Катастрофа с рыжей шевелюрой: Начало.

      Над неспокойным нынче Сейрейтеем поднималось Солнце, знаменуя начало нового дня. Но даже в столь ранний час были те, кто не мог позволить себе такую роскошь, как время на сон. Одним из таких людей была Шихоин Йоруичи, сидящая на одном из утёсов холма Сокёку. Женщина задумчиво смотрела вдаль и размышляла вслух: — Солнце уже встаёт… Прошло полтора дня…— пробормотала Шихоин самой себе. — Ичиго растёт прямо на глазах, невообразимо быстро для шинигами. Но улучшается лишь техника боя. Его духовная сила остаётся прежней. Сможет ли он достичь банкая за оставшееся время? Я буду наблюдать ещё день. Если рейрёку Ичиго не изменится, придётся пойти на риск… Тем временем в пещере.       Ичиго заканчивал набор упражнений заданных Йоруичи и одним движением вскочил на ноги, вытирая лоб от пота. — Ну, всё! Разминка окончена, — Ичиго оглянулся. — А где Йоруичи? Пора бы уже начать тренировку. Ещё пару часов спустя.       Ичиго продолжал сражаться с Зангетсу, уже почти не уступая ему. Йоруичи наблюдала со стороны. У неё было предчувствие, что должно случиться что-то плохое. Действительно, будто вторя её мыслям, кто-то ворвался в пещеру с эффектным взрывом. Ичиго не мог не узнать эту реацу. То был Абараи Ренджи - лейтенант шестого отряда, тот человек с которым Куросаки не так давно сражался за право спасти Рукию. — Ты тут что забыл? Это что, истинная форма твоего занпакто? — именно так встретил этот наглый шинигами если не друзей, то уж точно временных союзников, увидев тренировку Ичиго. — А, ясно. Банкай отрабатываешь? Я, пожалуй, тоже присоединюсь. — Ренджи… — хотел начать Куросаки но был перебит. — «Что ты здесь делаешь?» Это всё, что ты хочешь спросить? — спросил его Абараи. — Причина проста — у нас осталось мало времени. — О чём это ты говоришь? — удивился Ичиго — Ладно, я скажу тебе, — с видом, будто теперь Куросаки будет ему по гроб жизни обязан, ответил Ренджи. — Казнь Рукии снова перенесли. Она состоится завтра в полдень. Как мне ни неприятно это признавать, сейчас я недостаточно силён, чтобы спасти Рукию. Поэтому я пришёл тренироваться. Так что, я начну, ладно? — Завтра в полдень… Это плохо! Нельзя достигнуть банкай за… — Йоруичи перебил треск металла. То был очередной меч Ичиго, но на этот раз он сломался не от ударов воплощения его занпакто, а от того, что Ичиго ударил его ладонью, раскрошив клинок до рукояти. — Ты сама предложила тренироваться по этому методу, и не должна сдаваться первой! — Ичиго выбросил ставшую бесполезной рукоять меча. — Но, Ичиго! Если ты не достигнешь банкая до завтра… — хотела что-то сказать Йоруичи, но Ичиго вновь перебил её. — Я уже говорил - мы не можем тратить время на «что если?» — решительно заявил Куросаки. — Казнь состоится завтра в полдень. Это значит, что я достигну банкая до завтра!,       Этими словами он вызвал одобрение своего занпакто., отчего тот начал с удвоенной прытью гонять своего хозяина. До казни 12 часов.       Ренджи уже закончил тренировку и убрал катану в ножны. — Именно за этим я и пришёл, — сказав это, Абараи развернулся на пятках и побрёл к выходу, на мгновение остановившись рядом с Йоруичи. — Шихоин Йоруичи, он вправду сможет сделать это? — Не беспокойся… — Шихоин сосредоточенно смотрела на своего Ученика. — Я не волнуюсь за него. — Ты не поняла, я не спрашиваю умрёт он или что, — продолжил Ренджи. — Он уже достиг предела. Я спрашиваю, действительно ли он сможет достичь банкая? — Кто знает… — Вернёмся к делу, Ичиго. Ещё раз! — рявкнул Зангетсу хором. Он, если так можно выразиться, «размножился». Одиннадцать его клонов окружили Ичиго, готовясь к атаке. Сам Ичиго весь был в своей крови и поте. — Прежде, чем мы начнём, хочу предупредить тебя. Я не буду жалеть тебя, так что не тяни время, бессмысленно убегая! — Я не дам тебе и шанса относиться ко мне