Beauty & The Kid

Timeline: год после событий фильма, Брамс - около 30, Конрад - 25, Рики - 16. Пролог – Еще раз напомни мне, Конрад, что мы здесь забыли, – подал неуверенно голос парниша лет 16 с длинными, слегка ниже плеч, светлыми волосами. – Да, ладно тебе, Рикки, не трусь. Где твоя жажда приключений? – беззаботно отозвался его старший брат. – Моя жажда приключений при мне, как и здравый смысл. Ты хочешь, чтобы мы остановились в какой-то богом забытой глуши ради того, чтобы… дай припомнить, как это точно звучало: «Опровергнуть старые легенды и найти правду годы спустя?» Ты в курсе, что все это глупо? – Рикки, - тон брата вдруг стал серьезным. – Ты же знаешь, что это не главная причина. – Но ты же знаешь, что говорят об этом месте и его бывших хозяевах? Сошедшие с ума с горя старики, закончившие жизнь самоубийством, так и не справившись с потерей сына. Да и вокруг этого мальчика по городу разносятся странные легенды. – Охохо, боже мой, Рикки, неужели ты…струсил? Малыш боится того, что дом может быть…одержим? – Не говори глупостей, придурок, - беззлобно отозвался младший брат и толкнул старшего в бок локтем. – Я не верю в эзотерику, но я верю в то, что в доме, полном горя, сложно построить счастье. – Чувак, мы не собираемся там бракосочетаться и растить детей, мы всего лишь поживем там пару деньков, может, неделю, пока я не подберу нам нормальное жилье. – Точнее пока ты не накопишь достаточно денег на него. Знаешь, я тоже мог бы помогать тебе, устроиться на подработку. – Нет! - резко произнес Конрад, а затем резко повернулся и схватил младшего брата за плечи. – Ты посвятишь все свое время учебе и будешь готовиться к вступительным экзаменам. Хватит нам одного неуча в семье. – Ты не можешь мне запретить. Но я постараюсь, хотя бы ради мамы. Как бы я хотел, чтобы она была здесь. – Я тоже, - тихо произносит Конрад и обнимает брата. - Но мы справимся, как и всегда . Нам ведь не привыкать. Глава 1 Обустройство в доме было коротким, последнее время ребята путешествовали налегке. Рикки на удивление быстро успокоился, невзирая на то, как он еще недавно вздрагивал от лязга закрывшихся позади них парадных врат. – Трусливая девчонка, - подначивал его брат. – Заткнись, - огрызался Рик. *** Рикки выбрал себе комнату на втором этаже справа, Конрад же – в конце коридора, поворчав, что помещение, которое было рядом и являлось главной спальней, пахло стариками. – Ты же знаешь, что рано или поздно сам таким станешь? – Не напоминай мне. Неужели когда-то действительно настанет день, когда моя красота покинет меня? – Нарцисс. – Говорит мне парень, который каждый день по часу трясется над своими локонами Рапунцель. – По крайней мере, мне еще не скоро грозит облысение, в отличии от некоторых. Кажется, я вижу первую проплешину. – Где? - в ужасе подскочил к зеркалу Конрад. – Успокойся, - смеясь, произнес Рикки, - я пошутил! – Ах, ты, мелкий гаденыш. Держись, я защекочу тебя до смерти. По коридорам дома разлился звонкий тонкий смех. Впервые за долгое время дом наполнился весельем. *** – Будь осторожен, не… – …выходи на улицу, не трогай ничего, что может быть опасно; если услышу, что кто-то забрался внутрь, то сразу позвоню тебе, а не попытаюсь сразить наповал неизвестного своей неземной красотой. Не волнуйся, скорей всего, я проведу весь день за книгами в своей комнате. Ну, или пойду исследовать дом, чтобы узнать все самые темные тайны семьи Гилшайр. – Просто будь осторожен. Ты все, что у меня осталось. – Ау, это так мило. Все, иди уже, а то у меня тушь потечет. – Ты красишься?!! Я сказал, никакой косметики до совершеннолетия. – Аргх, ты хуже отца. – Мы не знали своего отца. – Ты понял, что я хотел сказать. Давай уже, проваливай на работу, - легонько подтолкнул брата к двери Рикки, - жду тебя не позднее шести. Я посмотрю, смогу ли что-нибудь найти на кухне, но, скорей всего, тебе самому придется захватить что-нибудь из фастфуда. Может, на днях мы могли бы вместе закупиться продуктами. – Я посмотрю, что смогу сделать. Ну, все, до вечера. Чувствую себя, как муж, которого жена провожает на работу. – Если заикнешься о прощальном поцелуе, я тебе врежу. – Все-все, я ушел, - смеясь, произнес Конрад и вышел за дверь. Рикки еще немного постоял у двери, провожая взглядом брата, а затем пошел исследовать дом. *** Но его исследования мало к чему привели. На первом этаже обнаружились небольшая кухонька, обеденная, одна из гостевых комнат с санузлом и бильярдная с диванчиком. В последней по полу были рассыпаны осколки стекла, которые Рикки сразу же по привычке стал убирать. Что удивило парня, так это то, что он так и не смог определить, откуда взялись эти осколки. Стены были увешаны картинами, бильярдный стол покрыт слоем пыли. – Да уж, местечко что надо, - пробурчал себе под нос Рикки. - Может, удастся привести его хоть немного в порядок. Парень и сам не мог объяснить, зачем ему это. Возможно, чтобы убить время, возможно, чтобы