Мои губы молчат

- Не, друг, иди домой. Ты совсем плохо выглядишь, а я тебя отмажу, думаю, преподаватель поймет. Курт лишь кивнул, ведь действительно чувствовал себя не очень хорошо, чтобы спорить. Хотя, он бы мог ещё немного настоять на своём, а то пришёл в середине года, так ещё и уйдёт с половины уроков. Для него это было неправильно, он так старался со всеми подружиться, но после слов Пьетро тот совсем опечалился и не знал как себя вести даже с Бобби. Но Бобби нашёл язык быстро, он уже заговорил парня и даже взял его сумку, чтобы проводить до выхода, чтобы тот уж точно не передумал уходить. Этот беззаботный парень рассказывал ему про то, как он не любит какие-то предметы или как преподы заваливали их домашней работой в начале года. В общем, отвлекал от раздумий Курта как только мог, и правда, тот немного повеселел, хотя выглядел всё так же бледновато. Вообще, Бобби не хотел идти в школу, поэтому вызвал инициативу проводить парня до его дома, но Вагнер отрицательно помахал головой и указал на автобусную остановку кое-как пытаясь, без употребления слов и письма, объяснить, что ему ехать далеко, и что Бобби обещал его отпросить. Друг нервно потёр голову рукой, ведь очень хотел сбежать, но, потом, посмотрел на часы и наскоро попрощался с немым парнем, а тот улыбался и махал ему вслед. Стоило тому скрыться за поворотом, то улыбка исчезла с лица. Всепоглощающая грусть затмила душу и тело, ведь всё, что говорил Пьетро отчасти было правдой, и от правды становилось лишь больнее. А ещё все эти переживание за свою семью. Парень совсем скис, не зная, где найти себе место, и даже чуть не упустил свой автобус. Заскочив в него и оплатив за проезд, синеволосый двинулся в сторону конца автобуса и сел на свободное место у окна, из сумки были выужены наушники, которые, в эту же минуту, оказались в телефоне и в ушах. Да, он не мог говорить, но он наслаждался музыкой так же как и другие подростки. Поиск нужного исполнителя не заставили себя ждать, на экране красовались заветные буквы ”Schandmaul”. Группа пела на немецком, и ему они очень нравились. Тихо он мурлыкал их песни, но это что-то отдаленно было похоже на реальную песню, ведь мало какие звуки ему вообще удавалось произносить. От этого он старался практически не произносить никаких звуков вне дома для объяснения чего-то, ведь людей пугало то, с чем он жил с рождения. До дома он ехал уставившись в окно. Там были дома, которые сменялись садиками, и снова дома. Ничего необычного для довольно маленького города в Америке, очень походило на город, в котором он жил ранее, только тут дома были практически все одинаковые, да и жил он не так далеко от центра, а тут, практически на окраине, но, наверное, тем же и лучше. Никто про него не спрашивал, правда, друзей в гости не позовёшь, но оно и к лучшему. Всё было к лучшему, когда ему снова ткнули носом в то, кем он являлся на самом деле. Парень закрыл глаза и погрузился в себя, раздумывая над всем и тем, что у него болит голова от того, что его больно приложили к плитке. И надо ещё что-то сказать маме на его состояние, ведь уходил в школу преисполненный надеждой, а сейчас очень опечален. Но придумав маленькую историю о том, что немного перенервничал от такого количества людей, Курт встал с места и начал продвигаться к выходу на свою остановку. Он вышел и двинулся в сторону двухэтажного домика с садиком, таких вокруг было уйма, но только они повесили на двери, вместо привычного колокольчика бубенчик, какие бывают в цирке. Парень открыл дверь, и бубенчик зазвенел, а из кухни послышался голос его мамы, которая вскоре вышла, вытирая руки о передник. Вагнер кинул сумку на пол и разулся, уже собираясь объяснять маме из-за чего тот вернулся домой так рано, но та подошла к нему и крепко обняла опешившего сына. - Перенервничал? Ничего страшного, я даже рада, что ты пришел раньше. Думала тебе даже позвонить, чтобы ты не сидел долго. Иди, переодевайся и спускайся помогать с ужином. Сегодня, в честь того, что ты пошел в школу я решила много всего наделать. Думаю, друзей ты нашёл себе. Давай, не стой в проходе, иди скорее переодевайся. Курт кивнул. Мама скрылась за поворотом кухни, и снова стала стучать ножом о доску, что-то тщательно режа к ужину. Немой же взял свою сумку и поднялся наверх в свою комнату, чтобы переодеться в более домашнюю одежду. Нет, его комната не напоминала цирк, у него была среднестатистическая комната любого парня-подростка. Тут были игры, тут были книги, компьютер, кровать и пара плакатов любимых музыкальных групп