Я опекун сам себе? Какого черта?!

      Мариус был в раздражении почти весь месяц, с тех пор как он стал регентом, бумаг прибавилось немерено, да и уменьшаться как-то не собиралось. Сегодня было двадцать восьмое августа, и через три дня начнётся учебный год, а значит ему с Гарри надо быть на платформе 9¾, а далее скучная учёба, совмещаемая с разбором бумаг, Квиреллом, троллем, философским камнем и безносым дебилом.       За прошедший месяц было мало интересного, Мариус почти не выходил из своего кабинета, лишь изредка посещая малую столовую, а то и вовсе забывал, пока учитель Гарри по этикету сама его оттуда буквально не выпинывала. Поттер с головой окунулся в учебники первого курса, желая узнать побольше, хотя большую часть времени он был у русского с немцем или в родовой библиотеке или же занимался зельеварением на пару с портретом Салазара. И к шоку Певерелла, мальчик оказался прекрасным зельеваром, гораздо лучшим, чем он в своё время. Сама Аделайн проводила время в библиотеке, обучала Гарри чайному этикету, не обращая внимания на усталые и обреченные взгляды последнего. Не редко помогала Певереллу с бумагами, засиживаясь вместе с ним допоздна. Также вейла взялась украсить внутренний двор, чему хозяин двора был, абсолютно не против, так как у француженки был безупречный вкус.       Но всё это были цветочки — ягодки были впереди. Восемнадцатого августа вся страна, а точнее её магическая часть, узнала о возвращении из небытия родов Певерелл и Слизерин, причем с шумом на весь Ежедневный пророк, причем сдал юного лорда никто иной как Люциус Малфой в своем «скромном интервью» специальному корреспонденту «Ежедневного пророка», Рите Скитер, ещё и приправив свои слова парочкой воспоминаний. За такую подставу, Певереллу захотелось прикончить Малфоя, при том как можно более унизительно. Например оглушить, связать, раздеть догола, обернуть красной лентой и отправить почтой в притон, где работают вейлы. Или ещё лучше — призвать трёх суккубов, накачать афродизиаком и запереть в комнате, на неделю, а лучше на месяц. Хотя, нельзя было отметить, что несмотря на корреспондента, грязью никого поливать не стали, вот только и без того мрачная репутация его рода, стала ещё хуже. К тому же напрягли последние слова Малфоя в интервью: — Кстати говоря, мисс Скитер, через три дня я устраиваю приём в своем доме по случаю отправки моего сына в Хогвартс, также я выслал приглашение юному лорду Певереллу и он ответил согласием, я ведь не ошибаюсь, что среди представителей Ежедневного пророка будете и вы?— прочитал в голос Гарри, глядя на шокированного Мариуса, у которого начала дёргаться бровь. — Всё так, лорд Малфой, я непременно буду, — Гарри смеха ради стал читать женским голосом. — Думаю, он вам не откажет и согласится на небольшое интервью, — от таких перспектив могучий лорд рода Слизерин громко сглотнул. — Я и сама собиралась взять у него интервью, и я даже не надеялась, что это так скоро случится, благодарю вас за эту информацию, лорд Малфой, я пойду готовится к вечеру, — «НЕТ, это не случится», — сам себе сказал юный лорд с твердым намерением отправится на приём в другой внешности, к счастью то оборотное, которое он использовал в качестве Кассиуса Клейма, все ещё было. — Прежде чем вы уйдете, запомните три вещи, которые не стоит забывать во время разговора с юным лордом Певереллом, — после этого раздражение как рукой сняло, а вместо него пришло любопытство, парню было интересно, какие же слухи о нем ходят. — И какие это три вещи лорд Малфой? — Запомните, первое он