успокоиться, потому что было что-то умиротворяющее в этой монотонной, однообразной работе, а может, чтобы хоть немного веселее стало в этом угрюмом месте. *** На втором этаже обнаружились комната, в которой обстроился Рикки, комната, которую занял Конрад, хозяйская спальня, какая-то странноватая гостиная с книгами, письменным столом и граммофоном и еще одна комната, не считая чердака, но Рикки не причислял себя к числу сумасшедших, чтобы соваться в место, которое может кишеть белками и прочей сумасшедшей живностью. Рикки замер перед дверью неизвестной комнаты, слегка толкнул ее и замер. Это была детская. Куча игрушек, скрипка на столе. Так грустно. Мальчишка подошел и неловко дотронулся до одной из струн, которая издала протяжный звон. – Ты был прямо как маленький Шерлок, нет? Затем Рикки перевел взгляд на кровать и удивленно застыл. На кровати лежал мальчик, нет, не мальчик, кукла с фарфоровым лицом, отдаленно напоминавшая жившего тут до этого ребенка. Рикки тихонько приблизился и провел рукой по лицу, испещренному склеенными трещинами. – Что же с тобой случилось? Мальчишка немного подумал, а затем поднял куклу и понес в свою комнату. Хоть не так скучно будет коротать здесь одному дни. *** – Господи, что ЭТО такое? - в ужасе произнес Конрад, как только заглянул в комнату брата. Рикки оторвался, заложил закладкой место и закрыл книгу. – Что именно? - деланно невинно спросил мальчишка, заправляя за ухо упавшую на глаза светлую прядь. – Это нечто, сбежавшее прямо из фильмов ужасов, которое сидит у тебя на кровати? - и он указал обвиняющим жестом на куклу. – А, это… Кукла, нашел в детской. – Нет, нет, нет. Кукла – это безобидное расфуфыренное нечто с кучеряшками и в розовом платье. От этого же, - он снова указал на куклу, – у меня мурашки бегут по спине. – Ути, мой взрослый старший братец боится куколок? – Да не боюсь я ее…его, – передернул плечами Конрад. – Просто если хотел вспомнить детство, сказал бы мне, я бы привез тебе что-то более…подобающее и менее жуткое. Рикки залился смехом: – Ау, это забавно. – Что именно? – Кто знал, что моего братца пугают… – Да не боюсь я его, – обиженно возмутился Конрад. – Как работа? Старший брат устало сел на кровать, на всякий случай как можно дальше от куклы, тяжело вздохнул и провел ладонью по своему короткому ежику волос. – По-моему, мой босс меня ненавидит. Он вечно кричит на меня, я вечно его раздражаю. – По крайней мере, он тебе стабильно платит. – Хоть что-то. Рикки, слушай, мне действительно жаль, что я не могу обеспечить тебе такую жизнь, которую ты заслуживаешь. – О чем ты, Конни? – удивился Рикки, подошел к кровати и обнял брата, – у меня и так есть все, что мне нужно. Конрад криво улыбнулся. – Ты, я, крыша над головой и эта чудесная криповая, так тебя пугающая кукла. Старший парень рассмеялся: – Хорошо, хорошо, можешь и дальше носиться со своей фриковой куклой…фрик, но если она в итоге окажется одержимой и будет взывать к тебе по ночам, то я тебя предупреждал. Рикки ухмыльнулся. Он прекрасно знал, что брат редко мог ему в чем-то отказать и самым наглым обзором этим пользовался. *** – Хм… как же мы тебя назовем? – обратился на следующий день Рикки к кукле, – Хм… Джеймс? Или Мэтти? Стоит еще подумать над этим. – Итак, планы на сегодня, Мэтти… Я думаю, тебе бы пошло. Слегка уберемся в комнате и пойдем посмотрим, какие книги любили читать твои хозяева. Книги были тайной страстью Рикки еще с детства. Он любил читать истории, в которых можно было забыться, где всегда заканчивалось все хорошо, не было бросавших своих беременных жен отцов, не было матерей, которые еле сводили концы с концами. Рикки как-то спрашивал маму, был ли именно он причиной того, что их отец ушел от нее, но женщина лишь отмахнулась, сказав, что их отец просто был козлом и не стоит забивать себе этим голову. Мальчишка методично протирал пыль со стола, когда услышал какой-то странный шорох в одной их соседних комнат. Рикки нерешительно двинулся на звук. Шорох доносился из детской, мальчишка нервно сглотнул, все мысли испарились из его головы, и толкнул дверь. Комната была пуста. Все вещи были на своих местах. Кроме одной. На кровати лежал клочок бумаги со словами: «Мое имя Брамс.» *** – Замечательно, – произнес Конрад, вернувшись домой, после того, как младший брат ему рассказал о случившемся. – Мало того, что ты пренебрег моими предостережениями, так твоя кукла еще действительно оказалась одержимой. Собирай вещи, мы уходим. – Конрад, одержимости не бывает. – Тогда как ты объяснишь это? – старший парень затряс перед младшим клочком бумаги. – Это не нормально. Либо это кукла, либо здесь кто-то был. В любом случае мне это не нравится. Собирайся. – Но Конрад! – Что? Хочешь продолжить и дальше жить в одержимом доме? После совершеннолетия, а пока я все еще несу за тебя ответственность и решаю, как ты будешь поступать и где жить. – Можно подумать, после совершеннолетия