Любовь сильнее насилия.

Антон сидел на кровати и смотрел на фотографии Арсения. Прошло всего два дня с того момента, когда Шаст узнал, что встретиться с Арсением, а его уже пробивало на слезы. Слёзы скатывались с его щек, истерика была на столько сильной, что руки разбивались в кровь, когда он бил костяшками по холодной, бетонной стене, да и голос начинал хрипнуть от криков. Антону было больно, потому что он не мог ждать. Ему хотелось как можно скорее увидеть этого убийцу, узнать больше информации о нем. Хотелось как — то поддержать, ибо он прекрасно понимал, что судьба его полностью загнала в тупик, раз он убивал. — Да, он убивал людей, но его можно понять. Наверное. Во всём виноваты люди, общество, да в конце концов его окружение, они же убивали в Арсении человека, загоняли в тупик и догоняли до крайности, а потом он начал убивать их. Это очевидно. Но я понимаю его, ведь он не виноват в том, что многие люди жестоки. Философские мысли этого серийного убийцы великолепны и в них хочется вслушиваться. Господи, я наверное схожу с ума, но хочу поскорее бы с ним уже поговорить., — сказал вслух Антон, смотря на фотографии Попова. Это было похоже на мысли шизофреника, но он не сходил с ума. Так, мысли вслух. Его губы, тело, глаза, ключицы.Это всё манило Шаста к Арсению.И вдруг в дверь постучали. Антон встал с кровати и поплелся к двери. Открывая дверь, Шастун нервно закусил губу, видя на пороге Диму. — Привет, Поз., — произнёс Антон, открыв ему дверь и пустив к себе, делая несколько шагов назад. — Привет, Шаст., — продолжил диалог Дима, попутно снимая с себя куртенку и обувь, прислонившись спиной к закрытой двери. — Ты же в курсе того, куда мы отправляемся на практику? , — спросил его Шастун, чуть вскидывая бровями и следя за всеми действиями друга. — Конечно. В тюрьму. Слышал, что тебе попался Арсений Попов, вчера читал про него. Он очень красивый, даже не подумал бы, что на руках Арсения много невинных жертв., — дал ответ на вопрос Позов, чуть поправляя воротник рубашки.  — Да, этот Попов чёрт возьми прекрасен. Выглядит так превосходно, так и манит, чертов психопат. Да и знаешь, мне кажется, что ты неправ. Он не мог просто взять и убить не за что, всему есть логическое объяснение и этому скорее всего тоже., — произнёс Антон, его глаза были влюблёнными. — Тааак, Шастун, только не говори, что ты влюбился в него. Ты же не гомосексуалист, даже не бисексуал. Если это действительно правда, то ты идиот и я с этого дня боюсь с тобой общаться. Слышал я, что люди, которые влюблены в серийных убийц, часто душевно больные и совершают аналогичные преступления. Например, помнишь преподаватель по факультативу говорил, что, Шапочник или же Ленин, проще говоря серийный убийца Владимир Муханкин был одним из последователей Сатаны, попросту говоря Андрея Чикатило. Шапочник был более жестокий, но убил, к счастью, меньше людей. Боюсь я за тебя Шаст, вдруг ты станешь серийником И будешь убивать невинных людей и куда больше и жёстче, чем Арсений. Хотя больше боюсь, что я буду твоей первой жертвой., — произнес на одном дыхании Поз и поджав губы, сделал шаг назад.  — Я не собираюсь убивать, если ты забыл, то у меня гемофобия. Даже от маленькой капли крови меня начинает трясти. Помнишь практику лета 2016 года? Практика на местах преступлений. Убийство женщины, но зачем — то убийца оставил в живых её ребёнка.И там было так много крови, что меня привели в чувства не сразу, через час так точно. Арсения я дождусь из тюрьмы и мы начнём новую жизнь, уедем в другую страну и будем счастливы.Если он не захочет быть со мной, то всё ровно, я буду любить этого психа. Никогда не было такого чувства, влюблялся много раз, но в парня никогда, что довольно странно, ибо я давно начал сомневаться в своей ориентации., — эти слова слетели с уст светловолосого очень быстро и он практически не дышал, стараясь не запинаться и произнести каждую букву четче, что выходило не самым лучшем образом., — на эти слова Позов промолчал, а ребята пошли пить чай и говорить обо всём, чаще всего о предстоящей практике и того, что будет в дальнейшем.