до нежной кожи торса. Но Илье было плевать на все. На разрастающееся чувство усталости, грозящее просто свалить его на твердую землю, на кровоточащие раны на боках, груди, руках, ступнях, на все! Главное убежать. От преследователей? Уже нет. От собственных мыслей, грядущей судьбы и вообще всего. Он так устал…от всего этого кошмара, что преследует его уже множество месяцев. Не так уж и просто: жить в адском хаосе и притворяться, что в твоей жизни ничего не изменилось. Любому терпению приходит конец, как бы сильно ты не старался привыкнуть к «новой жизни». Раньше герой считал, что Ад это репрезентация вечных страданий и ужаса для души. Все, в общем-то, сбылось, однако, Илья не ожидал, что боль будет не физическая, а душевная. Что он будет страдать не от постоянных вспышек боли, а медленно подходя к этой финальной точки, которая будет сжимать внутри так, что он бы с удовольствием променял их на периодические. Остановившись у одинокого дерева, высохшего изнутри и теперь казавшегося абсолютно мертвым, как и всё внутри Адского леса, парень, наконец, смог дать себе передышку, чтобы облокотится о ствол и посмотреть, куда его занесло. Прямо перед ним раскинулся огромный утес цвета высохшей крови, голый и пустой, словно отполированный снаружи. Однако единственной маленькой «помехой» на фоне гладкого утеса оказалась маленькая фигура вдали, прямо у крутого обрыва. «Может сброситься», - пронеслось мысль в голове у парня, но тут же была отброшена «Хотя каким образом мне это поможет. Я ведь уже мертв». «Хотя, может быть, хотя бы отключусь на пару часов», - все-таки решил он, предпочитая валяться в обмороке вместо дальнейшего бессмысленного бега. Медленным шагом, слегка покачиваясь от нудящих мышц, Анкордов направился к обрыву, поглядывая на таинственную фигуру. Не потребовалось и десяти шагов, чтобы Илья резко осознал, что далекая фигура, что сидит у конца откоса, этот тот, кого он бы хотел видеть сейчас меньше всего. Заплаканное лицо с абсолютным опустошением смотрело на Илью. Георгий полностью выплеснул все эмоции и его лимит душевных переживаний был опустошен до дна. Равнодушно оглядев непрошеного гостя, парень отвернулся, вновь делая ядовитый затяг. Стоило ли говорить что-то еще? Вроде сказано было всё с его стороны и у демона уже появилась настолько всепоглощающая апатия ко всему происходящему, что даже появление Ильи не вызвало никаких эмоций. - Можно присесть? – не придумав ничего умнее, виновато произнес блондин и, не дожидаясь ответа, опустился рядом. В этот раз молчание не оглушало и не казалось неловким…даже наоборот, тишина казалась настолько уместной в этой ситуации, что героям даже и не хотелось нарушать ее. Но Илья знал, что если он не скажет этого сейчас, второго шанса у него уже точно не будет. Никто не знает, когда появятся сияющие ангелы, чтобы забрать его в холодную Нирвану. - Я выслушал тебя, - тяжело вздохнув, начал он. – А теперь ты послушай меня. Ты был прав. Во всем…может у нас и правда никогда не будет светлого будущего и диснеевской сказки. Может и правда мои чувства это всего лишь само убеждение, и я все это придумал. Но, знаешь что? - иронично произнес парень, резко перехватив кисть с дымящей сигаретой. Георг, не ожидая такого, наконец, наткнулся на проницательный взгляд голубых глаз. - Мне плевать! Плевать! Я знаю, что люблю тебя! И неважно, что нас ждет! Главное что я осознал это, абсолютно и бесповоротно! И я не хочу слушать твои доводы и мне не нужно твое одобрение! Я буду любить! Я буду добиваться! Я насильно заставлю тебя полюбить меня еще раз! И подговорю Камиллу, я заставлю Роккель, я сбегу от Михаэля и прочих! И ты меня не остановишь! Слышишь! – кричал Илья, настолько громко, словно вбивая свои слова в мысли Георгия. В нем было столько злости, ярости и уверенности, непробиваемый поток угроз летело в бедного Гошу, не оставляя ему шанса не то что перебить, даже допустить другой мысли. - Ты полюбишь меня! Я клянусь! Я сделаю что угодно! И у тебя не будет шанса не полюбить меня! Ты понял?! Только один выход! - Прекрати… - чуть слышно прошептал парень, но его шепот тонул в яростном крике Анкордова. - Мы будем вместе и будем счастливы! У нас будет любовь! Понял?! - Замолчи, прошу тебя, - вновь попытался остановить безумные вопли, которые уже превращались в рычание. - Нет! Я не успокоюсь, пока ты не полюбишь меня! Никогда не сдамся! Ни за что! – все сильнее и сильнее кричал он, уже сжимая плечи Георга с такой силой, грозя вывихнуть их. Но тут произошло то, чего наш герой явно не ожидал.