и исполнителей. Казалось. ничего не выдавало в нём немного, кроме пары книг про языки жестов в Германии и Америки, «Как можно выразить свои мысли другому, будучи из другой страны». Остальное же показывало, что он человек с разными вкусами. Вместо одежды, в которой он был в школе парень надел черную майку с нарисованным посередине белым глазом и шорты до колена, сумку, не разбирая, кинул на кровать, а сам побежал вниз, ведь мама позвола его помочь в приготовлении, а значит, она готовит что-то вкусное. Голова уже не так сильно болела, но хотелось, чтобы она поскорее прошла, поэтому по пути он заскочил в ванную и выпил обезбаливающее. В его семье царила любовь, и родители, несмотря на его дефект, не отвернулись от него, даже заставляя того смеяться, чего он очень смущался, ведь смеялся не так как они, а те лишь сильнее раззадоривали сына. Когда вернулся с обучения отец, то ужин уже был готов, и они все сели за стол. Отец рассказывал им случаи на работе, затем настало время рассказывать Курту. Он немного начал нервничать и говорил только то, что считал нужным, а не всё. Курт впервые скрыл от родных что-то. **** У Пьетро же день перестал задаваться, так как, после встречи в туалете, он окончательно решил, что с Куртом он общаться не будет, ведь тот вообще не достоин его внимания. И то, что он единожды помог ему, было лишь минутное замешательство. Да он вообще никогда никому не помогал до этого момента! Почему вдруг решил помочь, сам не знает, но больше такого с ним не повторится. Так какие же проблемы его ждали после, казалось, ухода того, кого он начал призирать ещё больше? Сначала Пьетро ждало разочарование, ведь все его сигареты в пачке закончились, а, будто назло, он не взял вторую, а покурить от злости хотелось просто безумно. Нет, его переполняла даже не злость, его просто трясло от непонятных эмоций, которые он испытал, поэтому надо было немного успокоить нервы. Решив найти, где можно стрельнуть сигарет, он пошёл на улицу, но все, завидев его, отворачивались и, вместо обычных разговоров, стали перешёптываться. Вся его банда «крутых чуваков» смылась с уроков после случая в столовой, а Пьетро решил остаться, чтобы посмотреть на реакцию Курта, когда он придёт в класс, но вместо этого они встретились в туалете. Тоже не плохо, даже очень неплохо, ведь он втоптал его в землю. Но мысли покурить отогнали мысли о новеньком, и парень стал искать глазами того, у кого можно было выбить сигарету. Жертв было не много, ведь все остальные попытались отойти подальше от самого бунтарного ученика. О нём уже ходило много плохих слухов и некоторые из них были правдивы. Например, то, что он может без капли сожаления избить тебя за то, что ты просто посмотрел на него, но это были самые лёгкие из слухов. Была и не правда, например, что он изнасиловал чирлидершу. Она, конечно, проболталась всем, но это была ложь. Хотя, никто доказать не мог, что это была лишь лапша на уши, ведь к Пьетро боялись даже подойти. -Хей, пацан. Да, ты, с сигаретой, поделись одной. Какой-то парень, который покуривал за углом школы дрожащими пальцами вытащил из пачки сигарету и протянул Пьетро, как только тот взял её, то юноша решил вести здоровый образ жизни и, бросив то, что курил, пулей побежал от этого местах. Сам же бунтарь облокотился о стену, достал зажигалку, чик… и огня не появилось. Он снова и снова начал щелкать зажигалкой и вновь ничего. Она оказалась пуста. И без того злой парень просто рассвирепел, он пальцем сжал сигарету так, что она сломалась, и откинул её в сторону. Получить свою расслабляющую дозу никотина не получилось, поэтому за сигаретой вслед полетела и зажигалка. Сейчас хотелось найти кого-то, чтобы избить, но прозвенел звонок, а Пьетро просто обязан был увидеть хоть какие-то эмоции немого мальчишки, поэтому пропускать занятия не мог. В этот раз он действительно спешил на урок сейчас, но даже так опоздал. Учительница была явно не в восторге от того, что сам Максимофф решает, когда ему прийти к ней, а когда нет. И поэтому следующие пять минут они слушали о том, какой же он плохой человек, какой он лентяй, что цепляется за деньги отца. А Пьетро искал глазами только одного человека в классе, но его тут не было. Курта не было! Его сердце торжествовало, но в следующую секунду радость ушла. Курта не было, он не посмотрит на его реакцию. Он пришел сюда зря, поэтому ему больше нечего было терять. - Что вы на меня то наехали? Вон, новенький вообще не приперся на ваш тупой урок, вы ж на него не наезжаете. - Да как ты смеешь так со мной