Без души

      Хезер устала.       Ото лжи, издевок над всеми, кто был хоть немного не таким, как все, отличался от серой массы. Она устала играть алчную, помешанную на моде стерву, но не могла отступить. Слишком вжилась в роль. Брюнетка считала, что другой уже и не может быть, а возможно, и не хотела? Эти мысли всегда давили со всех сторон тогда, когда она начинала сомневаться в том, что делает что-то неверно. К ней всегда приходили подобные мысли: «Что же я творю? Остановись, перестань сейчас же, не делай того, о чем можешь пожалеть». Но правда была таковой, жалеть ей было не о чем. Возможно, было обидно от того, что потрачено слишком много времени на то, чтобы осуществить свой план, но он стоил того.       Из раздумий её вывел телефонный звонок.       — Да, — холодно произнесла она.       По мере того, что ей говорил собеседник на том конце провода, лицо девушки приобретало все более и более счастливый вид.       — Нет, все как я и думала, осталась лишь самая малость, — надменно произнесла она и сбросила вызов. Вертя телефон в руке, она улыбнулась. — Ну что, Деймон, игра подходит к концу, — Хезер поправив волосы и вошла в здание школы.       Хезер Вереск была влюблена в зеленоглазого мальчишку сколько себя помнила. Говорят, что моменты, когда тебе всего четыре или пять, легко забываются, но не для Хезер.       День, когда она встретила Деймона и его старшего брата, навсегда врезался ей в память. Воспитываясь в строгих условиях, не зная, что детям дозволено устраивать шалость, получать ласку и любовь, для неё было в новинку лазать по детской площадке, залазить на деревья. Деймон показал ей, какого быть обычным ребёнком. Она видела в нем своего рыцаря, который спас её из заточения.       Правда и у сказки бывает конец.       Концом её стала смерть старшего брата Деймона. Больше не было игр и веселья. Не было ничего. А потом все как-то изменилось, Деймон изменился. Стал замкнутым, более злым. Он не переставал грубить и отталкивать от себя людей. С возрастом это стало более заметно.       А потом Хезер решила признаться в своих чувствах. Вот только взаимности так и не получила, лишь боль и обиду. Деймон не гнушался оскорблениями, и смех его над её чувствами намертво врезался ей в память. Будучи с детства вредной, она запомнила и хранила обиду в сердце. С годами это чувство росло, и все, чего хотела Хезер, так это того, чтобы тот, кто разбил и растоптал ее чувства, ощутил ту же боль.       В тот день, когда она поняла, что что-то происходит между Деймоном и новеньким, в голове созрел план долгожданной мести. Видя, как Деймон становится прежним, весёлым и главное — счастливым, несказанно бесило девушку, обида и злость росли. Вот только теперь ненависть была направлена не на Деймона, а на того, кто делал его счастливым. Йен Хэддок. Парень, что своим появлением стал рушить её жизнь.

***

      Йен улыбнулся. Слишком натянуто, неестественно.       — Ч-что? — голос, как бы шатен не старался сдерживать эмоции, все же дрогнул.       — Забудь, что было, — жёстко повторил Деймон и обошел парня, считая разговор оконченным.       Йен смотрел погасшим взглядом на недокрашенную стену школьного коридора четвёртого этажа. Место, что успело стать их. В коридоре стоял полумрак, из завешанных пленкой окон пробивали слабые лучи света. Материал для ремонта находился у стен так, чтобы было пространство ходить.       — Ты не можешь, я… я думал, мы… — заикаясь, еле дыша, тихо произнёс шатен, останавливая парня.       — Ты думал что? Что я люблю тебя? — засмеялся Деймон. Йен отшатнулся назад. Тогда как Нуар, наоборот, шагнул вперёд, смотря дерзко, надменно. — Открой глаза, Хэддок, у тебя была прекрасная жизнь, а у меня дерьмо на палочке, все, чего я хотел, так это сделать так, чтобы твоя жизнь стала похожа на мою. Не пришлось даже стараться, спасибо Вереск и её дружкам, — Нуар растянул губы в холодной усмешке.       Йен сжал руки в кулаки. Каждое слово брошенное Деймоном причиняло боль. Нет, этого быть не может.       — Ты лжешь, я знаю…       — Знаешь меня? О-о-о, не-е-ет, ты даже и половины обо мне не знаешь, — Деймон шагнул ближе, смотря в глаза визави. — Правда в том, что я тебя всего лишь использовал, ты был не более, чем развлечением, — спокойно произнёс брюнет, наклоняясь и сокращая расстояние между ними, но Йен отшатнулся, на что Деймон хмыкнул и, развернувшись, ушёл.       Йен продолжал стоять в коридоре, не в состоянии сдвинуться с места.

