Beauty & The Kid

Его было жалко. Я имею в виду, это не оправдывало действий Брамса, но и не позволяло ненавидеть так, как следовало. Как только я впервые увидел его жилье, то тут же насильно пинками выпихнул оттуда и поселил в его старой детской комнате. Он сам настоял на ее выборе, а я не был против. У меня до сих пор не укладывается в голове, как можно было заставлять своего ребенка жить в каминной сети дома. По крайней мере, было понятно, почему в доме давно не топились камины. Ужас. Он так и остался ребенком. С этим было справиться сложнее всего. С ребенком, у которого начался пубертатный период и который не знает, что с этим делать. Пришлось учить его словам, новым фразам. Формулировкам предложений из нескольких слов. Его детский голос продолжал пилой проходиться по моим нервам, но со временем я привык и к этому. Неделю спустя я пришел к выводу, что Брамс не плохой мальчик. Звучит странно, когда говоришь это почти о двухметровом бугае, благо я сам не низкого роста, так что это помогало слегка задавливать мужчину своим авторитетом. Тут как с обычными школьниками. Дай слабину – сожрут, не подавятся. Брр. Как вспомню, так вздрогну. Брамс не плохой ребенок, ему, как оказалось, просто не объяснили многого родители. А еще мало кто говорил "нет". Потому что он каждый раз остро реагировал, когда это произносил я. Он хороший ребенок, стремящийся к знаниям, любящий читать и слушать, когда читают ему вслух. Правда, со временем мне надоела эта снобская коллекция далеких от реальной жизни рассказов и я притащил домой телевизор, предварительно отключив кабельное и показывая только мной самим отобранные и предварительно скаченные вещи. Он даже нашел это забавным. И все равно ворчал, что книги ему нравятся больше. Но по поводу этого-то я не беспокоился, прекрасно зная, что этим Рикки итак вдоволь снабжает нашего крипонавта. Он раз показал нам свое лицо, испещренное старыми ожогами, но сказал, что чувствовал себя намного комфортнее именно с маской. Мы не возражали. Брамс интересный. С ним не бывает скучно. Возможно, этого нам с Рикки и не хватало в нашей жизни. Чего-то такого, фрикового, но в то же время по-детски непосредственного и забавного. Я знаю, что в его прошлом много темных пятен и что он не тот, кому бы я в иной ситуации позволил хоть пальцем прикоснуться к своему брату, но он уже стал частью семьи, что ли. Нашей фриковой, очень странной семьи. Да, и если вас интересует, что стало после с куклой: – Конни? – услышал я сквозь сон тихий шепот брата и лишь устало приподнял край одеяла. – Что на этот раз? – Холодно! – произнес Рикки, укладываясь рядом со мной. – Надо будет починить уже этот камин. Все равно этот крипмен там больше/уже не живет. – Брамс…хороший, – раздалось рядом с моим правым ухом и с другой стороны от меня улегся еще и этот… – А этому борову чего не лежалось у себя в постели? – Брамсу тоже… холодно. – Замечательно, – возмущенно бурчу я, – и харе притворяться уже. Я прекрасно знаю, что ты можешь формулировать более длинные фразы. Зажали меня тут вдвоем, как селедку в бочке. – Втроем, – несмело подал голос Рикки. – О, ну просто замечательно. Только фарфоровой копии крипстера мне в постели и не хватало. Мальчишки засмеялись и обняли меня. Я поворчал больше для вида, но тоже улыбнулся. Мы наконец-то были дома. 26.08.2017