снисходительно! — выкрикнул в ответ Ичиго, изобразив фирменный оскал Зараки. — Ренджи… — окликнула Йоруичи уходящего шинигами. — Ты помнишь, как сделал свой первый шаг? — Что? — удивился Абараи странному вопросу. — Естественно, нет. Как я могу помнить что-то такое? — Значит ты сделал это неосознанно. Раз так, то как ты вообще научился ходить? — продолжила мысль Шихоин. — Человек с рождения знает, как ходить, птицы - как летать, а рыбы - как плавать. Это - инстинкт! Из-за того, что они знают о своей силе лишь на уровне инстинкта, он не могут овладеть ей прежде, чем придёт время для этого. Это решительное выражение лица Ичиго напоминает мне об инстинктах. Думаю, он уже инстинктивно понял, что сможет достичь этой силы. И поэтому я верю, что он сможет достичь банкая! До казни рукии 0 часов.       На холме Сокёку практически собрались все капитаны и их лейтенанты, а также члены кидо-отряда. До казни оставались считанные минуты. Атмосфера была максимально напряжённой, как и подобает подобному событию.       Кучики Рукия уже была подготовлена к процессу. Её связали кидо и подняли на уровень перекладины эшафота. — Кучики Рукия, — древний старик - главнокомандующий Готей 13 и руководитель казни - обратился к наказуемой. — У тебя есть последняя просьба? — Да, только одна, — Рукия потупила взгляд. — Когда всё закончится, отпустите моих друзей домой… — Да будет так, — подтвердил старик, но все прекрасно понимали, что он солгал. Это попросту было невозможно. — Начинайте! Снимите печать с Сокёку!       Шинигами с закрытыми лицами окружили копьё и начали читать только им известное заклинание. Канаты, опутывающие древний занпакто, лопнули и начали опадать с древка. Рукия всё ещё "висела" на эшафоте на манер распятия. Потоки реацу, принявшие форму пламени, начали окутывать огромное копьё. Оно взлетело и остановилось напротив Рукии, приняв внешность исполинской птицы-феникса. — Я прожила свою жизнь… Я встретилась с Ренджи… Была принята братом… Была под руководством Кайена… А ещё… Ичиго хотел спасти меня… — По щеке Рукии скатилась одинокая слезинка, но сразу же испарилась от жара, и Кучики зажмурилась . — Спасибо вам… И прощайте…       Феникс отлетел назад и начал набирать разгон, намереваясь пройти сквозь жертву, спалив её дотла. Огненная фигура накрыла эшафот, закрывая вид на Рукию. Но что-то пошло не так. Сокёку замер, не в силах протолкнуться вперёд. Кучики удивилась, что перестала чувствовать жар. Но подняв взгляд, она увидела не птицу, а его… — Йо, — Ичиго в плаще стоял прямо на воздухе, одной рукой, небрежно сдерживая всю мощь Сокёку. — И-Ичиго! — воскликнула Рукия. — Идиот, зачем ты вернулся?! — Чего? — Удивился Ичиго. — Ты знаешь «чего»! Тебе не одолеть моего брата, тебя убьют! Возвращайся домой! Кретин! — отчитывала Куросаки внезапно оживившаяся Рукия.       Тем временем большинство капитанов впало в прострацию от того, что какой-то риока смог остановить Сокёку, равный по мощи миллиону занпакто, с помощью всего одного меча. Бьякуя в кои-то веки выразил удивление. А феникс отлетел, собираясь нанести новый, более мощный удар, однако Ичиго и не думал отступать, приготовившись биться лицом к ли... хм, морде с древним занпакто.       Но этому не суждено было случиться. Шею птицы опутали веревки, отправленные в полёт капитаном тринадцатого отряда, Укитакэ Джууширо. Перекинувшись парой фраз, Кьёраку и Укитакэ вонзили свои мечи в щит с эмблемой Шихоин. Разряд реацу побежал по кантам, и через мгновение феникс пропал, рассыпавшись искрами, а на землю упало копьё с переломленным древком. Ичиго сначала удивился, но потом запрыгнул на эшафот, дивясь такому удобному исходу событий. — Ичиго, ты что задумал? — обескураженно спросила Рукия. Ичиго ухватился за бинты, свисающие с Зангетсу и начал раскручивать его. — А что, не видно? — оскалился Куросаки. — Конечно же, я хочу уничтожить эту штуку. Смотри внимательно!       