что-то изменится, – еле слышно пробурчал юноша. Рикки подошел и аккуратно положил руку на плечо все еще раздраженного брата. Конрад руку не скинул, что было уже хорошим знаком. – Ты же знаешь, что нам негде жить? Кивок. – Мы не можем больше ночевать на скамейках в парках и вокзале. Кивок. – Ты же сам говорил, что наше пребывание здесь не затянется. Накопишь на какой-нибудь клоповник и свалим отсюда. – Но… – Если кукла мне предложит вместе совершить ритуал по вызову дьявола, я откажусь. – Идиот, – не сдержал смешка Конрад. – Весь в тебя, братишка. ***   На третий день рядом с куклой на своей кровати Рикки обнаружил «правила» и лишь пожал плечами. – Привет, дружок, это мне? Кукла, естественно, промолчала. Рикки поднял листок ближе к глазам. Конечно, он не думал, что кукла живая и на самом деле общается с ним, либо что внутри нее живой человек. Слишком уж игрушка была миниатюрной, да и полой внутри, не дышала и не обладала пульсом. «1. Никаких гостей». Пункт был несколько раз зачеркнут. – Правильно, дружок, первый пункт совсем никак не подходит. Все-таки мы гости, точнее - нарушители? Взломщики? Короче, ты понял, что я хотел сказать. «2. Никогда не оставляй Брамса одного.» – Дружок-пирожок, ты итак круглые сутки почти находишься со мной в одной комнате. А в туалет и ванну я носить тебя не буду. Уж извиняй. «3. Оставляй остатки еды в Морозильнике.» – Эм, это немного странно, но, думаю, логично, учитывая, что из контейнеров на улице забирать мусор некому, да и бешеных енотов в гости мы вроде не ждем, несмотря на то, сколько милых картинок и видео есть с ними в интернете. «4. Никогда не накрывай Брамсу лицо.» – Почему ты пишешь о себе в третьем лице? Это странно, пирожок. Но, конечно, я не буду этого делать. Кто бы вообще поступил так? Ты же не сломан, к тому же, игрушки покупают, чтобы на них можно было любоваться. «5. Читай сказки на ночь.» – Хорошо, хорошо, понял, чтение теорем высшей математики перед сном было явно лишним, но, кажется, я видел какие-то детские книги у вас в библиотеке, точнее, там кроме них почти ничего и не было. Кто-то был счастливым ребенком. «6. Играй музыку громко.» – Иу, немного не мое, но вы явно в этом очень похожи с Конрадом. – В чем мы похожи с этим потерянным братом Анабель? – с любопытством спросил старший брат, заглядывая в комнату. – Он пишет, что хочет, чтобы ему играли громко музыку. Вы с ним подружитесь. – Только если ему нравится хард-металл. Или хотя бы AC/DC. – Я думаю, он имел в виду классическую музыку с граммофона. Конрад изобразил рвотный рефлекс. – Да ладно тебе, не все так плохо, – рассмеялся Рикки. – Что еще тебе написал там этот…криппибой? – Не ревнуй. – Я ревную? Было бы к кому. Я волнуюсь. – Пункт 7, – вслух начал зачитывать Рикки, – чисти ловушки. Что? Ловушки? – Думаю, имелись в виду ловушки на мышей. Кажется, я видел парочку на улице. – Мышей? – взвизгнул Рикки и чуть не свалился с кровати. – Успокойся, принцесса, если вдруг заметишь хоть одну, то кричи, и я, словно принц на белом коне, примчусь и спасу тебя от нее. – Больно надо, - пробурчал Рикки, и продолжил читать дальше, – Это странно. – Что именно? – произнес Конрад и, перегнувшись через плечо младшего брата, сам заглянул в список правил. «8. Только Малькольм может приносить доставки еды.» Слово Малькольм было зачеркнуто и поверх него написано «Конрад». – И да здравствует наша очередная криповость на сегодня. Собирай вещи, мы уезжаем. – Конрад! Ну, подумаешь, до этого тут был другой парень… –… С которым неизвестно что стало. Да-да, я тебя внимательно слушаю, Рикки. – Он переехал? Радостно и счастливо отправлся на пенсию? – Хорошая попытка. Что там в пунктах дальше? «9. Брамса никогда нельзя оставлять»? И здравствуй новая криповость, мы тебя заждались. Во-первых, чем этот пункт отличается от второго, а во-вторых, тебя не смущает то, что скорей всего случится что-то очень плохое, если ты это сделаешь? – Конрад, не преувеличивай. Ничего же не произойдет. Он же ничего не сможет сделать нам, правда? – слегка неуверенно произнес Рикки. – Все еще не поздно свалить отсюда. – Я остаюсь. – Твое дело. Уверен, что твое желание здесь остаться не влияние одержимой кук… – Даже не думай заканчивать это предложение. Конрад поднял руки в знак примирения. – Просто проверяю. Какой последний пункт? – «Поцелуй на ночь.» – Нет. – Конрад! – Нет, нет, нет, и еще тысячу раз нет. Я не позволю ему, – парень обвинительно ткнул в куклу, – прикасаться к тебе. – Конрад, ты же понимаешь, что это просто кукла? – Во-первых, она выглядит древней. А что, если на ней сохранилась какая-то спора непонятной бактерии страшной болезни? – Кому-то следует прекратить смотреть по ночам «Дискавери». – А во-вторых, – продолжил старший брат, – как ты можешь так легкомысленно к этому относится? Это твой первый поцелуй. Первый поцелуй бывает только раз и он запоминается на всю жизнь! – И он был у меня лет в десять. – Как?!! – завопил