Новая вселенная, новый шанс.

      Вечер. Солнце давно зашло. Все уже, казалось, спят, но в одной из комнат большого многоэтажного здания еще горит свет. В небольшой комнате у стены стоял парень с зелеными волосами, а напротив него стояла злая сероволосая девушка.       — Черт, Лаббок, прекрати уже из себя строить недотрогу! — скрестив руки на груди, девушка обожгла парня пронзающим, холодным взглядом.       — Но, Катори я ещё не готов… — парень, покраснев, вжался сильнее в стену.       — Не готов?! Да ты мне уже об этом целых два месяца талдычишь! Надоело!!!       Тут она резко повалила зеленоволосого парня на кровать, прижимая его своим телом.       — Знаешь, основная задача моего тейгу — воскрешать людей, но это не все, — сказала она, забираясь руками под футболку парня.       — Нет, отпусти, не надо, я не хочу!!! — пытался сопротивляться зеленоволосый.       — У него есть маленькая тайна, — продолжала девушка, не замечая криков парня. — Если его хозяин возбудится очень сильно, то он может превратиться в того, кого его жертва желает в самых темных частях своего разума. Мне всегда было интересно попробовать, — её руки блуждали уже по оголенному торсу воина.       Зеленоволосый вытянул руки вперёд, упираясь ими в грудь девушки.       — Нет, не смей!       Катори, резко стянув с себя шарф, завела руки парнишки над головой и привязала их к спинке кровати. Затем девушка на какое-то время замерла, скользя пошлым взглядом по голой груди зеленоволосого. Парень, не вынеся напора, отвернулся.       — Хм, интересно.       Лаббок перевел взгляд на девушку и не поверил: вместо Катори перед ним сидела его обожаемая Надженда.       — Госпожа Надженда? — парень попытался встать, но девушка ему не дала.       — Значит, она тебе нравится. Ясно. Но лучше использовать его…       Через мгновение перед парнем был уже Тацуми.       — Тацуми!? — воскликнул зеленоволосый. — Но ведь я никогда его не хотел…       Парень вновь попытался вырваться, и снова его попытка не увенчалось успехом.       — Знаю, но им мне будет легче принести удовольствие тебе и удовлетвориться самой.       Девушка поднесла руку к губам Лаббока. — Оближи, — приказала она.       — Не буду, — парень отвернулся.       — Тебе же хуже, — сказала девушка, убирая руку.       В эту минуту тело Лаббока пронзила острая боль. Его глаза заблестели от первых слезинок. В его тело вошел один палец и начал растягивать неподатливые стенки.       — Больно. Прекрати. Это место не предназначено для того, что ты творишь, — Лаббок попытался отстраниться.       — Ты же сам отказался от смазки. Погоди, сейчас найду нужное место, — шепнула девушка ему на ушко, немного прикусив мочку. Затем она опустилась языком на шею и провела линию до уже успевших набухнуть сосков.       — Ах… — с губ зеленоволосого слетел первый глухой стон, тающий на губах.       — Здесь, да? — самодовольно улыбнувшись, она надавила сильней на его простату, от чего парнишка вновь застонал, выгнувшись в спине, как кошка.       — Извращенка. Не может там быть приятно… — парень не успел договорить, как в него вошел еще один палец.       — Тогда почему я слышу от тебя стоны удовольствия? — она ухмыльнулась своей любимой ухмылкой.       Одной рукой девушка растягивала парня уже тремя пальцами, другой вместе со ртом играла с багровыми бусинками его сосков. Порастягивав зеленоволосого еще немного, Миори убрала руку от колечка мышц. Она услышала облегчённый, но одновременно разочарованный стон парня.       — Подожди, — уже ничего не соображающий, Лаббок потянулся к руке девушки.       — Чего еще? — Катори оторвалась от его сосков и подняла глаза.       — Смажь пожалуйста, — он погрузил пальцы девушки в свой рот и попытался смочить их как можно сильнее.       Внутри его рта было тепло и влажно. Подержав их там немного, ей пришлось их достать. Положив их на член, она провела ими пару раз. И «Тацуми» начал медленно входить в разработанное колечко мышц.       — Расслабься, — мурлыкнула она ему на ухо, но у Лаббока получалось это из рук вон плохо. Поэтому девушка вновь вернулась к его соскам. На удивление, это помогло. Войдя наполовину, она остановилась, давая парню привыкнуть.       Немного погодя Лаббок сам стал насаживаться на член «Тацуми». Катори ухмыльнулась и поцеловала его в губы. Девушка двигалась в разных направлениях, вызывая у зеленоволосого стоны боли. Но стоило ей толкнуться под нужным углом, как Лаббок выгнулся и издал стон наслаждения. Девушка вновь толкнулась в ту же точку. Парень вновь застонал. Ухмыльнувшись, Катори вдруг резко остановилась, войдя до середины. Подождав, Лаббок заговорил:       — Пожалуйста… — парень отвернулся и прикрыл глаза, краснея.       — Что «пожалуйста»? — девушка провела носом по шее парня. — Тебе ведь не нравится, — она хитро улыбнулась.       — Пожалуйста… продолжай, — ответил Лаббок на выдохе. Парень толкнулся вперед, насаживаясь на член. Девушка вновь возобновила толчки и положила ладонь на член Лаббока, двигая им в такт своих толчков. Прошло немного времени.       — Катори я… сей… час… кончу, — простонал он, покраснев еще сильнее, и излился в руку девушке. С легким смешком она поднесла пальцы испачканные семенем к своим губам и лизнула.       — Какой ты у меня сладкий, — мурлыкнула она.       Через пару толчков Катори тоже кончила внутрь парня. Лаббок почувствовал, как горячее семя наполняет его органы.       Закончив, сероволосая просидела так еще пару секунд. Отдышавшись, она вышла из парня и осмотрела его. Растрепанные зеленые волосы, разметавшиеся по всей подушке, уставшее и вспотевшее тело, кое-где виднелись небольшие красные пятна, которые к утру превратятся в багровые синяки, и блаженно прикрытые глаза.       Девушка упала рядом на подушку и притянула к себе свое зеленоволосое чудо, поцеловав его в кончик носа.       — Ну что? Тебе ведь понравилось? — с легкой усмешкой прошептала она. Парень смущенно опустил глаза и тихо прошептал в ответ:        — Да.       — А ты тут еще выпендривался, — Катории вновь поцеловала его в лоб, притягивая сильнее к себе. — Теперь ты только мой. Запомни это. И не смей отдаваться никому, кроме меня.       Зевнув, она заснула в обнимку с парнем.