Ичиго поймал рукоять занпакто и с силой вонзил его в эшафот. Через мгновение от него остались лишь два обломанных дымящихся столба, устремляющихся в небо. Ичиго стоял на воздухе, закинув Зангетсу на плечо, держа Рукию на весу на руке, устремив взгляд прямо на Бьякую.       Внизу послышались звуки борьбы. То был Ренджи, раскидывающий солдат кидо-отряда. Ичиго заметил это и рванул вниз. Он оказался рядом с Абараи и передал Рукию ему. Тот, недолго думая, ринулся куда подальше. Наперерез ему направились лейтенанты первого, второго и четвёртого отрядов.       Ичиго возник перед ними, те в ответ высвободили шикаи. Куросаки подбросил Зангетсу в воздух и ударил двумя руками вперёд на манер Рокуогана*, разламывая булаву Омаэды, а потом резко развёл руки в стороны, нанося удар по мечам остальных шинигами. Шпага Сасакибе прогнулась, отчего удар Ичиго пришёлся ровно в шею, вырубая его, а меч Исане повторил судьбу Гегецубури, превращаясь в стальную крошку. Лейтенанты рухнули без сознания, а Куросаки пафосно поймал Зангетсу, вытянув руку вверх.       Но долго в такой позе он не простоял. Бьякуя помешал ему, нанеся удар в спину, который, впрочем, был с лёгкостью заблокирован. — Я же сказал тебе, что вижу каждое твое движение, Кучики Бьякуя! — выкрикнул Ичиго. — Почему ты раз за разом пытаешься спасти Рукию? — недоумевал Бьякуя — Я тоже спрошу тебя, ты ведь её брат, почему ты НЕ пытаешься спасти Рукию!? — прокричал Куросаки свой ответ. — Какой бессмысленный вопрос… Я бы объяснил тебе, но глупцам вроде тебя никогда не понять причины. Однако сейчас не время для вопросов и ответов. — соперники отпрыгнули друг от друга. — Сейчас передо мной лишь один путь. Я убью тебя, Куросаки Ичиго, а потом казню Рукию собственными руками. — Да кто ж тебе позволит это сделать? — оскалился Куросаки. — Уж точно не я!       Ичиго скинул плащ Шихоин и рванул в шунпо на встречу Бьякуе, скрещивая с ним мечи. Тем временем Йоруичи утащила Сой Фон в неизвестном направлении, а Укитакэ и Кьёраку, выманив Генрюсая, скрылись, направляясь далеко за Руконгай. Теперь ничто не помешает бою двух противоречащих мужчин.       Бойцы обменивались ударами, пытаясь задеть друг-друга. На стороне Ичиго были грубая сила и больший объём реацу, а на стороне Бьякуи — скорость и мастерство. От очередного удара Куросаки подлетел в воздух и решил использовать это. Оттолкнувшись от воздуха, он закрутился волчком, нанося огромной силы удар, чем создал кратер под ногами Кучики и подбросил обломки камней в воздух. Образовавшаяся воронка впечатлила капитана своими размерами, но Бьякуя сдержал удар и отпрыгнул. — Занятно… Ты мог бы мастерски освоить шунпо, однако… — начал Бьякуя, но был перебит. — Ты действительно так легко к этому относишься? Ты понял природу моей силы, разве ты не хочешь закончить на этом? Ты вообще собираешься нападать!? — Ичиго закинул Зангетсу на плечо. — Ты на мне даже царапины не оставил. Разве это всё, на что ты способен? Поторопись использовать банкай! Ты сказал, что пришёл убить меня и казнить Рукию… Да хрена с два! Я сделаю всё чтобы остановить тебя! Казнить собственную сестру… Глупая шутка! Никогда не смей говорить такого в лицо Рукии! Используй банкай! Я его уничтожу, а потом притащу тебя к Рукии и заставлю молить о прощении! — Что за недалёкие насмешки, малец? Что бы ты не сказал, я не оставлю своих убеждений ни о судьбе Рукии, ни о твоей, — ответил Бьякуя. — Ты надеешься увидеть мой банкай? Даже через сотню лет ты не будешь достоин умереть от него. Цвети, Сенбонзакура!       