I'm holding on

POV Майк       Всё следующее утро я провел у себя в мыслях. На самом деле, если задуматься, то ничего не произошло такого, что могло бы повлечь за собой последствия. На самом деле, я всё ещё верю в то, что это как-то устаканится. Однако, если задуматься, то что-то этот процесс как-то медленно идёт. Я давно не помню за собой такого ощущения, будто как раньше уже никогда не будет. Не могу сказать, что я о чём-то жалею, но перемены всегда давались мне тяжело.       С одной стороны, ничего страшного не происходит. Просто в нашем классе появился новый человек, который много кому нравится, и что в этом такого? Казалось бы…       Ладно, пожалуй, я начну говорить напрямую. Мне кажется, что я остыл к Честеру. Я сам не могу разобраться в себе, но последней каплей для меня было то, что у Чеза там есть какая-то якобы несерьёзная тайна, о которой он не может мне рассказать. В целом наши отношения сейчас нельзя считать доверительными. С одной стороны у Честера какие-то измены, с другой стороны я, соблазнить меня проще простого. Я всегда очень боялся этого осознания, но сейчас я знаю точно: заводить отношения нам обоим, скорее всего, рановато. Люди имеют свойство надоедать друг другу, а так получается, что мы постоянно вместе. Честер ужасно ревнивый, прямо кошмар какой-то. В последнее время это уже переходит все границы. Мне что теперь, ни с кем не общаться больше? Признаться честно, я просто устал. На основе всего произошедшего я могу сделать вывод, что я устал от обязательств.       Судите сами, но у меня впереди, очевидно, трудная жизнь. Закончим мы учёбу, а дальше всё сами. Сразу надо будет начинать работать, поступать учиться, если будет такая возможность. Времени на веселье и свободу уже не будет. Тогда мы все будем обязаны себе сами и это факт. А сейчас быть обязанным кому-то — это какой-то кошмар. Пустое и бессмысленное занятие.       Это раннее утро уже постепенно заливал дождь. Я сижу в столовой вместе с Томом и мы оба молчим, как партизаны. Хотя я знаю, что он точно что-то хочет сказать, и я, если честно, тоже. — Майк? — тихо позвал меня Митчелл. — М? — А что между тобой и Дэйвом? — В смысле? — напряжённо спросил я. — Ну в прямом смысле, вы спите или что? — С чего ты взял? — Майк, мы вроде давно знакомы. Ты до сих пор не понял, что я не слепой? — Не неси херню, Том. — Слушай, я же всё вижу. Вчера в классе, когда ты пришёл с божьей помощью, я сразу понял, в чем дело. Поверь, я сам не раз через это проходил. Более того, Феникс смотрел на тебя таким взглядом, что мне сразу стало всё понятно, — я не знал, что ответить, действительно, всё очевидно, — что ты будешь делать? — В смысле? — повисла тишина. — Майк, ты любишь Честера? — Да. — Как-то странно ты его любишь. Почему вы не вместе сейчас? — Том, послушай… — начал я, но появившийся рядом Дэйв не дал мне договорить: — Доброе утро, — он повалился рядом с Томом, который тут же начал улыбаться, как-то нехорошо улыбаться. — Доброе, доброе, — не снимая улыбку с лица, произнёс Том. — Валим сегодня куда-то или нет? — Да, повезут куда-то на природу, — спокойно сказал я. — Класс.