Певерелл, этот род древнее чем какой-либо из существующих ныне, богатства и могущества у них в несколько раз больше чем у Блэков с Малфоями вместе взятых, и да, он недалеко ушел от своих предков и также скор на расправу. Его не будет волновать что убийство произойдет на глазах сотни свидетелей, он это без колебаний сделает, — на это Певерелл только похлопал, Малфой был абсолютно прав. С тех пор как он стал лордом Певереллом, он почувствовал как начал понемногу меняться и изменения тронули не только личность, магию, но и его голову, которая едва не взорвалась от головной боли, когда ему в течении недели разные знания начали вбиваться в голову. Всю неделю он провел прикованным к кровати, у него не спадал жар, увеличившийся магический резерв, то был под полным контролем, то выливался наружу гигантским потоком буквально придавливая к земле и не давая дышать. К тому же, помимо знаний бывших лордов Певереллов ему передались ещё и их воспоминания, чувства и эмоции.       «Обращение к корням или память крови» — своеобразная традиция рода Говорящих со Смертью, а также один из главных секретов невероятной силы Певереллов, которую был обязан пройти каждый наследник рода. Был введен лично покровителем рода, и лишь ей ведомо, когда наследник должен будет пройти испытание, которое длилось целую неделю. Те кто прошли, становились лордами, получали знания и силу, а слабые сходили с ума и их просто запирали в темницах, доживать свой век. — Второе, когда будете писать статью, то внимательно подумайте, что печатать, одно оскорбление, угроза или подозрение и вас больше никто не увидит, — опять предупреждение. — И третье, если он откажет, не наседайте, а то с вами будет тоже самое, что и во втором случае, — закончил читать Гарри и посмотрел на своего опекуна, который за прошедшие десять дней прошел через Ад. Сначала это головные боли, раскачавшийся магический резерв, а после крики боли и чудовищные воспоминания, и всё это целых семь дней, после которых Мариус от пережитого отключился. С тех пор прошло три дня и благородный лорд полностью пришел в себя, чему все жители мэнора были неимоверно рады. Вот только после пережитого тот стал более молчаливым и угрюмым, и реже улыбался. Сам мальчик также боялся, ведь Мариус несмотря на свою отчужденность, стал первым человеком, который протянул ему руку помощи, вытащил из Ада, в котором он провел почти всю свою жизнь. Нашел ему учителей, дал крышу над головой, рассказал всё без утайки, спас ему жизнь и до сих пор продолжает делать это, он заменил ему родителей и если бы Певерелл умер, то он скорее всего также последовал за ним, или же вернулся бы к Дурслям. — Хм, Гарри, похоже тебе придется остаться в мэноре, если на приёме будет эта чёртова Скитер, то о тебе могут узнать уже на следующий же день, а это нам совершенно не нужно, — прервал тишину задумчивый голос Мариуса. — Хорошо, — без колебаний согласился мальчик, ему самому не сильно хотелось туда идти, разве что, повидаться с Драко, ведь они встретятся только в Хогвартсе, что было немного грустным. К тому же, он хотел вместе с Слизерином приготовить какое-нибудь зелье. Зельеварение стало для него некой отдушиной, когда он вернулся в мэнор после проверки крови в Гринготтсе, то первым делом, как только выплакал всё наболевшее, отправился в свою небольшую лабораторию, сделанную заботливыми учителями во главе с его опекуном. За котлом он просидел до полуночи, приготовив качественное Бодроперцовое и Усыпляющее зелья. После чего, приняв оные, уснул крепким и теплым сном в буквальном смысле.

