Под снегом

Уже так давно с ним не разговаривал. Кажется, весь мир вокруг потерял краски оттого, что не звучит его голос рядом, не скользят его пальчики по плечу и не сверкают его глаза. Ах, эти глаза. Вечный лукавый прищур, но от него они не переставали быть прекрасными, и... добрыми. Да-да, очень добрыми. Иногда один его взгляд вселял надежду на то, что всё снова станет хорошо, стоит только ещё чуть-чуть потерпеть, ещё немного подумать. Он был там, за окном. В другом мире. Там много снега, но совсем не холодно. Там смех, веселье, но нет искусственных улыбок и претворных чувств. Там так чисто, как в раю. Он бегает, как маленький ребёнок, смеётся вместе с остальными. Они, кажется, лепят снеговика, но ЁнГук не смотрит на то, что происходит вокруг, он смотрит только на него, на красивого паренька, отплясывающего вокруг чего-то большого и снежного танец аборигенов. В итоге он налетел на снежную статую, развалил её и сам оказался полностью погружённым в снег. Смеясь, встал и начал отряхиваться, а когда поднял голову, на его нос приземлилась большая снежинка, и он смешно скосил глаза, чтобы получше её рассмотреть. Дети, что были рядом с ним, засмеялись. Хотя это скорее вызывало умилённую улыбку. Он совсем взрослый парень, а повадки у него детские и невинные. ЁнГук проводит пальцами по стеклу в том месте, где был виден ХимЧан. Влюблён. Нет, наверное. Не влюблён, просто дышит им, живёт им. Незримые слёзы застилают его взгляд, и, ему кажется, что всё вокруг плывёт, только один силуэт остаётся чётким. Холодное стелко под пальцами впивается в самую душу. Он хочет прекратить это, а не может. Не может оторвать взгляда от тоненькой фигурки. Можно вскочить, побить посуду, разгромить весь дом, но у него нет сил этого делать. Вряд ли он сможет сейчас встать на ноги. Он не замечает что с улицы тоскующе и печально смотрят на него два прищуренных глаза. - Что, ХимЧан, тебе хорошо, у тебя ещё много друзей, а мне? Что мне прикажешь теперь делать? - голос прозвучал болезнено. Он болеет, уже давно. Но не лечится. Болезнь исходит откуда-то изнутри, из самых глубин. Наверное, лекарствами это не вылечить, хотя он даже не пытался. Он не замечал. Просто целыми днями сидел у окна. Ел редко. Этого и не требовалось. Он вообще не ощущал необходимости в чём-то человеческом. Только бы появлялся в окне этот силуэт. Он зашёлся в приступе кашля. Голова закружилась, в глазах потемнело, и вот ЁнГук уже обессиленно опускает голову на руки. Он больше не видит окна и не знает, что заметив это, красивый паренёк подорвался с места, и уже несётся к нему на всех парах. Пожалуй, ЁнГук решил, что уже мёртв. Тягучее чувство боли разлилось по организму, и это значило, что он попал в Ад. Ну, что ж... Есть, за что. Но руки, дёргающие его за одежду, немного привели его в себя. ХимЧан, тот милый парень, сейчас стоит рядом и судорожно пытается его разбудить. - Гукки... - он сел рядом и положил ладонь на плечо старшего. В ответ прерывистое дыхание. - Мне остаться? - спросил он, не отрывая взгляда от друга. Или не друга. Всё-таки ему очень тяжело без своего грубого, но безумно милого ЁнГука. Он почувствовал, как на его замёрзшую от снега ладонь легла тёплая и сухая, сжимая и согревая её. - Пожалуйста, останься навсегда.