Лекарство от Скуки

      Когда Чак, а, точнее, Матвей, предложил мне посетить открывшийся недавно клуб в центре города, я отнеслась к этой идее очень скептично. Я любила порой сходить в какое-нибудь новомодное местечко, чтобы попросить подлить водки в вишнёвый сок, а потом сидеть у барной стойки и скучающим взглядом осматривать танцующих «модников» в своих широких штанах с яркими заплатками и порванных майках, которые какой-то индивидуум предложил раскрасить баллончиком с краской. За что я ценила девяностые – так это обилие прежде запретных заведений, в которых даже школьник мог отдаться всевозможным порокам порой и за бесплатно, если ты умудрился сбежать из дома и попасть на открытие очередного клуба. Я не была исключением. Мне нравилось веселиться и чувствовать себя свободной, уходить от проблем, заполоняющих мою жизнь чуть ли не с самого рождения. Когда тебя удостоили чести вылезти из матери-наркоманки и уже в первые секунды пережить абстинентный синдром, то дальнейшая жизнь начинает казаться сплошным тернистым путём с утыканными по всем сторонам шприцами, шепчущими мне на ухо, что удовольствие совсем рядом – стоит только руку протянуть. Уж не знаю, стыдно мне должно быть за это или нет, но вот получить кайф с помощью запрещённых веществ я любила. Просто никогда не переходила грань, которую поставила себе сама лет с двенадцати, когда и сбежала впервые с Чаком в клуб: ни за что не начинать колоться. Я успела понюхать за семь лет всё, что только возможно найти в клубах и барах. Экстази, метамфетамин, стимуляторы и, однажды, даже смогла найти ЛСД. Но это была счастливая случайность, которая после, к моему большому сожалению, ни разу не повторилась. Как позже я узнала, от завсегдатого бармена «Драйва», в котором отшивалась все выходные, ЛСД пытались подсунуть под видом героина, но когда наркоманы понимали, что их обманывают, то просто перестали приходить в клуб и он терял своих клиентов. Вот и выгнали почти сразу несчастного Петьку – барыгу без опыта. А я ведь не зря придерживаюсь всю жизнь позиции, что дилер должен быть один и проверенный, а к дилетантам и посредникам только за смертью приходить. Скольких я только не видела в загаженных туалетах с посиневшими губами и пеной изо рта. Вот тебе и передоз либо слишком чистым героином, либо стрихнином. Самый лучший стимул не начинать для тех, кто хочет попробовать колоться – это посещение клубов российской глубинки. Шадринск – дырень похлеще самой отчаянной малолетней давалки. Тут только рожать остаётся или же становиться наркоманом, алкоголиком. Иначе просто со скуки помрёшь. Я такими темпами помираю уже девятнадцать лет. Нормальных универов поблизости нет, работаю продавщицей в ларьке, свято верю, что съеду от, чудом живой, мамаши и её сожителя. Чёрт знает, как его зовут, но это и неважно. Скоро всё равно помрёт или же свалит в притон с большими удобствами. А я ему плевок в спину сделаю, а потом плюну и в кружку матери с остатками того дерьма, что она колит. Так смешно наблюдать по утрам за её перекошенным от ярости и ломки лицом, когда доза просто пропадает из-за большой концентрации слюны её любимой доченьки. А она себя винит. Идиотка.       И хоть в последнее время я стала ловить себя на страшной лени в делах, касающихся клубов, я всё-таки согласилась сходить вместе с Матвеем в какой-то «Саунд». Насколько я знаю, то это дешёвая копия европейского заведения, в котором, где-то в середине или конце восьмидесятых, умерло огромное количество наркоманов. Я всегда с иронией относилась к русским копиям чего-то западного. Тем более в Шадринске. Но, правда, стоит отдать должное создателям этого «Саунда». Они даже смогли расположить его в центре города, снеся консерваторию, от чего я ржала в голос где-то минут тридцать, когда узнала. К чёрту культурное развитие! Кому оно вообще нужно в 1998 году? Нынешним детям взрослые развлечения с пелёнок подавай. А потом будут во всём винить жестокие фильмы и игры, когда поколение превратится в неблагодарных мразей, загрязняющих столицу России. Если я и гнилая ячейка общества, то хотя бы загнусь в Богом забытом Шадринске. Родилась в страшной ломке и умру в ней же. Но, надеюсь, что всё же у меня хватит денег на героин, который я занюхну несколькими дорожками. Лучше подохнуть в экстазе, чем в собственной блевотине и дерьме.       - Ну и дерьмо, - с усмешкой заметила я, разглядывая яркую вывеску клуба. Разноцветными буквами с нечитабельным шрифтом было написано «Саунд». Ну, хоть мозгов хватило немецкий язык не трогать. А то сейчас бы я подавилась собственной сигаретой, которую и сжимаю в зубах, - и где это чудо? – я огляделась по сторонам, силясь разглядеть в толпе подростков Чака или хотя бы его ярко-зелёные волосы. До сих пор не могу поверить, что он на спор решился покраситься. Идиот. С годами он деградирует даже активнее меня. Я хотя бы до сих пор умудряюсь ходить без тюремных наколок и рожи Иисуса во всю спину, хотя чёртов крестик носить приходится, чтобы мамаша не начала мне лекцию читать. Смешно, когда тебя крестили в церкви, но при этом мать твоя наркоманка и алкоголичка с таким стажем, что скоро рекордсменом станет.       Выдохнув дым, я оперлась на дерево и засунула левую руку в карман джинс, медленно затягиваясь Parliament’ом. Единственное, на чём я не могла экономить – это на сигаретах. Самая дорогая дрянь в нашей дыре, да и по вкусу не самая плохая. Конечно, когда мне удалось затянуться иностранными сигаретами в одном из баров, когда я соблазнила какого-то иностранца, случайно упавшего в нашу яму. Он был идиотом и откровенно неприятным внешне, но потратился на меня в тот вечер прилично. Ох, сколько же всякого дерьма я перепробовать успела! Потом полночи блевала адской смесью из водки, джина и тёмного пива, параллельно покуривая косячок. Жаль только, что больше того иностранца мне встретить не удалось. Либо уехал на историческую родину, либо стал полноправным шадринским трупом.       - Соня! – я подняла взгляд на Чака, удостоившего меня, наконец, честью, прийти. Сам звал – сам опоздал. В его стиле, - ох, сейчас, переведу дыхание, - сколько лет этого парня знаю, а всё не меняется в одном – своём оптимистичном настрое и вечно идиотской улыбкой. Чак глупый и прямолинейный, не скрывает этого, даже наоборот – гордится. Может, я бы никогда и не начала общаться с таким представителем человеческого рода, но он протаскивал меня в клубы, когда я ещё не была такой порочной. Конечно, жизнь с наркоманами накладывает определённый отпечаток с самого детства, но вот до того, чтобы сбегать из дома тусить в бары и клубы, я не додумалась вплоть до встречи с Чаком. Он показал мне ту сторону жизни, в которой я чувствовала себя уютно. Хоть меня и раздражала клубная музыка, пьяные в стельку бабы со своими отвратными мужиками, сочащимися потом и дешёвым одеколоном, но я всё же могла делать всё, что только хотела. Да и спать на кожаном диване мне нравилось намного больше, чем на грязной кровати, у которой пружины мне всю спину искололи.       - Ты свой газон постриг что ли? – я бросила окурок на землю и затушила мысом кед, прищурено стараясь разглядеть в темноте волосы друга. Кажется, прежнего зелёного отлива я не вижу. Да и фосфора тоже… - твою мать, Чак, у тебя мозги работать начали?       - Нет, просто фосфор кончился, а я все деньги спустил на, - мой дружок широко улыбнулся и быстро достал из кармана бомбера пакетик с, кажется, травкой, - марихуану! Говорят, что «Саунд» - это настоящая бомба! Думаю зависнуть тут на всю ночь и накурить парочку симпатичных девчонок, - я лишь сморщилась и убрала руки в карманы джинс, ещё раз окинув взглядом заведение, в которое сейчас придётся зайти и провести ближайшие четыре часа своей жизни. Совсем не располагает к себе такого опытного человека, как я. Школьницы точно от восторга пищат, уже, небось, мамкины туфли на каблуке спёрли и готовятся соблазнить настоящего тусовщика с таблетками экстази в кармане. А потом будут удивляться, откуда у них прыщи по всей вульве, - пошли быстрее! Смотри, на входе дают светящиеся браслеты!       Чак схватил меня за руку и потянул в сторону входа, неугомонно бормоча что-то больше себе под нос, чем мне. Он любил разговаривать сам с собой, а я и не препятствовал. Я с самого детства предпочитаю молчать и слушать. Даже заговорила я только в пять лет, а до этого пищала и гадила в подгузник. Ну, это скорее потому, что мной никто не занимался. Когда была жива бабушка, то она хотя бы старалась следить за моим питанием и не помереть с голода, но это совсем не помогало общему горю. Мамаша покупала мне какие-то консервы, а все оставшиеся деньги спускала на любимый героин, сначала нюхая, а потом и ставясь по вене. Я не могу перестать удивляться её живучести.       