Diary

— Ну наконец-то нормальная еда! — Чимин вдыхает аромат горячего рамёна и блаженно улыбается. — Ах, ну что за дивное наслаждение...Честно, это лучшее блюдо! — Чем тебя таким кормили в Японии, чтобы ты так сильно прикипел к лапше быстрого приготовления? — смеётся Тэхён, смотря на пустеющую тарелку друга. — Наверное в рот даже крошки не брал, да? — Да ну тебя! Нет же, там вкусно кормят...Но! Как они могут питаться так каждый день?! Возьмём к примеру эти нато... — Эм... Это бобы такие? — Да, да, не суть важно! Я как их в рот взял... Боже мой, перед глазами сразу же предстала моя скорая кончина! В общем, это ужасная гадость, какую я когда-либо пробовал! До сих пор дрожь пробивает. — морщится Пак, поднося к губам стакан с соком. — Никогда не ешь их, умоляю. — Хоть ты и сбежал от меня к своей новой невесте - Японии, мне всё равно тебя жалко. — говорит Тэён, сидящая рядом с Тэхёном. Она передаёт Чимину нетронутый кусочек своего десерта, который с ней прежде разделил брат. — Ты такая человечная, песнь души моей! Спасибо огромное. — кланяется парень, вызывая у ребёнка широкую улыбку. Ким чуть усмехается и поворачивается к окну, держа в руках кружку с горячим чаем и смотря на проходящих мимо людей. Если вы не стесняетесь того, что вас могут увидеть с улицы, то самое лучшее место в кафе - столики у окна. Появляется ощущение, что ты находишься в отдельном мире - тёплом, спокойном, таком, в каком нет предела твоим мыслям и фантазиям. А за стеклом другой - холодный, серый, где люди постоянно куда-то торопятся, неспешно прогуливаются, стараются укутаться в свои тёплые шарфы или выше натянуть воротники верхней одежды. Атмосфера расслабляет : смотришь в никуда и ни о чём не думаешь. Здесь ты чувствуешь себя в какой-то мере защищённым, потому что рядом с тобой находятся самые близкие люди. Даже запахи терпкого кофе и имбирного печенья дарят неимоверное наслаждение и предпраздничное настроение. Совсем скоро наступит Новый год, придёт то самое чудо и пора рождественских песен. И обо всём этом ты думаешь, смотря в окно. В общем, отстраняешься от дневной рутины и погружаешься в свои мысли, пока тебя не дёргают за рукав свитера и не вырывают из уже появившейся дремоты. — Бра-а-а-тик! Ну, братик! — нудит Тэён, толкая того в плечо. — Ммм? — Тэхён трёт глаза тыльной стороной ладони. — Что ты хотела? — Почему ты не позвал с нами Гукки? А, действительно, почему же? Может быть потому, что Чимин всем сердцем не желает видеть Чонгука рядом с ними? Возможно, что это одна из причин, почему младший сейчас сидит в комнате и играет в очередную глупую компьютерную игру, а не находится в кафе вместе с маленькой принцессой и её парикмахером. Хотя, он был бы не прочь увидеться ещё и с раздражающим парнем, приехавшим из Японии. — Эммм... Не знаю, Тэён-а. — Тэхёну сейчас лень отвечать даже на банальные вопросы, он слишком расслаблен. Девочка выпятила нижнюю губу, свела бровки к переносице и всем своим видом показывала, что если сейчас брат что-нибудь не сделает, то начнётся истерика. — Тэ, только давай не будем потакать всем её капризам, идёт? — шепчет Чимин, набивая рот кимчи. — Ты можешь взять мой телефон и позвонить ему. — парень протягивает ей мобильник. — Что?! Вы оба надо мной издеваться вздумали? Нет! Только через мой труп вы позовёте сюда этого!.. Чонгука! — слышится громкий удар кулака по поверхности стола, привлекающий внимание всех посетителей. — Хомячков никто не спрашивал! — отрезает Тэён и быстро находит в списке контактов Кима нужный номер. Она приложила телефон к уху, после чего услышала два коротких гудка и радостный голос знакомого. — Гукки! Гукки, привет! — кричит в трубку девочка. — Гукки, ты занят? Нет? Тогда приходи сюда, пожалуйста! Нет, нет, я с братиком. Мы в кафе рядом с вашим универ...Универс... Рядом с вашим детским садиком! Обязательно приходи! Мы тебя ждём! Потом в помещении стояла тишина. Все люди снова смотрели на столик около окна, ожидая, что кто-нибудь успокоит ребёнка, но она опять начала громко говорить. — Гукки скоро придёт! — пищит та. — Тэён-а, нужно разговаривать тише. — брат старается говорить спокойным тоном и гладит девочку по руке. — Но сейчас же придёт Гукки! — Это не повод для того, чтобы так кричать. — Я не понял... — кашляет Чимин, поперхнувшийся лапшой. — Вот эта, мать его, мутация человека и кролика сейчас притащит свою задницу сюда и... будет преспокойно пить чаёк с печеньем?! Нет, ребят, я сваливаю. Вы, конечно, замечательная компания, но это недоразумение с ехидной улыбкой как всегда всё испортит. Нет - нет, аригато и саёнара! — Не выражайся так, а! — пыхтит друг. — Чего ты завёлся как Парижская шарманка?! Вы знакомы всего около двух недель, а ты уже такое про него говоришь! — Ах, ну да. За эти две недели ты только сейчас обратил своё драгоценное внимание на друга. Договаривались же, что в позапрошлые выходные мы пойдём есть рамён, но у тебя появились планы с твоим ненаглядным! Просто к сведению, это было очень обидно, и да, как я уже говорил - я ухожу! — Пак встаёт из-за стола, но его останавливает Тэён, возникшая перед ним. — Что? — Ты больше не будешь играть со мной в куклы, ЧимЧим. — Почему же? — Потому что если ты не сядешь обратно, то твоё место в моём сердечке займёт Гукки! — шипит она. — Этот прохвост лишает меня всех радостей жизни. И что мне делать? — Чимин умоляюще смотрит на друга. — Ты же знаешь, я терпеть его не могу! — Постарайся начать общаться с ним с чистого листа. — Тэхён широко улыбается, вводя второго в ступор. — Ты не будешь ему грубить, а он узнает, какой на самом деле у нас душка Пак Чимин. — Тэхён, ты офонарел?! Ты свиданку мне с ним устроить решил? Ничего не перепутал? — Да нет же! Я просто хочу, чтобы близкие мне люди хорошо ладили между собой. Заинтересуй его, поговорите о чём нибудь. Я уверен, что