***

      Астрид увидела, как Деймон быстрым шагом выходит из школы, и хотела его окликнуть, но её остановила Хезер:       — Ему сейчас не до тебя, бедняжка только что порвал с Йеном, — горестно вздохнула девушка.       Астрид в недоумении уставилась на неё. Вереск засмеялась.       — В каком смысле порвал? Что ты сделала?!  — схватив брюнетку за локоть, спросила Астрид.       — Эй, полегче, я ничего не делала, — состроив невинную мордашку, произнесла Хезер. Астрид усилила хватку, из-за чего Вереск ахнула и поморщилась от боли. — Ладно, ладно! Так и быть, тебе скажу. Возможно, я и поспособствовала этому, но помоги ты мне тогда, сейчас все было бы не так драматично!  — картинно взмахнув рукой, Хезер усмехнулась. Астрид ослабила хватку.       — Что ты сделала?  — прошипела она.       — Астри, Астри, какая же ты глупая, ты серьёзно думала, что у меня нет плана «Б»? — брюнетка засмеялась. — А вообще, ты должна быть мне благодарна, я, возможно, уберегла тебя, какая же я добрая, — Вереск приложила ладонь к лицу и покачала головой, не переставая нахваливать себя.       — Ах ты, сука, — накинулась на девушку блондинка, но Хезер успела отскочить.       — Может быть, но и ты не эталон невинности, Хофферсон.       — Что ты имеешь в виду?  — в гневе сказала Астрид и толкнула девушку. На шум из классов начали выходить ученики и учителя.       — А то, что ты полная лицемерка! Любишь парня, который занят, при этом строя из себя невинную овечку! Думаешь, я не знаю, что ты хотела сделать, когда Йен сказал, что влюблен?  — Астрид отшатнулась от девушки и в неверии посмотрела на неё. — Да, я все слышала: как ты прикидывалась, что удивлена и счастлива! Строишь из себя подругу года? Это ведь ты подговорила Джека вывести Деймона из себя лишь для того, чтобы показать Йену, какой Деймон плохой, и что он псих? Поздравляю, и приз самой лучшей на свете подруги уходит Астрид Хофферсон! — Вереск поклонилась и указала рукой за спину девушки. Астрид повернулась и увидела Йена.       — Йен, я могу все объяснить, — девушка направилась к парню, но шатен покачал головой, с разочарованием и болью смотря на неё, и вышел за дверь.       Астрид закусила нижнюю губу, стараясь сдержать слёзы. Руки дрожали, её всю трясло. От разрывающей боли в груди, от обиды, от злости.       Хезер лишь улыбалась, её переполняло чувство эйфории.       — Что тут происходит?  — словно только очнулась, как и другие, миссис Нортон и вышла вперёд, сурово сведя брови на переносице.