Охранника, видимо, подбирали тоже по европейским стандартам: высокий, подкачанный, с двумя расстёгнутыми пуговицами на рубашке и тёмных очках. Он пожелал нам хорошего отдыха и надел на руки по браслету. Порадовало хоть, что мне достался мой любимый цвет – фиолетовый. Хорошее начало вечера. Осталось только найти бар и ознакомиться с ассортиментом, а затем и с самим барменом. Шанс, что попадётся кто-то адекватный или хотя бы не торчок обычно средний.       - Вот это я понимаю… – с придыханием произнёс Чак, когда мы вошли внутрь. Я не могла не согласиться. Действительно неплохо так. По крайней мере, меня уже радует, что вместо русской попсы тут играет «Spice Up Your Life». Неужели я смогу сегодня послушать неплохую музыку и даже потанцевать немного в сторонке, чтобы не попасться в лапы какому-нибудь извращенцу? – твою мать, Сонька, да тут ебучий рай! – засмеялся друг и прошёл вперёд, присвистнув. Его куртка, смазанная каким-то жутким и несмываемым порошком, тут же начала светиться, - я же говорил, что место охуенное! Я такое только в фильмах на затёртой кассете видел!       - Ну, это точно не самое плохое место из тех, в которые ты меня приводил, - я пожала плечами и убрала назад лезущие в глаза пряди волос, ища взглядом барную стойку. Нужно выпить и затянуться сигареткой, - я пошла искать вишнёвый сок с водкой, - сказала я и спустилась по лестнице прямо к огромному танцполу, силясь обходить стороной пьяных в задницу школьников. Половина даже не удосужилась снять клетчатые юбки, которые в школу сейчас все поголовно носят. Мода, хули. И кто сказал, что это хоть немного эротично? Так обычно в американских фильмах самые популярные давалки одевались. Всё у нас в стране перевернут с ног на голову. Особенно в Шадринске. Глубинки и в Африке остаются глубинками.       Барную стойку спрятали рядом с лестницей, ведущий на уровень ниже. Наверное, это туалет. Умно. Набухался – блевать бежать не так далеко. Хотя некоторые всё равно предпочитают оставлять свои отходы на барных стойках или же рядом сидящем человеке. Никогда не забуду, как наткнулась на парочку геев, где один из парней явно был новичком во «взрослой» жизни, так что его стошнило после первой же стопки водки на девчонку, которая отчаянно клеилась к нему, нервно теребя свою розовую юбочку, едва прикрывающую причинное место.       Разместив свою тушу на стуле, который ещё никто не успел прожечь или же испачкать, я принялась с интересом разглядывать витрину за спиной бармена. Стеклянные полочки, бутылки вина и дорогого пива, да и расставлено всё по цвету, начиная от самого тёмного и заканчивая прозрачным, в котором покоилась, видимо, водка. Интересно, как долго продержится такая красота? Думаю, недельки две, а потом всё пойдёт по стандартной схеме – грязь, трупы наркоманов в туалете и мутный от блевотины танцпол, которую оттирать мерзко даже самой отчаявшейся уборщице.       - Бармен, - окликнула я молодого паренька в забавной кепке с яркими, резиновыми буквами «Саунд». Надо же. Форма даже есть! Вот до чего техника дошла, - Святослав, - пробормотала я, рассматривая бейджик парня. Окей, будет Святом, - налей мне, пожалуйста, вишнёвый сок и немного водки.       - Хорошо, - Свят принялся смешивать моё любимое зелье, а я сложила руки на стойке и с интересом осматривала интерьер, покуривая сигаретку. Уютное местечко, ничего сказать не могу. Мебель удобная, чисто и пахнет каким-то освежителем или подобной дрянью, которой так любят обливаться местные альфа-самцы, прежде чем тащить девок на свой член после зажигательного танца. Мне пока мозгов хватало, чтобы не совокупляться с первым встречным. Мой первый секс был до ужаса смешным и нелепым, но я была просто рада, что ничего не подцепила. Тот парень, имя которого я благополучно забыла, давно подкатывал ко мне в школе, а мне в какой-то момент просто захотелось узнать, что за чувства испытывают во время занятия сексом. Узнала. Не впечатлило. Вот и вся история. Так и не поняла, почему все стремятся на члене прокатиться. Разве мастурбация не приятнее? Да и меньше рисков подцепить что-нибудь и потом загибаться от СПИДа в областной поликлинике, где по твоему трупу скорее потопчутся, чем в морг увезут на вскрытие.       - Спасибо, - я покачала головой и взяла стакан с напитком, отпив немного. Кажется, меня не попытались споить или же палёнку дать. Отличные новости. Стоит набухаться тут вдоволь, пока заведение не превратилось в обычный мусорный контейнер, где бомжи ищут чьи-нибудь прогнившие от наркоты кости или же огрызки от конфет с коньяком, которые так любят богачи-иностранцы. Я, если и была возможность, то отдавала предпочтение простой плитке молочного шоколада, а порой и с орешками, когда бабки оставались с зарплаты или же скидка была в магазине.       - Приветик, - голос, раздавшийся прямо над левым ухом, уже не предвещал ничего хорошего. Типичный гнусавый школьник-ботаник, которого кто-то по приколу позвал в клуб, а он чуть штаны себе не намочил от счастья, закинулся энергетиками и теперь пытается клеиться к девушкам. Вообще не представляю, как люди пьют эту приторно-сладкую дрянь, придающую мнимую активность и радость. Меня только блевать потянуло, а не плясать захотелось или же бежать тусоваться вместе с Чаком и очередной его компанией, которая вскоре сменится кем-то ещё. Новый клуб – новые знакомства. Люди, у которых всё в порядке с личной жизнью – не ходят в подобные заведения. Будь у меня постоянный парень или же лучший друг, которому я могу вылить всё, что на душе накопилось – ноги бы моей не было ни в одном из тех заведений, где меня уже все помнят и ждут. А всё Матвей. Сколько раз говорила ему не рассказывать про меня каким-то посторонним личностям. Одно время даже под ложным именем ходила. Вместо привычного «Соня» я была для всех «Лола». Да, банально, но зато недалёкие восхищались фантазией моей матери. Ага. Она мне имя вообще придумала, когда я во сне себе чуть палец не откусила, но при этом продолжила спать, пуская слюни. Романтика младенческой жизни.       - Отвали, - спокойно сказала я, отпив немного сока, - если хочешь к кому-нибудь подкатить, то советую выбрать кого-нибудь из школьниц на танцполе. Только сначала потряси перед ними презервативом и травкой, если есть, - я пожала плечами и затянулась сигаретой, откинувшись на спинку стула. Надо же, не поскупились, и я теперь могу расслабиться в полной мере и не бояться, что свалюсь на пол, в попытках потянуться или же вздремнуть. Надеюсь, что хоть барную стойку не слишком скоро превратят в груду металлолома. Будет обидно.       - А… - я сразу услышала дрожь в голосе паренька и едва заметно улыбнулась одними уголками губ, затушив сигарету в пепельнице, которую уже заботливо мне предоставил Свят. Хороший бармен. Не треплется без повода, лишь выполняет свою работу. Если я захочу послушать задушевные истории из чужой жизни – так и скажу, а пока… К чёрту. В этом клубе слишком хорошая музыка, чтобы засорят уши нытьём, - л-ладно… Мне даже на мгновение стало жаль этого паренька. Завтра утром проснётся в грязной и промокшей насквозь постели, а потом начнёт собираться в школу, пока его мама вынюхивает на простыне причину недержания своего сынишки. Люди сейчас как никогда прежде стремятся жить по шаблонам. Если раньше ещё можно было найти интересного собеседника среди самого настоящего отребья, то теперь все так отчаянно пытаются быть «не такими, как все», что сами не замечают, как превращаются в героев современных романов. Писателей прорвало после развала СССР и в редакции, а затем и на книжные полки магазинов, повалили тысячи версий одного и того же от разных авторов. Секс, наркотики, рок-н-ролл. Живём так, как нам прежде запрещали! К чёрту треклятую цензуру! Пора людишкам узнать настоящую жизнь, а после, если мозгов совсем не хватит, и вкусить все её прелести. Это вам не культ семьи и социализма! Скоро и Ленина из мавзолея вынесут, а после продадут некрофилам за дозу.       Музыка сменилась теперь на Дэвида Боуи, и я покачала головой, довольно улыбнувшись. Чувствую себя, словно перенеслась лет на двадцать назад. Вот только в то время, даже в Шадринске, не было такого количества мусора. Когда же я родилась, то он начал медленно погрязать во всевозможных «западных» пороках. Да и СССР сам по себе не был таким уж девственно-чистым. Мать же каким-то чудом находила наркотики и ширялась каждый день по несколько раз.       