вся неловкость пропадёт! — Да что за фигня?.. Постой-ка... Заинтересовать, говоришь? — тот хитро ухмыляется, прикрывая рот ладонью. — Угу. — мычит друг и снова устремляет взгляд в окно. — Ладно - ладно, посижу здесь с вами. Покушать на халяву тоже невредно, да, ТэТэ? Как насчёт пипимбапа и двэнджанчиге? — Да. Да, хорошо, опустошай мой бумажник... Чонгук приходит минут через пятнадцать после звонка Тэён. На улице достаточно холодно, шапки теперь нет, приходится довольствоваться капюшоном и шарфом, подаренным его однокурсником. Он заходит в заведение, ища нужный столик, а потом являет обычным студентам и маленькому ребёнку своё раскрасневшееся от мороза лицо. — Привет. — выдыхает он, растирая друг об друга холодные ладони. — Привет! — хором отвечают трое ребят. — Ты не замёрз? — спрашивает Тэхён, всё ещё смотрящий в окно. — Нет, всё хорошо. — Ты чего, дружище?! Ему вон как тепло! Прям, смотри, красный аж от жары! Наверное, ему что-то помогает! Тёплый шарфик, Гукки? — язвит Чимин, прожигая в груди младшего огромную дыру. — Эээ... Да, тёплый! — между ними снова появляется огромное напряжение. — Ну-ну, смотри, не перегрейся! Тем временем Тэён медленно сползает с дивана и переходит к своему жениху: — Пусть братик и Гукки сидят вместе. — А почему не я и Тэхён? — Пак в который раз за день возмущается. — Потому что...потому что я не хочу смотреть на тебя, я буду смотреть на братика и Гукки, вот! — Весомый аргумент, скажу я вам... — качает головой отвергнутый. — Садись, Гукки, не робей! Чего как неродной? — Спасибо. — отрезает тот и плюхается на диванчик. Вскоре Чонгуку приносят его кофе. Если остальные хоть что-то поели, то Чон решил обойтись обычным капучино. Возникла полная тишина. Был слышен даже звук мигающего над ними бра и удары ложки об стенки бокала с горячим напитком. Тэхён снова задремал, прислонившись лбом к стеклу. Тэён ковыряла палочкой от рамёна Пака в десерте. Стало ужасно скучно сидеть вот так, и Чимин начал действовать: — Ну, — говорит он, не сводя глаз с нового "приятеля", — Может, поговорим? Как на это смотрите, граждане молчащие? — О чём же? — Чонгук тоже в упор таращится на недоброжелателя. — Ну, не знаю... Например, о том, как долго я искал этот идеальный шарф, чтобы сделать моему другу, любителю таких вещиц, приятный подарок. — Мимо. — мычит Тэхён, не поворачивая головы. — Хорошо. Тогда, может, о том, кого любит наш Тэхённи? — О ком?! — Ким подрывается с места и ударяется затылком об цветочный горшок, стоящий на полке позади него. — Это он про меня. — уверенно говорит Тэён. — Братик, конечно, любит тебя, но я хочу поговорить о том человеке, который ему нравится. — Чимин откидывается на спинку дивана, про себя замечая, каким заинтересованным стал взгляд младшего. — Не смей, Пак Чимин! — Почему ты переживаешь? Он, что, прямо здесь? В этом кафе? — оглядывается парень. — Аааа... Его здесь нет, как печально. Так вот... Тэхён мгновенно вспыхивает и закрывает лицо руками. Не такого разговора он хотел и всё-таки получил не желаемое. Как с подарками: ты хотел большого, радиоуправляемого робота, но тебе вручили зубную щётку с пандой. Все звуки доносятся до него, словно через толщу воды, отчётливо слышно было лишь быстрое биение сердца. — ... А ещё он, вроде бы, иностранец... Да, точно! Приехал учиться сюда по обмену, но перевёлся не в наш университет. — оживлённо размахивает руками Чимин, а Чонгук увлечённо смотрит на него. — Глаза светлые, волосы такие... ну... каштановые. В общем, необычная внешность, европейская. — Ты чего несёшь, придурок?.. — тихо произносит Ким дрожащими губами. — Ему симпатизирует такая внешность. Ох, ещё, как он говорил... — Заткнись... — всё тише и тише звучит его голос. — Он говорил, что этот человек очень храбрый и сильный, заботится о нём... — НЕ НЕСИ ЕРУНДЫ, ПАК ЧИМИН! — терпение парня не выдержало, и он громко рявкнул, благо дело его заглушала музыка в кафе, которую только недавно включили. Гук заметно вздрогнул от такого неожиданного порыва и взглянул на уже чуть-ли не трясущегося от злости юношу. — Да, прости... Лучше ты расскажи нам о нём. Возможно, что я просто не знаю всех подробностей. — подмигивает ему Чимин и хитро улыбается. Тэхён побледнел. Такого поворота событий он никак не ожидал. Он даже не думал, что его добрый и заботливый лучший друг может так жестоко с ним поступить. Как говорится, в тихом омуте черти водятся. Но во всём надо знать меру, Чимин должен был за столько лет выучить все черты характера Кима и убрать свою жажду знания правды куда подальше. Потом Тэхён взглянул на Чонгука. Тот ничего не понимал и смотрел на него пустыми глазами. Но ведь это всё не так! Всё, что говорил Пак - сплошная ложь! Друг почти опозорил его перед человеком, который действительно ему нравился. Что творится с Чимином? Неужели это детская ревность заставляет его так поступать? Парню стало паршиво и обидно от происходящего. На глаза уже наворачивались слёзы. — ЗАКРОЙ СВОЙ РОТ, ПАК ЧИМИН! — крики снова оглушительно пронеслись по помещению, а после настала напряжённая тишина. Тэхён ещё раз окидывает взглядом Чонгука и Чимина, берёт сестру за руку и они спешно удаляются в раздевалку, а потом вообще выходят из заведения. — Он...плачет? — встрепенулся Пак. — Что? Я даже не заметил. — теперь слова Гуку даются с трудом. — Ты это видел? — Ещё немного и он бы... Да я просто уверен, что он сейчас плачет! — Я ничего не понимаю. — впрочем, ничего нового, Чонгук сегодня будто с неба свалился. — Тэхён...