Pretty things

Теперь тут царили скука и рутина – враги дисциплины. Дж. Мартин - Танец с драконами.

      Шаттер всегда находила неимоверно забавным тот факт, что большая часть автоботов, попадавшихся к ним в плен, почему-то всегда ожидала увидеть либо Вортекса, либо Баррикейда, либо экзекутора. Поскольку Шаттер не имела за спиной винта, обычно ее либо признавали как Баррикейда, либо считали, что она явилась отправить их в дезактив. Правда, иногда они принимали за Вортекса Дропкика, и это было уже совершенно уморительно.       По мнению Баррикейда, хитробамперного праксианского полисбота, такие заблуждения были чрезвычайно удобными. Чем меньше враг знает о десептиконском штате дознавателей, тем лучше. Шаттер была вполне с ним согласна – те, кто никогда не видел воочию ни того, ни другого меха, но зато был отлично о них наслышан, гораздо легче поддавались иллюзии, и из них легче было что-то выудить, чем знай они, что с ними работают совершенно другие личности. Шаттер нравилось играть с пленными, как киберкот с пойманной добычей, используя их собственные заблуждения против них самих. Реакция некоторых была особенно интересной, и ей всегда было, что обсудить с коллегами. Фем нравилась ее служба – во-первых, это всегда был достойный челлендж, во-вторых, предателей Кибертрона, поддержавших Сенат, всегда можно было заставить страдать, в-третьих, они часто пересекались со старшими офицерами, которые сами были не прочь допросить кого-то из пленных. Однако, чем меньше Баррикейд показывался в битвах, тем чаще простые солдаты принимали ее за него, даже при условии, что внешне между ними ничего общего не было.       - Скажи в следующий раз, что ты просто устала быть мехом, а фем не пристало ходить в скучной расцветке, - посоветовал как-то Вортекс, споро натачивая напильники. – И вообще, в Праксусе такое было сплошь и рядом! Согласен, Кейд?       Серебристо-черный мех, не отрывая взгляда от принесенного Шаттер рапорта, жестом посоветовал винтолету прикрыть вокодер. Фем усмехнулась – Баррикейд был в своем репертуаре, предпочитая избегать разговора до тех пор, пока от него не требуется в обязательном порядке вербальный ответ. Вортекс, по обыкновению, приглашению заткнуться не внял и продолжил хохмить, тщетно пытаясь вызвать в напарнике реакцию, которая могла бы его развлечь.       Эти двое номинально считались главными по сбору информации с пленных автоботов, но кто из них являлся фактическим главой и лично докладывался Саундвейву, было неизвестно. Предполагалось, что это было предназначено для того, чтобы, в случае поимки, никто не мог дать достоверной информации о том, как устроена структура их службы. Рапорты отдавались обоим, хотя читал их в основном Баррикейд, вместе с тем Вортекс чаще отчитывался перед высоким начальством, хотя это могло объясняться его членством в гештальте, а что касалось особо важных пленных, то доступ к ним имели оба. Вместе с тем, несмотря на замашки неконтролируемого садиста и любителя развлечений, как дознаватель Вортекс был профессионалом не меньше, чем Баррикейд, с которым Шаттер была знакома еще с тех пор, как тот работал в полицейском участке Каона, и который специально обучался этой деятельности. По мнению фем, среди них не было единого главы, скорее наблюдалось разделение обязанностей, пусть оно никогда никем не подтверждалось. При очевидной непохожести этих двух мехов, они прекрасно сработались, хотя при прежнем режиме никто не позволил бы им работать бок о бок – Вортекс раньше участвовал в гладиаторских боях, а после появления Мегатрона начал работать на него, выбивая информацию из тех, кто заявлялся с целью подавить ростки восстания. Баррикейд был приезжим полисботом, неизвестно по какой причине покинувший чистенький Праксус, и мог бы стать серьезной проблемой для них, если бы не симпатизировал их делу – когда Шаттер внедрилась в число полисботов, чтобы изнутри контролировать их деятельность, Баррикейд вычислил ее и мог бы арестовать, но не стал, вместо этого подсказывая ей, когда следует залечь на дно и не привлекать внимания, а когда следует вмешаться. Оттого были смешны его отказы присоединиться к фракции – какая разница, состоишь ли ты в ней, если ты все равно помогаешь? Конечно, в конечном итоге Баррикейд все равно присоединился к движению десептиконов, и тот факт, как легко чопорный праксианец сработался с головорезом с арены, лишний раз подтверждал ошибочность Сената, утвердившего кастовый строй и пытавшегося внедрить функционализм. Шаттер ни клика не сомневалась, что новый режим будет лучше старого – да сами автоботы давно должны были понять, что поддерживать Сенат с его идиотизмом – не только контрпродуктивно, но и является предательством по отношению к самим себе, ведь среди них теперь тоже были боты с самым разным положением в обществе. К сожалению, видеть истину дано не всем.       - Скучно, - резюмировал Вортекс, отбросив напильник и взявшись за дрель. – Хоть бы с гештальтом крушить кого-нибудь отправили, что ли, все лучше, чем ржаветь с тоски на базе!       - Думаю, Хук согласится выдать медицинское заключение о том, что, в целях сохранения психики окружающих, тебя следует немедленно отправить на фронт, - Баррикейд отложил рапорт в стопку таких же и кивнул фем: - Отличная работа, Шаттер, как всегда.       - Уверена, что Хук лично донесет эту идею до Лорда Мегатрона, только бы обеспечить себе покой и тишину, - фыркнула Шаттер. – Новых приказов не поступало?       Баррикейд покачал головой:       - Пока нет.       - Ужас, правда? – винтолет вынул из ящика два шокера. – Только застоя нам тут не хватало! Хук может до слива отработки радоваться, но…       - Но ничего хорошего в этом нет, - кивнула алая фем. – Согласна. Нам следует пополнить число пленников. Дропкик готов лезть на стены базы от безделья, и я сама не прочь слегка размяться.       - Да, поймать какого-нибудь разведчика, - ухмыльнулся Вортекс, бросив шокеры туда же, куда бросал все прочие инструменты до этого. – Миража, к примеру! Я все еще не взял реванш после того раза, как он сбежал, прикинувшись невидимкой! Ты помнишь тот случай, Кейд?       - Невозможно забыть, - невозмутимо отозвался бывший полисбот, едва заметно сощурив алые линзы. – Ты вспоминаешь об этом не реже раза в цикл.       - Так ведь какое предательство! – Вортекс, вопреки патетике, заржал. – Лазерный нож в спину! Только собрался разделать, а на платформе уже и нет никого… Вот клянусь – попадется еще раз, я разыщу ту самую деталь, и больше он ни от кого уже не спрячется.       - Всем нам необходимы мечты, - тонко подколол его Баррикейд, и Шаттер тоже усмехнулась.       Кто бы что ни говорил про то, что дознаватели – это клуб мехов, ни Вортекс, ни Баррикейд никогда не акцентировали внимание на ее генетической принадлежности. Даже Дропкик, от которого учтивости ждать не приходилось вовсе, никогда не пытался опровергнуть ее главенство. Некоторые фем в армии, с которыми Шаттер была знакома, бывали недовольны своим окружением, несколько неприязненно относясь к своим коллегам-мехам, однако Шаттер была выше подобных конфликтов. Да, фем всегда было меньше, чем мехов, но это не делало их ни лучше, ни хуже. Фем были уникальны, однако здесь и сейчас (и, как надеялась Шаттер, после войны тоже) главной ценностью и особенностью каждого были их собственные навыки, достижения и мастерство. В этом было и равенство, и уникальность каждого десептикона. Сенат мог до последнего не видеть в них угрозы, а автоботы могли считать их сорвавшимся с цепей зверьем, однако Шаттер не было дела до их мнения. Их фракция была обширной, с мощнейшей военной машиной, с верными и умелыми бойцами, готовых перекроить реальность, чтобы добиться своих целей. Исход был предрешен – десептиконы победят, а всех их противников ждет поражение. Их никто не остановит.       - Ладно, - Вортекс скучающе оглядел кучку инструментов, махнул манипулятором и направился к выходу. – Пройдусь по базе, что ли. Посчитаю пленных…       - Сдается мне, что число пленных после такого похода значительно сократится, - заметила Шаттер, глядя винтолету вслед. Баррикейд прикрыл оптику:       - Надеюсь, что его вскоре отправят куда-нибудь с гештальтом, иначе нам незачем будет сторожить базу от диверсий противника.       - Что, даже твои запасы терпения на исходе? – фем ухмыльнулась. – Кто бы мог подумать.       - Чем чаще ему становится скучно, тем более надоедливым он становится. Но, по крайней мере, я не связан с ним гештальт-связью, - Баррикейд взял датапад из противоположной рапортам стопки и протянул его фем. – Это запрос от капитана разведывательного отряда Арахниды. Ей нужен толковый помощник на время операции в Альтихексе – они недавно подавили сопротивление, и капитан планирует оставить нескольких противников для допроса. Существует лимит, потому капитану понадобится некоторая помощь в определении особо ценных пленных.       - Мне казалось, она любит работать соло, - заметила Шаттер. Баррикейд кивнул:       - У нее пунктик на напарниках, потому не дай ей ликвидировать Дропкика. Твоя задача – прибыть, оценить обстановку, выбрать нужных пленных и обеспечить их доставку на базу. В операциях капитана не участвовать без крайней нужды.       - Жаль пропускать веселье, - протянула фем. – Почему не предложить это задание Вортексу?       - Высока вероятность того, что высокопоставленный офицер пойдет в расход.       - То есть, минус Арахнида, - Шаттер хмыкнула. – Какие сроки выполнения?       - Готовьтесь к отправлению в течении цикла. В зависимости от обстоятельств, мы ожидаем вашего возвращения через три орна с учетом возможных препятствий.       - Задание приняла, - она спрятала датапад в сабспейс и кивнула праксианцу, прежде чем выйти из отсека и направиться разыскивать напарника.       Похоже, им намечалась интересная миссия – Вортекс определенно будет негодовать, но утешится новым материалом для допросов. Тем временем следовало придумать, как обезопасить вспыльчивого и недалекого напарника от любительницы игры в одиночку.       В конце концов, сейчас не время, чтобы разбрасываться кадрами.