Сотни лепестков полетели в сторону Ичиго, дабы ранить его, но тот лишь занёс меч для вертикального удара. Куросаки с силой опустил меч. С острия вырвался поток реацу, рассекающий всё на своём пути. Он же чуть не уполовинил Бьякую, но прошёл немного левее, задевая только руку. Левый рукав его хаори оказался разодран в клочья, а через весь холм прошла огромная расщелина, едва не отрубившая свисающую часть холма. — Что это за вспышка? Это - сила твоего занпакто, Куросаки Ичиго? — скрывая удивление спросил Бьякуя. — Да. В момент удара, он поглощает мою реацу, а потом выпускает концентрированную энергию через острие моего меча, — объяснил Ичиго, приняв боевую стойку. — Эта энергия увеличивает силу атаки и сметает всё на своём пути. Вот в чём сила моего Зангетсу! Эта техника называется "Гетсуга Теншо". Я скажу ещё раз: используй банкай, и я смету его точно так же! — Клык, разрывающий небеса… Какое высокомерное имя, — проговорил Бьякуя. — Раз ты так жаждешь увидеть мой банкай, то так тому и быть. Смотри внимательно, Куросаки Ичиго, ведь прежде, чем ты что-то предпримешь, ты, безусловно, обратишься в пыль.       Кучики перевернул катану, взяв её обратным хватом, и отпустил её. Однако, вместо того, чтобы вонзиться в землю, клинок погрузился в неё, как в воду, и исчез, а через мгновение за спиной Бьякуи показался коридор из сотен огромных лезвий. — Банкай. Сенбонзакура Кагеоши.       Все эти лезвия рассыпались сотнями тысяч лепестков сакуры. Завораживающее и ужасающее зрелище, ведь каждый из этих лепестков был острейшим лезвием. Все они, будто ведомые ураганным ветром, на огромной скорости устремились к Ичиго. Он подпрыгнул и попытался развеять поток Гетсугой, но техника ударилась о стену из лепестков, а сами они ударили по Куросаки с двух сторон, нанося множество неглубоких, но сильно кровоточащих и болезненных ран. Ичиго упал на землю, а лепестки развеялись. — Сила Сенбонзакуры заключается в способности атаковать несчётным количеством лезвий со всех сторон, — хвастаясь проговорил Кучики. — Твоя сила велика, но с такой медленной техникой, тебе не одолеть меня. — Чёрт, думал у меня получится… — Ичиго приподнялся на руках. — Но нет. Надо было догадаться, что с одним шикаем против банкая не выстоять. Я тебя недооценил… — Выбирай слова, мальчишка, — перебил Бьякуя. — Звучит так, будто ты уже достиг банкая… — Ну да… — Ичиго поднял голову, показывая фирменный оскал Зараки. — Именно это я и имел в виду, Кучики Бьякуя! — Что ты сказал?.. — Я сказал, что я уже достиг банкая, — Ичиго встал занося меч за спину. — Если не хочешь верить ушам, может, постоишь и посмотришь?       Куросаки начал выделять огромное количество реацу, которая порвала на нём остатки рукава косодэ, бинты и укрепляющие повязки Йоруичи. Они сделали своё дело, защитив его от первого удара Сенбонзакуры. Ичиго окутало золотое свечение, и как только он вытянул меч вперёд, лента, свисавшая с рукояти, начала змеёй обматываться вокруг руки Куросаки. —Бан… Кай! — с кончика лезвия сорвался огромный поток чёрной с багровой каймой реацу, а в небо ударил столб энергии. Поднялась пыль, но почти сразу она закрутилась в спираль вокруг Ичиго и развеялась от импульса его реацу. — Тенса Зангетсу… — Что это такое? — шокировано спросил Бьякуя.       Перед ним предстал Ичиго в совершенно новом обличии. Вместо потрёпанного косодэ, на нём был длиннополый плащ, с разорванными краями. Огромный тесак сменился элегантной катаной цвета воронова крыла с короткой цепью, свисающей с рукояти. — Так это и есть твой банкай? Ясно. Похоже, тебе нравится втаптывать в грязь нашу гордость, — за спиной Бьякуи собралось множество лепестков Сенбонзакуры. — Тогда ты на своей шкуре понесёшь наказание за её осквернение…       Не успел Кучики договорить, как Ичиго уже стоял перед ним, приставив катану к его шее и слегка оцарапав кожу. — А сделать хоть что-нибудь ради спасения Рукии тебе тоже «гордость» не позволяла? — едко прокомментировал Куросаки. — Тогда я действительно оскверню твою гордость, ведь ради этого я и пришёл! — Почему ты убрал меч от моего горла? — с почти минутной задержкой спросил Бьякуя. — Этим ты показал свою заносчивость? Многих подобное приводило к гибели, не ты первый, не ты последний. Я скажу ещё раз: то, что ты держишь в руках, не может быть банкаем. Такой маленький клинок не может быть банкаем… Риока вроде тебя не может достичь банкая. Зря ты не перерезал мне горло, пока у тебя была такая возможность. Чудеса случаются лишь однажды.       