Flashback
(Что-то новенькое, да?)
— Нет, спасибо, — отказалась Джесси от предложенного её другом, Акселем, кусочка торта, заходя в свою комнату. Закрыв за собой дверь и включив лампы, она осмотрела свою комнату, которая явно побеждала в противостоянии за первое место с домиком Лукаса в номинации «Погром Года». Одежда валялась повсюду. Лишь синий ковёр, который спокойно лежал в сторонке, был одинок без разбросанных на нём вещей, его никто и никогда не тревожил. Пыль везде, где можно увидеть, а особенно на небольшой полке с книгами, ведь ею уже давно не пользуются. Стол из кварца, находившийся под полкой, был завален различными важными бумагами, которые нужно было срочно прочитать, рассортировать и отдать Радару, но сегодня на это сил, наверно, не хватит, ибо на улице уже давно вечер, спать до ужаса хочется. — У-а-а-а-х! — зевнула Джесси, устремляясь к двухместной кровати, которая была не очень хорошо заправлена и, скорее всего, под одеяло были запиханы какие-то вещи, ибо был виден большой бугорок под одеялом. Девушке было лень прибираться, да и желание спать этому очень мешало, поэтому она, пожав плечами, сняла броню, повесила её на рядом стоящую стойку для брони и, не захотев снимать одежду, улеглась на кровать, укрывшись своим любимым тёплым одеялом красного цвета. Не смотря на большущее желание поспать, она никак не могла уснуть. Какое-то странное и противное чувство ей мешало. Было жутко. По коже проходилась мелкая дрожь. Она много раз ворочалась, жмуря свои глаза и тормоша одеяло. Через пару минут послышался посторонний скрип кровати, из-за которого девушка тут же вскочила с кровати, включив свет и встав в боевую позу. Кто-то был под одеялом. Этот факт несколько пугал её, ведь не каждый же вечер обнаружишь в собственной постели чужака. — Покажись! — повелительным тоном крикнула Джесси, ожидая нападения. Из-под одеяла показалась копна коротких чёрных волос. Вскоре можно было разглядеть карие глаза, которые виновато смотрели на девушку. Это был какой-то молодой парень с небольшим количеством веснушек на щеках, белой кожей, редкими чёрными бровями, которые были еле видны, нос был в точности, как у Лукаса. На нём можно было увидеть чёрный пиджак с белой рубашкой и чёрные брюки. — Кто ты такой? — спросила Джесси, оглядывая парня с ног до головы, — Что ты забыл у меня в комнате, а, если точнее, в МОЕЙ кровати? — Эм… Я… — замялся парень, медленно слезая с кровати, — Я ваш большой фанат… Ну, и… — парень потупил взгляд, не зная, что ещё можно сказать девушке в такой решительной боевой стойке, не дай бог, убьёт. Девушка приподняла бровь от удивления и вышла из своей боевой стойки, чтобы тот, наконец-то, перестал опасаться её и стал говорить. Она ещё никогда не видела, что бы её ярые фанаты прокрадывались в Орден Камня и залазили в её комнату. Для неё это было в новинку. — И? — сложила руки в боки она. — Хотел увидеть… как живёт величайший герой… убивший Иссушающую Бурю, — кое-как пролепетал парень. — Ну, как видишь не в самом лучшем порядке, — почесала затылок Джесси, ведь всё-таки неудобно вот так представать перед человеком, который очень тобой восхищается, — И что же мы будем с тобой делать, мистер большой фанат? Парень тут же сглотнул, уже морально готовясь к любому наказанию. Он и сам считал свой поступок непростительным и был готов совершенно ко всему. — Я надеюсь, ты знаешь, где тут дверь? — закатила глаза брюнетка, понимая, что у неё духа не хватит наказать пойманного парня, ведь он был чем-то даже похож на неё в далёкие времена, когда она ещё восхищалась легендарным, а главное правдивым Орденом Камня. Чёрноволосый удивлённо смотрел на Джесси, не понимая почему та решила его не наказывать, но после того, как она ещё раз повторила свой вопрос уже с более серьёзной интонацией, извинившись, вышел из комнаты и быстро направился к выходу из Ордена Камня. Джесси осталась наедине со своей комнатой, пытаясь придти в себя. У девушки напрочь отбилось желание спать и она, сев за рабочий стол, стала разбирать скопившиеся горы бумаг.End of Flashback
