Гамбургер против водки или как лечить Украину.

Звонок в дверь. Последним временем в доме Украины это стало нормальным явлением как и то, что дверь открывал Литва. Торис тяжело вздохнул, услышав очередной звонок и вытирая руки полотенцем, вышел из кухни в прохожую. Открыв дверь, Торис увидел Китай. - Я так понимаю…Ты к Ивану? – приветливо улыбнулся парень и отошел в сторону, пропуская Яо в дом. Значит обед снова готовить литовцу и в этот раз готовить надо в два раза больше, ведь народу в Украины в гостях было уже много. - Ну, я вообще-то помогать Украине, ару! - радостным голосом заявил Ван. Китай и сам сюда мчался, делая все возможное, чтобы прибыть сюда чем по-быстрее. – а где больная? - Там…в комнате, ее скоро уже залечат. – Литва пожал плечами и указал в сторону спальни. Китаец поблагодарил и ушел в спальню, его встретил Иван с таким серьезным выражением лица, что Яо стало страшно. Неужели с Ольгою все так плохо? Его предположения развеялись, когда Китай увидел спокойную и неумирающую Олю, сидящую на кровати. Девушка еще и улыбалась, хоть и вяло, но все же улыбалась, что совсем выбило китайца с его логичной цепочки. - Так что же случилось? – наконец поинтересовался он, поворачиваясь к Брагинскому. Россия поправил шарф и указав на свою сестренку, как вердикт ответил: - Она больная, простуда, но ничего не помогает! «Ага, конечно, не помогает, вы мне только хуже делаете, обожгли ноги, повысили уровень сахара, чуть не отравили таблетками, споили…нет, определенно нельзя Америке и Россиюшке одно дело давать, поубивают же всех и друг друга» эти мысли уже мучали Ольгу. Еще Китай притащили. Яо махнул рукой, чтоб все вышли. Иван не стал спорить, а просто вытолкнул Америку и заглянувшего в комнату Феликса, посомневавшись сам вышел. Через минут так десять, из комнаты выбегла Украина полуголая, прикрываясь одеялом. - НЕТ! НЕТ И ЕЩЕ РАЗ НЕТ! Следом за ней выбег Китай с пиявками в банке. Теперь-то стало более-менее ясно что случилось. - Ну Украина! Это полезно! Это так надо! - Да шоб эта гадость и у меня на теле?!Да вы шо все?? Львов уже подходил к дому матери. Он должен был проведать ее, ведь Киеву же как-то некогда. Лев просто брел, громко напевая любимую песенку: - Буяє надворі весна. Чарівно співають журавлі. Прокинулась в мене здавна Велика любов до землі. Я здибав національне зерно Все є тепер для виросту плодів Я посаджу таке дерево, з плодами синьо-жовтих кольорів. Але то справа дуже не проста Земля моя – то глина і пісок, Без добрива нічого не росте, Хіба що будяковий колосок. Чи буде на землі родючій приріст, Не довго я думав, бо йшов комуніст. Його закопав – тепер буде в ній Свій перегній, свій перегній. Але я дечого не врахував, хоч маю дуже якісне зерно. На чому посадив, те і дістав, Вродило бо червоне знамено. Воно ж таке величне та красне! То я його порізав на шматки. На добру згадку своєму народу Шматки роздав, як носові хустки. Чи буде на землі родючій приріст, Не довго я думав, бо йшов комуніст. Його закопав – тепер буде в ній Свій перегній, свій перегній. Конечно обидную песню услышал Россия. Как не узнать ему Львов. - Твой сынишка, Украина, – недоброжелательно улыбнулся Иван, показывая краном на окно. Сейчас он был на территории Украины, потому должен был вести себя спокойно, но этот парень, который, кажется, специально дразнил русского, уже был здесь. Лев открыл дверь, удивившись количеству верхней одежды и обуви, но спокойно снял свою обувь и продолжая напевать песню: - Чи буде на землі родючій приріст, Не довго я думав, бо йшов комуніст. Його закопав – тепер буде в ній Свій перегній, свій перегній. – заглянул на кухню, а там Феликс с Литвой. - Привет папань – с некой насмешкой коротко поздоровался с Польшей и кивнул Литве. В гостинной он встретил Америку, который что-то там бормотал, наконец дошел до комнаты Украины, где в кровати на животе лежала его мать. По ней ползали пиявки, рядом сидел Китай и Россия. При виде России Лев еле заметно скривился. -Привет мама, доброго дня* Китай и Россия. Я пришел проведать свою мать, что тут делаете вы, понятия не имею, но мне все равно, мамочка, ты как? – с улыбкой присел возле матери Львов. - Ой милый, - пролепетала бедная девушка, - ой сейчас сдохну, доведут они меня! Серьезно! Львов внимательно осмотрел пиявку, оторвав ее от тела матери, а тогда выдал свой вердикт: - Нет, это не поможет, а знаете что поможет? - О нет… только не… - КОФЕ, - и Львов, и Украина сказали это одновременно, только Оленька это сказала с досадой, а Лев – с гордостью. Следующие два часа Оля слушала, как читал ее историю украинец и одновременно умудрялся следить, чтобы та пила кофе. Честно говоря, Львов читал историю Украины в основном для России, остановился на Голодоморе и даже три раза перечитал это место в книге краткой истории. Россия зевал, Яо уже спал в уголке. Этот день только-только начинался. *Добрый день