Уроборос

  Дни сменялись днями, превращаясь в безрадостную мешанину тренировок и учёбы, которые приходилось тянуть, сцепив зубы, только ради своей главной цели. Лишь обилие окружающих меня красоток хоть как-то скрашивало ситуацию, даже несмотря на то, что три из них ни о чём так не мечтали, как о моей мучительной и долгой смерти. Впрочем, учёба и тренировки её заменяли с лихвой.   Прошли выходные. По сравнению с моими долгами, любая сумма, которую я смог бы потратить, являлась бы ничтожной. Поэтому я сводил девушек в город, захватив и Падших, на этот раз переодетых в обычную повседневную одежду. Мстительные ангелы решили опустошить мой кошелёк, но я, после произошедшего разбойного грабежа в стиле «я твой друг и учитель», воспринимал это с удивляющим меня самого равнодушием. Но когда слышал перешёптывания окружающих, обсуждающих меня, подонка, который загрёб в своё распоряжение сразу шестерых красоток, настроение постепенно поднималось, так что к концу дня, наполненного кафе, ресторанчиками, магазинами, караоке и игровыми автоматами, оно стало совсем прекрасным.   После получения новых комнат, несмотря на явные улучшения условий проживания, Ассия и Валери стали ходить недовольными, на все мои вопросы отвечали отрывисто и неохотно, а просьбы объяснить что происходит приводили лишь к уклончивым ответам и вздёрнутым носикам. Элша лишь посмеивалась над моими затруднениями и на просьбы объяснить говорила: «Я не понимаю японского». Но ведь я-то могу говорить на всех языках мира и говорил тогда с ней на её родном языке, одном из старогерманских диалектов! Мне, конечно, больше нравилось, когда красотки ночевали со мной в постели, но ведь им должно быть невыносимо ютиться в тесноте. Особенно Валери, привыкшей к роскошной обстановке замка.   А в понедельник Азазель-сенсей, обследовав Святой Механизм Валери-чан, дал добро на его применение, а значит нас ждала новая миссия.   Я готовился ко всему, к схваткам с дьяволами или драконами, ждал нападения чудовищ или злых родственников Акено-чан, но, к моему изумлению, всё прошло тихо и буднично, словно поход в бакалейный магазин.   Нет, мы, конечно, подготовились. Я переоделся в чёрный костюм и обвешался ангельским оружием, Элша была в том же длинном  платье, а в руках сжимала огромный двуручный меч (и я даже не спрашивал сенсея, откуда он взялся), а Ассия-чан перед самой миссией листала учебник магии, повторяя защитные и атакующие формулы. Несмотря на все заверения Азазель-сенсея, я не очень доверял своим горничным, но позволить себе не использовать такую силу, как сразу трое Падших, не мог.   Я был готов к долгим уговорам и торгу, ведь покладистостью и послушанием ангелы-горничные не отличались. Но мои опасения оказались напрасны.   – Ты хочешь сказать, хозяин-сама, – ехидно выделила обращение Райнар, – что мы не только сможем оказать немалую услугу генералу Баракиэлю, но ещё и увидеть своими глазами Чашу Господа?   – Ну, если так поставить вопрос…   – Мы согласны! – отрывисто сказала Калаванэ.   – Чего ты ждёшь, идиот-сама? – топнула ногой Миттельт.   Когда все были готовы, мы воспользовались кругом телепортации, предоставленным Азазель-сенсеем. Перед самой отправкой трое Падших взяли Валери-чан в кольцо, а на их лицах была написана непривычная решимость.   Вспышка телепортации вышла почти незаметной. Место, в которое мы попали, было неизвестным храмом, который, несмотря на следы эпизодических визитов для ремонта и уборки, сильно обветшал. Я не знал, где мы находимся, место напоминало о моих каникулах в Киото, но так было бы с любым храмом. Мы побродили по округе, не расслабляясь и не разделяясь – ведь случиться могло что угодно. А вот к тому, что просто и без приключений найдём могильный камень с несколькими офуда под ветвями отцветшей сакуры, готовы не были.   Валери-чан склонилась над могилой, сняла с руки браслетик (почти такой же, каким Азазель-сенсей в прошлой жизни запечатывал мои силы), и пропела что-то на том же непонятном языке. Как? А разве не нужно вскрывать могилу и извлекать труп (если Баракиэль-сан пользовался западными традициями погребения) или же доставать урну с прахом, если похороны прошли традиционно? Судя по появлению золотой чаши в руках Валери и маленьким искоркам золотого света, сгущающихся над могилой – не обязательно!   Это было время, когда нас можно было хватать без сопротивления. Ассия-чан и Падшие с благоговением смотрели на совершающееся чудо (и, клянусь, горничные, как и Ассия, возносили молитвы!), а я стоял в предвкушении – ведь сейчас передо мной должна появиться, пусть и на миг, обнажённая женщина! Мама Акено-чан! Прекрасная мико, покорившая даже генерала Падших, который повидал на своём веку немало красивых женщин! Из нас всех бдительность сохраняла только Элша-чан. К моему огромному, огромному, огромному сожалению!   В самый интересный момент, в тот миг, когда на теле должны были восстановиться волосы и кожа, а одежда ещё не успеть появиться, сильная шершавая ладошка прижалась к моему лицу и закрыла глаза! Элша-чан, ты так жестока!   Зрелище, которое мне открылось после того как Элша убрала руку, заставило меня долго стоять с отвисшей челюстью. Передо мной стояла близняшка Акено-чан, отличающаяся разве что цветом глаз! Даже одежда мико была такой же! Глаза Химеджимы-сан были карими и очень тёплыми, даже не верилось, что от этой милой девушки Акено-чан унаследовала свои садистские наклонности! Нет, во всём виноват Баракиэль!   – Где я? Кто вы? Почему я жива? – посыпались на нас вопросы. Её взгляд остановился на горничных. – Падшие ангелы. Вас прислал Баракиэль-кун?   Каким-то непонятным образом я оказался вытолкнут вперёд, а девушки собрались у меня за спиной, предоставив мне вести все переговоры. Это нечестно! Так мне приходится смотреть ей в глаза, хотя эта грудь ничем не уступает сиськам Акено!   – Добрый день, Химеджима-сан! Я друг Акено-чан, меня зовут Хёдо Иссей, но вы зовите меня просто Исе.   – У-фу-фу, Исе-кун! Ты тоже зови меня Шури-чан! – её улыбка была очень милой и приветливой, но я знаком с Акено, поэтому не должен терять бдительности.   – Сейчас у нас с Акено-чан произошла серьёзная размолвка, к тому же она не разговаривает с отцом, поэтому я не придумал ничего лучше, чем вернуть вас к жизни! Только так я смогу наладить отношения и помочь вашей семье.   – Вот как? Исе-кун, ты придумал очень необычный способ добиться желаемого. Очень невозможно-необычный! Мне нравится, что парень Акено-чи настолько решителен!   – Теперь я ей не парень, – опустил глаза я. – Шури-сан, я предлагаю перебраться ко мне домой, оставаться тут опасно.   – Ара-ара, молодому парню приглашать замужнюю женщину к себе домой – это очень дерзко!   – Вы были мертвы, Шури-сан, так что технически…   И ты, Элша?   – У-фу-фу, действительно! Срок наших клятв был лишь до смерти! Так ты, негодник, зовёшь домой незамужнюю!   – Мои родители будут просто счастливы, – проворчал я, призвал магию и перенёс всю компанию к себе в гостиную.

