Обратная сторона Маунт - Мэссив.

– Господи, когда это уже закончится? - Шепнул Парк шёпотом и быстро переоделся в свою прежнюю одежду, залезая обратно в вентиляцию. Вокруг все задрожало. Явно признак того, что Глускин ищет Вейлона, грубо открывая разные двери. Эдди явно забыл про эти "волшебные трубы" где парень может спокойно отсидеться и перевести дух, не смотря на то, что там сильно воняет кровью и в лицо попадает паутина. Со временем все притихло. Видимо, Эдди решил, что его невеста убежала насовсем. Вейлон максимально тихо пролез по вентиляции и выбрался в комнату. Он проверил все. Дверь закрыта, а в комнате никого. Парень опустился на пол, но доски начали скрипеть и трещать от веса Парка. Как бы жених его не услышал. Радовало то, что он все еще мог в любой момент залезть в вентиляцию, или же в шкафчик. Но шансов спастись было больше в вентиляции чем в тесном шкафу. Отдышавшись, Вейлон услышал за дверью чей то нежный голос. Это Глускин напевал свою любимую песню. Парк резко встал с кровати и она, и пол жестоко заскрипели. Парень сразу же полез в "трубы" а буквально через пару секунд в дверь начал ломиться жених, все время спрашивая себя: "Дорогая, ты тут?!". Парк еле успел отползти, как в комнату ввалился Эдди. Он был зол, увидев свою невесту в вентиляции. – Дорогая, я испугал тебя? Не бойся... - Его взгляд был злым, а голос очень нежным. Он хотел всеми способами заполучить Вейлона. Парень тут же пополз дальше, послышались звуки того, что Глускин побежал куда-то. Казалось бы, он уже в другом конце коридора, как вдруг вентиляция обламывается от рук жениха и Парк вываливается из нее на грязный пол. Эдди тут же огрел Парка тяжелым куском арматуры и закинул на свое плечо тело "невесты". Опять очнулся в платье. Непонятно где. Дикая вонь, кровь, откуда то доносятся крики психов. Жуткое зрелище. Голова трещала от боли. Всё таки арматура пробила ему голову, и кажется, череп выдержал, но на волосах чувствовалась кровь. Эдвард возился за своим столом, слышались звуки каких то железных инструментов. Пару минут и мужчина повернулся к парню, оголяя его грудь. Платье осталось на бедрах. – Дорогая, я нашёл идеальные вставки в твою будущую грудь... Она будет прекрасна. Грудь?! Что? От такого Вейлон вскочил, но толстые тросы крепко держали его руки и ноги. Эдди начал что-то размечать на груди Парка. – Потерпи это.. Ради нас... Ради наших детей... К "кушетке" Глускин подтащил какой то поднос с железными инструментами. Видимо ограбил хирургическое отделение. В руке жениха засверкал скальпель, и Вейлон издал громкий визг, в надежде, что его услышит хоть кто-нибудь. Тело пронзает адская боль, Эдди начал делать надрезы на его груди. В мозг ударяет мысль, что всё, Вейлон, это конец. Он делал все очень, казалось бы, профессионально. Ну конечно же, скольких людей он уже порезал. Видно, что Парк явно не второй и даже не третий. По бокам потекли струйки крови, а парень громко закричал. Только Эдди успел взять те самые "вставки", как его с ног сбивает очередной псих. Валит на пол, и Эдди в полете разнес пол "операционного стола". Вейлон в шоке высвободил руки, оторвав доски вместе с веревками. Не очень удобно чувствовать на руках доски привязанные к тебе колючими и толстыми веревками. Но сейчас это было не так уж и важно. Пока Эдди потерял бдительность, Парк схватил какие то тряпки и убежал оттуда прочь, пока жених пытался убрать с себя очередного придурка. По пути Парк схватил ключ, и тут же уперся в дверь. Ключ подошел дырочка в дырочку. Закрыв за собой калитку, парень побежал вниз. Пробежал этаж и перед ним открывается безумная картина. На полу лежит мертвый Трагер, а полностью разумные люди ходят вокруг да около. Им дали приказ стрелять во все, что они увидят, а именно, Парк решил молча пойти ниже. Вдруг его бы приняли за психа и тут же расстреляли. Нельзя было так рисковать. Вейлон быстро обмотал свою грудь какой то тряпкой а сверху накинул одежду. Но это явно была не его. Цвет отличался... Да и.. Где ключи?! Парк кряхтя пошел по тихим коридорам вниз, надеясь, что найдет обходы к центральному входу и наконец то выйдет на свободу...