Присяга

Глушвилль никогда не славился ясными днями в отличии от Яснодолья. Тут редко когда светило солнце без намёка на дым или облака, однако, сегодня оно даже пекло головы аристократам с замысловатыми причёсками и необычными головными уборами. Все решительно подготовились к коронации нового правителя. Марена наблюдала за подготовкой садов с балкона новых покоев. Теперь она не принцесса, и она перебралась в родительскую спальню, где до недавнего времени жил и Логан — сегодня её коронуют и вверят судьбу целого государства. Поначалу девушка страшилась этого, понимая, что в один момент попросту не вынесет этого груза на плечах. Теперь она пыталась понять, с чем приходилось иметь дело Логану. Однако, сейчас он не сможет дать совета сестре — свергнутый тиран сидел в самом глубоком подземелье замка Фейрфакс, ожидая суда. Марена пыталась поговорить с братом, но тот молча сверлил её взглядом, тяжело дыша в сырой комнатушке со стогом сена, которое забивалось во все складки некогда красивой одежды, бывшую парадным мундиром. — Всё ещё волнуетесь? — послышалось со спины. Марена повернулась, и взгляд зелёных глаз уцепился за светлую улыбку Финна. Казалось, что он сейчас должен был заниматься организацией охраны в городе, чтобы вся церемония прошла без происшествий, но… Мужчина по-доброму ухмыльнулся, пригладил непослушные светлые волосы и прошёл в покои. Было непривычно видеть его не в замызганном, порванном кое-где, а в белоснежном с рубиново-красным мундире, новой блестящей, позолоченной шпагой, но со старым мушкетом. Бакенбарды даже причёсаны — эка невидаль! — А ты, похоже, не особо, Финн? — отозвалась Марена, расслабленно улыбнувшись в ответ. Она всегда была рада видеть этого человека, вот и сейчас не погнала прочь, как прочих слуг, которые так и норовили предложить ей свои услуги. Молодой мужчина немного смутился, ведь он до конца не мог поверить, что Героиня теперь не в лохмотьях Вольного народа, не в мужской одежде разбойника или проститутки, а в королевских латах, но пока ещё без короны. Он привык видеть Марену в простой одежде, нежели в этих блестящих побрякушках. Тем не менее, раньше она была принцессой, и ей было положено выглядеть по-королевски прекрасной и роскошной. — На самом деле сам волнуюсь. Ваше Величество, для простого офицера стать генералом за короткий срок, да при таких обстоятельствах… Вы сами понимаете, что резкие перемены пугают. Да, Героиня хорошо это понимала, и ведь эта фраза касалась не только Бена Финна, её самой, но и всего народа Альбиона. — Финн, прекрати называть меня так вычурно! Мы же из одного котелка ели, с одной пушки стреляли, — фыркнула Марена, сделав шаг к мужчине. — Ладно-ладно, Героиня Яснодола! — За это можно было получить шуточный толчок с локтя, но Марена лишь тихо рассмеялась. Финн редко слышал её смех. Последние события явно не были смешными, чтобы смеяться над ними. Можно было лишь лить слёзы и кисло усмехаться. — Но если серьёзно, то у меня просьба. Ну, пока тебя совсем не завертело в этой куче королевских занятий вроде долгих заседаний с министрами и побегушек по городу, — сказал уже посерьёзневший офицер. Марена благосклонно улыбнулась ему, готовясь выслушать просьбу. Для друга она могла выполнить её, если это только не призыв Скорма. — Что ты хотел попросить, Финн? — Я хочу дать присягу без этих лишних, дурацких церемоний. Марена немного смутилась, услышав эту просьбу. Да, как генерал, он должен был это сделать. Майор Свифт тоже присягнул бы на верность и добросовестную службу новой Королеве, будь жив — по примеру своего командира и товарища, Бен уважал традиции. Сейчас мужчина выжидающе смотрел на девушку. — Х-хорошо, хотя мне кажется, что пока я не коронована, то не имею права принять твою клятву… Мужчина сократил дистанцию между ними, перед этим прикрыв дверь покоев, после чего встал на одно колено перед Мареной. Девушка знала, как проходит эта церемония, потому, вспоминая уроки этикета от Джаспера, протянула правую руку молодому мужчине. Тот склонил голову над ней, прижав тонкие оголённые пальцы ко лбу. Финн выговаривал каждое слово уверенно, твёрдо, но тихо. Кажется, Свифт как-то обмолвился, ещё до того, как его схватили, что готовит в преемники Бена Финна. Сомневаться теперь не приходилось — каждое слово чётко, с пылом произносилось обветренными губами офицера. — Я присягаю на верность Её Величеству и клянусь не отступать от её трона, даже испустив последний вздох. — Таковы были последние слова, произнесённые Беном Финном, после чего он оторвал лоб от хладной руки Марены и посмотрел снизу вверх на неё. На девушку, с которой он прошёл и огонь, и воду, и даже канализационные трубы Глушвилля. Героиня выдохнула короткое и кроткое «Принимаю», после чего протянула Финну вторую руку, помогая тому встать с колен. Однако, даже когда мужчина поднялся и окончательно уверенно встал на свои две, Марена не выпустила его грубых мозолистых пальцев. — Финн, как думаешь… Я смогу править? — честно спросила девушка, отведя взгляд от насмешливых глаз офицера. Почему-то ей было и стыдно, и страшно. Велик тот день, когда она сможет окончательно смириться со своей ролью, со своими обязанностями и со своим бременем. — Королевство большое, и мне придётся отстраивать всё, что разрушил Логан… — Лучше королевы мы не найдём ещё в ближайшие сто лет, — заявил Бен. — Марена, посмотри на меня. Ну же, Марена, посмотри мне в глаза. Героиня всё ещё боялась. Нет, не мужчину, которого уважала, ценила… полюбила. Конечно, она долго старалась давить в себе это. Не до этого всем, да и не может королева… да с простым офицером… Нет, это неправильно, но как же желанно! Жаль, что она всегда была непослушным ребёнком и не ставила такие запреты «во главу стола», считая их глупыми. Логан не шибко занимался личной жизнью своей младшей сестрицы, но хорошо понимал, что ей нужна партия. Тот, кто сможет стать достойным членом королевской семьи, кто окажет ему существенную помощь в ведении политики - всегда так было, что приближёнными короля при дворе были его близкие родственники. Однако, кого бы он не выбирал в возможные кандидаты, все отметались принцессой, которая не желала судьбы быть насильно выданной замуж за какого-нибудь пухлого, как утка, аристократа. Ей всегда хотелось самой найти такого человека, которому смогла бы довериться, как самой себе... Сейчас же она доверила Бену Финну тепло своих дрожащих рук, тихого дыхания и нежных губ, и теперь уже его очередь была принимать.