***

      Мариус стоял в своей комнате и смотрел на приготовленную Аделайн и домовиками одежду — чёрные брюки, изумрудная рубашка, чёрный костюм и такая же мантия с родовым гербом на спине. Все вещи были из качественного материала. Галстук юный лорд решительно забросил куда подальше. Одевшись и проверив свой внешний вид, Певерелл вышел из своей комнаты и направился к главным воротам. С глубоким вдохом и последующим выдохом парень выпустил свою магическую силу, которую до этого держал на самом минимуме и не отличался от сквиба. Теперь же сила исходила от него ровными сильными волнами. С тех пор как его магическая сила выросла, он без особых проблем мог выбить дурь из любого члена ближнего круга Реддла, за исключением Долохова и Лестрейндж с ними пришлось бы помучатся, но здесь он бы выиграл за счет знаний, которые появились у него после испытания «памяти крови». После обретения знаний, он день пролежал в кровати, отходя от всего, что он узнал и лишь за счет окклюменции держал себя в руках, так как его предки либо невероятные гении, достигшие небывалых высот в магии, или больные на всю голову придурки, ведь только такие могли додуматься черпать силу от боли и страданий своих врагов, а далее, чтобы эффективно причинять боль и не убить, придумали «Круциатус» — заклятие причиняющее невероятную физическую боль без нанесения травм.       Покачав головой на ненормальную фантазию своих предков, Мариус ещё раз кинул взгляд в зеркало, которое нашлось по пути. С зеркальной глади на него смотрел мальчик лет двенадцати, высокий больше похожий на парня лет пятнадцати, с длинными, невероятно растрепанными волосами чёрного цвета, которые, казалось, поглощали свет. К удивлению пальцы проходили сквозь них абсолютно свободно. Также, часть волос спадала на правую сторону лица, частично скрывая его. Лицо было лишено каких-либо эмоции, имело тонкие черты, бледную кожу и глубокие тёмно-зелёные глаза с звериными вертикальными зрачками, которые добавляли ему шарма, также на левой половине лица был виден длинный тонкий шрам.       Вздохнув, Слизерин убрал челку, что скрывала левую половину лица, открывая взору аналогичный след, что был и на правой стороне, после чего перевел взгляд на третий след, что в отличии от двух первых шёл по горизонтали, проходя через нос и пересекаясь с двумя вертикальными точно под глазами.       Вспомнив что его ждут, юный лорд стремительным шагом направился к лестнице, что была как раз за поворотом. Добрался до выхода он через пару минут. Там его уже ждали, все кроме Аделайн, что должна была идти с ним как его телохранитель. Вейла несмотря на свой средний рост и приятную глазу фигурку была сильна как в ближнем, так и в магическом бою. Певерелл мог, конечно, заблуждаться, но Маккуин могла скрутить Грюма в чистой физической силе, не без проблем конечно, но всё же. — Я готова, — прервал размышления парня, голос женщины. Обернувшись, Мариус застыл как истукан с открытым ртом. Вейла была великолепна, даже без своей ауры, что превращало сильный пол в слюнявых идиотов. Изумительное, но в то же время простое платье чуть ниже колен, тёмно-синего цвета. Вкус у вейлы был отменным, несмотря на простоту платья, оно отлично подходило брюнетке. Во-первых, оно не терялось на фоне чёрных волос и бледной кожи. Во-вторых мягко облегало объемную грудь и узкую талию, подчеркивая тем самым отличную фигуру Аделайн, а свободная юбка не стесняла движений. В-третьих открывала вид на соблазнительную шейку, распаляя воображение закрытой от глаз грудью третьего размера. — Ну как? — с ехидством спросила женщина, заметив реакцию парней. — Прекрасно, даже слишком, — пробормотал Певерелл, неловко отведя взгляд. — Ага, — прозвучал синхронный ответ от русского с немцем, которые отвернувшись прикрывали носы из которых капала подозрительно красная жидкость. Самый младший из компании весь покрылся красным от корней волос до кончиков ушей, а из самих ушей казалось, шёл пар. На такой ответ она лишь засмеялась и подошла к своему спутнику. — Ты тоже ничего, а твоя магия вызывает такую дрожь, — с этими словами Маккуин встала рядом и взялась услужливо подставленный локоть. «Эффектно», — единственная мысль которая могла наиболее четко выразить мысли наследника рода Поттер. Пара получилось и впрямь занятной, приятной глазу. Казалось перед ним стояла парочка молодых людей, а не мальчик с женщиной. Высокий для своих лет Мариус был ниже своей пары лишь на пару сантиметров, которые вполне компенсировались его пышной шевелюрой. Напротив ему, француженка несмотря на свои почти тридцать девять выглядела очень молодо, скорее напоминая восемнадцатилетнюю девушку. Находясь рядом с ними Поттер был в двояких чувствах, с одной стороны ему хотелось продолжить за ними наблюдать, а с другой убежать куда подальше. Аура вейлы, существ которые казались воплощением любви. И аура некроманта, предвестника смерти или же одного из Жрецов Смерти. — Повеселитесь там, — пожелал русский, когда вытер кровь. — Спасибо, — ответила парочка и перенеслась портключом, который прислал Малфой вместе с приглашением на приём в пять вечера. Сейчас было без пяти, пять, они вполне укладывались в сроки, чтобы не опоздать, но и не припереться раньше, после которого пришлось бы, как последним дуракам ждать пока соберутся остальные. — Ладно, можем заняться своими делами, во всяком случае их сегодня ждать не нужно, — заявил Август, после чего развернувшись потопал к себе. — Почему? — растерянно спросил Гарри, смотря на ровную спину фрица. — Не знаю, это как предчувствие, что Малфой уговорит их погостить у них хотя бы день, — пожал плечами целитель не оборачиваясь.

