Она была так близко

Нам шестнадцать и в холодное время года я утопаю в его худи, и мы вместе прячемся в одеялах. Мы смотрим фильмы ужасов, которые он так любит, а я специально вздрагиваю, чтобы он сильнее меня прижимал. Разговариваем по телефону о всякой чертовщине до восхода солнца. Иногда мы играем в видеоигры в баре, и он обижается, когда я выигрываю. Майк много щекочет меня, ведь знает как я боюсь этого, и специально это делает. Я умиляюсь, когда он начинает возмущаться во сне из того, что я пытаюсь вырываться из его хватки. Я подолгу рассматривать его спину, пока он пытается что-то приготовить нам на ужин. Он постоянно называет меня тыковкой и всеми возможными ласковыми слоечками, а иногда и начинает придумывать новые. Мы много прошли, а теперь мы вместе. - Майк, серьёзно? - смотрю я на него взглядом строгой мамочки. - Да, я полностью уверен, что нам это нужно, - Майк стоит в руках с полной корзиной, напиханной всякими конфетами, чипсами, газировкой. - Вообще-то мы пришли за пакетом молока, но ладно, - он подбегает, целует меня в щёку и быстро скрывается за стеллажами, как будто боится, что я передумаю и обижусь на него за такое детское поведение. Хотя по сути на что мне обижаться, я и сама хотела всё это, просто кто-то должен быть ответственный в наших отношениях. Купив всё это, мы идём домой. Дома мы приступаем к готовке, прям как два года назад, когда нам было по четырнадцать и мы приготовили ужасный пирог. Правда, он был отвратительный, но мы почему-то всё равно его съели. Сегодня мы готовим пеньки, всё-таки накануне Рождество и пора к нему готовиться. Мы даже нарядили ёлку и украсили окна. Готовка не конёк Майка, и его постоянно это злит в процессе, сейчас он яростно что-то доказывает тесту, чтобы оно знало своё место, правда пока тесто ставит Майка на место, а не наоборот. - Милый, если ты будешь повышать голос на тесто, оно само не скатается, я тебя уверяю в этом, - он просто сел на пол и грустно опустил плечи, конечно это была наигранная грусть, и я ему охотно подыгрываю. - Ну как так же так - Майк запустил руки в волосы отчего они стали местами белыми от муки. Я спускаюсь к нему на пол и обнимаю сзади. - Не всем же дано готовить, тем более, когда ты такой рукожоп, но за это я тебя и люблю, - он привык к моим иногда обидным шуткам. Я тянусь к нему за заветным поцелуем, но он поднимается на носочки, чтобы я не достала до его губ и улыбается, тем самым злит меня и прекрасно это понимает. - Что касается рукожопов, ты же как-то готовишь. - Беги, Майк, беги, - он срывается с места, а я уже несусь за ним. Черноволосый запрыгивает на кровать, и привстаёт на локти, ожидая моего падания рядом с ним, но я останавливаюсь. - И это всё что ты придумал, как заманить меня сюда? - закатываю глаза и громко цокаю. - Ну ведь ты стоишь сейчас перед этой самой кроватью, по моему я всё-таки сделал это, - прыгаю прямо на него, а он обхватывает меня своими большими руками и накрывает собой, словно одеяло. Я утыкаюсь носом в его шею. Наверное мы пролежали так слишком долго, ведь я почувствовала что-то горелое. - О боже, Майк, слезь с меня, - он морщит лоб и не хотя переваливается. Я бегу на кухню и вижу свои испорченные печенья. Превосходно, классно покулинарили. Сзади слышу шаги Майка и он заходит в комнату с сонным видом и гнездом на голове. - Да уж, этот пирог прям конкретно поджарился, как и ты, - он начинает покрывать мою шею поцелуями и ухмыляется, когда замечает моё сбывшиеся дыхание. СТОООП. Это точно Майк? Наш скромный Майк пошутил пошлую шутку и покрывает меня многочисленными поцелуями, ещё и расплываясь в ухмылке? Нет, в мою комнату вроде не врывался Ричи Тозиер, который выдаёт себя за Майка Уилера. - Всё в порядке? - я оглядываю его непонятным взглядом с ног до головы. - Да, принцесса. Всё более чем отлично.