Чужое солнце

На мгновение я застыл, возле маленького люка всматриваясь в то, как спасательная капсула понемногу удалялась от челнока. «Интересно, они и сейчас ссорятся?» лениво пронеслось в моей голове, а сердце отозвалось знакомой тоской. Вот уж воистину нашла коса на камень. Много раз я в одиночестве сидел в фешенебельном ресторане возле космопорта, наблюдая за взлетами и посадками кораблей из разных концов галактики. Черных кораблей там не было, но все же… теперь же единственным желанием было вернуться поскорее домой, хорошенько отмыться, а дальше – возможно, действительно махнуть на какой-то южный курорт. Когда спасательная капсула исчезла в темноте и я, наконец, оторвался от обзорных экранов. Надо было быстро сматываться, пока какой-то патруль не попросил разрешение на орбитальные полеты. Чтоб там мой друг не говорил по поводу отсутствия планирования, но возвращение назад было продумано. Не сильно рассчитывая на пилотские качества Кристиана (который на удивление показал себя с лучшей стороны), я попросил корабль с самым лучшим автопилотом. Оставалось тыкнуть на точку посадки (одна из тайных посадочных полос, принадлежащих нашей корпорации), и расслабится в кресле. Увеличивающийся диск планеты на мониторах постепенно вытеснял черноту космоса. Десять лет тому назад я проклинал себя за малодушие, не позволившее бростить все свои планетные связи к чертовой матери и улететь вместе с Альбертом. И тогда же подумал, что при первом удобном случае сделаю это. Но годы шли, когда я проведал Альберта в его Академии и насмотрелся на их учителей, многие из которых имели тяжелые контузии, не поддававшиеся лечению, но все равно были одержимы космосом. Я хотел в космос отнюдь не из-за звезд и тайн, мне нужно было только одно солнце. Но, со временем я все больше врастал в дела возрождающегося семейного дела и моя решимость уменьшалась. Потом Альберт и вовсе смотался куда подальше с территорий Федерации, и только присылал разные полезные штуки, за которые получал проценты от продаж. И со временем как-то незаметно один за другим в моей жизни появилось целых шесть солнышек. Теплых и уютных, которые крепко засели вокруг меня на очень близких орбитах и даже не думали никуда убегать. Теперь, когда уже не было видно чужих звезд, я с удовольствием смотрел на голубой диск Дарагона, когда еще дела позволят покинуть планету. И был несказанно рад, что эти самые дела у меня были. Автопилот отлично справлялся со своим предназначением. Без этой шумной парочки стало очень тихо, но уютно. Слишком много вокруг них происходит. Да и хватит событий, как на 1 неделю, мне еще полгода последствия разгребать. Я достал последнюю сигарету. Глядишь, может и брошу, мальчики буду счастливы. -Счастливого пути: Альберт, Кристиан! – салютовал я голограмме капсулы, которая начала расплываться. Мои друзья уже должны лететь в очередное приключение. На посадочной площадке меня ожидал уже знакомый голубой вертолетик со всеми шестью моими красавцами. Когда удалось отлепиться от последнего из них, я потребовал коммуникатор. Я все еще был в розыске, что было недопустимо для солидного бизнесмена. Ни один из номеров сенатора Дмитрия Норана не отвечал, а почта была удалена – вот махинатор хренов. Пришлось отправлять сообщение Инесс. Я бы дорого заплатил за то, чтобы увидеть лицо этой железной леди, когда она будет его читать. «Наш дорогой сенатор так спешил вывести из тени своего наследника, чтобы доказать свою мужественность и принести в политику преемственность. Но вряд ли публика оценит этот жест если узнает, что он импотент. Если в политическом плане ему еще хватило сил вступить в тесные отношения с неблагонадежными корпорациями вроде моей, то на женщин его уже не хватило. У меня есть парочка детских фото моего друга. Мне очень не хотелось бы их использовать для иллюстрации речи на похоронах