Конрад. – Кто посмел? Я найду его, или ее и… и… – Так, дыши, братец, дыши, вдох, выдох, – произнес Рикки, хватая брата за плечи, – не хватало нам еще сердечного приступа для полного счастья. – Но, жалобно произнес Конрад. – Я думал, что… – Успокойся, мы играли в бутылочку. Моя честь все еще не поругана. И это был парень. – ИМЯ! Рикки рассмеялся. –Иди уже на работу, защитник первых поцелуев. У самого небось было в лет 6, ты всегда был популярным. Старший брат замялся, потер шею и неожиданно покраснел. – Не может быть! Ты…–воскликнул Рикки. – Правда что ли? – У меня не было возможности, окей? – Но ты же такой крутой! Конрад покраснел еще больше. – Мне просто…я просто хочу, чтобы это было с близким мне человеком, который мне дорог. Да, возможно я хочу узнать, как это, но хотелось б, чтобы это имело какую-то значимость и для… Договорить Конраду не дали, его губы накрыли в легком поцелуе. – Ты! – прорычал старший брат, как только младший отпрянул от него. – Я имел в виду с девушкой! Рикки лишь высунул язык, схватил лежавшее рядом полотенце и поспешил ретироваться в ванную, кинув напоследок: – Понятие близкий человек растяжимое. Не опоздай на работу.  *** – Ну что? – поинтересовался Рикки у куклы, вернувшись из ванной, – пошли устраивать классическую вечеринку? День проходил на удивление тихо и спокойно. Конрад в честь пятницы вернулся домой пораньше. – И что, оно теперь всегда с нами будет так сидеть? – спросил старший брат, как только они уселись обедать, кивком указывая на сидящую рядом с ними на стуле куклу. – Не «оно», а Брамс. Только клоунов нам еще за обеденным столом не хватало. – Ха-ха. Очень смешно. Но…серьезно? Рикки пожал плечами: – Не самая высокая плата за наше спокойное проживание здесь. – Играть роль няни… для куклы. Может нам еще купить тебе сексуальный передничек и чепчик? – Не путай горничную с няней и хватит уже меня посвящать во все свои нереализованые сексуальные фантазии. Конрад закашлялся, подавившись: – Нет у меня по отношению к тебе никаких фантазий. То есть, вообще фантазий. Оба парня тут же покраснели. – В любом случае, – откашлялся Рикки. – Я не воспринимаю это как обязанность. Знаешь, я всегда хотел себе какую-нибудь такую куклу в детстве. – И я никогда не думал, что увижу тебя, играющим с ней лет 10 спустя. – Да ладно тебе. Не все так плохо. – Она смотрит на тебя по ночам своим криповым взглядом, размышляя, где закопать твои останки. – Ла-ла-ла, – зажал руками уши Рикки. – Я тебя не слушаю. – Нюхает по ночам твои волосы и… – Ла-ла, – начал еще громче Рикки, стираясь перекричать брата. – …облизывает ше… Рикки схватил куклу и выбежал с ней из комнаты: – Дурак! В ответ ему раздался лишь смех. *** – Ну что ж, я предчувствовал, что произойдет что-то подобное, – сонно произнес Конрад, когда в его комнату открылась дверь и прошлепали босые ноги. – Все из-за того, что ты говорил все те жуткие вещи, – обиженно произнес Рикки, заползая к брату под одеяло. Пару секунд стояла тишина, которую вскоре нарушил Конрад. – Рикки? – Мм? – Что делает это подобие Дэмиана из Омена в моей постели? – Ну, я подумал, что ему будет скучно оставаться в моей кровати без меня. – Ты хочешь сказать, – громким шепотом произнес Конрад, – что пришел сюда, испугавшись своей куклы, но все равно взял ее с собой, чтобы ей не было скучно? Рикки неловко засмеялся: – Да, что-то в этом духе. – Ты знаешь, что ты очень странный? – Конечно, ты ведь не устаешь мне об этом напоминать. Конрад тяжело вздохнул и повыше натянул одеяло, укрывая Рикки с его куклой. *** – Знаешь, он мне напоминает Люциуса из одноименной игры. – Ты когда-нибудь перестанешь делать отсылки ко всем криповым детям, которые только есть? – Неа, – самодовольно отозвался Конрад, пережевывая бутерброд. – Не лишай меня одной из немногих моих радостей. Какие планы на сегодня? – Ну, ты знаешь, все как обычно, почитаем с Брамсом, послушаем музыку… – Почему мне кажется, что забота об этом криповом малыше лишь отговорки, лишь бы только не заниматься? Рикки рассмеялся: – Все может быть. Но серьезно, не волнуйся, я читаю ему не только сказки, но так же мучаю и очень интересными теоремами по физике. – Я просто… – Беспокоишься обо мне, – Рикки обхватил поверх и слегка сжал ладони Конрада. – Я знаю, братишка.  *** Дни пролетали своим чередом. Все шло тихо и размеренно. Парни исправно выполняли предписанные им правила, здраво рассудив, что вступать в конфронтации с потусторонней нечистью себе дороже, чем периодически не пренебрегал воспользоваться Рикки. – Поцелуй. – Рикки, отстань, – отмахнулся от младшего брата Конрад. – На ночь. Поцелуй на ночь! А то Брамсу будут снится плохие сны. – Мне будут сниться плохие сны, если я окажусь к его лицу настолько близко. – Ну пожааалуйста. Конрад застонал и приблизил лицо к кукле, чмокая губами. – Брр, доволен? – Но ты его даже не косну… – Мне хватило и этого. Эргх, теперь мне ночами будут сниться кошмары. Никакие годы терапии не смогут избавить меня от этой травмы. – Не переживай, Брамсик, – заворковал Рикки над куклой. – Старший брат бывает той еще букой, но он хороший. Глубоко в душе он тоже тебя любит. – Очень. ОЧЕНЬ глубоко в душе, – отозвался на это Конрад и снова вернулся к своей игре про Человека-Паука на телефоне. Рикки лишь рассмеялся на это и пошел с Брамсом наслаждаться творениями известных сказочников.  *** Это произошло около месяца спустя, после того, как братья поселились в доме Гилшайр. Конрад в тот день пришел домой в довольно хорошем настроении. – Случилось что-то хорошее? – поинтересовался Рикки, когда они все вместе сидели за столом. – Это по поводу твоего колледжа. – Конрад, мы говорили об этом. С моими отметками я вряд ли смогу рассчитывать на стипендию, да и я не хочу переезжать… – Да, да, – старший брат лишь отмахнулся. – Но ты бы мог попробовать поступить куда-то поближе. Я тут нашел в соседнем городке неплохой вариант, да и вообще, чуть что, обучение там не такое дорогое и неподалеку есть по умеренной цене квартирки, да и официанты требуются везде. – То есть, ты хочешь сказать, что… – Да, мы можем съехать где-то через недельку. Мне как раз выплатят оставшуюся зарплату. Рикки на радостях подпрыгнул и понесся обнимать брата. – Эй, эй, полегче. Ты меня задушишь. – Я просто так счастлив. Я имею в виду, тут здорово, но…Только это…не наш дом. Я здесь чувствую себя лишним. – Знаю, братец. Ничего, скоро все наладится, вот увидишь. Пойдешь в свой колледж, появится у тебя грудастая… –…грудастый, – поправил брата Рикки. – Фу, не, такого нам не надо. Накаченный мачо. Рикки хрюкнул от хохота. – С сильными руками и ранимой душой, или что вам там нравится, – неуверенно закончил старший брат и стушевался. Рикки в последний раз сжал плечи брата и отстранился: – Звучит неплохо. Особенно если мне не придется тебя бросать. – Куда я от тебя денусь, ты же без меня не справишься, непутевый братишка. *** Этой ночью Рикки спал беспокойно. Ему снились какие-то шаги, топот, детский смех. Парень открыл глаза. За окном было темно, часы показывали три ночи. Сна не было ни в одном глазу. Рикки поднялся и пошел на кухню выпить воды. На обратном пути его внимание привлек какой-то странный шум из детской. Мальчишка не заходил туда с того самого дня, как нашел там первую записку. Нерешительно Рикки пошел к двери. – Конрад? Это ты? – тихо подал голос мальчишка, прекрасно понимая, что его брат спокойно посапывает в соседней комнате и не думал просыпаться. Мальчишка долго нерешительно мялся перед дверью, думая - войти или пойти будить брата. В итоге безрассудство победило, и Рикки нерешительно толкнул дверь в детскую. Игрушки стояли на своих полках, постель все так же была застелена и на ней лежал…Брамс. – Эй, привет, дружок, ты меня напугал, – смеясь, произнес Рикки, упорно игнорируя тот факт, что 10 минут назад он оставлял куклу в своей постели. Но такое ведь случается порой в одержимых, заброшенных домах. Вещи двигаются сами собой. Это нормально. – Пошли-ка с тобой в кровать. Рикки взял куклу за руку, но чуть не выронил обратно, услышав за спиной детский голос: – Останься. Парень взвизгнул, выронил куклу из рук обратно на кровать и дал деру в комнату брата, который тут же выбежал на шум. – Рикки, что случилось? Мальчишка тут же вцепился в майку брата: – Я зашел в детскую, а там кукла, а потом я услышал детский голос и… – Подожди меня зде… Нет, так все обычно в ужастиках и начинается. Держись рядом со мной, пойдем проверим твою криповую куклу. В комнате было по-прежнему темно, но никого вроде не наблюдалось. Конрад еще раз тщательно осмотрел все углы. Рикки мялся на пороге и не решался войти. В итоге Конрад остановил свой взгляд на спокойно сидящей кукле на кровати: – Брамс Гилшайр, – Рикки никогда не слышал до этого, чтобы его брат называл куклу по имени. – Не круто. Ты до чертиков напугал моего брата. И лично мне все равно, одержим ли ты демоном, являешься ли духом умершего мальчика или еще чего. Я не посмотрю, что ты какая-то потусторонняя херь и надеру тебе задницу, даже если это будет последнее, что я сделаю. Комната откликнулась лишь молчанием. – Пошли, - произнес Конрад и, развернувшись к кукле, добавил, – а ты наказан. Плохой мальчик. Рикки подошел к кукле, укутал ее в одеяло и посеменил за братом. *** Странности даже и не думали на этом прекращаться. Хотя, надо отдать должное, после первого ночного инцидента на подушке в комнате Рикки рядом с куклой на подушке тут же обнаружилась записка с «Прости». Мальчишка только вздохнул. – Я не злюсь, дружок, просто не делай так больше, ладно? Мне было действительно страшно.  *** Всю неделю в доме творилась какая-то чертовщина. Вещи были не на своих местах, по дому вечно находились разбросанные игрушки. Порой еще находились и записки, которые в основном состояли из одного слова. – По-моему он не хочет, чтобы мы уезжали, – произнес младший брат, вертя в руках очередную записку с «Останься» за столом. – А то я не догадался. И не "уезжали", а "уезжал". Нафиг я ему сдался. Я как злой, вечно всем недовольный отец, в то время как ты… Не знаю, кем он там тебя считает, но мне это не нравится. Да, сейчас его «истерики» не такие серьезные, но... аргх, как же мне все это не нравится. Я просто хочу, чтобы ты был в безопасности и счастлив. Слушай, ты же знаешь, что мы можем уехать хоть сейчас. Мне не важно, честно. Рикки улыбнулся кончиками губ и с благодарностью посмотрел на брата: – Спасибо, но, думаю, я справлюсь. Осталось пережить сколько, два дня? Что может случится? Как оказалось – многое. *** Рикки проснулся ночью от странного ощущения. Казалось, что его руки кто-то легко касается. Парень отмахнулся и перевернулся на другой бок. Пару секунд все было тихо и когда Рикки почти снова умудрился провалиться в сон, пружины кровати протяжно застонали и позади него почувствовалось движение. Мальчишка затаил дыхание и старался не шевелиться. Незнакомец просто молча лежал. Рикки вначале подумал на Конрада, но старший брат никогда не приходил к нему делить кровать, скорей, все было наоборот, Рикки сам навязывался каждый раз, когда младшему было страшно. Незнакомец еще чуть полежал, а затем поднялся и пошлепал прочь, напоследок бросив тихое детское: «Останься». Единственное, что никак не укладывалось в голове Рикки, то есть, само наличие незнакомца уже было странно, но еще более удивляло мальчишку то, что комплекция его ночного гостя никак не подходила ребенку. Когда парень повернулся на другой бок, то никаких следов нежданного гостя уже, естественно, не было. На подушке лишь все так же лежала кукла Брамса. Что ж, по крайней мере, теории об одержимых куклах, передвигающих из-за обиды игрушки, можно было отмести сразу. *** – Конрад, можно тебя на пару слов? – тихо спросил Рикки, провожая брата. – Конечно. В чем дело? – Не здесь, – произнес мальчишка и вышел за дверь на улицу. Конрад взял рюкзак и вышел вслед за братом. – В чем дело? – Это о кукле. – Мгм. – Я не думаю, что она одержима, – сошел на шепот Рикки. – Ну, это замечательно, а почему мы шепчем? – тоже сбавил громкость в голосе Конрад. – Но в доме есть кто-то еще. – Мгм. – Он лежал со мной на кровати. – Замечательно. – И это все, что ты на это скажешь? – удивился Рикки. – Кто сказал, что я уже закончил? Так, во-первых, я звоню на работу и говорю, что не приду. А, во-вторых, иди и собирай вещи. Давно уже надо было отсюда съехать. – Но я в порядке. Он же ничего не сделал. – А я не собираюсь ждать, пока он сделает. Рик положил руку на плечо брата. – Конни, я в порядке. – Как ты не понимаешь? – в отчаянии воскликнул старший брат. – Ты все, что у меня осталось. Я. Не. Могу. Тебя. Потерять. – Не потеряешь. Я просто... Мне его жалко. – Ты его не знаешь. Рикки усмехнулся: – Одно другому не мешает. – Ты же в курсе, что я, как старший брат, просто обязан отговорить тебя от той авантюры, в которую ты попытаешься ввязаться? Он странный, не связывайся ты с ним. Рикки молча пожал плечами. – Хорошо, – тяжело вздохнул Конрад. – Решим сегодня вечером. Я постараюсь придти пораньше, и мы придумаем, что нам дальше делать. Договорились? Младший брат не отвечал, так что старший поднял его голову за подбородок и заглянул в глаза: – Договорились? – Да, да, хорошо, – закивал Рик. – Не задерживайся, ладно? – Ну, вот и славно, – произнес Конрад, отпустил брата и помахал рукой на прощание. – Ты и глазом моргнуть не успеешь, как я вернусь. – Уже, моргнул два раза, - с улыбкой проворчал Рикки и побрел обратно в дом, бросив «до встречи» брату. Неодержимость куклы не отменяла того, что ее хозяина все еще можно было легко разозлить. *** На удивление, до вечера все в доме было спокойно. Рикки как раз закончил читать «Оливера Твиста», когда в гостиную вошел Конрад и тут же застонал. – Ну с кем еще ты можешь быть, как не с этим крипиком. – Привет, Конни. – И тебе здравству… Внезапно раздался грохот. – Какого..? – проронил Конрад. – Ты тоже это слышал? – спросил его брат. – Нет, я глухой, Рик. Конечно слышал. Иди сюда, держись позади и ни в коем случае не отпускай мою руку. – Хорошо, – нервно обронил Рикки и тут же подбежал к брату и схватил его ладонь. Как только парни вышли в коридор, то сразу увидели опустившуюся лестницу на чердак. – Окей, пакуй вещи, Рикки. Думаю, мы здесь закончили. – Хватит, Конрад. Это всего лишь лестница. – На криповый чердак, где нас, скорей всего, ждет твой поклонник с ножом наперевес. Нет, спасибо, я в порядке. Как-нибудь обойдусь. – Да ладно тебе, – резонно начал Рик. – Если бы он хотел убить нас, то сделал бы уже давно, а не ждал больше месяца. – Я откуда знаю, какие у этих психов законы? Может, неубийство своей жертвы в течении месяца у них идет первым пунктом в кодексе для по фазе поехавших? – Да ладно тебе, а где же твоя «жажда приключений»? – Как ты там мне говорил в