***

  Шури-сан внимательно выслушала мой рассказ. Я не сильно вдавался в подробности личных отношений с её дочерью (хотя та едва тянула ей на младшую сестру), рассказал о прошлом Акено-чан, о клане Химеджима, благодаря которому Акено была бы мертва, не подоспей вовремя Риас. О том, что дочка винит в смерти только Баракиэля и ненавидит свою ангельскую природу. Рассказал о несбывшемся будущем, о своих планах и об событиях, что привели к её воскрешению.   – У-фу-фу, – хихикнула Шури-сан, – то есть, для того, чтобы завоевать сердце Акено-чан, ты прокрался в замок, кишащий вампирами, поразил злодея и победил сильнейшего дракона в мире?   – Кром Круах отпустил нас! Он мог бы спокойно убить обоих!   – Ты говоришь, что твоя Гремори-чан очень сильна и обладает силой Разрушения?   – Да! Риас великолепна!   – А её подруга, как её, Ситри-чан, она очень умная?   – Да! Я не знаю никого умнее Соны-кайчо!   – И если они сыграют в шахматы, кто победит?   – Обычно побеждает Сона-кайчо. Но Риас-чан тоже очень умная! Хотел бы я когда-то стать таким же умным, как она!   – Но о какой победе может быть речь, если Риас может её уничтожить своей магией?   Я смутился. Если глянуть с такой стороны, то выходит, что я действительно победил дракона?   – Ты действительно победил дракона! – прочла мои мысли Шури-сан. – И всё это ради моей Акено-чан! У-фу-фу, так недолго и влюбиться. И теперь, когда я не замужем…   Шури-сан была настоящей красоткой! Но перед глазами внезапно предстала хмурая фигура Баракиэля, с молниями, потрескивающими вокруг его кулаков. Я сглотнул.   – У-фу-фу, не стоит так пугаться! Я всё ещё люблю Баракиэль-куна! Но ты мне понравился, так что я помогу вам с Акено-чан!   – Отлично! Я могу нас перенести в горы, в поместье Гремори, где они сейчас тренируются! – предложил я.   – Не стоит, Исе-кун. Ей предстоит серьёзное сражение и нужна сосредоточенность. А новости такого масштаба, хорошие или плохие, сильно помешают.   Я обдумал слова Шури-сан и, как бы мне ни хотелось броситься к Акено-чан немедленно, вынужден был признать её правоту.   – К тому же это касается не только судьбы Риас, но и Акено-чан лично.   – Лично? Что вы имеете в виду, Шури-сан?   – Я же говорила назвать меня Шури-чан, дорогой. Как ты думаешь, если этот Фенекс женится на Риас-сан, оставит ли он в покое мою Акено? Или эту кошачью девочку? Или даже того вампира в платье?   Райзер, ты решил наложить свои лапы не только на Риас, но и на Акено с Конеко? Даже на Гья-суке? Ублюдок! Я обязательно набью твою куриную морду!   – Скажите, Шури-сан, а вы…   – Шури-чан! И давай на «ты»! Ты же не считаешь меня старой?   Вокруг неё сгустилась очень опасная аура, напоминающая об Акено-чан, когда та переходит в режим садиста. Для полноты сходства не хватало только, чтобы она лизнула пальцы, как это обычно делает Акено-чан.   И конечно же, она тут же лизнула пальцы!   – Шури… чан, может мне позвонить Азазель-сенсею, чтобы он позвал вашего мужа?   – Нет! – отрезала мико. – Баракиэль-кун наказан! И пока что мне нужно обдумать его кару.   Конечно же, Химеджима Шури осталась в нашем доме. И, к моему ужасу, нашла общий язык с папой и мамой.