***

      Появилась парочка на широкой подъездной дороге, которая вела от высоких кованных ворот до главного входа в поместье, также дорога с двух сторон была обсажена живой изгородью за которой были видны красиво ухоженный сад, где прогуливался белый павлин. — Что это? — тихо спросила Аделайн, заметив ярко-белую птицу. — Павлин, некоторые волшебники держат их в качестве питомцев, но только те, кто недурно устраивается или у кого денег в достатке, — спокойным голосом ответил парень, кинув мимолетный взгляд на альбиноса. Когда пара добралась до главного входа там уже стояла семья Малфоев в полном составе. — Добрый, вечер лорд Певерелл, мадемуазель Маккуин, приветствую вас в своем родовом поместье, — первым подал голос Люциус с очень добродушным лицом. — Мадемуазель Маккуин, вы сегодня неотразимы. — Добрый, лорд Малфой, благодарю за приглашение в столь дивное место, у вас очень красивый особняк, хотя, здесь светлее, нежели у меня. Леди Малфой, добрый вечер, вы прекрасны, я вами просто покорён, — когда парень взял нежную ладонь женщины в свою, то невольно отметил, что Нарцисса едва заметно вздрогнула. И юный лорд сразу понял от чего. После своей недельный спячки, увеличившаяся магия Певерелла начала выходить из-под контроля и чтобы привести её в порядок, Мариус заперся в тренировочном зале, превращая всё, что там есть в пыль, одновременно с этим Слизерин взялся подтянуть и владение мечом, разрубая манекены. Вершиной этого стала суровая битва с русским, в ходе которого последнего едва не превратили в винегрет. После всего этого ладони парня покрылись мозолями, которые до сих пор не сошли, и теперь вся ладонь была грубой. Взаимные расшаркивания длились ещё пару минут, после чего был отдан приказ проводить их к остальным гостям. — Добби, проводи наших почетных гостей внутрь, — приказал Малфой, мгновенно сменив доброжелательность на холод и отчужденность. — Да хозяин. Прошу за мной, Добби проводит почётных гостей хозяина, — сказал появившийся знакомый домовик, повторяя эти слова как мантру.       С родовым гнездом Малфоев у юного лорда были связаны не самые приятные воспоминания. Он очень хорошо помнил тот ужас, который произошел здесь, когда егеря поймали их и привели сюда. Смерть его верного Добби, что спас их, но погиб и сам. Сейчас же этот эльф был жив-живехонек и постоянно оборачиваясь, нес всякий бред, ну этот домовик всегда был немного ненормальным. Теперь мэнор и вправду был очень красивым, да и светлее было, не то что те времена, когда здесь властвовала ненормальная старшая сестра Нарциссы.       Местом, куда привел парочку Добби, оказалась очень просторная комната, которая сейчас была забита людьми. Комната была очень большой, лишь немного уступая Большому залу Хогвартса. Вдоль стен находились столы с разной закуской и выпивкой, также были и кресла с диванами.       Едва домовик открыл двустворчатые двери, как все, словно по команде, повернули головы в их сторону, но почти сразу отвернулись, продолжая украдкой наблюдать. Не обращая внимания на любопытные, изучающие, безразличные, сальные, раздевающие и откровенно похотливые взгляды, последних впрочем было мало, и почти все были представители министерства, среди которых был и сам министр магии — Корнелиус Освальд Фадж, парочка прошла внутрь, после чего за их спинами закрылись двери. Прочно отсекая от идеи о бегстве. — Хочешь чего-нибудь выпить? — вейла кивнула и пара отошла к столикам.       Через пару минут после них внутрь вошла еще какая-то пара неизвестной чистокровной семьи и хозяин мэнора, это ознаменовало начало приема. Люциус с Нарциссой и Драко направились к небольшому возвышению, добравшись до которого, Малфой-старший прокашлялся приковывая внимание к себе и заговорил: — Я, Люциус Малфой, от имени рода Малфой, благодарю тех, кто сегодня пришел, теперь же, официально объявляю о начале приема, развлекайтесь, — после чего послышалась негромкая музыка, разряжая молчаливую, напряженную атмосферу. Сам Малфой с семьей смылся с «подиума» и разделившись на три группы — по одному в каждой, отправились каждая в свою часть. Малфой-старший к таким же лордам и главам родов, для обсуждения политики и прочего. Малфой-младший влился в толпу таких же детей, образовав «детский уголок», а леди Малфой присоединилась к стайке разного рода леди, для обсуждения самых разных тайн, секретов, моды, мужчин, компромата или же самых банальных сплетен. Сами на себя остались подростки, что еще малы для круга Малфоя-старшего, но великоваты для круга Малфоя-младшего.       