начале? «При мне, вместе со здравым смыслом»? – Ладно тебе, пошли. Все равно не думаю, что у нас особо есть выбор. Конрад криво усмехнулся. – Ну что ж, пошли навстречу твоему ухажеру со странными наклонностями. – Они не странные. – То есть, ты считаешь, что изображать из себя фарфоровую куклу и заставлять окружающих верить в ее одержимость – это нормально? – Уверен, у него была веская на то причина. – О, я не сомневаюсь. Так, препираясь, парни и сами не заметили, как поднялись на злополучный чердак. – Однако, тут весело. Хлама-то сколько, – прокомментировал Конрад. – А чего ты ждал? Это чердак. – Ну уж извини, я не каждый день шастаю по чердакам шизофреников. – Шизофреники – это… – Да знаю я, боже, с тобой даже поругаться нельзя, постоянно цепляешься к уместности употребления слов и их значениям. Как бы то ни было. Что мы здесь должны найти? – Почему ты спрашиваешь меня? Откуда мне знать? – Ну он же твой «дружок». – Не используй мои же слова против меня. Откуда мне было знать, что это не призрак какого-нибудь умершего мальчика, а взрослый мужик? – Давай я включу свет, а то здесь жутковато. Кажется, я вижу лампочку. Конрад дернул за шнурок и чердак озарился тусклым светом. – Мде, я даже не знаю, лучше со светом или без. Как был чердак жутким местом, так им и остался. – Не бурчи, лучше помоги мне искать, – сказал Рикки и принялся перебирать какие-то старые коробки. – Знал бы я еще, что искать, – буркнул Конрад, но вскоре тоже последовал примеру брата. Спустя минут 10 оба парня остановили свой взгляд на деревянном приоткрытом ящичке. – Окей, я думаю, это он. Как раз то, что надо, в его любимом криповом стиле, – произнес Конрад и первым потянул руку к коробке, в которой, правда, не нашлось ничего, особо привлекающего внимание, кроме альбома с фотографиями. – Окей, никогда не думал, что когда-нибудь буду сидеть на чердаке какого-то крипика и рассматривать альбом с фотографиями, но кажется, этот день наступил, – произнес Конрад, переворачивая первую страницу. – О, это же Брамс с его родителями, – тут же заявил восторженно Рикки. – Он был милым ребенком. – Маленький комочек чистейшего зла… то есть счастья, я хотел сказать счастья, – произнес Конрад, уворачиваясь от локтя брата. – Это, между прочим, домашнее насилие. О. Парень внезапно остановился и посмотрел внимательно на девушку с одной из фотографий. – Знаешь ее? – спросил Рикки, удивленный такой реакцией брата. – Я… не уверен… – парень перевернул фотографию и прочитал написанное там имя. – Окей, я думаю, мы закончили с коробками воспоминаний на сегодня. – Конрад? – Пойдем отсюда, Рикки. – Кто она? – Это не имеет значения. – Мне имеет, – закричал младший брат так, что старший тут же с тяжелым вздохом опустился обратно. – Хорошо. Ты этого уже не застал, я порой забываю, какой же ты все еще мелкий. Я был совсем еще соплежуем, когда это произошло. Это событие потрясло городок. Маленькую девочку несколькими годами старше меня нашли в лесу с проломленным черепом. Поговаривали, что она дружила с твоим этим Брамсом. Его даже вроде должны были допрашивать, но как раз случился пожар. – Думаешь, он выжил в пожаре? – удивленно спросил Рикки. – Мне без разницы, воскресший ли Брамс ходит по этому дому, его дворецкий или еще какой-то фрик. Я думаю, мы и так задержались в этом доме, и нам уже давно пора отсюда сваливать. – Но… – Ты что, не слышал, что я тебе сказал? – прорычал Конрад. – Ты что, хочешь быть следующим? – Но ему нравились девочки. – И посмотри, чем это для него обернулось. К тому же, без обид, брат, но с твоей внешностью ты с легкостью можешь сойти за девчонку с плоской грудью…и членом между ног. – Конрад! – Что? Всего лишь констатирую факты. К тому же, кто его знает, может, он подслеп с годами. Близорукость не жалеет никого. – Но тебе не кажется, что ты торопишься с выводами? - нерешительно поинтересовался Рик. – Вдруг это был не он? Вдруг это был… несчастный случай? – Ты даже сам в это не веришь. Пошли отсюда. Собирай вещи. Мне выдали зарплату на день раньше. Рик нехотя двинулся за братом. *** Пока ребята собирали свои вещи, в доме стояла абсолютная тишина. Братья в последний раз оглядели свои комнаты и направились к выходу. – Я буду скучать по Брамсу, – с досадой произнес Рик. – Настоящему или кукле? - уточнил Конрад. – Кукле. Я уже привык к ней. – Я почти был уверен в том, что ты возьмешь ее с собой. – Решил не рисковать, учитывая, что он всегда должен быть здесь. Внезапно, когда парни уже буквально переступали порог парадной двери по стенам дома начал пробегать какой-то шум. – Он идет со стороны бильярдной, – произнес Рикки и побежал туда. – Рик! – воскликнул Конрад и помчался за младшим братом. – Нормальные люди побежали бы прочь отсюда, а он бежит в самое пекло. Идиот. Рикки нашелся в бильярдной, в тихом ужасе замершем на пороге и смотрящем на дыру в стене, которую раньше закрывала большая картина. Не успел Конрад схватить брата и