***

  С каждым днём, как приближалось окончание тренировки Оккультного Клуба, моё нетерпение росло. Я выкладывался на полную, пытался преодолеть все лимиты, быть готовым к чему угодно. Мил-тан узнал об магическом пульте Рейтинговых Игр (я виню в этом вас, Азазель-сенсей!), и наши тренировки перенеслись в искусственное измерение.   Я не знаю, было ли это изначальным дизайном, или модификацией Азазеля, но создание нового мира могло производиться вдвоём – один человек (или дракон, или девочка-волшебница!) обеспечивал пульт магией, а второй полностью задавал параметры измерения. Почему-то мне не приходило в голову, что висящие в воздухе острова, соединённые переходами, на которых происходила игра с ублюдком Астаротом, обозначают управление гравитацией. То устройство, что стояло у меня дома, имело и эту функцию. Мил-тан-сенсей сообразил это быстро, очень быстро, поэтому я получил индивидуальный курс тренировок в адском месте, где даже просто устоять на ногах могли лишь я, сам Мил-тан и Элша-чан. Впору было отступить, испытывая жалость к себе, сокрушаться из-за невыносимых мучений. Но мир с повышенной силой тяжестью делал самое главное – он помимо силы (которая, пусть и была важна, но не была главной), тренировал выносливость, а именно её всегда не хватало владельцам Священных Механизмов. Ведь если друзья провалятся, если у них не получится, между Райзером и Риас останусь лишь я.   Они проиграли. Я заметил это сразу, когда вновь увидел членов Оккультного Клуба. Конеко-чан была более отстранённой, чем даже обычно. Весёлый беззаботный характер Акено-чан исчез, она ходила хмурой и мрачной. Киба постоянно играл желваками и больше не улыбался мило здоровающимся с ним девушкам. А Риас… глаза Риас были пусты, в них не было того блеска, той жизни, которая обычно просто хлестала через край.   У меня было два варианта. Понадеяться на Сайраорга, на слова, что он не допустит принуждения кузины к замужеству, либо же вновь взять ситуацию в свои руки. И, невзирая на то, что теперь за мной не стоял никто, пришло время проверить, стоили ли того все те мучения, те невыносимые тренировки, вся та боль и травмы? Но, для начала, мне нужно было кое-что узнать.   Я выступил из-за дерева, сложив на груди руки.   – Рассказывай!   – Чего тебе, Хёдо? – едва удостоил меня взглядом Киба.   – Ты знаешь, что мне нужно!   – Мы старались, мы превзошли самих себя. Твоё предупреждение о Слезах Феникса оказалось кстати, Акено была настороже и не дала Юбеллуне восстановиться. Мы прошли сквозь них, словно пламя сквозь снег, убрали каждую фигуру, не потеряв никого. Но потом вышел Фенекс, и мы ничего не смогли сделать. Мы проиграли.   – Самое главное: помолвка – послезавтра? В Преисподней?   – Откуда ты… Ах, да, понятно. Знаешь, Хёдо, иногда мне хочется поверить, что твоя сказка о будущем – это взаправду. Но мы знаем, что ты связан с Падшими, так что есть объяснения проще и правдоподобней.   – Да, теперь я связан с Падшими, – не стал отрицать я. – Но это не имеет значения.   – Ты прав. Прощай, Хёдо.   – Нет, Юто, до скорой встречи!