***

      Сразу после завтрака я вернулся в комнату, Честер уже не спал и собирал вещи. Я понимал, что нужно поговорить, но нужных слов подобрать не смог. Чез тоже не стремился заводить разговор и мы молча собирались в поездку. Всё это похоже на начало конца.       Вообще, я не представляю себе каким образом мы поедем сегодня, погода всё такая же отвратительная, не пройти не проехать, но никто не спрашивает. Сейчас это не самая большая проблема для меня, нужно разобраться с Чезей, так не пойдёт. Даже если и расставание, то уходить по-английски я не хочу.       Спустя полчаса немых сборов мы оба спустились в холл, где нас уже ждали Райан, Амир, Том и Дэйв. Они как-то странно осматривали нас обоих, в целом всё здесь понятно. Мы с Честером встали на приличном расстоянии друг от друга, ребята переглянулись и Амир начал разговор: — Кто-нибудь в курсе, куда едем? — Понятия не имею, — ответил я, — было бы неплохо, если бы мы были где-то не на улице, по крайней мере жили. — А что, можем на улице? — с абсолютным непониманием спросил Дэйв. — Ну уже много раз было, с палатками ездили, — спокойно ответил Том. — Кошмар, сейчас болото с небес льётся, какие палатки? — возмутился Феникс. — Рано ещё паниковать, — сказал Райан, — когда всё скажут, можем начать.       Прошло примерно минут двадцать, всё это время мы возмущались, а позже пришла директор и начала вещать. Около получаса мы слушали правила безопасности и всё остальное, что давно уже знаем. Всё это время я думал только о том кошмаре, что творится у нас с Честером сейчас. Я вообще не знаю, что делать, но чертовски не хочу его терять. Сейчас от него веет каким-то холодом, он как будто не мой.       После длинной лекции мы наконец-то погрузились в автобус. Места распределились так: Амир, Том, Райан и Дэйв сидели на задних сидениях все вместе, а мы с Честером в самом начале салона. На самом деле, это просто ужасно. Я понятия не имею, как начинать разговор сейчас, стоит ли вообще это делать? Молчать не получится. Сейчас нас окружает суета, Честер копается в каком-то рюкзаке, я сижу рядом и пытаюсь сложить пазл из мыслей в голове, дабы не озвучить сейчас какой-то бред. Я принял решение, что надо дождаться того момента, когда мы поедем, все усядутся, и я смогу поговорить с Чезом нормально. Последними в салон заходят завуч и учитель геометрии с вопросом «все услелись?». После этого водитель закрывает дверь, и мы наконец сдвинулись с места. — Чез, — позвал я, так и не сложив в голове, о чём собираюсь говорить. — Что? — не поднимая головы, спросил Честер. — Нам нужно поговорить, не получится отмалчиваться. — О чём поговорить? — Действительно, — разговор не клеился с обеих сторон, я решил спросить прямо, — Чез, ты меня любишь? — в ответ лишь молчание. Я посмотрел на Честера, он помотал головой и начал: — Майк, я не знаю. С тобой вечно что-то не так, какие-то тайны, какие-то неизвестные друзья, необъяснимые обиды, какая-то агрессия, я уже просто боюсь тебя. Это невозможно. — Что невозможно? — я впервые ощутил этот ком в горле, знаете, когда вот-вот заплачешь. Было как-то непонятно. — Быть с тобой, Майк. Я долго пытался доказать себе, что всё нормально, но ничего не нормально. Я чувствую себя предметом, которым можно пользоваться, а потом выбросить. Я тебе как забава по настроению. К большому сожалению, наши нормальные отношения постепенно становятся каким-то кошмаром. — Чез, — выдохнул я, а Честер посмотрел на меня отнюдь не расстроенным взглядом, — я люблю тебя, — Беннингтон как-то странно улыбнулся, — а ты? — Кажется, нет. — Понятно, — я выдохнул и поднялся с места, направился в конец салона. — Майк, — позвал меня Амир, — поссорились? — Как бы да, — спокойно ответил я. — Давай местами махнёмся? — предложил Амир и, не дожидаясь моего ответа, направился на моё «бывшее» место, я же устроился на месте Амира. — Что случилось? — тихо спросил Том. — Видимо, нашим отношениям