Закончив свою маленькую трапезу, я повернула голову назад и принялась с лёгким интересом оглядывать людей на танцполе. Кого тут только не было! И хиппи, и готы, и панки, бьющие себе бутылки с пивом прямо о голову, а потом слизывающие капли прямо с ирокеза, подцепляя их пальцами. Даже обычные люди встречались, которые, скорее всего, уже завтра забудут о том, что были в подобном месте и дрыгались под музыку, флиртуя со всем, что шевелиться и не слишком противно пахнет. Хорошо быть независимыми. Ты можешь ходить куда угодно, общаться, с кем хочешь, но оставаться предоставленным самому себе, своим мыслям и чувствам. Никто не может заставить тебя прогнуться и принять свою позицию. Мне порой не хватает этой силы воли. Лишь хватает ума и страха не подсесть на иглу, ограничиваясь косяками и таблетками. Порошок тоже вещичка коварная. Все «игловые» начинали именно с него. Ради развлечения, чтобы не выглядеть в компании «белой вороной». Скольких людей я уже встречала, которые впервые посещали клубы, чистые, с задорным взглядом и чуть пунцовыми щёчками? А через пару недель они готовы были убить кого-нибудь за дозу, покрываясь с каждым днём всё больше всяческими прыщами, пока некогда пухлые губы зарастали коркой, которую можно было до крови сгрызать во время ломки. Я видела так много, что могла бы уже издать целую книгу. Вот только нет желания писать о подобном. Или же я просто так оправдываю свою лень и неуверенность в себе. Да и есть в нашем мире самоуверенные люди? У всех есть комплексы. Вопрос в том, кто и как их скрывает. Кому-то легче добиваться комплиментов, обсыпая себя всевозможными нареканиями, а кому-то достаточно встать у зеркала утром, вздохнуть и просто смириться с тем, что своё лицо не изменить. Все мы такие разные, вот только подвержены одним и тем же слабостям. Кто бы как ни храбрился, а попробовав наркотики однажды – подсядет.       Вздохнув, я поднялась со стула и направилась в сторону туалетов, усталым взглядом рассматривая встречающихся мне по дороге людей. Девушки с химической завивкой в маминых туфлях и идиотских носках, которые заставили надеть, прежде чем пойти гулять к подруге «с ночёвкой», парни в ,кислотного цвета штанах-клёш, и этих идиотских ботинках на каблуке. Тоже мне ковбои деревенские. Европейская мода дошла до России с запозданием, так что комично смотрится в наше время то, что уже неактуально лет пять. Я и сама не модница, но и не пытаюсь её из себя строить. Может, будь у меня лишние деньги, то я была бы не против нацепить на себя платье с пайетками, а после украсить такой незамысловатый и яркий образ кожаной курткой с нашивками различных рок-групп. Ну и куда же без фразы: «Live fast, die young»?       Моё внимание против воли привлекла дверь с ярко-выведенной золотой краской из баллончика буква «H». Вот и героиновый притон нашёлся. Надо же, сделали точку для новоприбывших даже без просьб нуждающихся! «Саунд» и правда всеми способами стремиться привлечь молодёжь, а следом за ними потянутся и опытные наркоманы. Стоит только узнать, что героин тут чистый продают – сметут за один день.       Раковины в туалетах были чистые, а в туалетах я, на удивление, не нашла ни одного торчка со шприцем в руке. Вот только я также не обнаружила обозначающих знаков женского и мужского туалетов. Можно было, конечно, по наличию или отсутствию писсуаров догадаться, но всё же. Кажется, деньги владельца закончились, и на значки просто не хватило. Печально.       Когда я ополаскивала лицо прохладной водой, то к соседней раковине подошла какая-то девчонка, которая, ставлю свою голову на отсечение, чуть старше тринадцати лет. Хоть и строила она из себя взрослую, но, даже большой слой косметики, не скроет наивного детского взгляда, не оформившейся ещё фигуры, больших щёк и торчащих неравномерно носков, которые за грудь примет только конченый алкоголик с заплывшим взглядом. Какой смысл так ярко красить губы помадой цвета вишни, когда она совершенно не идёт к твоим желтоватого цвета волосам и голубым теням? Да и зачем стирать пятки до кровавых мозолей, надевая туфли на размер меньше? А самое смешное – это осознание того, что её мама абсолютно уверена, что дочка сейчас веселиться дома с лучшей подружкой, готовится ко сну, обсуждая мальчишек из класса. Вот бы современным детям невинные мысли их матерей и отцов.       - Отлично, - с широкой улыбкой заметила девочка, смачно причмокнув губами, размазывая помаду пальцем по уголкам губ, - так, - кажется, она меня вовсе и не замечала, так что я с интересом наблюдала за приготовлениями к, видимо, незабываемой ночке с милым и взрослым парнем. Вот, она уже достаёт из маленькой сумочки с опавшими наполовину бусинами пакетик с таблеткой. Такое раздают на день открытия в любом клубе. Дешёвый вариант экстази для новичков. На вкус дерьмово, а по ощущениям ещё хуже. Словно тебя накрывает минутная эйфория, а затем сменяется тошнотой и ноющей болью в висках, - ну, я должна, - кивнув самой себе и засунув таблетку в рот таким образом, чтобы не смазать помаду, девчонка проглотила её, сморщилась, смачно ругнулась и направилась шаткой походкой в сторону лестницы, ведущей на танцпол.       