Он... Давно он так не кричал. Это бывает очень редко. — голос Чимина дрогнул - верный признак беспокойства. — И? — Это катастрофа! — Но почему? — Да блин! — старший в одну секунду выходит из себя. — Я смотрю, проницательность из тебя сегодня так и прёт! То, что я сейчас говорил про его любовь - полный бред! Ну какой иностранец, а?! С нашим-то ТэТэ? Ох, я не думал, что смогу обидеть его... Вовремя не остановился и... Он меня ещё другом считает... Хороший из меня друг. — Конечно! Ты просто сидел и нагло врал у него на глазах... Молодец, Пак Чимин! Респект! — Чонгук будто прозревает и встаёт с дивана, смотря на второго с ужасной ненавистью. — Я забыл о его чувствах, не подумал! — он запускает пальцы в волосы и сильно сжимает их, наклонившись над столиком. — Может быть, стоит догнать его? — Дохлый номер. Уверен, что он хочет побыть один. — Издеваешься? Ему же нужна поддержка! — Я знаю его дольше, чем ты, Чонгук. — устало подводит итоги Чимин. — А что мне тогда делать?! — не унимается тот. — Огонёк заботы и беспокойства внутри вспыхнул? Вряд ли ты сейчас до него дозвонишься. Пару раз мы с ним крупно ссорились в детстве, ещё были кое-какие обстоятельства... В общем, Тэхён, скорее всего, сейчас отведёт сестру домой, а сам отправится бродить по городу. Не волнуйся за него, до шести вечера он точно будет у себя в квартире, не в первый раз такое случается. Отойдёт он, вот увидишь, и вернётся в своё прежнее состояние. — Весьма равнодушно. — Я переживаю за него! Просто я сейчас зол на себя! Не надумывай себе ничего. — холодно отвечает старший и , оставив деньги на столе, тоже уходит. — М-да... Очень весело. — Чонгук чешет затылок и пробует позвонить однокурснику.

***

Не смотря на слова Чимина о том, что с Тэхёном всё будет в порядке, Гук уже второй час ходил по окрестностям. На звонки, парень, как и оказалось, не отвечал. Предположений о его местонахождении тоже нет. Точнее, они закончились, когда Чонгук в третий раз пошёл на ту самую, полюбившуюся им аллею парка. На телефон пришло сообщение, а парень чуть ли не уронил его на асфальт. Неизвестный номер... Улыбка сразу же пропала. — « Тэ точно не дома, если тебе это нужно.» — « Эмм... Боюсь предположить... Чимин?» — строчит Чон. — « Сегодня явно твой день! Кто ещё может написать тебе такое, дубина? Сталкер или маньяк?» — « Возможно. Откуда у тебя мой номер?» — « У Тэхёна переписал, пока тот ворон в окне считал.» На последнее сообщение он так и не ответил. Просто пошёл вперёд, озираясь по сторонам. Его не могло быть дома, но Ким только что зашёл в квартиру. Тэён побежала в свою комнату , на ходу собирая игрушки с пола. Парень разулся и прошёл на кухню, где стояла мама и с кем-то разговаривала по телефону. — ...А, Тэхён, он сейчас... — она вопросительно смотрит на сына . Тот делает руками «крест» и мотает головой в знак отрицания. — Нет. Его сейчас нет дома. Как поживает твоя мама? Надо будет встретиться с ней. Юноша почувствовал облегчение. У Чимина был номер госпожи Ким, на тот случай, если что-то случится, поэтому сейчас она была немного удивлена. — Вы что, поссорились? — спрашивает женщина, подходя к плите. — Случилось что-то плохое? — Да нет, мам. Просто возникли некоторые разногласия. — Тэхён берёт у неё со стола морковь, на что получает снисходительную улыбку и лёгкий удар в грудь. — Ну чего? Голодный я! — Вы же были в кафе? Или я ошибаюсь, Тэ? — Нет. Просто все деньги я отдал за Тэён и Чимина. — Я же тебе говорила, чтобы ты не делал так! Сестра тебе скоро на шею сядет, свесив ножки, и жениха своего с собой прихватит. — выдыхает женщина, мешая суп в кастрюле. — Обед ещё не готов. Подождёшь? — Ммм, нет. Я думаю сходить прогуляться. — юноша бежит в коридор. — Вернусь в восемь! — Только телефон не отключай и... Я сегодня работаю в ночную смену, за Тэён присмотрит соседка, но всё равно не задерживайся! — кричит та. — Да, хорошо, мам! Тэхён берёт с собой термос, в который прежде налил горячий чай. Перед тем, как уйти, он посмотрел в окно, выходящее во двор. Когда он был маленьким, и они с Чимином ссорились, тот поджидал его, зная, что Ким пойдёт гулять, но уже один. Таких случаев было много, но...Это единственные тёплые воспоминания из детства, единственные воспоминания маленького мальчика в этом доме. В этот раз парень решил пойти туда, куда люди ходят довольно редко – на окраину города, где есть красивый пруд в чаще леса. Под вечер там ты можешь наблюдать прекраснейший закат и непрекращающуюся тишину. Но путь до этого места был не близкий. Пугало Тэхёна лишь то, что он мог заблудиться, а такое иногда случалось: вроде бы идёшь по знакомой дороге, но оказываешься в неизвестном месте. Приходится бегать по окрестностям и высматривать каких-либо прохожих, которые смогут показать тебе правильный путь. Вот и сейчас он бы не добрался сюда без их помощи. К вечеру заметно холодало, звуки загруженного города постепенно стихали. Вот, что значит покой и умиротворение. Красивейший пруд, затянувшийся льдом и припорошенный снегом, заброшенная лодочная станция. Одинокий мигающий прожектор, стоящий около деревянного покосившегося домика. Из этого места можно было сделать парк отдыха или заповедник, нетронутый людьми. Был бы лёд на водоёме покрепче, Ким, может быть, и рискнул бы сходить на противоположный берег. А пока он просто давит мысом ботинка на замёрзший слой воды, а когда тот хрустит, то поспешно убирает ногу. Ещё несколько таких попыток чуть не закончились заплывом в ледяной воде. Как же можно посетить такое место и не сфотографировать его? Тэхён достаёт из  кармана куртки холодный телефон, чтобы сделать парочку снимков , и удивлённо замирает, смотря на количество пропущенных вызовов. Большинство из них от Чонгука. Чимин, видимо, давно смирился с таким поведением друга. И тут парень чувствует эту щемящую боль в груди. Укол вины. Они, наверное, сейчас очень волнуются. Особенно Гук. Но разговаривать с ним Тэхён не готов. Ему стыдно, ужасно стыдно. Он не понимает за что, но тут же вспоминает эту «захватывающую» речь Пака. Юноша устало вздыхает, включает камеру, делает несколько фотографий, пока телефон не выключается из-за разрядившейся батареи.