В Ичиго тут же полетел поток лезвий, но тот ловко увернулся, сделав обратное сальто, а затем рванул на огромной скорости к Бьякуе, занося меч. Кучики успел выставить стену из лепестков и контратаковать, но Куросаки оттолкнулся прямо от лезвий и возник за спиной Бьякуи. Тут же туда ударил новый поток, от которого Ичиго так же увернулся. Он приземлился на правую ногу, развернулся на ней, а потом, к огромному удивлению Бьякуи, его окружила дюжина клонов парня. — Что, слишком быстро для тебя, Бьякуя? — проревел хор голосов, прерываемый хлопками шунпо. — А ведь, я могу двигаться ещё быстрее! — Не зазнавайся, малец, — Кучики развёл руки в стороны, отчего ускорившиеся лепестки, накрыли всю площадь вокруг капитана, что заставило Куросаки подпрыгнуть вверх. Тут же лепестки захлопнулись в сферу, устремившись к Ичиго со всех сторон. — Тебе не увернуться от этого!       Но парень, казалось, и не думал уходить. Он замахнулся, а через мгновение его рука смазалась, и всё пространство вокруг него покрылось изображениями клинков, отбивающих лепестки. Меньше чем за секунду Ичиго отбил их все, подтвердив слова о собственной скорости, которые отнюдь не были хвастовством. Лепестки опали на землю. — Невозможно! — воскликнул Бьякуя. — Как кто-то вроде тебя может быть так быстр?! — Ты сказал, что чудеса случаются лишь однажды… — проговорил Ичиго. — Ты прав. Но мне не нужны чудеса, чтобы одолеть тебя, Кучики Бьякуя!       Куросаки возник за спиной Бьякуи, но тот не призвал лепестки, а поймал клинок Зенгетсу рукой. — Смотри внимательнее, Куросаки Ичиго — проговорил капитан, успокоившись и отпуская лезвие меча. — Вот он, облик, которому не страшна никакая броня, и у которого лишь одна цель - полное уничтожение врага. Узри истинный облик Сенбонзакуры. Сенкей Сенбонзакура Кагеоши!       Соперников накрыла темнота, а в воздухе вокруг них зависла сотня клинков, отливавших розовым свечением, цвета лепестков сакуры. Эта картина вызвала подсознательный трепет у Ичиго, ведь меч отразить сложнее, чем маленькое лезвие. — Не волнуйся, эта сотня мечей не нападёт на тебя разом. Я поклялся, что Сенкей увидят лишь те, кого я захочу убить собственной рукой, — «успокоил» Бьякуя, призывая один из мечей, скользнувший ему в руку. — Ты второй человек, кто его видит. — Я польщён, — ухмыльнулся Ичиго.       Соперники рванули на встречу друг другу, от чего земля под их ногами пошла трещинами. Удары их мечей порождали взрывы реацу, которые были ощутимы за несколько километров от холма Сокёку. Теперь Бьякуя почти не уступал Ичиго в скорости. Второму казалось, что Кучики ускорился. Вот Бьякуя прочертил кровавую царапину на щеке Ичиго, а потом подставил меч к его горлу, но Куросаки опомнился и рванул назад, Чтобы встретить удар Кучики из-за своей спины. — Что случилось, Куросаки Ичиго? — саркастично спросил Бьякуя. — Твои движения уже не так быстры. — Да? А я думал, это твой меч еле шевелится, — не остался в долгу Куросаки.       