Сказка о герое в зеленом костюме

Шум. Это дети, другие дети — они смеются, веселятся, играют, дурачатся. Маленький Оззи сидит на траве. Он уродлив — это все знают. Маленький Оззи всегда в стороне, прижимает ладошки к разбитым коленкам. Скоро мама придет и увидит. Скоро мама обнимет и скажет, что он самый прекрасный на свете, что не стоит слушать остальных. А пока за ним следит «зоркий» взгляд соседки. Он настолько зорок, что даже не заметил, как Оззи толкнули. Солнце светит так ярко, словно сегодня самый лучший день на планете. Но Оззи знает, что солнце не для всех. Точнее, для всех, кроме него. — Что опять? — Оззи вздрагивает от резкости этого голоса. С ним садится рядом Эдди — черноволосый мальчик в огромных очках. В таких огромных, что Оззи жалко его маленький носик. Тяжело, наверное, носить такую штуку. Оззи убирает ладонь с коленки, где все еще немного сочится кровь, и Эдди вздыхает. Они никогда не ходят разбираться или лезть в драку, чтобы отомстить. Они сидят здесь, вдали от всех. И как бы Оззи ни хотелось внезапно стать большим, сильным и надрать всем зад, так лучше. Мама говорит, нельзя отвечать злом на зло. Эдди с ней согласен. Втайне, думает Оззи, Эдди боится. Оззи и сам боится — он прекрасно его понимает. Те дети старше и сильнее. — Однажды, — начинает Эдди. Он всегда так делает, сочиняет какую-то небылицу, и они оба представляют, каково бы это было. — За ними придет герой. И он их накажет. Эдди обнимает его за плечи, и Оззи согласно кивает. — Он будет сильным, — добавляет Оззи. — И решительным. Оззи мечтательно улыбается, представляя, как какой-то человек — силуэт, образ, тень — раскидывает их неприятелей. Он высокий и взрослый, и… — А как он будет выглядеть? — интересуется Оззи. Эдди задумчиво закусывает губу и обращает глаза к чрезвычайно ясному небу. — Он будет в костюме! — выпаливает он. — Это же серьезный герой. Все серьезные люди носят костюмы. Но какого цвета? — А какой твой любимый? Эдди улыбается, открывая миру рот с зияющей дырой вместо переднего зуба, который недавно выпал. — А какого цвета то, что и зимой, и летом одинаково? И какого цвета то, на чем ты сидишь? Оззи опускает взгляд на траву и выдает: — Зеленый! Они смеются. Оззи утыкается лицом ему в плечо, и это так хорошо, и солнце вроде бы светит для него тоже. — Нам нужно как-нибудь его назвать, — предлагает Эдди. — И у него должна быть какая-нибудь фишка. — Он будет загадывать загадки, — тихо говорит Оззи, потому что если и нет никаких героев, которые раскидают хулиганов, то по крайней мере, есть Эдди. Он спасает не коленки Оззи, но его настроение. Глаза у Эдди искрятся, он понял намек. — И звать его будут… — Загадочник! — выпаливает Эдди с таким энтузиазмом, будто уже стал этим героем в зеленом костюме, и осталось только пойти надавать пинков всем, кто обижает Оззи. — Он будет делать им ловушки, из которых можно выбраться только отгадав загадку. — Они слишком глупые, чтобы что-то отгадать… — сомневается Оззи. — Значит, так им и надо! — воинственно сообщает Эдди. Он настолько воодушевился, что пускается в рассказ: — Он будет толкать всех, кто даже пальцем до тебя дотронется. Он даже в глаз ударит этого верзилу Гейба! А когда он со всеми разберется… — Я его поцелую, — заявляет Оззи и встречает изумленный вопросительный взгляд. — Что? Так все сказки заканчиваются. Спасенный целует спасителя. — А, ну да, — Эдди чешет затылок, а затем обращает грозный взгляд куда-то в сторону. Оззи смотрит туда же и весь внутренне сжимается. К ним идет громила Гейб. Эдди резко вскакивает на ноги и шагает вперед. — Не трогай его! Случается чудо. Прежде чем они попадают под раздачу, слышится хорошо знакомый мягкий, нежный голос. — Оззи! — мама оказывается рядом с ними мгновенно. Гейб, не дойдя до них, ретируется. Ее ласковые руки тут же ложатся на плечи Оззи, и он слышит: — Пора домой. Идем. Он послушно кивает, улыбается Эдди, смело направляется к нему, выпутавшись из маминой хватки, и целует его в щеку. Лицо Эдди мгновенно заливается краской, он приоткрывает рот, чтобы что-то сказать, но теряет дар речи. Оззи машет ему рукой на прощание и уходит вслед за мамой. — Тебе нравится Эдди? — обеспокоенно спрашивает она и получает в ответ кивок. А Оззи не понимает, что в этом такого страшного. Он столько раз видел, как девочки целуют мальчиков в фильмах, почему он тоже не может? Солнце светит, и он улыбается. Впереди у него еще много-много солнечных дней — почти целое лето. От жары Оззи становится красным, и у него начинают болеть руки, но это ничего. Куда больнее его толкают другие дети. Летние деньки проскальзывают быстро, и каждый раз Оззи слушает истории Эдди о герое в зеленом костюме. Загадочник смелый, уверенный в себе и немножко вредный. Так кажется на первый взгляд, но чем больше Оззи обижают, тем злее становится Загадочник. С годами храбрый герой превращается в мстителя, а потом и вовсе начинает походить на злодея. С годами поцелуи в щеку в благодарность за спасение превращаются в первые настоящие поцелуи в губы. Освальд уже не маленький, но еще и не взрослый, и они с Эдвардом вспоминают детство с улыбками. Их традиция, в которой Эд защитник, а Освальд спасенный, всегда играет по похожим сценариям. И Освальду начинает казаться, что Эд готов спасти его от любой пылинки, летящей мимо, просто чтобы заслужить поцелуй. — Пока ты не начал сам на меня нападать, чтобы защищать от себя, скажу… — как-то раз замечает Освальд. — Ты хоть понимаешь, что мы встречаемся? — Эдвард ошарашенно хлопает глазами, будто впервые об этом думает. — Тебе не обязательно вырывать из меня поцелуи за что-то! Челюсть Эда плавно скользит вниз, затем его лицо озаряет широкая белозубая улыбка, он хватает Освальда за ворот, толкает к стенке. — Ну вот, ты все-таки начал на меня нападать! — Освальд театрально закатывает глаза, а Эдвард нападает. Нападает с пылким радостным поцелуем. Через несколько дней мама застает их в гостиной за фильмом, когда они держатся за руки, и тем же вечером звучит отдаленно знакомый вопрос: — Тебе нравится Эдди? — А что? — Освальд настораживается и косо на нее смотрит. Мама садится рядом, кладет ладонь ему на колено и провозглашает: — Настоящая любовь бывает лишь однажды. Если нашел ее, беги к ней. И по телу разливается приятное тепло, покалывающее мурашками на кончиках пальцев. Освальд пока прожил слишком мало, чтобы знать, единственная ли это в его жизни любовь. Но он готов бежать. Бежать за Эдом на край вселенной.