разговаривать, Максимофф! Курт плохо себя чувствует, Бобби сказал, что он поехал домой. - Не только дефективный, но ещё и больной. До свидания. Пьетро хотел курить, Пьетро хотел найти дом этого немого и избить его, или избить кого-то, кто просто попадет под руку. И вообще, почему он так хочет увидеть именно его? Он же просто очередной новичок, который скоро от них сбежит. Эти эмоции заставляли его ещё сильнее злиться. Все его планы шли не так, всё выходило с ног на голову и никак иначе. Но даже несмотря на то, что он был злой и вообще прогулял сейчас урок, уйти он не мог. За ним должны были заехать, ведь отец приставил к нему нянек, чтобы хоть как-то показать, что он заботится, а на деле его просто привозят в школу и отвозят домой, больше ничего, с ним даже не говорят, пока везут. Ведь всем на то, что чувствует парень пофиг, их любовь к нему зависит от суммы что платит отец. Он сел на землю под деревом и тяжело вздохнул, ему тут ещё ждать целых два урока и только потом водитель соизволит приехать. Конечно, он мог добраться до дома сам, но больно надо напрягаться ради такого. Хотя, сейчас было безумно скучно, поэтому Пьетро достал свой телефон и набрал номер водителя. - Хей, я не хочу на уроки, приедь, забери меня. - Отец строго запретил Вас забирать, если Вам станет скучно. - Пошел ты, сам тогда свалю. Можешь не приезжать! Сейчас парень хотел сломать свой телефон, и даже уже было размахнулся, как вдруг увидел Бобби. Что он вообще тут делает? А как же «великолепные уроки» и дисциплина? Бобби кого-то искал, и только когда увидел Пьетро, то пошёл в его сторону. - Если ты пришёл, чтобы вернуть меня на урок, то даже не пытайся. Я на эту муть даже не пойду. - Нет, я про другое. - Заинтриговал. Валяй. - Про Курта. Я знаю, что это сделал ты. Ты единственный, кто может такое сделать. Зачем? - А чё его жалеть, что ли? Жалеют слабаков. Ты думаешь, он слабак? - Но зачем? - Показать ему настоящую жизнь. Бобби, ты витаешь в облаках, от этого ты такой лох. Я не прекращу это делать, если хочешь его защитить - дерзай. Вызывай на драку, но потом прослывешь геем. Тебе оно надо? А теперь, вали на урок, а я домой. Пьетро встал с земли и даже не посмотрел на Бобби, ведь тот ему был не интересен как собеседник. Нервы были совсем к черту, поэтому ждать свой автобус целых пять минут было просто мучительно, безумно мучительно. А ехать стоя, ведь все места были заняты, - ещё хуже. Парень трогал свои губы, покусывал ногти и смотрел в пол, ведь он не особо любил большие толпы. У них дома было настолько мало народу, что иногда он говорил в пустоту. Ехал он не так долго, так как жил в центре города. От дома до школы остановок четыре, немного прогуляться пешком до дома, и всё. Поэтому, не особо социальный Пьетро, выпрыгнул из автобуса, как только тот открыл двери. Люди, незнакомые люди. Их было слишком много. Да, в школе он был одним человеком, но как только был за пределами её совершенно один, то, казалось, что тот совершенно другой человек. Его дом отличался от остальных. Богатый, в серых тонах, и походил на замок вампира, как снаружи, так и внутри; холодный и тёмный. Сад был таким же большим, как и дом, наверное, отец скупил точно четыре участка только для одного сада, хотя там всё равно уже мало кто бывает, кроме садовников. Раньше они с сестрой играли там, теперь там таится тишина. - Я дома… - Молодой господин, Вы так рано! Не ожидал, что Вы прибудете без водителя. На ужин у нас свинина и гарнир из запечённой картошки, как Вы любите. Сделали всё как можно более питательно. - Отца снова нет? - Он сказал, что сегодня важное собрание, поэтому он задержится, но передал, чтобы Вы ужинали без него. - Тогда я не буду ужинать. Буду у себя. Мне не мешать. Парень ушел наверх в свою комнату, закрыл дверь и завалился на кровать. Даже не переодеваясь, ведь какая разница сейчас переодеться или через час. Поэтому он просто лежал и смотрел в потолок, на который когда-то давно они с сестрой налепил светящиеся звезды, и те ещё, на удивление, не выдохлись, так что ночью был звездный потолок. - Как всё достало … Пьетро просто лежал на кровати и смотрел в потолок, ему совершенно ничего не хотелось делать, он был выжат и вымотан не пойми от чего. В школе у него было просто завались сил, но стоило прийти домой, как вдруг из него будто все выжимали до последней капли, оставляя только пустоту. Он закрывал глаза и снова открывал, чтобы их снова закрыть, так проходили минуты, за ними часы, а он так и не мог уснуть или встать, чтобы что-то сделать, просто лежал.