с Честером хана. — В смысле? — В смысле он сказал, что не любит меня. Мне кажется, здесь всё понятно. — Майк, извини, конечно, но ты ведь сам в этом виноват. — Я понял уже, но жаль, что поздно. — А может не поздно? — А на что я могу надеяться? — Ну Чезя очень эмоциональный и вспыльчивый, я думаю, что он погорячился. — Что-то сильно я в этом сомневаюсь, — выдохнул я, — ё* твою мать, — выпалил я после того, как автобус резко остановился и пошатнулся весь салон. — А чё происходит? — растерянно спросил Том, все начали шуметь. Так продолжалось ещё минут 5, двери автобуса открылись, вышли два преподавателя, постепенно в салоне становилось всё тише и тише, водитель тоже покинул нас. — Чё не едем? — громко спросил Амир. Ответа не последовало, — давайте быстрее, пожалуйста, мне очень надо по-маленькому, — ну Амир как всегда. Наконец-то в автобусе появляется завуч: — Ребята, к сожалению, мы не сможем продолжить движение дальше, поэтому сейчас нужно разобрать свои вещи, мы дойдем до ближайшей оживленной трассы пешком и вернёмся в школу, — странно, но никаких возмущений не было. Все спокойно вышли из автобуса, без спешки разобрали вещи и последовали за преподавателями.       Почти всю дорогу мы шли молча, изредка перекидываясь с Томом словами, я шёл в самом начале импровизированного строя. Дошли до трассы мы достаточно быстро, но стоять пришлось долго. Я очень устал, начался дождь, первое о чём я подумал — Честер, который сейчас может промокнуть, я рванул к нему, не успел ничего сделать, ничего сказать, как он выдал мне: — Отстань и больше никогда меня не трогай, — Чезя, как смог, отодвинул меня от себя и отошёл подальше. Очень давно мне не было так больно. Я молча вернулся на свое место.       Наконец-то подошёл пустой автобус каких-то очень больших размеров. Мы все погрузились в этот автобус, пока учителя решали вопрос с оплатой, мы расселись по местам. Я занял место в самом конце салона. Ехать нам далеко, хотя бы отдохнем. Я сложил мокрую куртку под голову и моментально уснул.       Снов я не видел все эти три часа, дождь стучал по стеклу, все что-то там шуршали, разговаривали, один я в отключке. Разбудил меня Том, который аккуратным движением руки расшевелил меня: — Майкуш, мы приехали. — Я открыл глаза, моментально пришел в себя, взял вещи и мы вышли из автобуса. Надо отметить, что остановился автобус далеко не рядом со школой. Мы выстроились перед преподами, автобус отъехал. Началась перекличка, которую я почти не слушал, среагировал только на свою фамилию. — Фарелл, Шак, здесь, вижу, а где Беннингтон? — поднимая не нас глаза спросила завуч, — где Честер? — я будто очнулся, осмотрелся, Чеза нет. — Спокойно, — учитель математики берёт всё под свой контроль, — возвращаемся в школу. — В смысле в школу? — громко спросил я, — где Честер? Где мой Честер?! Я не собираюсь возвращаться в школу, — я срывался на крик, — Райан спешно схватил меня, в это время завуч что-то пыталась объяснить.       Я не помню, как мы дошли до школы. Райан и Дэйв кое-как оттащили меня с остановки, а потом я уже шёл сам, осознавая, что от меня ничего не зависит. Как только мы вернулись в школу, Том пошёл вместе со мной ко мне в комнату, позже мне вызывали врача с каким-то успокоительным, после чего я вырубился и спал до утра.       На утро я уже мало что помнил и, но отсутствие Честера сразу освежило у меня в памяти определенные моменты. Подниматься с кровати я не хотел, мне было страшно от одного осознания, что сейчас всё будет по-другому. Поиски Чеза должны начаться уже сегодня, я всё ещё свято верю в то, что он вернётся.       В этот день я всего пару раз под принуждением друзей поднялся с кровати, есть мне не хотелось вовсе, хотелось просто рыдать весь день, что я и делал. Много кто пытался мне помочь, как-то подбодрить меня, но мне просто нужно, чтобы мой Честер был рядом. Я был не прав, он мне очень нужен, я очень сильно его люблю.