***

— Ты напоминаешь мне этого самого сталкера, каким был я по твоему мнению. — звучит из динамика уставший голос. — Завязывай, давай! — Я так не могу! Сколько его уже нет? Третий час?! — Чон громко кричит, привлекая к себе лишнее внимание. — Чонгук, повторяю в последний раз, это его нормальное поведение. Тэхён всегда так делает, когда сильно обижается. И на кого?! Не на тебя же! Успокойся и иди домой! — шипит в трубку Чимин. — Нет... Хотя! Слушай, Пак Чимин! Будь другом! Скинь мне адрес Тэхёна! — Я тебе не друг. — Чимин! Прошу! — нудит Чонгук. — Нет, я сказал! Не проси меня о таком! Вали домой! А как доберёшься, сделай дозвон. — Ну окей. Если я замёрзну - это будет твоя вина, мерзкий ты японец! — Я кореец! Ко-ре-ец! — взвыл старший. — Я к этому буду непричастен! — Ага! Дозвон тебе сделать? Влюбился в меня? — Чего?! — голос второго постепенно грубеет. — Ты пуп Земли что ли?! — Адрес, Чимин! Ад-рес! — непреклонно настаивает на своём Гук. — Считай, что этого разговора не было. — Идиот... Абонент повесил трубку. Это может означать только одно – парень будет мёрзнуть на улице ещё как минимум час. Но экран смартфона снова загорелся в руке, оповещая о новом сообщении. «Юнсандон. Собингоро 103.». Глубоко и прерывисто вдыхая холодный воздух, Чонгук бежит в сторону дома Тэхёна. Этот район не из самых богатых : двухэтажные или трёхэтажные дома, в которых находится около десяти-пятнадцати квартир. Здесь, как правило, живут малоимущие семьи или алкоголики. По рассказу Кима, парень уже представляет всю обстановку... И как он вообще живёт здесь? Криминальные улицы, почти нет света, кафе и прочих общественных заведений. Одним словом – жутко. Возвращаться домой по этой улице тоже небезопасно. Здесь есть полицейская будка? Пока Чонгук дошёл до нужного здания, он перестал чувствовать кончики своих пальцев и на руках и на ногах. А шёл уже, практически, второй час дежурства. Карманы куртки не спасали, а перчаток не было. Как, в прочем, и шапки, которая тоже бы не помешала. Нет, он не жалеет, что отдал её Тэхёну, но к позднему вечеру становилось всё холоднее и уже появлялись сомнения в том, что юноша не покроется слоем льда до того, как придёт его друг. Уже около семи часов вечера различать всех входящих и выходящих из подъезда на улице помогал только фонарь. Помимо беспрерывного «сканирования» каждой фигуры, Чонгук умудрялся названивать абоненту, аппарат которого «выключен или вне зоны действия сети». Вот где этот дурак ходит? На звонки не отвечает, да и времени столько прошло... Чон вздрогнул от собственных мыслей, а потом снял шарф, и обмотал им свою голову. Теперь был виден только кончик носа и глаза. Ну чего не сделаешь для того, чтобы согреться? Он пытается думать о том, что сейчас его однокурсник уже во всю спешит домой, и, что тот хотя бы не замёрз, потому что Гук сейчас больше похож на Санту Клауса – Гюльчатай.