потащить к выходу, как из проема пугающе высунулась рука, а затем потянулось зловещее тело высокого мужчины в маске-протезе. Но эпичное зловещее появление незнакомца тут же было оборвано раздраженным голосом Конрада. – Палку из руки выкинул. Незнакомец в маске не то от неожиданности, не то от такой явной наглости тут же разжал вторую руку, из которой на пол комнаты со стуком упала какая-то дубинка. – Значит, вначале напугал моего брата до чертиков, подкрадываясь со спины и шепча в ушко… – Конрад! Такого не было, – вышел из оцепенения Рикки. – Молчать. Мелочи слова не давали. Дальше, – продолжил как ни в чем не бывало отчитывать несостоявшегося бабайку старший брат, – день изо дня пугал его и разбрасывал вокруг вещи. Замечательные ухаживания, ничего не скажешь. – Он не… – А-а, – поднял палец и заткнул Рикки, даже не поворачивая головы в сторону брата головы, Конрад. – До тебя я еще дойду. Дальше приставал к нему во сне. Тебя что, никто не учил, в каком порядке что за чем идет в ухаживаниях? Хотя, о чем я вообще спрашиваю? А теперь ты выползаешь из стены весь из себя такой загадошный, не то призрак оперы, не то Салли Фейс со своей маской. Ты посмотри на это нежное создание. Конрад махнул рукой в сторону брата и продолжил: – Напугал беднягу до чертиков. И, прости, что именно ты хотел сейчас сделать? Только дотронься до него пальцем. У меня черный пояс по карате, я тебе быстро глаза на жопу-то натяну. Рикки не сдержал смешок, за что старший брат тут же зло на него посмотрел. – Прости, я представил, – извинился мальчишка. – А с тобой у меня вообще будет отдельный разговор. Какого черта ты сразу ринулся черт знает куда навстречу опасности? А если б меня рядом не было, а если б этот, – Конрад махнул рукой в сторону совсем притихшего уже у стеночки мужчины в маске, – оказался настоящим шизанутым убийцей? Без обид, зайчонок, но ты меня мало пугаешь. В комнате на несколько минут повисла абсолютная тишина. Незнакомец в маске и Рикки как нашкодившие мальчишки, которых отчитали, мялись на своих местах, потупив взгляд. – Замечательно, – отметил Конрад. – Еще один ребенок на мою голову. Хотя внешне действительно накаченный мачо. Тут ничего не могу возразить. Рикки снова не сдержал смешок, за что Конрад тут же зло на него шикнул. – Ладно, – Конрад ткнул пальцем в их несостоявшегося убийцу. – Ты, у стеночки, садись на диван. Незнакомец неуверенно поплелся выполнять поручение и робко сел на краешек дивана. – Имя? – начал допрос Конрад. – Брамс, – послышался тихий детский голос из-за маски. – И он заговорил. Чудеса. Просто замечательно. Мы сидим в комнате с убийцей маленькой девочки… – Брамс… не хотел… Брамс хороший мальчик. – … который застрял в развитии где-то в детстве. Замечательно. Естественно, мы же не ищем легких путей. Не сверли меня взглядом, Рикки, я прекрасно знаю, что ты хочешь его оставить. Лучше б ты решил завести собаку, ей-богу. Говорю сразу, я против этих отношений. Но боюсь, ты меня не послушаешь, так что… Брамс, – обратился Конрад уверенно к мужчине на диване. – Лично мне все равно, что произошло до этого и как ты жил. Обидишь моего брата… Кстати, не знаю, заметил ли ты уже или нет, но он мальчик. Так вот, обидишь его и я твои культяпки подрываю и в рот тебе запихаю. Понял? Мужчина посмотрел слегка сконфуженным взглядом (видимо тоже представляя), но кивнул. – По крайней мере, общий смысл слов он уловил, уже хорошо, – пробормотал под нос себе Конрад. – Хотя бы теперь ясно, куда вечно пропадали остатки еды. А теперь я задам лишь один вопрос. Все это время мой брат не нарушал практически ни одного правила. Он носился с этой куклой, как с писанной торбой, вечно тягая за собой эту крипоту. Значит, ты не за это на него злился. Мужчина в маске лишь покачал головой: – Остаться… – Как я и думал, ты злился, что мы собирались уезжать. Мужчина кивнул. – Замечательно. Просто превосходно. – Конрад, – нерешительно произнес Рикки и схватил брата за рукав рубашки. – Не злись на нас. – Кто злится? Я злюсь? Да я просто в бешенстве. Свалились два оболтуса на мою голову. Ладно, пошли уже есть, а то я голоден. Да, и захвати нашего Гастона, у которого действительно каждый дюйм тела покрыт волосами, с собой, Рикки. Ну, и вкусы у тебя, братишка. Завтра же научу его бриться. Конрад скрылся в коридоре. Рикки нерешительно подошел к сидящему на диване мужчине и протянул ему руку. – Пойдем… Брамс. – Дружок, – тихо донеслось из-под маски. Рикки рассмеялся: – Пойдем, дружок. Мужчина крепко схватил мальчишку за руку, так что тот аж поморщился. – Не ослабишь хватку, я тебе руки позаламываю, свяжу и выкину где-нибудь в лесу на съедение диким животным, – угрожающе зашептал, выглянув из-за косяка, Конрад. Мужчина тут же одернул руку – Успокойся, он шутит, – засмеялся Рикки и, оплев ладонь вокруг предплечья незнакомца, повел за руку его из комнаты. – Порой ты бываешь таким наивным, Рик, – донесся до них голос Конрада.