Возмедие во имя яоя!

      Горячий туман опустился на город грехов, где обитают те, о ком говорят только с отвращением или страхом. Здесь царит вечное страдание, заполняя собой все потайные уголки и места, заглушая любые зачатки радости или счастья. Здешние жители уже давно позабыли о слове "надежда", ведь они знают свою участь...свой приговор. А он звучит для всех одинаково: "Пожизненное заточение". Хотя жизнь ведь уже давно кончилась, поэтому мучение будет проходить все оставшееся время после жизни, то есть смертное. Что происходит потом? Никто не знает... Верующие в реинкорнацию будут считать, что после всех мучений наступит новая жизнь. Другие же считают, что грешники просто попадут в некую пропасть и будут гнить в вечной тьме. Сколько людей - столько мнений, но никто не может сказать точно. Эти вечные философские вопросы днем и ночью мучают многих живых мыслителей своего века, заставляя их писать целые тома ненужных исследований, которые так и не ответили на эти вопросы. Таков подземный мир... И ничто его уже не изменит. *** - Прости, Рома, но у нас ничего не выйдет, - фальшиво-виновато произнес милый парень, создавая ложное ощущение раскаяния.  - Но почему? У нас ведь все было так хорошо. Мы скоро уже две недели как вместе, - настаивал на своем другой парень, на голову выше второго. - Дело не в тебе, - начал рассказывать свою заученную речь Гоша, довольно хорошо изображая сочувствие. - Это все я виноват. Нам не стоило сходиться... Я не хочу, чтобы ты страдал из-за меня. Все это очень сложно объяснить... - Объясни мне! Я люблю тебя и не хочу потерять. "Боже, все они говорят одно и то же", - мысленно закатил глаза Георг, но все еще согласно тексту в голове. - Я болен, Рома. Болен неизлечимой болезнью... Операции и лекарства уже не помогают... Мне осталось жить совсем мало... И я не хочу, чтобы ты страдал и переживал это со мной. Ты должен жить дальше... Прости..., - во время всего этого драматичного монолога парень искусно лил слезы, держал голос на правильном, еле сдерживающемся тоне и держал маску безумного сожаления. Закончив, он побежал в сторону дальних домов, слушая крики своего бывшего парня. Он продолжал бежать и ронять слезы ровно до того момента, пока не забежал за дальний дом. Тут же вытер свои фальшивые слезы, и с мерзкой ухмылочкой на устах неспешно направился в сторону дома своей подруги, присвистывая одну из популярных песен. *** - Ну что? Бросил его? - не особо интересуясь происходящим, спросила Дьяволица, засовывая горстку соленных чипсов себе в рот. - Угу, - ответил ей друг, перелистывая страницы модного журнала. - Чем он тебе не угодил?  - задала следующий вопрос Камилла, акцентируя слово "он". - Та же причина. Они все слишком приставучие и быстро надоедают. Думаю, надо найти себе следующего. - То есть Миша и Артем тебя тоже не устраивают? - Миша богатый, Артем симпатичный. Нужен мне милый теперь, - ехидненько улыбаясь, заявил Гоша. - Шлюха, - протянула Сатана, откидываясь на вельветовый диванчик позади. - Для меня это комплимент, - как всегда равнодушно ответил парень, без интереса рассматривая последнюю коллекцию "Gucci". - Кстати, что там насчет проверки? Ты узнала, когда к нам пришлют чистильщиков? - На следующей неделе, - сообщила она с неким отвращением. - Ненавижу этих пернатых куриц. Вечно прилетают и щебечут о прощении, молят и выпрашивают второй шанс. Хоть бы как в прошлый отправили...ну сам знаешь. Георг на это закатил глаза, понимая неприязнь подруги, но поддерживая ее желание. - Как там Илья, кстати? - вдруг спросила Люциферша, внимательно разглядывая реакцию на ее слова. - Я не знаю, - насколько только мог изобразить безразличие, ответил школьник. - А почему ты не знаешь? - Я поменялся с Роккель. Теперь она его сопровождающая, а я взял Черчеля. Кто бы мог подумать, что он станет таким трусишкой, - хихикнул парнишка, закончив перелистывать глянцевые страницы. - Сколько он уже в той камере? - Сорок девять лет, - ответил он, подсчитывая что-то на своих тонких пальчиках. - В январе будет пятьдесят. - Ну уж за полтинник можно было и сломаться. Хотя Муссоллини век продержался молодцом,  потом только стал овощем, - вспомнила Сатана, пересаживаясь за компьютерный стол. - А почему Роккель? - Потому что она единственная согласилась, - объяснил ее правая рука, присаживаясь рядом на потертый белый стул. - Плюс она согласилась сделать пункт номер два. - Ммм, один из моих любимых - хищно улыбнулась Камилла, ярко представляя мучения блондинчика.