***

Да, телефон у Тэхёна выключился очень вовремя. Теперь нельзя позвонить ни маме, ни Чимину с Чонгуком. Парень ускорил шаг и завернул на свою улицу. Вообще, он не очень любил находиться вне стен квартиры, когда начинало смеркаться. Да и в этом районе ходить небезопасно. Приходится или бежать, или наоборот идти медленно. В темноте всегда скрывались монстры на пару с маньяками-насильниками и серийными убийцами. Даже сейчас люди превращаются в странные тёмные фигуры, от которых мурашки табуном бегут по спине... Каждый шаг на ватных ногах давался с трудом, но Тэхён всё-таки вышел к своему дому и сразу же спрятался за стеной близстоящего здания. Около подъезда ходил странный мужчина, топчущийся на одном месте, потирал руки и выдыхал на них горячий воздух. На голове был большой капюшон, не позволяющий разглядеть лицо. Он кого-то поджидает? Что ему нужно около этого дома? — Он в маске?! — шепчет себе под нос Ким. — Точно! Но почему она красная? Бандиты нынче модные пошли. Юноша немного колеблется, но всё же медленно продвигается в сторону железной двери. — Так... У меня есть оружие. — он крепче сжимает в руке термос. — Я буду в безопасности. Если он подойдёт ко мне, я ударю его по голове и убегу. Сердце отбивало ритм всё медленнее и медленнее. Руки сильно дрожали, но парня стимулировало желание побыстрее оказаться дома с сестрой. — Ну же... — бормочет он и шагает в залитое светом фонаря пространство. — Всё хорошо, всё хорошо. — говорит Тэхён, опустив голову так низко, как только мог. Он спешит пройти мимо этого человека и создать впечатление, будто вообще здесь не проходил. Но неожиданно на плечо ложиться тяжёлая рука и Ким останавливается, не в состоянии ничего сделать. Тело словно онемело. — Как же долго я тебя ждал. — слышится тихий басистый голос, а у Тэхёна ком поперёк горла встал. — Где ты был столько времени? Уже поздно. Ким пытается сделать несколько глубоких вдохов, разворачивается к странному типу в красной маске и замахивается на него термосом. — Не трогайте меня! — кричит он, попадая тяжёлым предметом прямо в лоб. — Не трогайте! — Айщ! — Чонгук потирает ушибленное место и удивлённо смотрит на однокурсника. — Тэхён! Ты чего?! — парень разматывает шарф. — Отпустите меня! — не унимается тот, но увидев знакомое лицо, сразу же замолкает. — Чонгук?! — А ты думал, что киллер? — Вообще-то так и думал... Ты что тут делаешь? — Ну ясное дело, что тебя жду. — Гук пытается улыбнуться, но его губы свело от холода. — Давно? — Если считать все круги, которые я наворачивал по городу в поисках тебя, то... Около пяти часов. Но... я ещё греться заходил, так что всё не так уж и плохо. Тэхён смотрит на парня без шапки, с краснеющими щеками, посиневшими губами, и хватает его за холодную руку: — Пойдём скорее!

***

                                        — Офигеть!.. — Тэхён взволнованно пробегается взглядом по телу Чонгука, когда тот раздевается в прихожей. Выяснилось, что под пуховиком у того была только футболка. — Слушай, ты хотя бы носки надеть не забыл? — А? — парень выставляет ногу, показывая две пары шерстяных носков. — Смотри, какой я предусмотрительный! — Да-да... Я вижу! Мог бы и два свитера на себя натянуть. — Братик, ты пришёл! — выбегает из комнаты Тэён. — О! И Гукки с тобой! — Так, мадам, — командным голосом говорит Ким старший, — бери Гукки с собой и закутай во все одеяла, которые только есть у нас в доме. Ты меня поняла? — Да! Оставив Чонгука на попечение сестре, Тэхён отправился набирать ванну и ставить чайник. Однокурсник сильно замёрз, это видно. Когда ему принесли горячий чай, он принял кружку чуть дрожащими руками, сидя в горе из тёплых одеял, как на заставке кинокомпании «Paramount pictures». Уставший, с красным лицом и постукивающими друг об друга зубами. Сейчас Чон выглядел крайне беспомощно. Его друг сел на стул, стоящий рядом с диваном, и наблюдал, как замёрзший жадно глотал очень горячий напиток. — Выпей это. — Тэхён протягивает ему таблетку. — Если ты заболеешь, будет очень плохо. Поэтому, лучше предостеречь себя. — Спасибо, доктор Ким. — улыбается Чонгук, подставляя своё лицо под пар, исходящий от бокала. Потом он собирался запить лекарство тем же чаем, но Тэён принесла ему стакан воды. — И тебе спасибо. — Как же так можно? — полушёпотом произносит старший. — Я знаю, что Чимин говорил тебе! Если я не отвечаю на звонки, значит мне не до этого, я гуляю по городу или же смотрю сериалы. К тому же, в тот момент, когда ты мне звонил, у меня разрядился телефон. Из-за такого пустяка гробить себя... Немыслимо! — Я волновался за тебя! Знаешь, как волновался? — Полагаю, также, как и я сейчас? 