Усмехнувшись, я выключила кран и отряхнула руки, направляясь на выход следом за девочкой. Вот только вопреки всем моим ожиданиям, пошла она не на танцпол, а в сторону винтовой лестницы. Тут есть второй этаж? Я даже и не заметила его сразу. Видимо, наверху есть комнаты для особых клиентов, в которых можно хоть изнасилованием заниматься – тебе никто и слова ни скажет, если ты хорошо заплатил. Стоит заглянуть. Кто же будет спускать деньги на VIP-комнаты в день открытия? Да и среди такой толпы сложно найти кого-нибудь, хотя бы, не заразного.       Засунув руки в карманы куртки, я принялась подниматься по лестнице, поглядывая на первый этаж. О, вот и Чак уже нашёл себе компания и весело отплясывал под какую-то попсовую песенку, покуривая косячок. Сейчас мой дружок вновь прожжёт футболку разъярённого панка и навяжется на драку, а затем и вовсе из клуба вышвырнут. Мне же придётся в очередной раз закатывать глаза и повторять одну и ту же фразу: «Я тебя предупреждала». Если этот парень доживёт до сорока, то продолжит отжигать в клубах. Просто мало кто на него обратит внимания, кроме престарелых тёток с недостатком мужского внимания или заниженной донельзя самооценкой.       Удивительно, но на втором этаже я увидела длинный коридор с широкими входами в комнату, закрытыми разнообразного цвета шторами. Бархат, надо же. Да и музыку тут не так слышно. Видимо, на шумоизоляцию не поскупились. Сомневаюсь, что местная элита будет слушать Spice Girl’s, когда можно строить из себя эстета, предаваясь плотским утехам под классику. И ведь не знаешь, кто хуже в такой ситуации: лицемерные богачи или же тупые подростки. Меня ни те, ни другие не прельщают. Да и во мне пороков хоть половником выгребай. Вот и держу свои мысли при себе.       Не знаю, в чём заключался смысл разноцветных штор, но он явно тут был. Из комнаты с зелёным цветом раздавался какой-то англоязычный рэп, а после оглушительные шлепки и мужской смех. Нет, тут явно не очень интересно. А самое забавное, что я в любой момент могу заглянуть в чужую личную жизнь, ибо ни одного охранника на горизонте не видно. Вот уж точно «Саунд» такими темпами станет популярным местечком! Сама Европа в Богом забытом месте!       Я остановилась напротив комнаты с ярко-красными шторами, из которой доносилась тихая и спокойная музыка, которая, видимо, представляла из себя некий подвид аудионаркотиков, о которых сейчас трындят самые продвинутые. Да и не слышно ничего, кроме этой странной мелодии. Правда, даже отсюда я чувствую запах сигарет, да и неплохих. Неужели иностранец?       Заправив за ухо прядь волос, я медленно раскрыла штору и зашла внутрь, замерев на месте. Наверное, я зря думала, что меня ничем в жизни больше не удивить. Мне казалось, что видела я большую часть этой порочной жизни. Остались лишь конченые извращения, которым даже в задрипанном клубе не предашься – тебя просто вышвырнут, схватив за шкирку в резиновых перчатках.       Я видела и геев, и лесбиянок, и классических парочек, но вот красивой или, хотя бы, ухоженной лесбиянки я не встречала. Обычно это были две жирные и короткостриженые бабы с обвисшей грудью и прыщами подмышками. Они скорее напоминали двух мужиков, питающихся одними женскими гормонами на завтрак, обед и ужин. Да и вообще в России пока ЛГБТ тематика не так развита, как в Европе или Америке. Так что сейчас… Я и правда удивилась.       Комната не отличалась оригинальным интерьером: кожаный диван в центре, рядом шест, напротив кофейный столик с бутылкой вина и бокалами, а на стенах висят различные картины с достаточно недвусмысленным содержанием. Видимо, чем больше секса – тем сильнее его хочется. Вот только у меня бы скорее всякое желание отпало при созерцании непонятных и размытых фигур, изображающих подобие секса. Но мне больше напоминает бледные колбаски, перевязанные толстой верёвкой. Искусствоведы уже прокляли меня за такое сравнение. Куда мне, дочери наркоманки, до каких-то высоких размышлений? По комнате ходили голые девушки самой различной внешности, телосложения. Некоторые просто болтали друг с другом, другие целовались, третьи занимались сексом прямо на полу, а