***

      — Ты сбежал из школы в середине учебного дня! Как ты это объяснишь?  — грозно произнёс Стен, смотря на сына, который только переступил порог дома. — Мне позвонила твоя учительница и сказала, что ты просто ушёл. Я жду объяснений, молодой человек, — Стен нахмурил брови и сложил руки на груди.       — Милый, не стоит, возможно, ему стало плохо, — Сара положила руку на плечо мужа.       — Довольно уже, он слишком разошелся, хватит ему потакать, — произнёс Стен с нажимом в голосе.       — Но, Стен, ему тяжело. Ты что, не видишь в каком состоянии он пришёл?       — Ещё бы он увидел, — хмыкнул Йен.       — Что?       — Да ничего, тебе же важна только работа, а то, что творится в жизни твоего сына всегда было на втором месте. Даже этот переезд ты не обсудил со мной. А может, я не хотел? — крикнул парень взмахнув руками.       — Да как ты смеешь! В этом городе наша жизнь наладилась, — повысил голос Стен.       — Твоя — да! А моя лишь разрушилась, я ненавижу этот город, ненавижу!  — Йен взбежал вверх по ступенькам и заперся в комнате. Все то, что он пытался сдерживать внутри, вышло наружу. Вся боль, что сдавливала сердце и комом стояла в горле.       Ударив сначала ладонями, а после кулаками дверь, Йен закричал, слёзы заволокли глаза настолько, что перед ними все расплывалось.

***

      Деймон вошёл в квартиру и хлопнул дверью. Джей-ди выглянул из комнаты.       — Что случилось?  — спросил парень, но Деймон лишь смотрел перед собой. Из этого состояния его вывел звонок. Не глядя, Нуар ответил.       — Ну как ты? Правда прекрасное чувство?  — лукаво произнесла Вереск.       Деймон зарычал и кинул телефон в стену, разбивая его. После чего, взяв в руки лампу, отправил в стену и её. Джей-ди, подскочив к парню, принялся его успокаивать, но брюнет оттолкнул его.       — Что с тобой?!  — крикнул Джей и еле увернулся от летящей в него фоторамки. — Стой, Дей, я сказал, стой!  — он поймал руки парня и, усилив хватку, сдерживал. — Посмотри на меня, что случилось?  — спросил он, заглядывая в зелёные глаза.              — Ты рушишь его жизнь, мне же не стоит напоминать, где ты работал?  — спросила Хезер, склонив голову набок. Деймон ошарашено уставился на девушку. Весь запал дерзить моментально испарился. — От такой грязи не отмоешься, да вся твоя жизнь на дне, а ты ещё и парня туда тащишь, — во взгляде девушки было сочувствие.       Нуар ни за что бы не поверил, если бы не смотрел на неё сейчас.       — Я завязал со всем этим, — сказал он.       — Уверен? Нелегальные участие в гонках, перевоз наркотиков и прочая, твоя «подработка». Знаешь, я бы уже в полицию тебя сдала или твоим «дружкам», которых ты кинул, но не стану. С одним лишь условием: ты закончишь все отношения с Йеном. Поверь, так будет лучше.       — Серьёзно? Думаешь, я так поступлю лишь потому, что ты вознамерилась мне угрожать?  — засмеялся Деймон.       — Нет, не поэтому, а потому, что ты так решишь, сам подумай: нарушение закона, ложь, твои проблемы по контролю гнева. Ты серьёзно намерен втягивать Йена во все это дерьмо?              — Я совершил ошибку, — надломлено и тихо ответил Деймон через несколько мгновений.

***

      Орлеан заволокло тяжелыми серыми тучами, первые капли дождя тихо барабанили по крышам домов.       Астрид, открыв входную дверь, вошла в дом. Закрыв дверь, она облокотилась о неё спиной. В доме стояли полумрак и полнейшая тишина. Девушка закрыла глаза, осела на пол, прижала колени к груди. Открыв глаза, она невидяще смотрела, очерчивая то, что не могла да и не хотела видеть. Тишина давила и угнетала.       — Боже, — тихо прошептала она на выдохе и, закрыв глаза руками, заплакала.