1:1, Чонгук! Парень хотел было сказать ещё что-нибудь, но вместо этого опустил голову и стал заинтересованно искать смысл в чашке. — Я тебе там ванну набрал... — мямлит Тэхён, тоже отводя взгляд. — Ты допивай и иди, одежду я принесу. — Это неудобно... — О Боже мой... Неудобно? Огрел бы я тебя термосом ещё разок! После этих слов Гук быстро сделал большой глоток чая, обжигающего горло, выпутался из одеял и ринулся в коридор. — Дверь слева. — слышит он и идёт в заданном направлении. — Ага! Как только вода выключилась, и бултыхания в ванне стали реже, Ким начал искать что-то подходящее из своего небольшого гардероба. Конечно, размеры у них отличались, но балахоны подойдут всем, поэтому в ход пошли широкие домашние тренники, растянутая водолазка и самые тёплые носки, которые надевал на рыбалку ещё отец. Полотенце у Тэхёна имелось только одно, своё собственное, но чистое, как и остальные вещи. Он, что-то напевая себе под нос, открыл дверь в ванную и погрузился в пелену горячего пара, как в общественной бане. Здесь стояла такая же жуткая жара, и даже не подумав о банальном этикете (сейчас он был уместен, как никогда), не постучавшись, зашёл в комнату, двинулся к стиральной машинке и положил на неё одежду. — Думаю, тебе подойдёт. — говорит Ким, проводя ладонью по запотевшему зеркалу. — Согрелся? — Да, спасибо. — выныривает парень, не стесняясь своей наготы. — Слушай, а где ты гулял столько времени? Тэхён спешно оборачивается к нему лицом, и его рот автоматически открывается. Чонгук стоит в ванной, ища на полке мыло, немного скрытый за шторкой, немного открывающей вид на его бренное тело, по которому скатывались все капельки тёплой воды. Он то ли заставляет так однокурсника смотреть на себя, то ли пытается внушить ему, что смерть уже близко. Слава Богу, что нижняя часть была не видна, а то бы одним покойником в доме стало больше. У старшего щёки были похожи на красные сигналы светофора, ему становилось душно совсем не от разогретого воздуха, голова сильно кружилась. И единственным спасением стала дверная ручка, за которую Тэхён крепко схватился. Это одна из иллюстраций фразы "довести до ручки". Благо дело, его довели собственные ноги, теперь полностью состоящие из ваты. — Обязательно спрашивать об этом сейчас? — парень старается держать себя в руках и даже не смотрит в сторону этой ожившей статуи Аполлона. — Говори давай. — ещё чуть-чуть, и Кима хватит инфаркт, если он не выберется отсюда. Из этого ада с одним довольно притягательным чертёнком. До того, как тот распластается на полу, остаются считанные секунды. — Озеро... Пруд... Пруд в нескольких кварталов отсюда. — голос дрожит, но после следует облегчение, и он приоткрывает дверь. Но послышался ещё один вопрос: — Ты испугался меня тогда на улице? Сейчас возможно три варианта развития дальнейших событий: либо эта любопытная Варвара сама падает из ванны, либо эта ванна переворачивается вместе с Варварой, либо Тэхён теряет сознание от нарастающего градуса жары. — Да! — неестественно вскрикнул тот и быстро захлопнул за собой дверь. — Боже мой!.. Как мне это развидеть? Но этот образ ещё долго не выходил из головы. Чонгук, наполовину высунувшийся из воды, его торс, мокрые волосы, спадающие на глаза. Юноше сейчас очень стыдно за свои заинтересованные взгляды, блуждающие по каждому плавному изгибу тела, примечающие каждую мокрую дорожку, бегущую вниз и образующую какой-то незамысловатый узор. Ванная комната была маленькой, поэтому приходилось в упор смотреть на эту картину неизвестного художника. Спасла его Тэён: — Братик, я есть хочу! Знала бы она, с каким трудом её братик встал и пошёл на кухню, откуда доносился её голос, то она бы похлопала и запросила ещё зрелищ чудного цирка. По выражению его лица было понятно, что от шока он ещё не исправился. Щёки полыхали, на глазах была плотная пелена... Зомби апокалипсис надвигается. — А соседка приходила? — голос был свойственным заядлому курильщику со стажем в двадцать лет. Тэхён подходит к плите, снимает крышку с кастрюли и пробует суп. — Тьфу! Мама! Опять пересолила! — Угу. — девочка сидит на стуле и собирает на столе пазл. — Тётушка приходила. — Кормила тебя? — Не-а. — И как же ты так долго просидела голодной? В кафе наелась тортами своими? Я тебе говорил, что это не еда! — ТэТэ! Ты мне не мамочка! — парень поперхнулся собственной слюной и с недоверием посмотрел на сестру. — Так что перестань! — Надо ограничить ваше общение с Чимином... — Тэхён открывает холодильник. — Яичница с беконом? Как на это смотришь? — Не-а! Мармеладки! — ухмыляется ребёнок, показывая на вазу, где лежал последний кусочек. — Я и тебе оставила. — Всё с тобой ясно. Пятнадцать минут, и незатейливый ужин на троих готов. Повар Ким - непревзойдённый мастер своего дела. Кулинария, умения парикмахера, журналист от Бога. Прямо золотая жила. — М-м-м! Чем так вкусно пахнет? — Чонгук входит в помещение, суша волосы полотенцем. В наряде от своего стилиста, чьи вкусы в одежде мы не внесли в список лучших умений ранее, он был похож на ультрамодного пенсионера, собирающегося идти в магазин за мешком риса. — Едой. — говорит про себя Тэхён, выливая неудавшийся мамин суп в раковину. Вообще, вся эта ситуация показалась парню очень домашней, за исключением случая в ванной. Двое сидят и за обе щеки уплетают свой ужин. И Гук с этими мокрыми, растрёпанными волосами и в прекрасном одеянии выглядел довольно-таки мило. Всё было замечательно. Старший пытался усмирить свой пыл, умываясь холодной водой, и решил присоединиться к этой идиллии, подойдя к столу со своей тарелкой, чтобы испробовать этот шедевр кулинарии. Он не ел весь день, и желудок требовал пищи. — А можно добавки, братик? — все его мечты о ужине канули в лету. Тэхён остановил руку с вилкой в паре сантиметров от желанной и манящей яичницы. Помедлил, а потом взял у Тэён тарелку и переложил в неё остатки еды. — Кушай. — улыбается он, смотря на ребёнка. — А ты разве не хотел есть сам? — Чонгук кивает на посуду в руках Кима. — У меня есть доширак... и ... — последняя мармеладка исчезает из вазы. — Ещё это.

