Stronger that l want

1. Смелая. — Мне не нужна твоя помощь! — и вновь содрогающий тело приступ кровавого кашля. Акутагава сгибается в пояснице, оседает на землю, откашливая кровавую слизь на грязный асфальт переулка. — Акутагава — сенпай… — Я сказал нет! — хрипит он, не замечая исказившееся лицо своей подчиненной. Хигучи нагибается, подхватывает ослабевшего парня, и рывком поднимает с промерзшего насквозь тротуара. — Мне… не… — Заткнитесь, сенпай, — хрипит Ичие, перекидывая руку ошарашенного юноши себе на плечо. — Неужели так сложно просто попросить? — выхватывая из кармана платок, Ичие промакивает им окровавленные губы начальника, а после чистой стороной протирает его холодные ладони. — Смелая ты… Хигучи. 2. Бутылочка. — Акутагава, правда или действие? — спрашивает Чуя, устремив взгляд на бутылку, которая горлышком указывала на юношу. — И кто только придумал эти корпоративы… — шипит Акутагава, надеявшийся что его-то никто не привлечет к этой глупой по его мнению игре. — Ну действие, — выплевывает он, и с прищуром смотрит на хитро-улыбающегося товарища. — Что? — Поцелуй девушку. Любую. Э! — отдернул Акутагаву Накахара, когда увидел что он приближается к Гин. — Не сестру и по взрослому! — Мерзавец, — бормочет юноша. — Девушку говоришь... — Нет, ну если у тебя другие вкусы... — усмехается Чуя, но тут же замолкает, увидав поднимающиеся полы черного плаща за спиной юного эспера. — Ну же, целуй! — Акутагава мученически вздохнул, но быстро наклонился к сидящей рядом Хигучи, и припал к нежным губам. Разорвав поцелуй, красный от смущения Акутагава постарался больше этим вечером не встречаться взглядом с еще более заалевшейся, но польщенной Хигучи. 3. Преданная. Ичие подобно преданному питомцу сидела недели напролет у койки Рюноске, пока тот проходил долгое и изнуряющее лечение от туберкулеза. Подобно питомцу. Или влюбленной, наивной девушки. Ведь все люди, когда влюбляются будто слепнут, и видят перед собой лишь один маяк — того на кого укажет сердце. Акутагава не спал, хотя все время ее визитов держал веки сомкнутыми. Зачем? Он боялся. Он однажды уже раскрыл свое ранимое сердце человеку, который после разорвал его на кусочки. И лишь улыбка Хигучи была той острой иголочкой, которая стежок за стежком сшивала разорванную плоть. Хигучи упорно приходила, упорно сжимала холодные, костлявые пальцы Рюноске в ладонях, упорно читала ему вслух стихи, не зная, слышит ли он ее. Преданная, глупая девчонка. Его девчонка. 4. Желание. Почему у Акутагавы подгибаются ноги при виде Ичие в платье? Почему его дыхание учащается будто при лихорадке, когда она проходит мимо, обдавая облаком сладкого парфюма? Почему Рюноске весь вечер не может оторвать взгляд от худеньких, оголенных плечиков с паутинкой созвездий из рыжих веснушек? Почему он сам того не ведая приглашает ее на танец, и судорожно сжимает пальцы на талии телохранителя? Почему его так тянет вдохнуть запах ее волос? Почему он следит за каждым вдохом и выдохом из ее губ? Почему внизу живота сладко тянет, а рот набирается вязкой слюной, когда девушка нечаянно касается его торса скрытого под тонкой рубашкой? Акутагаве чуждо это приятное чувство, но он сам себе пообещал что обязательно заставит ее испытывать к нему подобное. 5. Игра в «Pocki». — Акутагава-сенпай, не хотите Покки? — раздается голос позади Акутагавы, и тот резко оборачивается, одаряя свою подчиненную странным взглядом. Сейчас они оба находятся в засаде, и у них есть часа 2-3 до появления их цели. Именно по этому Ичие решила устроить обеденный перерыв, и уже успела впихнуть сосредоточенному Рюноске пачку сушенного инжира. — Что это такое? — скептически осматривает юноша странные палочки с шоколадом на конце. — А вы попробуйте, зажмите конец между зубами, — смеется Ичие, и вытащив из пачки палочку, одним концом запихивает в рот Акутагаве. Парень недовольно сжимает сладость зубами. Ичие откусывает с другой стороны, подбираясь все ближе и ближе к губам Рюноске. Наконец добравшись до шоколадного кончика, который держал в зубах эспер, девушка прошептала ему в губы: — Ну же, откусите, — Акутагава, тяжело дыша откусил небольшой кусочек палочки, и вмиг столкнувшись с теплыми губами Хигучи, покраснел. Ичие толкнулась вперед, и встав на носочки, поцеловала растерянного начальника в бледные губы. Сжав девушку в объятьях, Акутагава ответил на поцелуй, и прикусил девушке нижнюю губу. — А палочку всю сама съела, жадина, — прошептал он в губы Хигучи улыбающейся до ушей. 6. Подарок. — Акутагава-сенпай, с новым годом! — подбегает к собравшемуся уходить начальнику девушка. Новогодний корпоратив был для Рюноске безумно скучен, поэтому парень решил воспользоваться положением и уйти домой, чтобы наконец отоспаться. Наклонив голову, Акутагава видит улыбающуюся девушку, сжимающую в протянутых руках праздничную коробку. — Что там? — А вы посмотрите, — пихает в руки Акутагаве подарок телохранитель. Акутагава развязывает серебряную ленту и открывает белую крышку коробки. Выудив наружу красивую, кожаную записную книжку, он удивленно смотрит на девушку. — Мне Гин рассказала что вы пишите стихи, Акутагава-сенпай. И я видела однажды что вы записывали что-то на клочке бумаги, так что я… — смятенно бормочет она, бывшая с самого начала не уверенна в выборе своего презента. Но на ее удивление Акутагава чуть улыбается, и с удовольствием перелистывает белые страницы записной книжки. — Спасибо, Ичие. У меня тоже для тебя есть кое-что, — на руки ошарашенной этой новостью парень кладет два красивых, больших билета. — Это на балет, мне говорили ты его любишь, можем сходить, — смущенно продолжает парень, не привыкший никому ничего дарить, а тем более подбирать подарки по вкусу других людей, поэтому парень не знал, угадал ли с сюрпризом. Но девушка расплывается в счастливой улыбке, а глаза цвета его любимого, черного чая начинают светиться от счастья. — Да, люблю, Акутагава-сенпай. Я очень хочу пойти... с Вами.