***

  Этим вечером, после тренировки, я сидел в компании восхитительных блондинок и мялся в нерешительности, словно школьник, в первый раз покупающий хентай-мангу. Я посоветовался с Шури-чан, и мы решили, что её явление перед дочерью именно сейчас будет неуместным, так что оно состоится через пару дней. А пока лично мне следовало приготовить Райзеру хороший свадебный подарок. Я знал рецепт победы, знал слабые и сильные стороны Фенекса, уязвимые черты его характера. Но глупо было надеяться лишь на старую импровизацию, нужно учитывать вариант неудачи. Поэтому у меня сейчас было дело к Ассии, но чувствовал себя я последним подлецом.   – Так чего ты хотел, Исе-кун? – спросила бывшая монашка.   Я сжал челюсть. Это же Ассия-чан! Невинная, милая Ассия!   – Исе-кун?   – Ассия-чан, мне нужен твой Священный Механизм.   – Хорошо.   – Что? Ты же знаешь, что если лишиться Механизма, то умрёшь!   – Но ведь Валери меня воскресит, с помощью силы, дарованной ей Господом!   Что? Ассия готова умереть просто ради моих целей? Ассия-чан, ты настоящий ангел! Ты больший ангел, чем большинство ангелов, что я встречал!   – Нет-нет-нет! Я просто хочу попробовать одну штуку, которую я когда-то проворачивал с Вали.   – Тогда в чём дело?   – Но тебе может стать плохо! Я не знаю, что произойдёт!   – Исе-кун, что бы не произошло, я воспользуюсь Граалем! – сказала Валери.   Это было огромным риском, это действие сократит срок моей жизни, но может стать именно тем, что, если не обеспечит победу, то поможет не проиграть.   – Ассия-кун, покажи мне, пожалуйста, Сумеречный Целитель.   Ассия без слов вытянула руку и зелёное сияние сконцентрировалось в серебряное колечко с зеленоватыми камнями обрамлёнными цветочным орнаментом.   – Может быть больно или неприятно! – предупредил я.   – Если моя боль поможет тебе, Исе-кун, я готова терпеть её сколько угодно!   – В любом случае прости! Прости меня, Ассия!   Я вытянул руку, взял её ладошку в свою, и другой рукой, с когтистой драконьей лапой, ухватился за один из камней.   [Усиление!]   Мои драконьи пальцы сжались, послышался треск, и камушек, украшавший одно из колечек, оказался в моей руке. Послышался вскрик Ассии, из-за которого я почувствовал себя подонком.   Я закрыл глаза. Священный Механизм! Ты подчиняешься желаниям владельца! Ты воплощаешь его мечты и мысли! Ты способен изменяться и адаптироваться! Мне очень нужна сила Исцеления, я готов ради неё, ради того, чтобы пережить бой с Фенексом, отдать свою жизненную силу! Мне нужно стать сильным сейчас, а не жить очень долго! В прошлой жизни мне удалось подчинить силу Альбиона, удалось соединить с тобой Аскалон! Помоги мне и сейчас!   Вновь раздался вскрик Ассии, и я открыл глаза. Осколка Сумеречного Целителя со мной больше не было, зато на каждой фаланге моих пальцев сияла зелёно-голубая искорка.   Я не чувствовал себя хуже, не было того отвратительного ощущения, словно я разрезан пополам, словно жизнь вытекает сквозь открытые раны. Нет, пальцы окутывало чувство приятного тепла. Я вонзил коготь себе в ладонь и с усилием провёл, оставив неглубокий порез. После того как зелёный свет коснулся раны, края немедленно сомкнулись, и она исчезла без следа. Сработало! Это сработало!   У меня появилась новая сила.   – Как ты себя чувствуешь, Исе-кун? – спросила Ассия-чан.   – Ассия, это я должен тебя спросить! Ты в порядке? Ничего не болит? Не чувствуешь себя плохо?   Ассия прислушалась к себе.   – Нет, только сильная усталость. Немного отдохну и всё пройдёт. А ты?   – Или из-за того, что ты дала силу добровольно, а может потому, что это не сила вечного врага Ддрайга, но всё хорошо.   – Восславим Господа за эту милость!   Осталось одно, последнее дело.   – Ассия-чан, мне ещё понадобятся твои таланты.   – Я готова помочь, Исе-кун.   – Нет, это будет завтра, когда ты хорошо отдохнёшь.