Однако шутка не удалась. Капитан взглядом призвал ещё один меч и вонзил его в стопу Ичиго, не давая ему шанса на уклонение, а вторым клинком занял его руки. Он поднёс палец к незащищённой груди парня. — Хадо номер четыре, Бьякурай! — правое лёгкое Ичиго прошила тонкая молния, исчезая далеко за пределами холма. Куросаки харкнул кровью, и пошатнулся, облокотившись на Тенса Зангетсу. — Ты на пределе, Куросаки Ичиго. — Что ты… сказал? — прохрипел Ичиго и тут же закашлялся кровью. — «Тело… н-не двигается!» — Разве тебе не показалось, что мои движения стали быстрее, когда я призвал Сенкей? — начал объяснять Бьякуя. — Это не так. Сенкей лишь объединяет разъединённые лепестки вместе, делая мои атаки мощнее, но на скорость он никак не влияет. — Получается, замедлился тут только я? — невесело ухмыльнулся Куросаки, начав едва заметно дёргаться на месте. — Ты проделал большой путь: одолел многих солдат Готея, достиг банкая и всё ещё можешь стоять, хотя сильно изранен Сенбонзакруой. Твоё упорство достойно похвалы, но… Всё кончено, — Бьякуя занёс меч над головой Ичиго и резко опустил его. — Нет! Не кончено! — прокричал Ичиго не своим голосом, поймав меч. Его глаза почернели, а на лице начала образовываться костяная маска, через мгновение полностью закрывшая его. — Что за?.. Кто ты? — удивился Бьякуя. — Кто я!? Да никто! — неизвестный враг нанёс глубокую рану на грудь Бьякуи, оттолкнув его на пару метров. — АХАХАХА! Какой же ты никчёмный! Гестуга Теншо!       Черная волна реацу сорвалась с кончика меча пустого Ичиго и, закрутившись в спираль, устремилась в Бьякую. Он уклонился, но парень возник одновременно с трёх сторон, от капитана занося меч. — Гетсуга Теншо! — хором проговорили клоны, накрывая Кучики чёрной реацу. — Кха… Эта маска… И реацу… — теперь пришёл черёд Бьякуи харкать кровью. Его тело сейчас представляло собой один большой ожог. — Ты пустой... — Кто знает-кто знает... Тебе это знать уже не обязательно, — съехидничал пустой Ичиго. — Ведь сейчас ты умрёшь!       Пустой занёс меч и через секунду возник за Бьякуей, театрально вытирая меч, полностью покрытый кровью, об изгиб руки, согнутой в локте. Реацу Кучики медленно исчезала, мечи распались на лепестки и сложились в опустошённую катану, а сам Бьякуя развалился на множество неровных частей, будто его пустили на салат. Внутренние органы и кровь были повсюду на месте Бьякуи, ну а пустой залился садистским смехом. — АХАХАХАХА! Это было весело! — посмеялся пустой Ичиго. — Но всё когда-то подходит к концу, верно, Ичиго? Думаю, мне стоит покинуть сцену…       Тяжёлая реацу пустого исчезла, а маска на лице Ичиго растрескалась и упала, обратившись в пыль. Сам Ичиго видел всё, что натворило его альтер-эго и просто упал на колени, не зная, что делать дальше. Как он теперь будет смотреть в глаза Рукии, своим друзьям, отцу, сёстрам? Он начал терять сознание от нахлынувших эмоций и завалился вперёд, но прямо перед ним появилась Йоруичи, поймавшая его. Она начала успокаивающе гладить того по волосам. — Что же ты натворил, Ичиго? — шокировано прошептала Йоруичи.       Она уже разобралась во всём с Сой Фон, и та согласилась уйти вместе с ней. Обе женщины видели окончание боя Ичиго и Бьякуи, но только Йоруичи поняла, что случилось с Ичиго. Эта маска и глаза. Шихоин уже видела их раньше.       Однако не только они видели этот бой. С другой стороны холма за ними наблюдали друзья Куросаки. Иноэ просто зажала рот ладошками, не понимая, как её друг детства мог сотворить такое. Исида сжал кулаки до крови, а Садо опустил голову. Один лишь Гандзю заметил, что появилось на лице Ичиго, и как тот мельком посмотрел на Шибу, поэтому не испытывал ничего, кроме животного страха. Очевидно, что с этого дня они не смогут воспринимать Ичиго, как раньше. Но кое-кто ещё наблюдал за сценой.       Тот, кого все считали мёртвым, вышел из-за деревьев, держа Рукию за шею. Она была без сознания, а в груди красовалась дыра, размером с кулак, но она уже начала исчезать. Незнакомец отбросил Кучики в сторону, как ненужную куклу. В другой руке он держал маленький, светящийся шарик. Мужчина зааплодировал. — Браво, Куросаки Ичиго! — улыбнулся капитан пятого отряда Айзен Соуске. — Я не думал, что всё обернётся так, но, должен признать, такой исход мне гораздо больше по душе… — Айзен! — прошипела Йоруичи, как кошка, хотя… почему как? — Это твоих рук дело?! — Кто знает… — потёр подбородок Соуске, устремив взгляд куда-то вдаль. — А вот и мои друзья.       