— И что же ты мне скажешь про то, что я только что услышал? — спросил грубоватым голосом Лукас, внимательно разглядывая фонтан, упомянутый мной. — Это правда, — не стала отрицать стоявшая сзади Стелла, уже ожидая любых плохих слов в свой адрес. — И зачем же ты это делала? — так и не повернувшись, вновь спросил блондин. — Зависть, — пролепетала девушка, отчётливо слыша своё сердце, которое быстро билось из-за беспокойства. — Вот как… — повернулся он к ней, — И что мы теперь будем делать? Девушка потупила взгляд, пытаясь собраться с мыслями. Ей сейчас было очень плохо лишь из-за того, что он просто задавал вопросы, не говоря ни слова о своих мыслях о ней. Она боялась совершенно незнакомой для неё стороны личности этого парня. Блондинка никогда так не боялась и не волновалась в своей жизни. По и так горячим от стыда щекам пробежались ещё более горячие слёзы, которые, казалось, могут прожечь кожу. — Ну-ну, не плачь, — сказал более мягким голосом парень и подошёл к ней, — Снова тушь потечёт, — его прохладные пальцы рук вытерли горячие слёзы, было довольно-таки приятно. Девушка посмотрела на него своими слегка покрасневшими оливковыми глазами. На его лице она не увидела никакой злобы, это не могло её не радовать, ведь больше всего боялась она этого. — Что ж, спасибо за честность, — слегка улыбнулся Лукас. — Что… теперь? — кое-как выдавила из себя Стелла, внимательно смотря в его, будто гипнотизирующие, голубые глаза. — Будем перевоспитывать, — с лёгкой ухмылкой ответил Лукас, положив ей на макушку свою ладонь. Вдруг дверь, ведущая на улицу, открылась. Оттуда вышел весь***
В Ордене Камня, наверно, собрались все жители города и гости из другого города. Чтобы они не лезли с расспросами, Лукас закрылся в своей комнате, которая уже целый год ждала своего владельца, который вообще не знал, что ему выделили здесь эту комнату. Тут не было большого количество мебели, лишь один небольшой шкаф, напичканный различными вещами, которые Лукас нечаянно оставил в Ордене перед уходом в далёкие леса, одноместная кровать с жёлтым одеялом, которую кто-то сюда приволок, и жёлтый диван возле большого окошка из кварца, который был накрыт сверху серым покрывалом. Блондин не спеша разглядывал все вещи в шкафу. К своему огромному удивлению, он нашёл свою старую куртку с символикой команды Оцелотов, которую он когда-то делал своими руками. Она на данный момент, пройдя через многие испытания жизни, выглядела вполне прилично. Все порванные участки были кем-то аккуратно зашиты. Курта была не помята и её ещё вполне можно было носить, так как в те времена он шил её именно на вырост. Из-за нахлынувших воспоминаний невольно появилась улыбка. В дверь постучали: — Лукас, ты тут? — послышался голос Джесси. Блондин положил куртку обратно в шкаф и, не спеша, подошёл к двери. Ему сейчас очень хотелось побыть одному, но и от компании со своей лучшей подругой он тоже не хочел отказываться. Он открыл дверь и увидел перед собой Джесси, которая опиралась о стену напротив его комнаты, чтобы не свалиться, ведь туфли на каблуках ей кое-как давали ходить да и стоять тоже. — Нам с тобой так и не дали нормально поговорить, — устало улыбнулась брюнетка, смотря прямо в голубые глаза парня, которые находились слегка выше, чем её, ибо рост парня был побольше. — Пожалуй, соглашусь с этим, — в ответ улыбнулся Лукас, подходя к девушке, — А ты… довольно-таки изменилась за год, — сказал он, оглядывая девушку с ног до головы и заостряя внимание на платье, туфлях на каблуках и макияже, — Даже не сразу узнаешь. — Оливия и Петра заставили меня вырядиться так… — тяжело вздохнула она, вспоминая, как они её уговаривали, — Наверно, выгляжу, как клоун какой-то, — отвела взгляд, — Скорей бы закончилась вся эта авантюра с приглашением жителей в Орден. Я ужасно мечтаю снять с себя всё это, — откровенно высказалась Джесси, а потом, почесав затылок, сказала, — И да… Прости за тот [вечер]… год назад… Лукас, неловко почесав свой затылок и слегка смутившись, приблизился к ней поближе и стал внимательно разглядывать её лицо. Как он и думал, ему не показалось, что у той мешки под глазами. — Хм… Не так давно ты мне не ответила, — прошептал Лукас, взяв за лицо девушку, — Откуда же у тебя мешки под