"- Не ревнуй, Котя!"

Адриан ревновал.

Адриан ревновал Мари к каждому парню в радиусе десяти метров от неё. Адриан ревновал по-разному: иногда это чувство преследовало его легко и ненавязчиво, иногда ревность заставляла его хмуриться и сжимать руки в кулаки. Конечно, Адриан понимал, что порой это глупо, нелепо и что ревность это — негативное чувство, которое съедает его изнутри, особенно при виде Натаниэля, ведь он раньше был влюблён в неё, и он не хотел, чтобы он вспомнил про свои былые чувства к ней. И даже сейчас, когда Нат не представляет никакой «угрозы» для Маринетт, он берёт её за руку, спокойно говорит рыжику, что ему нужно поговорить со своей девушкой и уводит её на второй этаж к кабинету, где у них должен проходить следующий урок.       Остановившись возле аудитории Маринетт выдёргивает свою руку из его «лапок», складывает руки на груди и хмурится.       Адриан знает, что ревность — это негативное чувство, которое ни к чему хорошему не приведёт. Адриан знает, что Мяуринетт будет недовольна и, конечно же, он догадывается, что его принцесса будет в очередной раз недовольно читать ему лекции о том, что она любит только его и следовательно, его ревность абсолютно беспочвенна.        А ещё он знает, что любит её до безумия, любит её до кончиков волос и что бы его возлюбленная ему ни говорила, он всё равно будет продолжать ревновать её к каждому встречному.        Возможно, его можно посчитать безумцем, ведь он этому… рад. Он рад, что его принцесса, его милая, ненаглядная, добрая и очаровательная принцесса, заставляет его чувствовать, что она принадлежит только ему, только ему и никому больше.       И, наверное, каждый раз осознавая это, он прерывает её пламенную речь крепкими, но в тоже время нежными объятьями, утыкаясь носом в её иссиня-чёрные волосы. Она же, понимая, что в очередной раз он мало, что услышал из её речи, просто расслабляется в его крепких, заботливых объятьях.

— Не ревнуй, Котя!