Прошло 7 дней       Этот период жизни стал для меня, наверное, самым ужасным. Уже больше недели моего Честера нет со мной рядом. Я понятия не имею, где он, никто не знает. Сейчас я просто не живу. Описывать этот период жизни… Как? Мои вечные страдания и чувство вины, которое никогда не покинет меня. Хотя, если честно, мне кажется, что Честер ушёл куда-то, где его ждут, ушёл от меня. Всё это неправильно, но я осознал слишком поздно. Уже совсем не то время, когда можно было бы говорить о том, что что-то реально исправить. Сейчас мне просто нужно продолжить жить дальше.       Я живу стандартной жизнью. Мои самые близкие друзья стараются проводить больше времени со мной, но я больше предпочитаю одиночество. Мне тяжело, очень тяжело, но ничего уже нельзя изменить.       Сегодня тот самый очередной день, который нужно просто пережить, сейчас я уже начал это делать, я чувствую себя совсем по-другому сейчас. Нет уже этих переживаний, нет бесконечных слёз. Я со всем смирился, но чувствовал бы себя ещё спокойнее, если бы знал, что с Честером всё хорошо.       В это утро я просто сидел в комнате и пытался успокоиться, в очередной раз необъяснимое чувство тревожности меня посетило. Сегодня у нас начались каникулы, это вообще ужасно. Так у меня получалось отключаться хотя бы на учебе, а сейчас я только и думаю о том, как мне теперь жить. Я решил, что пора это прекращать. Встал с места и направился к двери, хотел пойти умыться. На пороге я столкнулся с Амиром: — Майк, срочно, — я ещё не отошёл от состояния жёсткого испуга, вызванного неожиданным появлением Дерака, — там Честер. — Что? Какой Честер? — я абсолютно ничего не понимал, говорил тихо и неразборчиво. — Твой Честер, притащился откуда-то, я ничего не понял. Короче, пойдём быстрее.       Амир помчался на бешеной скорости вниз, я не торопясь передвигался следом. Ко мне пришло какое-то странное чувство, будто обида на Честера. Нагулялся где-то и пришел, ну зашибись. Настроен я, в общем-то, был не очень. Хотя, с другой стороны, я всё ещё переживал за Чеза. Как бы там ни было, он вовсе не чужой мне человек.       Когда мы с Амиром спустились вниз, я увидел сидящего на диванчике в холле Честера, а вокруг него небольшая толпа учеников и учителей. Выглядел Честер, мягко говоря, плохо. Какой-то как-будто побитый, замученный, одет чёрт знает как. В общем, эта картина заставила меня знатно запереживать. Я всё ещё старался подавать вид, будто мне всё равно и пристроился где-то в стороне. Тогда я смог толково оценить состояние Честера. Он не говорил практически ничего, смотрел куда-то в пол и не менялся в лице, это очень похоже на шоковое состояние. Всё присутствующие вокруг него пытались как-то растормошить, как-то вытянуть хоть пару слов, но Честер будто бы не мог, но хотел говорить. Тысячу просьб рассказать, что было я услышал, но ни на одну Чез не среагировал. Не будем исключать, что он под чем-то. Сейчас я даже приблизительно не могу сложить в голове своё нынешнее отношение к Честеру. Странно как-то.       Ещё пару минут я просто наблюдал за происходящим, Чез будто приходил в себя. Стал чаще моргать и поднял голову, он осмотрелся и увидел меня. — Майк, — тихо позвал меня Чез, в сердце что-то кольнуло. Всё присутствующие посмотрели в мою сторону, а Чезя не сводил с меня глаз. Я медленно зашагал к Чезу, все всё поняли и расступились. — Чё вы тут собрались стадом? На нервы действуете человеку, давайте отсюда, — любезно проводил любопытных учеников Амир, и круг наблюдателей сузился. — Честер, ты нормально себя чувствуешь? Ничего не болит? — спросила директор, в ответ на что Чез отрицательно помотал головой, — хорошо, тогда мы, пожалуй, оставим вас на едине, Майк, позже зайдешь ко мне, — я кивнул, после чего все разошлись. — Чезюш, — трепетно позвал я, сидя перед Чезом на корточках, — где ты был? — в глазах Чеза появились слёзы, на самом деле, это неплохой признак, он выдает хотя бы какие-то эмоции, — ну чего ты? — поглаживая по голове Чезю, тихо спросил я, — не хочешь говорить об этом сейчас? — Чез кивнул головой. Я понял, что лучше мы поговорим об этом тогда, когда он хотя бы немного придёт в себя, — давай поднимемся в комнату? Сможешь сам идти? — Беннингтон моргнул несколько раз в знак одобрения, я взял его потрёпанный рюкзачок, подал ему руки и потом помог подняться, — ну пойдем, — на выдохе произнёс я, и мы молча пошли в комнату.       