***

                                        Парни сидят на диване в комнате Тэхёна, и тот показывает на уже ожившем телефоне те фотографии, которые сделал у пруда. — Вообще, это нужно увидеть в живую. — умиляется старший. — Слушай, ты предупредил родителей, что сегодня не придёшь? — Я живу один. — отвечает Гук, закутываясь в плед, и ловит на себе удивлённый взгляд друга. — Долгая история... Думаю, Тэхён... Сходим в то место вместе? — Ага. Сходим, конечно. — Я теперь тебя вообще на такие расстояния одного отпускать не буду. — Ч-что?.. — второй закрывает лицо подушкой. — Ооо, ты засмущался ~ — Нет! — Тэхён попытался придать уверенности своему голосу, но покрасневшие щёки, показавшиеся на секунду, выдавали его. — Ах, какой ты милый ~ — Не надо! Замолчи! — кричит он и пледом накрывает друга с головой. Чонгук застыл и подождал, пока Тэхён не затихнет. А тот и не старался этого делать, потому что смотрел снимки и комментировал каждый. — Эй, ну всё, пошутили и хватит. — говорит Ким. — Вылезай из своей мантии, Чонгук. — он всё ещё неподвижно сидел. — Прекращай уже. Тотема мне напоминаешь. У меня лапша стынет, аривидерчи! — Ну Тэхён-а! Ты ни разу не смешной! — нудит Чон, откидывая плед. — Так неинтересно! — Я рад этому. Старший хотел было подняться с дивана, но его повалил некогда замёрзший однокурсник, начиная нещадно щекотать. Визг пронёсся по всей квартире, и в комнату прибегает обеспокоенная Тэён. — Ты покойник, Чон Чонгук! — парень замахивается на него подушкой, но голос сестры оставляет его действо незаконченным: — Братик! А давайте альбомы с фотографиями смотреть? — ну вот, ребёнок спас от гибели ещё одного человека. По истине геройский поступок. — Какие? — Гук с любопытством смотрит на девочку, держащую в руках три толстых подобия книг. — Поня-я-ятно. Давай, Тэ, посмотрим, каким ты был в детстве. Милой булочкой? — Заткнись! — он получает удар в плечо и между враждующими кланами Ким и Чон садится Тэён. Было действительно интересно смотреть на моменты из прошлого или на те, когда тебя даже в планах не наблюдалось. — Ох! Это свадьба моих родителей. — говорит Тэхён, нежно проводя пальцем по фотографии. — Ты похож на отца. — шепчет Чонгук. Услышав это, парень от чего-то так открыто улыбнулся, и это действие поразило младшего. Странное чувство спокойствия и радости царило вокруг одногруппника. — О! А вот и маленький братик! На фотографии Тэхён, которому года так три-четыре, сидит в песочнице и размышляет, видимо, о чём-то очень серьёзном, судя по сведённым к переносице бровкам. — Этот молодой, подающий надежды корреспондент думает над сценарием наисерьёзнейшего репортажа о дефиците лопаточек и формочек в песочнице. —сквозь смех говорит Гук. — Оооу, это все твои фотографии? Ну, знаешь, — поворачивается он к Тэхёну и треплет его за щёку, — ты и правда был миленьким пирожочком. Смотришь в альбомы и видишь всю свою историю, но иногда грустно наблюдать за теми событиями, когда тебя в них не было. Единственный снимок маленького мальчика на все три тома этой летописи времён. Дальше они могли видеть только фотографии маленькой Тэён, каких-то незнакомых родственников, счастливых родителей, держащих дочь на руках, семейный портрет, сделанный совсем недавно. Две-три фотографии с участием Тэхёна. И Чонгука уже долгое время мучает вопрос : «Почему здесь есть все, но нет Тэ?» О таком спрашивать сейчас не очень уместно. Может быть, есть ещё одна книжка, где он может увидеть счастливое детство старшего, изображённое на каждой дальнейшей фотографии. Он смотрел на Кима, а тот изредка грустно улыбался, когда его сестра тыкала пальцем на свои смешные рожицы. — Ну всё, Тэён-а. — шепчет Тэхён, целуя девочку в макушку. — Пора ложиться спать и... мы уже просмотрели все фотографии. — Ну бра-а-а-атик! Я не хочу спать! — ноет та. — Можно ещё чуть-чуть посидеть с вами? — Убери альбомы, тогда посмотрим. Тэён убегает с ними в другую комнату, и парни остаются наедине. Тэхёну нужно было выбросить упаковку от доширака, но он просто сидел на диване, запрокинув голову назад. Настала та самая нелюбимая Чонгуку тишина. Он хотел спросить о волнующем его вопросе, но он мог в очередной раз за день задеть чувства друга. Всё-таки, Ким чувствовал это гложущее молчание младшего: — Говори уже, что хотел. — Ничего... — ком подошёл к горлу. — Просто, Тэхён... — Да, грустно смотреть на фотографии, где тебя нет, хотя ты мог бы сидеть рядом и позировать, счастливо улыбаясь на камеру. Всегда ведь грустно смотреть на это, не так ли? — перебивает он, прерывисто выдыхая. — Можешь объяснить? — Ну... Всё моё детство было не таким, как у многих. Родители постоянно пропадали на работе, зарабатывая как можно больше денег, чтобы прокормить меня. Всё очень просто : занятые мама с папой, бедность и интернат. Вот и вся история. — Тэхён как-то больно хило улыбнулся, смотря на ошарашенного одногруппника. — Ничего не подумай, меня воспитывала бабушка, забирая к себе в будни после обеда. Не надо меня сейчас жалеть. Ещё, я никогда не был один, потому что со мной был Чимин, и твоя неприязнь к нему не изменит моего отношения. Этот человек мне очень дорог. — Я знаю и... Прости. — Чонгук встаёт с дивана, отходя к окну. — Ничего страшного. Ты ведь не знал. — тот хотел подойти к нему, но его одёрнула Тэён. — Отнесла? — Да. Можно мне посидеть с вами? — девочка поджала губки и начала качаться из стороны в сторону, держась за штанину брата. — Тэён-а, мы сейчас тоже ляжем спать, поэтому ты не сможешь побыть с нами. Может быть, хочешь послушать сказку на ночь? — Сказку? — с восторгом крикнула она. — Хочу! Только давай в этот раз про принцесс. — Я не знаю таких. — Тэхён отлепил от себя ребёнка и пошёл в сторону кухни. — Зато я знаю. — Гук подошёл к малышке и взял на руки. — Давай, эту сказку тебе прочитаю я? — ДА! Гукки прочитает мне сказку! — заверещала Тэён. — Братик, можно сегодня без молока? — Нет. — Ким широко улыбается, смотря на раздосадованное лицо девочки. — Молоко обязательно. Отправить ребёнка в кровать - та ещё задачка. И каждый раз, если мамы не было дома, это превращалось в настоящее сражение. Тэён канючила и отбивалась, а Тэхён сердился и уговаривал. Шума от них обоих было больше, чем днём. Когда девочка начала буквально манипулировать своим братом , подкупая его таким