Контрасты

      Когда-то ей твердили, что её инь обязательно встретит ян. И маленькая Тигрица верила. Знак в форме половинки древнего символа красовался на правой ладони. Такой носили все кошачьи; мужчины – белую половинку, а женщины – чёрную.       Шли годы, и Тигрица понимала, что будь она странницей, давно бы уже отыскала его. Мастер Шифу пока не разрешал Пятёрке помогать кому-либо вне долины Мира, поэтому шансы, и без того никакие, стремились к нулю. Не придёт же он, в самом деле, в долину сам.       С появлением По всё стало только хуже. Мало того, что этот жирный панда её раздражал, так ещё и Тай Лунг сбежал из Чор Гома. Тигрице хотелось сбежать, уйти навсегда. Как никогда прежде, она жаждала покоя и счастья, но так и не смогла покинуть друзей и мастера Шифу в трудный для всех час.       - Ты почувствуешь, - говорила приютская нянечка, - что это твой наречённый, когда один из вас улыбнётся другому. В этот миг и у него, и у тебя проявится вторая половинка символа.       Тигрица уже тогда понимала, что с её невезением половинка не проявится никогда.       После первого и последнего боя с Тай Лунгом ей стало всё равно. Проигрыш всегда переживался остро, а теперь они и вовсе бегут из долины, оставив отцу и сыну право на личный поединок, в котором вряд ли кто-то выиграет.       Если придёт весть о гибели мастера, думала Тигрица, она точно уйдёт отсюда и никогда не вернётся. И через годы скитаний, может, и встретит того, кто утешит её и растопит броню её сердца, - пусть и совсем не тот, кто ей предначертан. Такие отношения осуждались, за это сажали в тюрьму и даже казнили, когда объявлялся истинный. Тигрица плевала на законы. Терять ей было нечего.       Что-то вдруг остановило её, и мастерица обернулась назад. Отсюда, с холма, Нефритовый дворец был, как на ладони. В небе темнели грозовые тучи. То там, то тут уже сверкали молнии.       Она не могла покинуть свой дом. Уже не могла. Любопытная мысль, едва возникнув, уже не покидала её.       Обратно Тигрица мчалась быстрей, чем когда-либо. Стрелой взбежала по тысяче ступеней, минуя неуклюжего По, который едва одолел восьмую.       - Тай Лунг! – вскричала она на пороге дворца. – Взгляни сюда!       Если символ проявится, катастрофы не случится, думала она. И самые заклятые враги никогда не пойдут против природы. К тому же, ей ещё не доводилось исправлять злодеев, а тюрьмы всегда давали противоположный эффект.       Снежный барс, занятый поединком с Шифу, обернулся лишь тогда, когда ухватил отца за шею. Он ожидал чего угодно: нападения, армию императора, да хоть конца света – но не улыбку на морде Тигрицы.       Его правую ладонь охватил странный жар, и барс разжал хватку. Шифу бросился к Тигрице, ожидая, что она или убежит с ним, или бросится в бой, защищая. Сам он был уже без сил.       Но Тигрица осталась стоять, и, более того, с восторгом глядела на свою лапу. Тут-то мастер и понял, что произошло. Зная Тай Лунга, он опасался, что сын не примет этот дар судьбы. Барс никогда не думал о поиске второй половинки, мечтая лишь о Свитке Дракона.       - Если это то, о чём я думаю, - слегка опомнившись, насмешливо произнёс барс, - ты влипла, красотка. Не так давно я пожалел тебя, а ведь мог и убить вместе с остальными. Ты, вероятно, хочешь, чтобы я променял Свиток на любовь? Хм… Даже не знаю…       - По вместе со Свитком внизу лестницы, - сообщила Тигрица. – Отбери его, тогда и узнаешь, что тебе дороже.       - Идёт, - довольный, Тай Лунг вышел вместе с Тигрицей наружу, оставив Шифу в глубоком потрясении.       - Может, ты мне и нравишься, - размышлял барс, шагая по ступеням. – В любом случае, врагами мы с тобой остаться не можем.       - Никогда не думала, что это можешь быть ты, - согласно кивнув, сказала Тигрица. Теперь, как и у Тая, на правой ладони её красовался цельный инь-ян. – Но я благодарна судьбе за этот выбор, потому что вряд ли нашла бы того самого, будь он не тобой. Такая уж я невезучая.       - Если в Свитке есть то, что даст безграничную силу, обещаю поделиться, - улыбнулся барс. – А потом… Потом нам придётся уйти, ведь меня вряд ли оставят в покое, а тебя – обвинят в предательстве.       - Пусть, - твёрдо решила Тигрица. – Мне надоело сидеть на одном месте. Отныне я всегда буду следовать за тобой – не только из-за того, что мы связаны, а потому, что устала зависеть от чьих-то приказов.       Когда Тай вырвал Свиток из лап лежавшего на ступенях панды, тот объяснил, в чём секрет, которого нет. Тигрица в недоумении уставилась на По.       - Вот и вся их «философия», - фыркнув, барс бросил пергамент. – И делиться-то нечем. Что ж, прощай, жалкая, жирная панда. Сражаться и убивать тебя за пустышку не имеет смысла.       Пара истинных пересеклись взглядами и не успели переступить последнюю ступень, как их носы соприкоснулись, а следом и поцелуй окрасил мир в новые, яркие цвета расцветшей любви.       Ночь они провели в бамбуковой роще, где ничто не нарушало их неторопливое знакомство с новыми чувствами. А когда наступил рассвет, уже никто не смог отыскать и следа влюблённых мастеров.