Десять тысяч

Антон уже десять минут сидел, неотрывно глядя на то, как Арсений, полулёжа на диване, смотрит в свой телефон. А за этим наблюдать было очень интересно. Знал бы Попов, какая выразительная у него мимика, ходил бы в маске. Хотя, может быть, Антон уже настолько хорошо знал друга, что читал его мысли по малейшим изменениям на лице. Вот например, сейчас он пишет кому-то сообщение. Печатает быстро. Лицо лукавое. О знаках препинания, видимо, не заботится. Серёже? — Говнююк… — тянет Арсений сквозь зубы, обращаясь в пустоту, и улыбается. Сто процентов Серёже. Так, а вот сейчас… открыл другую вкладку. Лицо задумчивое. Совершенно рефлекторно трёт указательным пальцем лоб. Говорит что-то абсолютно бессвязное. Хештеги? Хештеги. Инста. Новая вкладка. Брови лезут на лоб. Хмм… Что-то неожиданное? Антон интуитивно сравнивает лицо Арсения с лицом человека, который стоит у обугленного фундамента его догорающего дома, в котором лежали все вещи, а потом ему объявляют, что он выиграл миллион долларов. В общем, ни с чем не сравнимая рожа. Что-то очень неожиданное. Арсений поднимает на Антона возмущённый взгляд. — Нет, ты это видел?! Десять тысяч. Десять, мать его, косарей! Антон, наконец-то, догоняет. Конечно, видел. У него тоже эта группа в закладках фейковой страницы. Не, ну а что? Там, бывает, интересные вещи пишут. И куда более интересные идеи, которые можно подкидывать Арсу для ночной реализации в постели, выдавая за свои. — Люди догадливые, — жмёт плечами Шастун, утыкаясь в свой телефон, но Арса уже не остановить. Остапа, как говорится, понесло. — Блин, у нас вообще есть нормальные фанаты?! Одни чёртовы шипперы! — Не кипятись. Что тебя вообще не устраивает? Сам же иногда на фикбуке nсу читаешь. — Да я! Да никог… Откуда…? — На лбу написано, — мрачно фыркает Антон. Арс пару минут сидит молча, переваривая информацию, а потом решительно выдаёт: — Надо это как-то остановить. Есть идеи? — Есть одна. — Антон поднимает голову и, ухмыляясь, смотрит на Арса. — Но она тебе не понравится. — Ну? — Рассказать им всё как есть. — Что?! — Каминг-аутнуться, — терпеливо повторяет Антон, хаотично размышляя, чем он будет защищаться, если Арсений прямо сейчас бросится его душить. — С чего ты взял, что это поможет?! — Нууу… Может они решат, что их дело сделано, заскучают и перестанут. И я всё ещё не понял: почему они так тебя бесят? Арсений игнорирует последнее предложение, да и вообще всю фразу, молча уставившись в потухший экран телефона. Шастун вздыхает, закатывает глаза, берёт с тумбочки стакан воды и начинает медленно её пить. — А что, хорошая идея, — вдруг глубокомысленно возвещает Арс. Стакан летит на пол, и Антон, поперхнувшись, принимается кашлять, выпученными глазами глядя на друга. — Это шутка? — Нет. Реально хорошая идея. Может они и перестанут. Только как это теперь провернуть? Антон откашливается и всё ещё недоверчиво смотрит на Арсения. Хотя, в принципе, он же сам это предложил. — Ну, можно фотку выставить совместную в инсте или в вк. Арсений хмурит лоб. — Но её же тогда все увидят… — Нууу! — Нет, я имею ввиду ВСЕ. Не думаю, что после этого наши рейтинги увеличатся. Скорее наоборот. Россия — страна гомофобов. — Ага, таких же как ты, — ухмыляется Антон. — Твоя идея? — Можно с какого-нибудь левого аккаунта нашу фотку выставить. Ну чтобы кто в этом незаинтересован, ничего не увидел. — А с чего ты так уверен, что другие увидят? — Хах, я в этих ребятах не сомневаюсь. Они сто процентов найдут, увидят и выставят. — Нет, — Антон откидывается на спинку стула и разочарованно смотрит в потолок. — 21 век — век фотошопа. В это и не поверит никто. — Тогда можно эту фотку прям в группу скинуть, попросив, чтобы выставили анонимно, — совсем уже отчаявшись, предлагает Арсений. — Ха, ха, и ещё раз ха. Ещё в инсте выстави и подпиши, что это не ты сделал. — Ладно, ладно, ступил. А можно эту фотку… — Слушай, давай её сначала сделаем, а потом придумаем. — Прекрасная идея! Только переоденься сначала, а то ты весь мокрый. И Антон идёт переодеваться. А потом Арсений видит его без одежды, и фотосессию приходится отложить как минимум на час, потом они ужинают, потом Антон (ну что ж ты за рукожоп, Шаст) опрокидывает на себя стакан сока и опять переодевается (как же тут, естественно, без вездесущего Арса), потом освещение не то, фон не тот, причёска у Попова не та. Потом Антон психует и уходит, Арс вымаливает прощение на коленках, и они, наконец, делают кадр, но Арсений там на себя, видите ли, не похож, переделываем! Потом Антон, целуя Арсения, роняет телефон, и у того трескается экран, потом они не могут оторваться друг от друга, чтобы сделать фото. А в конце вырубают свет. Ну, а где ещё сидеть без света, как не в спальне? Прерывая долгий поцелуй, Шастун поднимает на Арса серьёзные глаза и, тяжело дыша, спрашивает: — А как же твоя идея? Арсений ненадолго задумывается, а потом притягивает парня к себе, улыбаясь, и прямо в губы ему произносит: — Ну, десять тысяч ещё терпимо. Вот будет двадцать, и мы обязательно что-нибудь придумаем.