Спустя двадцать минут после начала, чета Малфоев явно сговорившись, разделила Аделайн с Мариусом, утянув в разные стороны. — Что скажете насчет приема лорд Певерелл? — голос Люциуса был тихим, но слышимом везде, так что все присутствующие прислушались к разговору. — Началось всего двадцать минут назад, ничего толком сказать не могу, — далее потянулась стандартная светская беседа, в ходе которого он познакомился с парочкой интересных личностей, после чего Люциус сославшись на какие-то дела смотался непонятно куда. После этого лорды будто бы осмелели и стали затягивать юного лорда в разного рода беседы, пытаясь вытащить полезную информацию, а в особенности о семейной жизни Слизерина. И когда Мариус в разговоре с Марком Гринграссом и Энтони Паркинсоном случайно проговорился, что он даже не помолвлен. И по закону подлости это услышали леди, что стояли в нескольких шагах, а спустя полминуты каждый в помещении знал, что Мариус Певерелл-Слизерин, глава двух древних родов не только не женат, но даже и не помолвлен.       Эффект получился предсказуемый, потрясенная тишина, а после, все посмотрели на него таким жадным интересом, что казалось, он сейчас загорится.       К тому же Мариус на свою же голову, даже вёл себя безупречно. Вежливо кивал, ослепительно улыбался, источал комплименты, поддерживал разговор на любую тему, даже тему высшей магии, о которой по идее, мальчик его возраста не должен знать. Со стороны он напоминал змею, изображенную на гербе своего второго рода. А его глаза с вертикальными зрачками и вовсе усиливали это впечатление.       Певерелл-Слизерин вёл неторопливую беседу с всё тем же Гринграссом, который оказался вполне неплохим человеком, одним из немногих, кто не лез к нему с намеками на брачный контракт. Прочие уже его порядком достали, хотя это и не удивительно. Породниться с Певереллами мечтали все. Род Певерелл был символом ВЛАСТИ, Магической силы и богатства. Их боялись — это да, их уважали, им поклонялись. Все-таки не все имеют ТАКИЕ силы в покровителях. Но получить хоть какой-то шанс стать ближе к Роду Певерелл… А тут не только молодой и не окольцованнный глава рода, но ещё и глава не менее знаменитых и ужасных Слизеринов. Магическая сила юного лорда была налицо, каждый буквально чувствовал, что из присутствующих он уступит лишь Люциусу, да и то потому, что тот находится в своем доме и получает поддержку рода.       Сам Певерелл несмотря на внешнее дружелюбие, был готов взорваться в любой момент, кто бы мог подумать что приёмы такие утомительные, а ведь впереди ещё есть танцы и прочее, вот какой черт дернул его согласится. Хотя было во всём этом кое-что приятное, а именно предложения о брачном контракте, а если совсем точно, то отказывать им в составлении этого контракта, и с затаённым чувством невероятного удовлетворения, наблюдать за их разочарованием.       Завершив разговор с очередным лордом какого-то рода Певерелл без палочки накинул на себя чары рассеивающие внимание и отошел к столу с напитками, промочить горло. Продолжительное чесание языком утомит кого угодно, а промочить горло хороший -повод, чтобы взять небольшую передышку. — Так ты и есть Певерелл-Слизерин? — прервал передышку и одиночество дважды лорда немного грубоватый голос. Посмотрев на обладателя голоса, Мариус увидел парня с короткими чёрными волосами, крупным телосложением, серыми глазами, одет он был в тёмные одежды изумрудно-зелёную мантию, этот парень очень кого-то напоминал, но кого именно мозг вспоминать отказывался. — Допустим, — ответил Мариус, бросив попытки вспомнить имя. — Маркус Флинт, наследник Флинтов, — и протянутая рука для рукопожатия. — Рад знакомству, — кивнул лорд. — Взаимно, — ответил Флинт.       