две извивались на шесте у кофейного столика, изредка целуясь и проводя пальцами по самым интимным местам. Но меня больше привлекла даже не эта оргия, а её зачинщик. На кожаном диване сидела темноволосая девушка в кожаных штанах и расстёгнутой рубашке, потягивая вино из бокала и наблюдая за тем действом, разворачивающимся вокруг неё. Рядом сидела та самая девчонка со своими ярко-накрашенными губами и всячески липла к этой темноволосой девушке. Она лишь слабо улыбалась ей и метала безразличные взгляды на торчащую из платья «грудь». Могу смело сказать, что такая особа точно не из Шадринска. Вот тут реально голову на отсечение ставлю. Где у нас такие шмотки найти можно? Да и черты лица скорее на типичную немку тянут, чем на местных красавиц с курносыми носами. Что за фрукт такой? Иностранка-лесбиянка? Вот это я понимаю.       Сложив руки на груди, я оперлась на стену и достала из кармана пачку сигарет, закуривая. Сомнительная вечеринка, но, видимо, виновницу торжества всё устраивает. Она хватает проходящих мимо девушек за задницу, ухмыляется, оголяя белые зубы, а после шире расставляет ноги, убирая назад пряди волос, выбившиеся из укладки. Если бы я встретила её в темноте на улице, то точно решила, что она парень. Да ещё и модель. И что она могла забыть в этой дыре?       Заприметив меня, её губы изогнулись в улыбке, а рука, прежде державшая бокал, постучала по месту рядом с ней на диване. Я скептично подняла брови вверх, затянулась и улыбнулась. Что тебе терять, Соня? Ты ведь пришла расслабиться. А музыка и запашок тут помогает отдохнуть лучше любой мягкой кровати. Может, именно компания лесбиянки и даст тебе желанное?       Затушив окурок о стену, я бросила его в пепельницу на краю кофейного столика и прошла к дивану, плюхнувшись на него. Девушка тут же кивнула в сторону бутылки с вином, а я не из тех, кто привык отказываться от халявы, так что покачала головой и скинула с себя куртку, в которой было чертовски жарко сейчас находиться. Уж не знаю, что разгорячило меня больше: батареи или голые девушки, окружавшие меня со всех сторон.       - Повеселиться пришла? – голос этой девушки оказался слегка хриплым, но при этом не терял своего странного очарования. Может, всё дело было в акценте. Говорила же я, что европейка! Видимо, у меня уже чуйка за всю жизнь выработалась на таких особ, - секс, наркотики, хорошая выпивка, - принялась перечислять она, постукивая пальцами с чёрным лаком на ногтях по спинке дивана, а после достала из кармана монетку, крутя её между пальцев. Причём делала она это с нескрываемым интересом и удовольствием.       - Отдохнуть, - ответила я, отпив немного вина. Вот это я понимаю вкус! Не сравнится с пойлом из местных магазинов. Наверняка бешеных денег стоит. Будет потом чем дышать на Чака. Он точно не нашёл второй этаж, накурившись. Идиот, - ты ведь не из России, да?       - Конечно, нет, - хмыкнула девушка, запустив пальцы в свои волосы, - отдохнуть, значит, - задумчиво пробормотала она, ухмыльнувшись, - тогда ты по адресу. Как зовут?       - Соня, - на подлокотник дивана села смуглая девушка, с широкой улыбкой протягивая руки к моей новой знакомой, а после провела пальцами по её шее, опускаясь к груди, - а твоё?       - Марика, - Марика, значит… Интересное имя. Хотя, думаю, в Европе оно и не такое уж редкое. Мне же после бесконечных Насть и Лен Марика кажется настоящим самородком,       - Соня… - протянула она, коверкая последнюю букву. Я не смогла сдержать улыбки. Сонйя… Надо же, даже моё имечко может звучат экзотично из уст такой девушки, - рада познакомиться, Соня. И каким же ты представляешь себе отдых?       - Не знаю, - я пожала плечами, с тихим смешком проводив взглядом молодую девчонку, которая сейчас раздевалась у танкетки в углу комнаты, пряча носки в свой маленький клатч. Как же это смешно, хоть и грустно, - я ищу его с самого своего рождения.       - Есть много способов расслабиться, - в этом Марика права. Способов много, вот только мне ни один из известных не помог. Лишь большую тоску нагнал. Что секс, что наркотики, что выпивка до беспамятного состояния. Видимо, эти варианты существуют либо для безмозглых, либо для тех, кто проблемы себе лишь накручивает, ища повод получить лёгкий кайф без оправданий перед другими, - пробовала когда-нибудь секс с женщиной? Кокаин?       