нашего многоуважаемого покойника. Vale» Мальчики много хохотали, когда мы составляли это послание. Через пару часов от адвокатов пришло сообщение, что все обвинения в мой адрес сняты, а мои друзья теперь разыскиваются не как подозреваемые, а как свидетели. Тут придется еще поработать. На Дарагоне день близился к своему финалу. И солнце медленно ползло по горизонту, чтобы уступить место луне. Теперь можно было спокойно возвращаться домой. Голубой вертолетик (и кто только его красил?) терпеливо дожидался на взлетной полосе. Десерт я получил еще на подлете до виллы. А настоящий материальный горячий ужин уже дожидался в столовой. Когда я закончил пересказывать наши приключения, один из близнецов спросил: -Так это конец истории? Я улыбнулся, и погладил его кучерявую голову. -Нет, любовь ведь не кончается. -Так, значит, этот сумасшедший дом может повториться, - Горо взялся за голову. *** За обзорными экранами в капитанском отсеке каюте россыпь звезд образовывала бледный диск - Большое Магелланово облако. Кристиан тихонько прикрыл двери (фотоэлементы не работали по всему командному сектору уже пару дней) и устроился диване возле капитана. Достаточно близко, чтобы захотелось еще ближе. Видимо, эти танцы вокруг да около не кончатся никогда. Альберт вздохнул, и притянул того на колени. -Ты понимаешь, что так поступать было опасно? И в первую очередь для тебя самого. Орбита планеты-метрополии, это тебе не отдаленный космос. И нелегальные полеты там очень опасны. -А ты понимаешь, что ни о ком, кроме тебя я не мог тогда думать? – Кристиан откинулся назад, - Я знаю все свои ошибки. Но поделать с прошедшим ничего не могу. Так не стоит меня шпынять через слово. Считай, что урок усвоен. -Ты же сам добивался моего общества. А оно включает и нудное морализаторство. Но если совсем тошно станет, перейди к симметричному расписыванию моей физиономии. У тебя хорошо получается. -Она мне целой нужна, а то лечи потом тебя.... -Мне так понравилось, когда меня лечат... -Так ты поэтому все время ноешь? -Считай что я мазохист, но тогда - ты садист Заместь ответа Кристиан отодвинулся. -Ну вот так всегда, - Альберт вздохнул и перевел взгляд на обзорный монитор, - Да что такое? Опять убегаешь? Шуток совсем не понимаешь? -Мое чувство юмора после последних событий слегка травмировано. -Какой кошмар. Предлагаю лечится иглоукалываением. Где-то у меня была такая большая иголка.....от силового микроскопа... -Ваааа! Альберт, прекрати, ну кто здесь садист, так это ты, - похоже, Кристиан воспринял угрозу всерьез и отодвинулся еще дальше. -А ты неуч. Иголка для микроскопа не тоньше волоса в диаметре, я ей могу разве что пощекотать - Альберт еле сдерживал смех. -Да меня вообще отказываются близко подпускать к точной аппатуре. Она дескать, хрупкая... -Вот подпустили тебя к простому гражданскому челноку? И что? Ты нарушил почти все возможные правила, – Альберт оборвал уже готовую сорваться колкость и улыбнулся, - Сейчас ты скажешь, что я зануда -Ну Альбееееерт, ты ЗАНУДАААА!!!!!!!!!!!! -Прямо-таки сосредоточие пороков. Помнится, меня в несдержанности обвиняли? -Я не обвинял, я тактично намекал... -И я не обвиняю, а тактично намекаю, что хочу продолжения банкета. -Даааа? А там наверняка, - Кристиан кивнул в направлении двери, - наверняка там уже билеты любопытным продают... -Конечно продают, но на другое зрелище. Но я час назад запер нашего ведущего спектроскописта и главного химика в лаборатории, чтобы они закончили, наконец, анализ кристалла. Они наверно, уже перебили всю посуду и начали находить точки соприкосновения, на радость всем наблюдающим... Кристиан скрутился от хохота, уткнувшись носом в колени капитану, только представив себе что такие два непримиримых человека могли сделать с замкнутым помещением. -Знаешь Крис, а ведь улыбка тоже солнце, она согревает замерзшие души.