Сразу как мы дошли до своей комнаты, я закрыл дверь, и усадил Чеза на кровать, после чего пристроился рядом с ним. — Чез, молчать бесконечно не получится, скажи, с тобой всё в порядке сейчас? Тебе плохо или что? Что с тобой? — Всё в порядке, — заикаясь произнёс Честер. — Я вижу, — отвернулся я, когда понял, что от Чези сейчас не дождаться нормальных ответов, — ничего серьезного? Это может подождать, или лучше поговорит об этом сейчас? — так же ровно продолжил я — Я успокоюсь и расскажу тебе, наверное, — Чез посмотрел на меня блестящими уставшими глазками, в которых было так много боли, что мне хотелось рыдать вместе с ним. Я обнял Чезюшу так, как это было всегда, до тех пор пока мы не сдурели. Всё-таки мы очень сильно нужны друг другу. — Горе ты моё луковое, — выдохнул я, — тебе нужно сходить в душ и переодеться, вид совсем не бодрый. — Угу, — выдавил Чез, я всё ещё не отпускал его из объятий, — Майкуш, — он поднял на меня глаза. — М? — Прости меня, я очень сильно тебя люблю, — Честер как смог обхватил мою шею ручками, а я усадил его к себе на колени. — Я тоже тебя очень сильно люблю, мой хороший, не переживай, всё в порядке, — ощущал я что-то непонятное. Как-то вроде бы и проснулись во мне те самые чувства, а вроде и нет. Нужно подумать, хотя бы минут 15.

***

— Чезюша, как же хорошо, что ты снова рядом со мной, — поглаживая по волосам Чеза, спокойно говорил я, — я так переживал за тебя, мой хороший, мне очень тебя не хватало. — Майк, ты очень повзрослел. У тебя ужасные синяки под глазами, у тебя дрожат руки, ты так сильно переживал? — Конечно, солнышко, я ни дня не прожил спокойно за это время. Я клянусь тебе, все теперь будет по-другому. Я буду тебя любить как в самом начале отношений, я всегда буду с тобой, мы больше никогда не будем ссориться, — из моих глаз уже льются слёзы, как же я был не прав тогда, — просто пообещай больше так не делать, пожалуйста. — Обещаю, Майки, не плачь, — Чез вытирал слёзы с моего лица, — у нас теперь всё будет хорошо. Знаешь, Майк, я думаю, что нам нужна была эта пауза, сейчас всё будет по-новому. Всё будет хорошо, — Честер обнял меня за шею, я впервые за последнее время почувствовал себя таким спокойным и счастливым. Как же с ним тепло. Он такой родной, такой любимый, такой мой. — Я очень сильно люблю тебя, Чезюшка. — И я тебя, — Чез держал мою голову обеими руками и поглаживал по волосам, а я улыбался как идиот, осознавая то, что я дождался, дождался того, о чём так мечтал. — Тук-тук, вы не ждали нас, а мы припёрлися, — на пороге появляются Амир, Том и Райан с кучей какой-то хавки и напитков, кстати, отныне мы не пьём. — Ну почему же не ждали? — улыбнулся Чез, и мы по-человечески устроились на кровати. Ребята повалились кто куда, а я пошел добывать стаканы на всех, — а где Дэйв? — Спит уже, он там накурился чего-то вечером, — ответил Райан. — С ним всё в порядке? — с каким-то трепетом спросил Чез. — Да, всё хорошо. — Ну как ты Чез, отходняк случился? — спросил Амир. — Ну такое, — протянул Чезя. — Теперь ты в целости и сохранности, как самый молодой член коллектива, — улыбнулся Том. — Пф, ну да, в целости и сохранности в руках педофила, — усмехнулся Райан. — В смысле? — спросил я, совершенно ничего не понимая. — Хах, действительно, Майк, ты еб*шь человека, который тебя на три года младше, — ответил Амир, а я так ничего и не понял. — Стоп. Что? — кажется, до меня дошло, что происходит.