За Айзеном появилось два силуэта в капитанских хаори. Это были Тоусен и Ичимару. К этому моменту Ичиго уже очнулся и с трудом поднялся. — О, Ичиго. Ты, наверное, шокирован, но ты сделал уже достаточно, твоя миссия завершена, так что не напрягайся, — проговорил Айзен в излюбленной манере. — Моя… Миссия? — не понял Куросаки. — Да. Я уже давно знал, что вы появитесь, и сумел вычислить, где именно. Я направил к западным воротам солдат третьего и девятого отрядов, а также Гина, поэтому стены Сейрейтей опустились незамедлительно, — Ичимару за его спиной «очаровательно» улыбнулся. — Тогда вы бы обязательно обратились к Шибе за помощью. Ваше появление выглядело эффектно, должен признать. Из-за этого все шинигами в городе открыли охоту на вас, и мне стало значительно проще воплощать свои планы, особенно учитывая мою фиктивную смерть. — П-подожди, но как ты узнал, что мы появимся на западе? — неспешно переваривал информацию Ичиго. — Странный вопрос. Вас ведь послал Урахара Киске, не так ли? Он всегда отвечал за западный Рукон. Разве не по его приказу ты отправился спасать Рукию? — удивился Айзен, увидев непонимающий взгляд рыжика. — Ясно, ты не в курсе. Что ж, я расскажу тебе. Видишь ли, шинигами сражаются четырьмя способами: на мечах, врукопашную, с помощью магии-кидо, или используя хохо. У всех этих дисциплин есть предел, и сколько бы ты не тренировал их, выше головы не прыгнуть. Вот предел для шинигами. Но разве нельзя что-то сделать с этим? Оказалось, можно. Для этого нужно стать гибридом шинигами и пустого. — Что? — воскликнул Ичиго. Значит, он действительно наполовину пустой? — Шинигами-пустой… Пустой-шинигами… Когда граница между видами стирается, рождается существо, способное к достижению новых высот. Пустой, скрывающий реацу, пустой, меняющий облик, способный вселяться в шинигами или же пустой, использующий жертв как приманку… — ТЫ! ЭТО ТЫ УБИЛ МОЮ МАТЬ!!! - Последняя фраза подействовала на Ичиго, как красная тряпка на быка. Его голос вновь изменился, а на лицо опять полезла маска пустого.       Он мгновенно рванул на Айзена, занося меч и нанося удар. Но Соуске без труда заблокировал выпад одним пальцем. — В твоём состоянии не стоит так злится, Ичиго. - Осуждающе проговорил Соуске. - Успокойся… Хадо номер один, Шо.       Небольшое скопление реацу врезалось в маску, отбрасывая Ичиго и ломая маску. Этот слабенький на вид удар чуть душу не вытряс из него, показывая разницу в силе между ними. Куросаки почти потерял сознание. — Формально, это не я убил твою мать, а тот пустой. Хотя. если тебе так проще, можешь обвинить меня, я не против. Так на чём я остановился? Ах, да… Все эти пустые были лишь мусором, неудавшимися экспериментами, в отличие от тебя… Ты венец моих творений. Когда двадцать лет назад я создал первого пустого из душ шинигами... Впрочем, это уже совсем другая история. Единственный, кто преуспел на этом поприще - Киске Урахара, — Ошарашил присутствующих Айзен. — Сто лет назад он создал вещицу, способную мгновенно стирать грань между шинигами и пустым. Это было Хогёку… — АЙЗЕН! — за Соуске возник капитан седьмого отряда - Саджин Комамура, занося свой шикай над головой бывшего капитана пятого отряда. Однако, Айзен спокойно поймал эту атаку одной рукой, будто её и не было. — О, Комамура, так ты решил снять то ведро с головы? — усмехнулся Соуске. — Между прочим, перебивать не вежливо. — Как… Как ты можешь насмехаться, Айзен!? За твой обман тебе нет прощения! - Прорычал вервольф и ударом отбросил Айзена. — А ты, Тоусен? Что ТЫ скажешь в своё оправдание? Что, совсем ничего? Как ты мог?.. Банкай!       