После этого последовал небольшой разговор на тему школы Хогвартс и квиддича. Лишь после упоминания квиддича парень вспомнил Флинта, который был капитаном сборной Слизерина по квиддичу. Более о нём он ничего не знал, кроме того, что он остался на второй год. Ученик из него аховый, хотя игрок довольно неплохой.       Далее к юному лорду присоединилась Аделайн с той же целью промочить горло, в чём Слизерин не отказал и налил ей в стакан воды. После прошло ещё полчаса и настали проблемы, то есть танцы и головная боль для дважды лорда. Так как теперь вместо лордов появились леди, которые имели более изощренные методы добычи информации.       Ну что сказать, отбоя от партнерш у него не было, казалось, он вовсе не вылезал из центра, десяток танцев с разного рода девушками и женщинами, ему безусловно понравился, если только не их кокетливые взгляды, слишком сильное сближение между танцем и их головки на плечах, было даже несколько попыток поцеловать. Среди этого десятка наиболее сильно выделились три. Первый, с леди Забини, как наиболее напряженный, с Аделайн как наиболее сложный, и с леди Малфой, как самый лучший. Хотя лица Драко и Люциуса, когда он закружил в танце их мать и жену, парень не забудет никогда. Впрочем, такой шок был у половины присутствующих. Сама женщина, лишь едва заметно улыбнулась присев в реверансе и откланялась.       Танцы продолжились в течении целого часа, лорду казалось, что он никогда так много не танцевал, впрочем так и было. В своей прошлой жизни он танцевал лишь пару раз, — не более. Впервые, на обучении танцам у Макгонагалл, а после первый танец Чемпионов на Святочном балу, хотя насчет последнего, это был не бал, а скорее ночной кошмар.       Отвязавшись от очередного приглашения, юный лорд направился к хозяину мэнора — ему стало душновато. Он точно знал, что в этом четырехэтажном особняке есть балкон и ему нужен был провожатый. — Лорд Малфой? — когда упомянутый был найден, то Мариус не смог удержать удивления. Рядом с ним стоял Северус Снейп в неизменных чёрных цветах, исключением было лишь то, что материал цветов был более дорогим, а шевелюра свежевымытой. — Лорд Певерелл? — синхронно произнесла парочка мужчин, после чего с недоумением посмотрела на друг на друга. — Добрый вечер профессор Снейп, — поприветствовал второго, тот в ответ кивнул. — Я могу вам чем-то помочь лорд Певерелл? — спросил платиноволосый мужчина. — Где у вас выход на балкон, а то, что-то тут стало тесновато, да и жарковато? — Тесновато и жарковато стало исключительно вокруг вас лорд Певерелл, — с ехидством заметил Малфой, а собеседник с трудом подавил желание тяжело вздохнуть и закатить глаза. — Для начала, давайте просто Мариус, а то за день я наслушался своего титула более чем достаточно, ну так я могу выйти? — тот в ответ кивнул. — Добби, — сразу же объявился домовик. — Хозяин звал Добби? — Проводи лорда Певерелла до балкона, — приказал хозяин дома.       Благодарно кивнув Мариус уже хотел было отправится, как его остановил голос всё того же Малфоя. — Мариус, надеюсь вы вернетесь к концу танцев? — А когда они закончатся? — Через двадцать минут, — задумавшись собеседник кивнул, после чего ответил: — Конечно, я подготовил вашему сыну весьма оригинальный подарок, — на это Малфой заинтересованно поднял бровь, как и стоящий рядом Снейп. — Кстати говоря, профессор это вам, — с этими словами парень вытащил из пространственного кармана небольшую чёрную записную книжку. — Это то самое зелье, ах да, это оказалось не зельем, а ядом, это всё, что я смог разузнать. На готовку уходит не меньше месяца, рецепт очень длинный, да и сам процесс очень сложен и длителен. Вы же знаете, столько готовится только Оборотное зелье, и там основную сложность составляет процесс готовки, нежели ингредиенты. Здесь же оба условия чрезвычайно сложные. Так что будьте внимательны, особенно в последней части, я не разгадал ещё три ингредиента, — после чего всучив книжку шокированному мужчине парень вместе с домовиком удалился.       