Я отставила пустой бокал в сторону и с интересом вновь перевела взгляд на Марику. Она, видимо, и не спускала с меня взгляда, даже не обращая внимания на ту смуглую девушку, так трепетно теребящую её соски. Будь я парнем, то такую бы бабу точно трахала до потери пульса. Голубые глаза, пухлые губы, прожигающий насквозь взгляд, нахальная и вызывающая улыбка, едва прикрытая чёрной рубашкой грудь и длинные пальцы, в которых она продолжает сжимать монетку. Лесбийский секс? Может, он мне и поможет. Я не думала о подобном развлечении особо. Секс с мужчинами показался мне настолько скучным, что легче было самой мастурбировать на какие-нибудь развратные картинки в собственной голове, которые я тут же забывала по достижению оргазма. Да и кокаин… Кокаин вместе с лесбийским сексом. Гремучая смесь. Но чем чёрт не шутит. Сегодня же открытие клуба в центре города, а мне очень скучно.       - Надеюсь, ты ничем не заразишь меня, - прыснула я, закинув ногу на ногу, - сколько нужно заплатить за кокаин?       - Первый раз бесплатно, Соня, - засмеялась она и убрала руку смуглой девушки со своей груди, а после вытащила из кармана кожаных штанов пакетик с белым порошком и две двадцатидолларовые купюры. Я едва сдержала широкую улыбку. Твою мать. Настоящий кокаин и двадцать долларов. Видимо, мне совсем скучно жить, раз я согласилась на такое. Не знаю, чем я буду мотивировать свой поступок утром, но сейчас меня это волнует меньше всего, - держи, - я забрала купюру, задумчиво рассматривая её, пока Марика этой треклятой монеткой распределяла порошок на четыре ровные полосы, - отлично.       Тихо засмеявшись, моя новая знакомая-лесбиянка ловким движением своих длинных пальцев закрутила купюру в трубочку и быстро втянула кокаин двумя ноздрями, откинувшись на диван с блаженной улыбкой. Её губы изогнулись в ехидной улыбкой, а правая рука потянулась ко мне, быстро проникая под старую и растянутую майку. Забавно, что прикосновения её холодных рук вызвали столько приятных ощущений, что у меня просто не осталось сомнений в том, что делать. Если это шанс расслабиться, то я его не упущу.       Я чувствовала, как дрожат руки, когда я заправила за уши волосы и согнулась прямо над двумя дорожками. Может, я уже окончательно свихнулась от расслабляющей музыки и странных благовоний, но вот кокаин показался мне самым соблазнительным и желанным объектом в этой комнате. Впервые за несколько лет я почувствовала забытое возбуждение, а пальцы Марики тем временем уже проникли в мои джинсы, игриво проводя пальцами по лобку. Чертовка…       Закрыв глаза, я втянула ноздрями две дорожки и тут же почувствовала, как всё тело накрыла приятная нежность, заставив меня повалиться на диван, жадно ловя ртом воздух. Перед глазами всё поплыло, я ничего не слышала, даже сказать не могла. Лишь бесконечное блаженство и чувство эйфории, ни с чем не сравнимое. Я словно попала на чёртовые небеса и хорошенько избила Иисуса за подарочек в виде моей мамаши. Тепло… Как же тепло! По всему телу проходят волны, откладывающиеся приятной тяжестью внизу живота, где сейчас и орудовала рука Марики. Я никогда прежде не испытывала ничего подобного… Невероятно! Чёртов кокаин, да ты лучше любого ЛСД и косяка, который я однажды выкрала у нигера в футболке с рисунком конопли во всю спину.       Сглотнув, я почувствовала нечто тёплое на своих губах, а после вздрогнула от чего-то холодного на щеках. Я ничего не видела и не слышала. Лишь ощущала. Но могу сказать, что даже первый оргазм не так прекрасен, как то, что происходит сейчас со мной. Марика… Чёртова извращенка. Самая настоящая. Но какая умелая. Каждая клеточка моего тела расслаблена, я не чувствую привычной апатии и безразличия ко всему. Если твои пальцы, порошок и губы способны сотворить такое со мной – я согласна.       Воздуха не хватает, а всё тело горит, словно меня закинули в печь, предварительно щедро облив керосином. Я чувствую, как бешено бьётся сердце в груди, а пальцы с гадким скрипом царапают поверхность кожаного дивана. Вот только Марика резко перехватила мои руки и положила их на своих плечи, а дальше я действовала опираясь лишь на инстинкты. Нежная кожа, гладкие изгибы тела и эти чёртовы кожаные штаны, которые снялись лишь с третьей попытки, вызвав смешок у Марики, который я, каким-то чудом, услышала, и даже умудрилась ответить ей тем же, а после застонала, до крови закусив её губу. Исчадие ада. Самое настоящее.       Да пусть накажет меня Иисус, но он сам привёл меня к Дьяволу.