Перед капитаном возник Айзен с приподнятой рукой, изрядно удивив Комамуру нахождением в двух местах одновременно. Это была способность занпакто Айзена - абсолютный гипноз. На самом деле, он появился только перед капитаном. — Хадо номер девяносто, Курохитсуги. - Через секунду Саджина накрыл чёрный параллелепипед, а ещё через секунду из него выпал изрядно подпорченный капитан. Он был весь в глубоких ранах, и его грудь проваливалась при дыхании, что говорило о серьёзном переломе рёбер. Он осел на землю, не в силах пошевелиться. — Ух ты, вы использовали хадо девяностого уровня так просто, впечатляет! — притворно изумился Гин. — Нет, оно не получилось. Заклинание не показало и трети своей мощи… — но договорить ему не дали Йоруичи и Сой Фон, схватившие его. Сой Фон поднесла вакидзаси к его горлу. — Не двигайся, а то потеряешь голову! — угрожающе проговорила нынешний капитан карательного отряда. — Прошу, не двигайся… — Мацумото, схватила Гина за руку, прижав катану к его шее. — Уж простите, капитан Айзен, но она меня поймала… — огорчённо проговорил Ичимару. — Это конец! — припечатала Йоруичи — О чём ты? — прикинулся дурачком Айзен. — Разве ты не видишь? Тебя окружили со всех сторон! — и в правду. Вокруг, как по мановению волшебной палочки, возник весь высший офицерский состав Готей 13. По крайней мере те, кто ещё был способен вести бой. — Всё кончено, Айзен!       Соуске ухмыльнулся за мгновение до того, как в небе разверзлась бездна, откуда показались маски сотен Меносов, что-то колдующих. Айзена, Гина и Тоусена накрыли лучи света, вынудившие уклоняться тех, кто их держал. Постепенно они начали подниматься наверх, в гарганту.       Лейтенанты, не сталкивавшиеся с этим явлением, ринулись попытаться достать убегающих, но их остановил окрик главнокомандующего: — Стойте! — гаркнул Генрюсай. — Этот свет - Негасьон. С его помощью Гиллианы спасают своих товарищей, попавших в беду. Всё, на что падает этот свет, отрезается от внешнего мира. С того самого момента, как Айзен попал под него, мы не можем достать его. — Тоусен! Возвращайся, Тоусен! — взревел Комамура Саджин. — Скажи мне, почему ты стал шинигами?! Разве не ради погибшего друга?! Разве не ради справедливости?! Где же теперь твоя справедливость?! — Я уже говорил тебе, Комамура, — начал свой ответ слепой шинигами. — Единственный путь, который видят мои глаза - это путь наименьшей крови. Какой бы путь я не избрал, он будет путём к моей справедливости. — Тоусен! — бессильно кричал вервольф. — Ты опустился до союза с меносами... — Чего ты хочешь? — вмешался в эту перепалку Укитакэ, обращаясь к Айзену. — Достичь новых вершин, — просто ответил предатель. — Как же низко ты пал, Айзен, — заявил седовласый капитан. —Ты слишком заносчив, Укитакэ. Никто не начинал восход, находясь на вершине мира. Ни ты, ни я, ни даже боги, — туманно заговорил Айзен, снимая свои очки. Он растёр их пыль в ладони и загладил волосы назад. — И раз на небесном троне стало пусто, то восседать на нём отныне буду только я! Прощайте, шинигами. Прощай и ты, моё лучшее творение... Надеюсь, мы ещё увидимся.       Гарганта захлопнулась, надёжно укрывая предателей в песках Хуэко Мундо. Последние слова обращались к Куросаки Ичиго. И это не укрылось от ушей Ямамото Генрюсая. — Вы все слышали? — обратился главнокомандующий к капитанам. — Предатель назвал этого риока своим творением. Учитывая, что он только что убил Кучики Бьякую, очевидно, что он заодно с Айзеном!       После этих слов Йоруичи и Сой Фон переглянулись, и тут же исчезли в разных направлениях. Йоруичи схватила Ичиго и исчезла, а Сой Фон отправилась за его друзьями. — Схватить их! — взревел Генрюсай, но было уже поздно.       Никто не мог угнаться за Богиней Шунпо, кроме Сой Фон, но и она предала Готей ради своей бывшей госпожи. Даже сам главнокомандующий не в силах их догнать. - Принесите мне их головы! Куросаки Ичиго ответит за свои преступления! — Есть! — хор голосов стал ему ответом.