Дорога до балкона оказалась не такой долгой как он ожидал, всего два коридора и три поворота. К удивлению Певерелла на улице уже была ночь и на небе появились первые звезды, также на балконе он оказался не один, кроме него подышать воздухом вышла ещё одна особа. Девочка лет одиннадцати со светлыми, чуть волнистыми волосами до бедер. — Простите, вы не будете против если я присоединюсь к вам? — на эти слова незнакомка вздрогнула и обернулась, показав красивое лицо с бледной кожей и голубыми глазами в которых не было ни одной эмоции, что наводило на мысль о хорошей выдержке или же знаниях об окклюменции, хотя вполне возможно, что присутствовало и то и другое. — Нет, — коротко ответила девочка и вернулась в прежнее состояние. — Спасибо, — кивнул парень и пошел вперед, обойдя незнакомку дошел до перил и с усталым вздохом оперся на них. Далее последовала самая обычная тишина. — Скажите, как вас зовут? — нарушил тишину мелодичный голос девочки. — Мариус, — коротко ответил Певерелл, не желая повторять осточертевшую за сегодняшний вечер фамилию. — Дафна, — всё также без эмоций, она представилась в ответ. — Приятно познакомится, — парень и в самом деле был рад познакомится хоть с кем-то, кто не лезет к нему с разного рода предложениями. — Взаимно, — коротко и лаконично. Следующий час пара провела в полной тишине, когда лорд посмотрел на часы то понял что опоздал, но в компании с таким приятным молчаливым собеседником (как бы противоречиво или иронично не звучало), ему было всё равно. Он лишь едва слышно цокнул и на вопросительный взгляд Дафны, на чьи плечи был накинута его мантия, так как ей было холодно, ответил: — Я опоздал, — после чего вместе с девочкой отправился обратно.       О том какой они фурор произвели, вернувшись вместе, пусть и не под ручку, но всё же, говорить можно было до бесконечности. В особенности ему запомнился взгляд лорда Гринграсса и его супруги, которые явно не ожидали, что их дочь вернётся вместе с юным лордом, да ещё и с его мантией на плечах. Само собой было понятно, что с подарками было покончено и теперь аристократы стали не спеша расходится, но основная часть по прежнему никуда не спешила. Словив взгляд Малфоя-старшего, Мариус пожал плечами в извиняющемся жесте и направился к Драко, что был с матерью в окружении таких же детей. — Наследник, — коротко позвал Певерелл, дойдя до «детского круга». — Лорд Певерелл, — напрягся Драко, а все дети в окружении с любопытством смотрели на парня который был всего на пару лет старше них. — Мои поздравления, — с этими словами дважды лорд вытащил из пространственного кармана небольшой футляр и открытку. — Благодарю, — кивнул наследник и уже хотел было открыть, как его остановил голос Певерелла: — Лучше в кругу семьи, и в первую очередь с футляра, — Малфой-младший удивился, но кивнул и позвав домовика приказал отнести подарок в его комнату.       Прием длился до десяти вечера, Мариус неплохо развеялся, но кроме этого, заключил десяток договоров с Гринграссом, Малфоем, Флинтом-старшим и Ноттом-старшим. Когда часы пробили десятый час гости потянулись к каминам. Поддерживая немного усталую вейлу, парень попрощался с семьей Малфой и аппарировал, прямо из мэнора, абсолютно проигнорировав анти-аппарационный купол над поместьем повторно вогнав всех, кто ещё не ушел в шок.       Появился Мариус у себя в комнате Певерелл-мэнора, чувствовал он себя ужасно усталым, и не было сил даже звать кого-то из домовиков, чтобы отнести Аделайн в её комнату, потому он плюнул на всё и положив уснувшую вейлу на свою кровать, после чего лег рядом, глубоко наплевав на мораль, приличия, разницу в возрасте и прочий бред. Он дал обещание зачать ей ребёнка, когда ему стукнет шестнадцать, так какая к черту разница, если они всё равно переспят в будущем. Едва он лег, как женщина обняла его и положила голову на подушку рядом с его собственной головой. Хмыкнув, парень манящими чарами призвал большое пуховое одеяло, которым он укрывался, когда спал в одежде.       Засыпая, в голову проникли две мысли. Первая, шальная, что он так и не вернул свою мантию, которую накинул на плечи Гринграсс, когда та поежилась от прохладного ветра, а все возражения он проигнорировал. Вторая, радостная, он не напоролся на Скитер или же Фаджа, хотя оба на приеме были, как представители Министерства и Ежедневного пророка.