фразами, как: "Братик, а ты сделай это, тогда я усну!", Чонгук решил взять дело в свои руки. — Тэён, что же ты делаешь? — он позвал к себе уже порядком загнанного и усталого друга. — Посмотри на своего братика. За что ты с ним так? Он очень старается для тебя, такие красивые косички заплетает, делится конфетами... да он даже тебе сегодня свой ужин отдал! А ты с ним так обходишься... Молоко, это же так вкусно! Давай я выпью вместе с тобой? — Угу. — зевает та. — Сказку тоже расскажи. Комната у Тэён очень отличается от всех остальных. Здесь розовые обои и её рисунки с подписями, восковые мелки, которым она решила перекрасить все стены, огромное количество игрушек, фантиков от конфет, распиханных по каждому углу, даже кровать большая. Не так давно мама решила сделать здесь ремонт, чтобы обрадовать дочку. Но, как обычно, делал то всё Тэхён, как настоящий маляр-штукатур. Как бы женщина не любила Тэён, всё равно вся её симпатия доставалась старшему сыну, а с ним она проводила не так много времени. Она до сих пор даёт ему всякие поручения, а парень уже загибается, показывая себя покладистым. Вот так по-разному дети получают материнское внимание и заботу. Кому-то достаётся серая комната с отклеивающимися обоями, а кому-то всё, без остатка. Но Тэхён не обижается, принимает всё как данность, без устали работает, помогая маме, и каждый раз слышит от неё слова любви. Ради этого стоит жить. Чонгук кладёт девочку на кровать, а сам берёт из коридора рюкзак и достаёт оттуда полюбившийся дневник. Он ложится рядом с ней, укрывая обоих одеялом и начинает повествовать содержание сказки. — Была на свете одна замечательная принцесса. Она видела красоту во всех мелочах, радовалась первому снегу, дорожила друзьями и хотела сделать людей лучше. От одной её улыбки серый мир окрашивался в яркие краски, от взгляда медовых глаз на душе становилось теплее. Она была очень красивой и удивительной, но остальные считали её странной, поэтому не хотели общаться с ней. И тут начинается история любви принца и принцессы. Принц, чуждый странник, медленно шёл по городу, заприметив красивую девушку, стоящую около пруда. Он заметно замёрз и попросил помощи, а та красавица безоговорочно повела его в свой замок. В замке принц оттаял, и когда принцесса зашла к нему, он тут же в неё влюбился. Но их любви пришёл конец, когда злобный и страшный дракон по имени Чи разлучил их. Он посадил девушку в башню, но принц не сдавался. Он всеми силами старался победить злодея, но, как оказалось, это был друг принцессы. — придумывает Чон, смотря на засыпающего ребёнка. — А что потом? — тихо говорит Тэён, обнимая плюшевого мишку. — Запомни только одну вещь, Тэён-а : «Любовь заключается в мелочах. Человек может не нравиться другим, но нравиться тебе. И это счастье, что только ты постигаешь его внутренний мир, узнаешь его, проводишь с ним время. И даже если он кажется на первый взгляд странным, такого нельзя сказать о том, что находится внутри него.» — Я не понимаю тебя, Гукки. — Ты и не должна это понять, просто помни. — он закрывает дневник, откуда взял эту фразу, и не замечает, как в дверном проёме появляется Тэхён. Тот держит в руках два стакана с молоком, облокачивается плечом на деревянный угол и наблюдает за этой милой картиной. — В конце истории принц спас свою принцессу, и жили они долго и счастливо! — Вааа ~ Мне никто не рассказывал таких историй~ — улыбается сквозь сон девочка. — Но, знаешь, Гукки. Эта сказка напоминает тебя и братика... Ты его любишь? Чонгука застал в расплох этот вопрос. Он даже не успел задуматься над ответом. — Я... — но договорить парень не успел. Из рук старшего выскальзывает посуда и разбивается, а дребезг от неё, казалось, был слышен во всём доме. На полу было огромное количество осколков. — А я... это... Я тут решил полы помыть! — громко сказал весь покрасневший Тэхён и убежал из комнаты. Вернулся он уже с метлой, совком и тряпкой. — Братик, аккуратнее... — малышка снова ложится и мгновенно засыпает. — Давай помогу. — поднялся со кровати Гук и подошёл к Киму. — Я с-сам. — Сам зальёшь полы своей кровью? — говорит парень, подбирая останки стаканов. После того, как последствия "катастрофы" были успешно устранены, оба вышли из комнаты Тэён, пожелав ей спокойной ночи и выключив свет. Тэхён остановился перед дверью в свою комнату и заставил Чонгука, идущего сзади, резко затормозить. — Дети могут сказать, всё, что угодно. Не обращай на это внимания. — прозвучало нервным голосом. — Не беспокойся так об этом. — Гук положил руку на плечо друга. — Я не думаю ничего такого. — но в голове у него промелькнула мысль:"Устами младенца глаголит истина..." Предстояла ещё и беспокойная ночь. Как разделить один диван? Парни заходят в комнату и Ким достаёт с полки одноместный футон, кладёт его на пол, и начинает расстилать кровать для однокурсника. Гостеприимство превыше всего! За весь день он страшно устал, поэтому лёг на импровизированную постель и сразу же задремал, оставив новоиспечённого соседа удивлённо смотреть на него. — Хён, ложись на кровать. — бубнит он. — Нет. — полусонным голосом отвечает Тэхён. — На ней спишь ты и точка. — И что мне с тобой делать? — Оставить в покое и дать поспать. — слышится сопение, раздражающее Чонгука. Он ещё некоторое время вертится на диване, сминая простыни, ползает к краю кровати, чтобы посмотреть на спящего хозяина дома, далее вообще нагло пялится на того, смотря на приоткрытый рот. Трогать спящего человека - непростительный грех, но парень плевать уже на всё хотел, он незаметно крадётся к футону, резко поднимает Тэхёна на руки, морщась от тяжести и кидает на кровать, заворачивая в одеяло, как сосиску в тесте. — Эй! Ты чего делаешь?! — возмущается Ким, стараясь выбраться из плена материи и цепких конечностей Чонгука, которыми он обхватил всю эту гусеницу. — Я дышать не могу! — Потерпишь, раз не хочешь так спать на диване! Будешь здесь, ты меня понял? — смеётся младший, сгребая того в объятия. — Спи давай, принцесса. — Я не принцесса! — Если я принц, то ты - принцесса. Спи, красавица, не заставляй меня действовать против содержания диснеевских сказок и целовать тебя, чтобы ты заснул! — Тэхён перестал ворочаться, прислушиваясь к гулу у себя в груди. После этого он услышал размеренное дыхание. — Ну и как тут уснуть?