Сияли звезды

Жить приучил в самом огне, Сам бросил — в степь заледенелую! Вот что ты, милый, сделал мне! Мой милый, что тебе — я сделала? (М. Цветаева)

             Присев за столик, скрытый от глаз большинства посторонних людей, мы немного расслабились, ожидая официанта с меню. Когда оно было предоставлено каждому, ребята начали шепотом переговариваться, что-то обсуждать. Том все так же сверлил меня взглядом, что порядком начинало подбешивать. Он ощущал себя хозяином, а меня — его личной собственностью, и это при живой официальной девушке, сидящей рядом. Ну, это уже абсолютная наглость.              Как только я отвлеклась от мыслей, пришло время сделать заказ. Произнеся официанту название какого-то странного салата с морепродуктами, я вновь вернулась в реальный мир и уже сама начала разглядывать жесты и мимику Холланда, которая ясно давала понять, что состояние парня оставляет желать лучшего.              Неужели он приревновал меня к Мише? Возможно, я этого не отрицаю. Но, как всегда говорила моя учительница по литературе: «Бегите от собственников. Те, кто ревнуют к каждому фонарному столбу, любят не вас, а себя». Это наводит меня лишь на один вывод: он считает, что сложись судьба иначе, и не стань я тогда его вездесущим помощником, то обо мне бы и никто не знал. И, спрашивается, с чего он это взял? Возможно ли то, что он думает, будто кроме него я никому не могу нравиться?              — Кристина, а чем ты занималась до переезда в Лондон? — вырвала меня из размышлений Зендая. — Уже работала с кем-то известным до того случая в России? — мать моя женщина, да когда же все забудут об этом пресловутом вечере?              — Нет, я только училась. Работать мне не приходилось. Так уж получилось, что я вкладывала всю свою энергию на получение хорошего образования. — почти ничего не уточняя, ответила я.              — Хм, а как тебе работается с Томом? Думаешь продолжить свою карьеру после того, как вернешься на родину после тура? С кем бы еще хотела работать? — Зен была любопытна.              — Мистер Холланд довольно добрый и позитивный человек, ты и сама это знаешь, ведь проводишь с ним времени больше, чем я. По поводу карьеры ассистента… не знаю, ещё нужно достойно окончить университет, а позже посмотрим, может и продолжу работать в этой индустрии. — на этих словах Харрисон слегка поперхнулся своим мохито. — Но я бы с удовольствием стала ассистентом Роберта Дауни — младшего или кого-то другого. Это очень интересная работа, которая мне нравится. Не хотелось бы так быстро покидать её. — с уверенностью заявила я.              Вскоре нам подали заказ. Салат оказался настолько ужасным, что я, под предлогом припудрить носик, убежала в туалет, чтобы выплюнуть эту гадость. Том равнодушно взглянул на меня, постукивая пальцами по столу. К счастью, быстро справившись со своей проблемой и прополоскав рот, я медленно, оттягивая момент новой встречи с колючими глазами, побрела к нашему столику, но заметила невдалеке открытую террасу и немедленно присела на скамейку, устремив свой взгляд в пустоту.              Рядом присела женщина и закурила тоненькую дамскую сигару, предложив и мне. Поблагодарив даму, я несколько минут держала сигарету в руках, но так и не решилась закурить. А то как получится: отбираю у Холланда, а сама гублю здоровье. Да и принципы не позволяют.              Через некоторое время пришел Харрисон и заговорил:              — Ты чего ушла? Мы уже полчаса ждем, а тебя все нет. Я вырвался из компании, чтобы найти тебя, — прошептал Остерфилд.              — Ну, знаешь… а чего мне там делать? У этой британской сучки более интересная компания появилась. Только о себе и думает, пытаясь меня своим взглядом осудить и пристыдить перед всеми.              — Как ты его назвала? Британская сучка? Надо запомнить. — парень слегка захихикал, но вскоре вновь стал серьезным и продолжил. — Рассказывай дальше.              — Он не видит во мне личность. Может быть, вещь, дорогую побрякушку, которая, как он, наверное, думает, будет ему всегда повиноваться и строить из себя невинную овечку. Меня ведь только по одному слову и взмаху его ресниц могут выкинуть с этой работы, которая ничего положительного не приносит мне в последнее время.              — Ну, почему же. А знакомство со мной? А Британия? Это ведь чудесная страна, не так ли? Крис, во всем нужно видеть только хорошее, а ты закрашиваешь жизнь черным цветом. — оптимистично ответил Хаз и улыбнулся.              — Он считает, что я должна быть ему благодарна за подаренную популярность. Но, вот вопрос: какую к черту популярность? — из груди вырвался стон, полный боли и отчаяния. — Внимание желтой прессы? Кричащие заголовки? Холланд и представить себе не может, что, пока он тут купался в лучах софитов, я была вынуждена прятаться от назойливых камер журналистов с их хреновыми «эксклюзивными интервью» — показала я кавычки в воздухе и тяжело вздохнула. — А тут теперь объявился и с чего-то взял, что я накинусь ему на шею. Так я, в принципе, и сделала, но очень жалею об этом. Он не должен думать, что я — его частная собственность.              — Крис, ты только не заводись… успокойся, прими таблеточку. Всегда помни, что можешь обратиться ко мне за помощью… — и тут в моей голове возникла банальная, но такая блестящая мысль, которая частенько приходит к многим девушкам.              — Всегда-всегда? — с любопытством поинтересовалась я, и в глазах заиграли озорные огоньки, что значило максимальную активность моих тараканов.              — Всегда-всегда. Только не говори, что у тебя есть план, а то я уже заранее боюсь, — парень усмехнулся.              — Не бойся. Если Тому так нравится ревновать, то пусть еще поревнует, только немного глобальнее. Притворись, что ухлестываешь за мной, — он уже второй раз за последний час поперхнулся в присутствии меня.              — Ну… а, может, не нужно так сильно. Он часто ходит в спортзал и может вырубить одним ударом, а мне всё ещё дорого здоровье, — он потер ладонью затылок и поморщился.              — Ты его боишься? Мне всегда казалось, что ты сильнее, — решила я применить свое обаяние, надеясь, что это сойдет с рук. — Ну, пожалуйста. Прошу тебя. Просто невинные комплименты, его даже это заденет.              — Это месть? — почему-то он был заинтересован.              — Нет, я просто хочу обращаться с людьми так же, как и они со мной когда-то, вот и вся причина. Интересно, если я вдруг пропаду, то что он будет делать? Искать? Или найдет другую дуру? — почему-то мне было не стыдно своих мыслей, я хотела, чтобы он ревновал, бесился, рвал и метал, крушил все на своем пути. Чтобы он хоть немного понял, что я не кукла, которую можно купить, а человек, имеющий чувства и эмоции. Имеющий право поступать так, как захочет. Может быть, это и не совсем взрослое решение, но это то, чего требует моя темная половина души.              — Хорошо, я попытаюсь помочь. Но он все же мой друг, поэтому не слишком заигрывайся, а то уведу, — парень смешно повёл бровями.              — Уведешь Тома у меня? Шипперы будут рады. Даже свадьбу вам организуют. — я лишь ухмыльнулась.              На этом закончился наш разговор, после чего мы отправились к столику, чтобы воплотить план, который, возможно, обречен на абсолютный провал.