Всё поменялось в эту ночь

Тем временем, когда Ыну и Санха находились на третьем этаже, Мёнджун и Джину гуляли на улице, возле дома. Погода была прекрасной, так что можно было неспеша погулять и поговорить по душам. Снежинки хрустели под подошвой черных ботинок и кроме них ничего не было слышно. Тишина. — Совсем не боишься, что они потеряются? — спросил Джину, решив прервать эту тишину. Он посмотрел на замерзшее окно третьего этажа и вздохнул, — Я бы точно не разрешил. — Конечно, я за них переживаю, -встав рядом с лидером, сказал MJ, — Только вот ты вечно всё запрещаешь мальчикам. Не думаешь, что им нужно дать больше свободы? Тем более этот новенький совсем ещё малыш. Думаю, что ему нужно побольше узнать об этом месте. — Может ты и прав…- улыбнувшись, согласился Джину, — Но не разрешай им всё подряд. Что-то мне подсказывает, что Санха совсем не ради изучения этого дома пошел именно с Ыну. — С чего ты вдруг взял? — легонько дернув плечо лидера, засмеялся Мёнджун, — Ты на что-то намекаешь? — Да так просто отцовское чувство. Ты вообще видел, как они переглядывались утром? Только слепой не заметит. Кажется, малыш изо всех сил пытался остаться наедине с Ыну, и вот выпал отличный шанс. Я как бы и не против этого, — шутя, говорил он. — Что это за «отцовское чувство», ты мне скажи, — продолжал смеяться MJ, — Да ты людей читаешь, как книжки. Сразу увидел что-то между парнями. Это у тебя дар какой-то что ли? И вообще, если ты папочка тогда кто мать? — Стой, разве не ты? — обняв Мёнджуна за талию, улыбался Джину, как полный любви маленький щенок. — Уж не знаю, не знаю, — закатил глаза MJ, скрестив руки. Несколько лет назад родители Мёнджуна насильно привезли его в это ужасное место под предлогом, что он якобы не опровдал их ожидания. Всё было довольно спонтанно и странно. Ведь родители никогда не говорили о своих ожиданиях насчет него. Так чем же они были так недовольны на самом деле? Та же холодная ночь зимы, тот же буран и атмосфера. Первым, кого встретил MJ, войдя в огромный дом, была кухарка, которая показала ему спальню, где находилось еще пять свободных кроватей. Комната выглядела пустой и абсолютно бездушной. Конечно, жить одному здесь было безумно страшно и одиноко. Мёнджун больше всех пережил страданий в этом месте, поэтому сейчас он постоянно рассказывает мальчикам секреты выживания или правила, чтобы они не наступали на те же грабли, что и он. День и ночь он изучал это место, записывая всё в различные тетради и книги. Так и незаметно прошел целый год здесь. Снова наступила эта зимняя ночь. Открылась дверь в комнату и, из коридора выглядывал довольно невысокий парень с волосами красного цвета. Это был Джину. Человек полный счастья и добра, который готов был поделиться этим и с другими. С того самого дня жизнь Мёнджуна сильно изменилась. Он очень сильно привязался к новому другу. Вместе они проводили всё время. Просто сутками напролет в компании друг друга. Уже было не так одиноко и страшно, как раньше. Ночью Джину постоянно ложился в кровать ЭмДжея и они вдвоем обсуждали всё, что только можно было. Прошлое, будущее, настоящее, неожиданные обстоятельства или о своей жизни, о своих предпочтениях и любимых вещах. Кажется, они слишком много знали друг о друге. Абсолютно всё. В основном, у них не было крупных ссор, только разве небольшие перепалки из-за всяких мелочей. Только один раз, когда MJ мог лишиться жизни из-за рвения узнать об этом доме больше. Та самая комната с огромной и бездонной дырой. По неосторожности брюнет мог оступиться и упасть, но Джину вовремя схватил его за руку. — Ты совсем идиот?! А если бы меня не было рядом? А если бы ты упал? Ты думай, прежде чем заходить в неизвестные комнаты! Как бы я остался здесь без тебя? От одной такой мысли я просто схожу с ума. Я не хочу потерять такого друга, как ты, Мёнджун, — всё это Джину прокричал на Эмджея на одном дыхании. Его тело переполняли эмоции и в лёгких не оставалось места, чтобы сделать хотя бы один глоток воздуха. Слишком волновался за его жизнь. Даже больше, чем за свою. Зная и чувствуя, что пережил Мёнджун, лидер не хотел, чтобы других участников тоже настала такая учесть. Только он не думал, что обычные правила здесь чем-то помогут. Он сразу и коротко говорил «нет» или «нельзя». Спустя больше полугода после того момента, в очередную глубокую ночь, Джину снова лег вместе с Мёнджуном под одно одеяло. Джину долго смотрел на потолок, не говоря ни слова, о чем-то серьезно думая. Возможно, о своих словах, которые он собирался сказать. Может, они могли глубоко ранить или осчастливить, но никогда не знаешь наверняка. Он глубоко вздохнул и перевернулся на бок, смотря в глаза другу. — Мёнджун, ты что-нибудь чувствуешь, когда я ложусь рядом? Это так странно. Ведь я испытываю счастье, находясь рядом с тобой. Понимаешь? Хотя, если честно, я сам до конца не понимаю, что со мной происходит. Не бери в голову всё, что сейчас говорю. Просто всё это накопилось у меня в голове и я хотел рассказать тебе об этом. Джину и дальше мог продолжить этот разговор, словно монолог из своих мыслей, но Мёнджун решил просто ответить на его слова. Он поцеловал его. Лидер весь покраснел от смущения, но даже не хотел отстраняться. Вообще, в его планах было сделать это первым, но что-то пошло не так. — Хватит говорить чепуху хорошо? -отстранившись от поцелуя, сказал MJ, — Я чувствую абсолютно то же самое, что и ты, но ждал, когда ты сделаешь первый шаг. Давай о наших отношениях будем знать только мы. Только эта комната и больше никто. — Как хочешь, — с улыбкой ответил Джину, — А что? Что-то не так? Ты стесняешься меня? — Нет! Просто… Я стесняюсь самого себя. Я же не гей, да? Я не хочу им быть, но во всем виноват ты, Джину. — Я? Да, я! Но отныне ты мой гей, поэтому в этом ничего такого нет. Ну, как хочешь. Эта тайна останется только между нами и этой комнатой.