глазами? Девушка тут же помрачнела, вспоминая те жуткие кошмары. Она не знала, как выкрутиться из этой ситуации. Рядом никого нет, так что никто не спасёт. Отнекиваться не получится. А указать куда-то пальцем в сторону, чтобы отвлечь внимание, а потом смотаться — не вариант. Её глаза забегали в разные стороны, не хотя ненароком встретиться с его глазами, ибо, если она в них посмотрит, не сдержится и выложит всё, как есть. — Эм… Ну… — замялась Джесси, посматривая на руку Лукаса, которая аккуратно держала её за щеку. — Джесси, — пронзал он её испытывающим взглядом, — Смотри мне в глаза и выкладывай всё, как есть! — произнёс он это голосом командира, ибо знал слабость брюнетки при зрительном контакте с ним. Джесси ойкнула и стала искать взглядом пути отхода. Зря она решила поговорить с ним наедине. Ох, зря… Лукас, заметив подозрительное поведение девушки, прижал её к стене, заставив смотреть прямо себе в глаза. Выглядело всё это, как допрос какого-то преступника. — Ну-с? — смотрел он ей в глаза, чуть ли не касаясь с ней носом. — Кошмары замучили, уснуть не могу, — пробормотала она, слегка покраснев. — И о чём же кошмары? — ещё пытал её парень. — О тебе, — девушка буквально вжалась в стену, обхватывая себя руками и понимая насколько странно всё это прозвучало. — У-у-у-у! Я похоже не вовремя, — хихикнула прошедшая по коридору Петра, которая, скорее всего, как и эти двое, смоталась сюда от фанатов, — Не буду мешать вашему уединению, пташки, — чуть ли не заржав, рыжая вошла к себе в комнату. — Чего?! — негодовали эти самые пташки, смотря ей вслед. Лукас, наконец-то, отпустил девушку, жутко краснея по поводу того, что вообразила себе Петра. Джесси от него не отставала в этом и тоже залилась краской, всё ещё обхватывая себя руками и вжимаясь в стену. Обе пташечки прекрасно понимали, что являются друг для друга лучшими друзьями, но никак не то, что там напридумывала рыжая. — Ну, блин, Петра! Фантазёрка! — крикнул он, весь ещё красный до чёртиков, рыжей воительнице, прекрасно зная, что та, прижимаясь к двери, внимательно слушает, что происходит в коридоре. После этого он перевёл свой взгляд на смущённую Джесси, шепнув ей, — Заходи в мою комнату. Мы ещё не договорили. Брюнетка, сглотнув, прошла в его комнату вместе с ним. Дверь закрылась на замок и теперь бежать было некуда. Сама себя загнала в клетку, так сказать. Лукас, будто ему было на всё фиолетово, деликатно уселся на диван и стал испепелять её странным взглядом, в котором читалась то ли задумчивость, то ли заинтересованность. Он постучал своей ладонью по дивану, как бы приглашая её сесть рядом с ним. Девушка медленно прошлась по комнате и села рядом с ним, отводя от него свой взгляд на какую-то паутинку. — Так… И что же тебе такого ужасного приснилось обо мне? — спросил Лукас, кладя ей на плечо свою тяжёлую ладонь, которая казалась ему, наоборот, лёгкой. — Ну… — посмотрела на него Джесси, — Мне уже три раза подряд снится сон, где какой-то человек без лица… убивает тебя, — на последних словах девушка резко отвернула свою голову от парня, не желая, чтобы он видел пробежавшуюся по её щеке слезу, хотя она могла и вообще расплакаться, но, так как она девушка сильная, стерпела, выпустив наружу лишь одну скупую слезу. Лукас сразу же понял, что у неё на уме, и, подсев к ней поближе, обнял её сзади за талию, положив свою голову ей на плечо. Теперь он прекрасно видел не только её лицо страдальца, но и уже полившиеся градом слёзы, ибо сил терпеть уже не было. Ей ужасно хотелось спать, но боязнь снова увидеть тот кошмар одолевала ещё сильнее. Блондин развернул её к себе и прижал к своему плечу, обхватив одной рукой ей талию. Он просто сидел и поглаживал её по голове свободной рукой, нашёптывая ей на ушко различные весёлые сказки, которые сочинил сам, и ждал пока она успокоится, пока перестанет плакать. Всхлипы прекратились и Лукас, взглянув на неё, убедился, что она заснула. Он такого расклада дел точно не ожидал. Это даже несколько его озадачило, но спустя несколько минут он уже спокойно перебирал каждую прядь её волос, вспоминая день, когда он покинул бывший Крайкон. И какая же муха его тогда укусила?