Твой выбор.

      Сидя на кухне и держа в руках кружку остывшего кофе, я переваривала информацию, полученную от этой малышки.       Я просто не понимаю свою мать... Как можно было довести до ТАКОГО, чтобы понять, что человек тебе не подходит. Жаль Эвелину, она терпела всё это из-за мамы, потому что любила... Но ничего уже не вернуть, печально. Я злюсь, я ужасно злюсь. На себя. Если бы осталась тогда с мамой, я бы ни за что не позволила бы этому невинному созданию страдать, ни за что бы не подпустила её к тому мужику, которого якобы "любила" мама. Было обидно. За малышку... она не должна была лишаться детства. Не должна была страдать. Теперь всё будет хорошо. Я сделаю так, чтобы она больше никогда не грустила, чтобы всегда улыбалась и была счастлива... Вот такие мысли пришли мне в голову после её маленького, но печального рассказа...

***

      - Ну, и что ты встала на пороге? - зашла я в коридор с приветливой улыбкой. - Проходи на кухню. Нам наверное надо поговорить? Раз... раз мы будем жить вместе ближайшие.. эм... годы. Аккуратно снимая обувь и своё старое пальтишко (шарф она не сняла, странно), она прошла на кухню и устроилась на краешке мини-диванчика. Я тут же поставила около неё кружку горячего чая (наверное надо было спросить, чего именно она хочет, ну да ладно) и вазу с печеньем. Она обхватила кружку руками. Замёрзла..? Закрыв приоткрытое окно, я села около неё с кружкой кофе. Кто-то из нас должен был начать разговор. Но она упорно молчала, ну что же - Если гора не идет к Магомету, то Магомет придёт к горе!       - Эвелина? - спросила я глядя на неё вопросительно.       - Да... - робко ответила она, уставившись куда-то в пол.       - Эвелин, давай на «ты»? Если ты не против. - тихо, но твёрдо спросила я.       - Не против. - еле слышно... Да что такое?! Я что, такая страшная? Хотя если учитывать, КАК мама меня описывала (да, да, в далёком детстве я была ещё той стервой, просто сейчас научилась сдерживаться), это не удивительно.       - Эвелин, не бойся меня. Всё хорошо. Ты в безопасности. Как ты добралась детка? - господи, да что со мной, почему я сюсюкаюсь с ней как с маленькой?!       - Я не боюсь... Всё хорошо. Спасибо. - повернувшись, и посмотрев мне смотря прямо в глаза, это чудо рассияло в лучезарной улыбке. Солнышко... первое, что пришло мне на ум. Так! Всё! Хватит! Что ты тут сопли развила, увидев симпатичную мордашку?! «Ужасно симпатичную.» - решил добить меня внутренний голос. О Господи... я теперь ещё и педофилка?!Твою ж. Нет, вы ничего не подумайте, я не лесбиянка... я би (большая, блин, разница!). И конечно же увидев очень милое и невинное создание, сидевшее очень(!) близко, я чуть слюньки не начала пускать. Не будь она моей сестрой я бы... кхм... СТОП! Хватит думать о таком! Извращюга блин... Эхх, повезло бля.       - Это отлично. А теперь может расскажешь мне что случилось? - немного запинаясь спросила я, чтобы не спугнуть её.       - Хорошо. - уже твёрдо и даже немного уверенно.       - Всё так, как мама написала в письме. Она больна, и она не может присматривать за мной и содержать, так как в больнице проходит обследования. Мне надо было где-то жить. Поэтому совсем недавно она рассказала мне о тебе. О том, что у меня есть сестра. Я была так счастлива, что я теперь не одна... Потом я просто взяла билет и приехала к тебе. - закончив рассказывать, она уже уплетала во всю печенье.       - Ясно. Что за мужчина твой отец? - осторожно начала я.       - Эм... что ты хочешь знать? Мда, а ты что ожидала? Что она тебе всю информацию о себе выдаст? Хотя меня тоже можно понять - мне нужно знать всё о человеке, который будет жить в моём доме! Да, конечно, мои люди и так уже всё сделали, но хотелось бы услышать всё от неё.       - Всё. Кем он был? Где жил? Какие отношения были у вас с ним и с матерью? - рабочим, строгим и холодным тонном не терпящим возражения проговорила я.       - Папа... папа был добрым и любил меня с мамой. Он всегда покупал мне моё любимое мороженое и конфеты. Он был самым лучшим. Всегда гулял со мной, никогда не наказывал, не ругался... Всё это было лет до двенадцати. Потом всё изменилось. Как будто по щелчку. Он щёлкнул в нём, и всё. Он изменился, он стал монстром. Изменил нашу жизнь. Испортил её. Я говорила маме уехать, уйти от него. Но она всё терпела. Терпела и я... Когда мне исполнилось четырнадцать, он избил меня на глазах у мамы, но она... она не вмешалась. Даже пальцем не шевельнула. Просто смотрела и всё. Я наверное должна её ненавидеть - но нет. Я не могу. Я не знаю почему... просто не могу. Потом всё произошло очень быстро. Он уехал, мама страдала. На неё было страшно смотреть. Потом она заболела и её положили в больницу. Она легла туда умирать...       И тут она заплакала, уткнувшись в свои маленькие ручки. О господи, это ужасно. Я ужасна - как могла заставить её говорить всё это! Сквозь слёзы, она продолжила:       - Маму положили в больницу. Я не знала тогда, почему всё это. А мама не говорила. Тогда я просто брала деньги из её небольших сбережений. Но их надолго не хватило. Они почти кончились. Мама всё ещё была в больнице. У меня не было средств к существованию. Тогда-то мама и рассказала мне про тебя. И сказала, что отправит тебе письмо, чтобы я пожила у тебя какое-то время. Она назвала день, дала последние деньги, и я поехала. Всё. Это - всё. Честно.       К концу рассказа она немного успокоилась, и теперь смотрела на меня своими заплаканными глазками. Но потом снова начала бесшумно рыдать. Меня охватила нестерпимая нежность... Подсев ближе, я стиснула её в своих объятьях, устроив у себя на коленях, и поглаживала по спине. Когда она успокоилась и почти перестала плакать, я посадила её на диван и стала убирать со стола.       - Малыш, твоя комната на верху, я тебе её покажу. Надеюсь... надеюсь, тебе она понравится. - проговорила я, моя посуду.       - Спасибо тебе, Кристи. - тихо. Опять.       - Не за что. Ты ведь моя сестрёнка. - тоже еле слышно проговорила я, походя к ней и беря за руку.       - Пошли. Уже поздно, пора спать. Со всем остальным разберёмся завтра. - сказала я, когда мы уже заходили в одну из больших комнат, приготовленную к её приезду.       - Сама сможешь разобраться что - где? Вещи твои уже в гардеробной. Ванна вот там. - указав на небольшую дверь около гардеробной, пробормотала я. Уже выходя из комнаты, еле слышно сказала:       - Спокойной ночи солнышко.

***

      Нет, я точно сделаю всё возможное, чтобы она была счастлива. Пусть не с семьёй, пусть со мной, но она будет. Хотя я и понимаю что будет сложно. Ставя кружку с остывшим кофе в раковину, и сполоснув ее, я направилась в свою спальню. Только зайдя, сразу кинулась в кровать. Спать. Сейчас спать. Всё остальное - завтра...