***

      Как только последний гость исчез в зеленом пламени, Малфои расслабились. Отдав приказ домовикам прибраться семейство расположилось в главной гостиной. Вся троица была усталой. Маски были сброшены почти сразу, когда последняя семья кинула в камин летучий порох. Попрощавшись с сыном и женой, Люциус отправился в спальню. — Мама, а почему ты танцевала с Певереллом? — спросил Драко, приподнявшись с дивана и посмотрев на женщину, что сидела в кресле. — Не знаю, просто захотелось, его магическая сила была какой-то странной и чтобы узнать, нужно было прикоснуться к нему, «точнее она была очень притягательной и все женщины не только это чувствовали, но и поддались ей, даже я», — мысленно добавила леди Малфой. — К тому же, он прекрасно танцует и хорошо обращается с женщинами, — при последних словах бывшая Блэк ехидно улыбнулась, вогнав своего сына в краску, одной улыбкой припомнив обучение Драко танцам, когда молодой наследник смущался своей партнерши, то есть своей матери. — Кстати, Добби! — позвал домовика Драко, вспомнив кое-что. — Молодой хозяин звал Добби? — объявился эльф, спустя секунду. — Звал, принеси из моей комнаты подарок лорда Певерелла, — спустя пару секунд на его коленях появился футляр и открытка. Заинтригованная Нарцисса также поднялась с места и села рядом. Открыв футляр, мать с сыном увидели серебряную цепочку с волчьей головой, из которой выходил волчий клык*, а под ним сложенный пергамент. От кулона отчётливо исходила магия. Убрав дорогое даже на вид украшение, мальчик взял и раскрыл, начав читать: Артефакт «вечный покой», дарует всегда спокойный ум, втягивая в себя весь гнев, ненависть, сомнения и прочие негативные чувства. На ночь лучше снять и раз в день обязательно макнуть в стакан с обычной водой. — Лорд Певерелл умеет делать интересные и полезные подарки, — высказалась Нарцисса, рассматривая кулон, держа его перед лицом. — Он вообще много чего умеет, — заметил Драко с долей зависти. — Зависть — плохое чувство сын, — сразу отреагировала женщина. — Лучше открой открытку, — предложила бывшая Блэк, а её сын сразу же послушался. Открыв открытку, парочка увидела пустую страницу и нетерпеливый Малфой хотел возмутится за такой розыгрыш, но остановился заметив как на белом листе стали появляться слова, написанные красивым каллиграфическим почерком:

Пусть ты и наследник, но ты ещё и ребенок...

      После чего надпись исчезла, а вместо неё стала появляться картина с семью нарисованными змеями с милыми бантиками на шеях и колокольчиками на хвостах, и начали шипеть разного рода поздравления маленькому Малфою. Драко от подобного застыл в шоке, а Нарцисса впервые за многие годы жизни в качестве леди Малфой, просто рассмеялась, чистым, абсолютно беззаботным и очень счастливым смехом. Женщина была очень рада, что хоть кто-то помимо неё посмотрел на Драко как на простого ребёнка. — Береги эти подарки, они явно сделаны искренне. Спокойной ночи сын, — после чего удалилась в хозяйское крыло, но не в комнату где спал её муж, а в соседнюю, где она спала с тех пор как родился её единственный сын. С Люциусом её больше ничего не связывало, кроме Драко и брачного контракта, разорвать который мог только лорд Блэк, но его нет, а единственный наследник в Азкабане вместе с её сестрой.